Когда мы встретились ?

Солнечный свет уже заливал половину комнаты, когда Дейзи медленно открыла глаза. Первое, что она почувствовала — тепло. Второе — тяжесть на своей талии и ровное дыхание рядом. Она замерла, стараясь не двигаться. Её сердце мгновенно забилось чаще. Повернув голову, она увидела Кевина. Он лежал на боку, одной рукой чуть обнимая её, будто всё ещё во сне охранял покой. Его волосы были чуть растрёпаны, галстук снят, рубашка расстёгнута на верхние пуговицы. Он выглядел… по-домашнему. Настолько, что Дейзи на секунду забыла, где они вообще находятся. Она с трудом подавила улыбку — слишком нереально всё это выглядело. Кевин Дэй. Лежит рядом. В её постели. И — Господи — всё, что между ними было, это тишина и спокойствие. Она осторожно попробовала приподняться, но его рука чуть сжала её талию — словно инстинктивно не желала отпускать. — Кевин, — прошептала она тихо. Он открыл глаза почти сразу. Несколько секунд смотрел на неё, не двигаясь, потом медленно убрал руку и сел, опираясь на локоть. — Доброе утро, — сказал он хрипловато. — Доброе, — отозвалась она, отводя взгляд, — прости, я… даже не заметила, как уснула. — Я заметил, — коротко сказал он, улыбнувшись краешком губ. — У тебя талант вырубаться, когда только перестаёшь спорить. Дейзи фыркнула, пытаясь скрыть смущение. — Значит, я не только спорить умею. — Судя по всему, — Кевин усмехнулся, — умеешь ещё и пугать. — Это как? — Когда человек внезапно засыпает у тебя на руках, а ты не понимаешь, дышит ли он, — пояснил он тихо, — это не самая приятная проверка нервов. Дейзи опустила глаза. — Извини… — Не нужно, — мягко сказал он. — Просто…всё итак видят ,что тебе плохой ,Дейз. Лучше потратить энергию на восстановление ,чем на представления. Она подняла на него взгляд — спокойный, чуть уставший, но с какой-то новой, искренней теплотой. — Я думаю ,что все настолько зациклены на себе ,что им всё равно. Он не ответил сразу. Просто посмотрел на неё так, будто впервые видел настоящую — без маски, без идеальной укладки и серебристого костюма. Потом медленно произнёс: — Ну не прям все. Тишина между ними растянулась — теплая, почти хрупкая. Дейзи выдохнула и слабо улыбнулась. — Кевин, — тихо произнесла она, — ты правда не должен был оставаться. — Я знаю, — он встал, поправляя рубашку, — но не смог уйти. «Ты же сама меня попросила»,— хотелось сказать ему ,но он промолчал . Она смотрела, как он подходит к двери, и вдруг, прежде чем он вышел, тихо добавила: — Спасибо. Ты мне очень сильно помог . Наверное это первый вечер ,который я не хочу забыть.  Он остановился, повернулся и, чуть приподняв бровь, сказал: — Не за что, Дейзи. Я тоже предпочёл был его не забывать , — он подмигнул ей и улыбнулся , ушёл, оставив её сидеть на кровати с подушкой в руках и странным ощущением, будто внутри неё что-то изменилось. *** Кевин едва успел переступить порог, как сразу понял — день не задался. На секунду ему показалось, что коридор пуст, но стоило открыть дверь комнаты, как его встретил взгляд Нила — внимательный, настороженный, с неизменной чашкой кофе в руке. Рядом, как обычно, сидел Эндрю, лениво мешая ложечкой сахар. — Доброе утро, я в душ, — выдохнул Кевин, даже не давая им шанса что-то сказать, схватил из шкафа свежую одежду и исчез за дверью ванной. Холодная вода ударила по коже, и лишь тогда пришло осознание. Он провёл ладонью по лицу, стоя под струями, и медленно выдохнул. Всё возвращалось в памяти фрагментами: роскошный зал, блеск хрусталя, музыка, мягкий голос Дейзи, её рука на его руке. Потом — тот мерзкий тип, Алистер, его слова, взгляд Дейзи, застывший от страха. Её дрожь, когда они вышли на улицу. И ночь. Тихая, спокойная ночь. Он нес её на руках, укладывал в постель, снимал сапожки, а потом — не смог уйти.  