Былины Осени

Тревожные тени на опушке леса быстро перестали неподвижно пугать жителей деревни — вместо этого они стали потихоньку утаскивать в лес зазевавшихся овец. Сперва, как водится, подумали на волков, но слишком уж странными были ситуэты, мелькающие среди деревьев, и слишком уж часто животные, перед тем, как пропасть, сперва тревожились, упирались или, напротив, бежали на пастбище слишком быстро, а после, словно обезумев, убегали в лес. Пастухи быстро смекнули, что их овец воруют не обычные волки, — и, боясь, что следующими станут они или их дети, поспешили обратиться к волхвам. Конец осени выдался холодным. Ещё не все листья облетели с деревьев, но на сухой траве уже лежал вчерашний мокрый снег. Всемир неспешно шёл по пахнувшему холодом и смолой лесу, приглядываясь к травам и деревьям, иногда останавливался, чтобы привязать что-то к тонким веточкам кустов с отцветшими ягодами или осмотреть кору. Так уж вышло, что Огнеяра сейчас не было в деревне, а Всемир как раз пришёл врачевать раны одного из пастухов, пострадавшего в лесу от разозлённого кабана, когда пытался вернуть сбежавшую овцу. Старики или самоуверенные молодые воины всё ещё считали, что волхв не сможет одолеть наповадившееся к ним чудище в одиночку, но что поделать — люди так любили судить по внешности. Справа, за полупрозрачными кустами, скрипнул снег. Тихо обернувшись, Всемир лукаво прищурился и, ещё немного подождав, легко ударил по веткам длинным посохом с резным серпом на конце. Снег обвалился, унеся с собой случайные листочки, а за кустом тотчас раздался лязг металла. Но вытащенный меч так же быстро замер. — Нынче опасно ходить по лесу без нужды, — волхв улыбнулся, сверкнув глубокими ямочками на щеках. — Или не знаешь об украденном скоте, Велесвет? Человек, стоявший за кустами, опустил меч, вложив его обратно в ножны. — Знаю, потому и здесь. Надеялся найти овец, — он слегка нахмурил тёмные брови. — Почему ты сам здесь? Всемир был чёрным пятном на первом снегу — тёмные глаза, тёмные волосы до плеч, слишком лёгкий тёмный плащ, расшитый алыми нитями, и такое же красное очелье… Лишь кожа белая, почти как этот снег, да губы, тоже всегда будто тронутые морозом. Велесвет же, напротив, почти сливался с лесом своими мягкими пшеничными волосами, светлыми одеждами и глазами, яркими, как небо, — спасали лишь тёмные брови да тёплая накидка из волчьей шкуры, но и та не сильно выделялась в лесу. Велесвет не заметил волхва первым лишь потому, что того скрывали заснеженные ветки. — Я иду избавиться от нашего вора, — с весёлым удивлением приподнял брови Всемир. — Не ждать ведь, пока вернётся Огнеяр. С этими словами он развернулся, намереваясь продолжить свой путь в лес. Велесвет несколько мгновений стоял на месте, но потом, покачав головой, окликнул: — Стой! — обогнув кусты, он легко догнал обернувшегося к нему волхва. — Я с тобой. Губы Всемира дрогнули в улыбке. Он отлично понимал, о чём думал этот молодой воин, слишком далёкий от Богов, но уже сросшийся со своим мечом, — даром, что знакомы они были чуть меньше полугода. Подобно многим в деревне, он считал, что юный волхв не сможет один справиться с нежитью, что он, наверняка, ещё многое не ведает, и лучше уж пойти с ним и защитить мечом, чем отпустить одного и не только не избавиться от опасной нечисти, но и лишиться одного из лучших знахарей в деревне. Всегда лучше иметь вторую пару глаз, поэтому Всемир не был против компании, но, на самом деле… Она была ему не слишком-то нужна. — Что ты узнал? — спросил Велесвет, с интересом глядя на волхва. — Все в деревне думают на волколаков, — ответил Всемир. — Да вот только… Они просто задрали бы скотину, оставив много следов, никак не смогли бы заранее навести страх на животных. Думаю, проделки иной нечисти. Велесвет прищурился, вглядываясь в припорошенный снегом лес. Был день, было тихо — но что-то таилось среди ветвей, и проснуться могло с минуты на минуту. Ведь уже подошло время, когда следовало выгонять на пастбище овец, — но воин не собирался делиться с прожорливой нечистью их скотом. — Как ты собираешься… — Подождём в лесу, напротив пастбищ, — на щеках волхва вновь блеснули лукавые ямочки. — Никто не видел, как крадут овец, — лишь как сами овцы убегают в лес, словно