Просто не смог. Он закрыл глаза и сжал кулаки, ощущая, как ледяная вода стекает по шее. Что, чёрт возьми, происходит с ним? Почему всё, что касалось Дейзи, будто вызывало шторм в его голове? Он не должен был оставаться. Не должен был даже смотреть на неё так, как смотрел. Но в тот момент, когда она спала, прижавшись к нему, весь мир будто стал тише. И это пугало его куда сильнее любых слухов. — Где был ночью? — спокойно спросил Эндрю, когда дверь ванной распахнулась, и Кевин, вытирая волосы полотенцем, вышел в комнату. — На ужине с Дейзи, — устало ответил он, — я же говорил, что сегодня буду с ней. — Но ты не говорил, что вы ещё трахаться успеваете, — лениво протянул Ники, появляясь в дверях вместе с Аароном, держа в руках батончик. Кевин замер. Потом медленно поднял глаза. Взгляд, которым он посмотрел на Хэммика, мог бы спокойно убить. — Никто ни с кем не спал, — выдавил он, сжав зубы. — Тогда где ты сегодня ночевал? — уточнил Аарон, поднимая бровь и скрещивая руки. — У тебя явно не здесь. — Вам вообще какая разница, где, с кем и когда?! — рявкнул Кевин, и, пройдя мимо них, резко захлопнул за собой дверь комнаты. Звук был такой, будто удар пришёлся по костям. Несколько секунд все молчали. — У Кевина переходный возраст? — лениво протянул Аарон, отпивая глоток кофе. — У Кевина недотрах, — мрачно отозвался Эндрю, снова поворачиваясь к Нилу. Тот молчал. Сидел, задумчиво крутя чашку в руках, будто обдумывая всё сказанное. — Вряд ли они спали, — спокойно сказал он наконец. — Ты вообще видел Дейзи Сайнс? — фыркнул Ники. — Это ходячий типаж всех натуралов вместе взятых. И ты думаешь, что Кевин не смог?.. — Думаю, он испугался, — спокойно заметил Эндрю, не отрывая взгляда от Нила. — Себя, не её. — Ладно, — вздохнул Аарон, проходя к холодильнику. — Я даже не завтракал, давайте не будем о грустном. А за закрытой дверью Кевин сидел на кровати, локти упёрты в колени, и смотрел в одну точку. Телефон на тумбочке мигнул — новое сообщение. Он не сразу решился взять его. На экране высветилось: «Спасибо за вечер. Дейзи.» *** Столовая гудела привычным утренним шумом — звон ложек, запах кофе, ленивые голоса Лисов. Кевин сидел на краю стола, привычно молчаливый, но в этот раз его взгляд слишком часто скользил к экрану телефона. Дейзи ответила. «Странно, Кевин. Обычно люди уходят, когда им нечего больше сказать.» Он невольно усмехнулся уголком губ. Пальцы быстро пробежали по экрану. «Я не из тех, кто уходит, когда кто-то нуждается в том, чтобы остались.» — А-а-а, — растянуто протянул Ники, который сидел напротив и, конечно же, всё заметил.  — Кто это тебе там пишет, Дэй? Лицо у тебя такое, будто тебе прислали признание в любви. Кевин не отреагировал. Продолжал смотреть на экран, будто не слышал. Со стороны это выглядело подозрительно — особенно для человека, который обычно с телефоном не расстаётся только ради статистики матчей. — Только не говори, что это Дейзи, — с ухмылкой добавила Эллисон, приподнимая бровь. — Хотя… по твоему виду — сто процентов она. — С кем ты переписываешься? — спросила Дэн, отставляя чашку. — Мы же договорились без секретов. Кевин спокойно потянулся за своей ложкой, не поднимая взгляда. — Ни с кем. — Ну конечно, — хмыкнул Ники и, не теряя времени, попытался потянуться к его телефону. Кевин мгновенно убрал руку, перевернув телефон экраном вниз. — Не трогай. — Господи, Кев, ты как подросток, который прячет переписку от родителей, — не выдержал Аарон. — Мы всё равно узнаем. — Я сказал — не трогай. — Голос Кевина был спокойным, но в нём сквозила сталь. Эллисон хитро прищурилась: — Значит, точно Дейзи. Кевин поднял взгляд, бросил на неё короткий, предупреждающий. — Эллисон. Она театрально подняла руки: — Ладно-ладно, молчу. Нил наблюдал молча, слегка усмехаясь. Когда Лисы вновь вернулись к еде, он наклонился ближе и тихо сказал: — Ты можешь хоть отрицать, но лицо у тебя всё выдало. Кевин медленно поднял взгляд, хмуро, но без злости: — Ешь, Нил. — Уже ем, — пожал плечами тот, — просто интересно, как быстро ты сдаёшься, когда кто-то тебе действительно нравится. Кевин не ответил. Только положил телефон в карман, будто спрятал не просто переписку — а нечто, чего сам ещё не хотел признавать. И когда в кармане тихо завибрировало снова, он почувствовал, как по спине пробежал лёгкий ток. Новое сообщение. От неё. Телефон снова завибрировал в кармане, но Кевин даже не посмотрел. Он чувствовал на себе взгляды — особенно Эллисон и Ники, которые переглядывались через стол, явно не сводя глаз с его руки. Он