обезумев. Как убежит — последуем за ней. — Тогда будь осторожен, — предупредил Велесвет. — Нельзя, чтобы оно увидело нас слишком рано, но и овцу лучше вернуть целой. Я разберусь с нечистью… Всемир тихо хмыкнул. — Скот порой крадёт и Леший. Как же ты, если вдруг его проделки, разрубишь мечом его? Велесвет перевёл взгляд на Всемира. Многие в деревне шептались о том, что пусть он замечательный знахарь с острым умом и чудесной памятью, всё же стоит опасаться человека, столь близкого к зиме-Марене. Вьюга не любит никого, поцелуи мороза больно режут губы, лёд — стойкий и бесчувственный, как живая сталь, да и чужеземная кровь, явившая себя в низком росте и чёрных глазах с волосами, редко заслуживала доверия. Велесвет знал Всемира недолго, и думал, что молва преувеличивает, путая человека с далёкой от мира Яви богиней, — но сейчас… Глаза волхва, несмотря на обаятельную улыбку, показались ледяными, как зимняя ночь. Время шло быстро. По дороге Всемир несколько раз останавливался, привязывая к деревьям тонкие веточки с сухими ягодами, — Велесвет узнал уже отцветший можжевельник, но так и не понял, зачем волхв делает это. Дойдя до границы леса, они остановились перед равниной — недалеко, между лесом и родной деревней, мирно паслись овцы. Всемир тихо скрылся за одетыми вчерашним снегом кустами, поманив Велесвета за собой, и молча указал на одну из овец. Присмотревшись, Велесвет тоже заметил, что та явно нервничала, не желая пастись, как остальные. Оставалось лишь немного подождать. Волхв украдкой перевёл взгляд на высокого воина, которого вряд ли могли скрыть какие-то кусты. Велесвет был храбрым и добрым человеком, но всё же, как и все воины, порой не мог терпеть. По крайней мере, он умел решать проблемы не только мечом, но и мягким разговором, — однако с нечистью такое точно бесполезно. Даже бесполезнее меча… Вдруг, одно из белых пятен отделилось от стада овец, понесясь в лес. Издали было видно, как погнался за овцой пастух, но быстро отстал, — та, очень испуганная, с блеянием скрылась в чаще. — Идём! — Велесвет вскочил на ноги. Но Всемир быстро придержал его за локоть. — Не догоняем, а лишь следуем, — напомнил он. Велесвет коротко кивнул. Овца бежала быстро, но очень часто сворачивала в самых неожиданных местах. Всемир слегка улыбался, будто подтвердилась какая-то догадка, — только вот, они заходили всё глубже в лес. Велесвет был насторожен — овца была ходячей наживкой, в любой миг её могли учуять волки, и тогда надо будет скорее защитить совсем не отличавшегося силой волхва… И волки правда не заставили себя ждать. В какой-то момент овца резко остановилась на небольшой поляне, заметавшись на месте. Всемир отвлёкся на что-то, бросившись в сторону, — но в тот же миг раздался громкий хруст ветвей. — Всемир! — только и успел крикнуть Велесвет, прежде чем в нескольких шагах от волхва выскочил большой лохматый зверь. Всемир отпрянул, слегка удивлённо подняв брови, — Велесвет же, обнажив меч, бросился на напавшего волка… Резко развернувшись, Всемир вдруг оттолкнул уже почти вставшего между ним и волком Велесвета. Подняв свой посох, он коротко ударил им по земле, выкинув вперёд вторую руку, — и вдруг снег на сухой траве взмыл вверх, затвердев в мгновение ока, ринулся вслед за движением ладони, и волк, уже прыгнувший на человека, с разбега налетел грудью на ледяные колья. Зверь зашёлся в болезненном вое, забился на кольях, глядя в чёрные глаза волхва, — но очень быстро застыл. Вздохнув, Всемир обернулся к замершему в паре шагов от них Велесвету. — …Ты не был так силён в нашу первую встречу, — в голосе воина удивление смешалось с глубоким уважением. — В нашу первую встречу я достал стрелу из твоего плеча и исцелил твоё переломанное ребро, — приподнял бровь Всемир. — Но мне пришлось защитить тебя от упырей, — возразил Велесвет. — Помнишь? Когда мы шли из твоего дома к деревне… — Конечно. То было начало жаркого лета, — волхв отвернулся ко льду и вновь вытянул руку, прикрыв глаза. Вскоре лёд исчез, осыпавшись на землю тем же снегом, и убитый волк мягко упал на него. — Каждое лето Марена почти умирает, возрождаясь лишь к середине осени, так откуда же взяться силам у её детей? Я не буду тратить крупицы сил, если ситуация не безвыходная. А теперь, у меня к тебе просьба. Всё ещё удивлённый, Велесвет слегка кивнул. На губах Всемира появилась улыбка. — У нас гости. Защити овцу. Резко обернувшись туда, куда смотрел волхв, Велесвет увидел ещё несколько серых силуэтов, крадущихся к ним через берёзы. Зимой и осенью волки редко охотились вне стаи — их было много, больше пяти, и все они разом бросились на двух людей и перепуганную овцу. Взмахнув посохом, Всемир вновь поднял вокруг себя заискрившийся снег — чёрный плащ на его плечах всколыхнулся, развеваясь за спиной вслед за маленькой вьюгой, поднявшейся лишь на одной поляне. Кажется, он не хотел убивать волков зазря — лёд разлетелся вокруг него мелкими острыми осколками, будто говоря порезавшимся хищникам отступиться, а блестящие глыбы, выраставшие на земле после этого, уже были не острыми, лишь чтобы оттолкнуть. Меч Велесвета тоже был быстр и точен — двое волков сбежали в лес, оставляя за собой красные следы. Только вот это всё ещё были не все гости на поляне. Рядом был кто-то ещё. Кто-то маленький, невидимый, кто-то, кто всё это время ехал на спине овцы, пугая бедное животное, путая её шерсть и заводя глубже в лес на корм волкам, — внезапно это существо, проскользнув вдоль поляны, схватилось за развевающийся чёрный плащ, резко потянув назад. Это случилось так неожиданно, что Всемир просто не удержал равновесия — упав на спину, волхв едва не ударился головой о корни деревьев, а в чёрных волосах запутался снег. Он не успел даже встать, когда рядом раздалось рычание, и над головой возникла распахнутая волчья пасть с розовыми дёснами, поджатым языком и выставленными вперёд пожелтевшими клыками. Пальцы сжались на посохе — но прежде, чем волхв успел что-то сделать, между ним и зверем вновь бросилась светлая фигура Велесвета. Юноша, почти упав на волхва, поднырнул под брюхо прыгнувшего на них волка с выставленным вверх мечом. Зверь, уже не в силах остановить прыжок, упал прямо на лезвие. С силой отведя в сторону меч, Велесвет отбросил волка на землю. Кровь забрызгала его одежду и одежду Всемира — но зато оставшиеся волки отступили, больше не желая разменивать жизни стаи на овцу и двух людей. Велесвет встал, откинув светлые волосы с лица, и протянул руку всё ещё лежащему на земле волхву. — Ты не ранен? — коротко спросил он. Помедлив, Всемир всё же принял протянутую руку. — Нет. А ты? — воин покачал головой. Всемир помолчал. — Спасибо. — Не нужно. Один твой волк, один мой, — Велесвет улыбнулся. Пусть от этой улыбки не появлялось ямочек на щеках, она, даже совсем лёгкая, была удивительно доброй и мягкой, — без неё лицо воина выглядело совсем иначе. Даже, можно сказать… неискренне. Отряхнув плащ от снега, Всемир кивнул на чудом уцелевшую, но явно готовую сбежать в любой миг овцу. Всё-таки зимой вся скотина была на пересчёт. — Вернёмся в деревню. Я узнал всё, что хотел. — Что узнал? — не понял Велесвет. — Это не волколаки, — улыбнулся волхв. Велесвет подошёл к овце, успокаивая её. — Кикиморы, обратившись невидимками, забавы ради уводили наших овец в лес. Помнишь, как овца петляла по лесу? Ещё до того, как пересечься с тобой, я развесил по лесу можжевельник. Нежить пугалась его и заставляла овцу свернуть — точно кикимора. Жаль, что не оставил веток у себя, тогда бы и меня тронуть побоялась… Кикиморы — проблема небольшая, хоть и неприятная. Только вот, они крадут животных ради злых проказ, редко едят. Поэтому, гораздо больше мне интересно… — Всемир нахмурил брови, глядя в чащу холодеющего леса. — Кто и как надоумил их заводить овец к волкам… — Хочешь сказать, это не последняя беда? — Велесвет вновь посерьёзнел, подходя к волхву с овцой. — Нет, — покачал головой волхв. — Но знаешь… Благо, что беды начались именно сейчас, а не раньше, — Велесвет вопросительно приподнял брови, а на губах Всемира вновь расцвела улыбка. — Ты не знаешь ещё, как я силён в середине зимы! Эта улыбка была такой же, как и любая другая за этот день. Широкая, немного лукавая, с весёлыми ямочками на щеках, похожими на снежные поляны под лучами солнца. Только вот взгляд чёрных глаз на этот раз показался Велесвету совсем не холодным. Не удержавшись, воин тоже улыбнулся в ответ. Разве можно было не улыбнуться, когда на тебя смотрели такие глубокие ямочки?..