сделал вид, что ничего не происходит, отпил кофе и, словно между делом, произнёс: — А что вообще девочки здесь делают? Наступила короткая пауза. Эллисон замерла с ложкой мюслей на полпути ко рту, Дэн медленно повернулась к нему с выражением, будто он сказал нечто из ряда вон выходящее. — Эм… — она моргнула, потом усмехнулась. — Кевин, ты серьёзно? — Более чем. Обычно вы завтракаете в другом зале, — спокойно ответил он, глядя в свою тарелку. — Кев, — вмешался Ники, не удержавшись от смеха, — это воскресенье. По воскресеньям мы все завтракаем вместе. Ты сам этот график составил, помнишь? Кевин нахмурился. — Я просто спросил. — Да ладно тебе, — хихикнула Эллисон. — Ты выглядишь так, будто хотел, чтобы тебя не было видно. Может, боялся, что мы у тебя из рук телефон вытащим? Кевин резко поднял взгляд. — Может, я просто хотел спокойно позавтракать. Дэн хмыкнула, откинувшись на спинку стула. — Учитывая, как ты смотришь на телефон каждые две минуты — сомневаюсь, что слово спокойно сегодня в твоём словаре. Нил тихо усмехнулся, не вмешиваясь, но всё происходящее явно его забавляло. — Ладно, — вздохнула Эллисон, облокотившись на стол. — Если ты не хочешь делиться, то просто скажи. — Я сказал, — сухо ответил Кевин. — Это не ваше дело. Ники театрально приложил руку к сердцу: — О, тайна века. Кевин Дэй, легенда Экси, защищает телефон от команды, будто там план побега из страны. Аарон, не поднимая головы, спокойно добавил: — Или любовная переписка. — Я не… — начал Кевин, но понял, что оправдываться — только подлить масла в огонь. Он резко встал, забрал поднос и коротко бросил: — Пойду на корт. — Конечно, — протянула Эллисон с усмешкой, — позанимайся, Кев. Может, Дейзи оценит твою дисциплину. Он остановился на секунду, обернулся и посмотрел на неё так, что даже Ники притих. — Может, просто перестанешь строить теории, Эллисон. Она лишь невинно улыбнулась. — Только если ты перестанешь вести себя, как будто тебя застукали. — Эллисон, — произнёс он медленно, — ты не знаешь, когда остановиться. — Просто потому, что я задаю вопросы? — усмехнулась она. — Или потому, что я права? Внутри него будто что-то хрустнуло. — Закройся. В комнате мгновенно стало тихо. Даже Ники перестал ухмыляться. Элисон чуть поджала губы, будто впервые поняла, что зашла слишком далеко. Кевин провёл рукой по лицу, отстраняясь, словно борясь с собой. — Знаешь, — сказал он уже тише, — я устал от того, что каждый раз, когда кто-то хоть немного выходит за привычные рамки, вы превращаете это в цирк. Он схватил спортивную сумку и направился к двери. — Кев, подожди, — тихо произнесла Рене, но он не остановился. Дверь хлопнула. Ники выдохнул: — Ну, если честно, Элисон, ты немного… переборщила. — Я просто… — начала она, но осеклась, не договорив. Мэтт покачал головой: — Он всё утро сдерживался. И всё равно не сказал тебе ни слова, хотя ты пыталась его вывести. Повезло тебе, что он умеет держать себя в руках. Элисон опустила глаза, глядя на свою чашку. Где-то внутри она понимала — в этот раз действительно перегнула. А Нил, глядя ему вслед, хмыкнул: — Думаю, ставки можно уже открывать. Через неделю они или начнут встречаться, или убьют друг друга. *** Кевин был на корте с самого утра. Он хотел просто заглушить мысли — удары ракетки о мяч, отскоки, короткие рывки туда-сюда. В этом ритме было что-то очищающее, почти спасительное. Он как раз собирался подбросить мяч для подачи, когда услышал голос за спиной: — Не ожидал тебя увидеть в такое время. Дэй замер. Обернулся — и увидел Ваймака. Тот стоял с термокружкой в руке, с тем самым выражением, которое было смесью усталости, интереса и чего-то, чего Кевин не мог пока определить. — Просто не спалось, — ответил он коротко, сдержанно. — Обычно люди в таких случаях идут бегать, а не избивают мяч, — заметил Ваймак, приближаясь и усаживаясь на трибуны. — Хотя, зная тебя, неудивительно. Ты всегда ненавидел кардио. Кевин выдохнул и тоже направился к трибунам. Он бросил ракетку рядом, сел, не глядя на тренера. Несколько секунд тишины. Только шум вентиляции и лёгкое постукивание дождевых капель по крыше спорткомплекса. — Слышал, ты вчера был на благотворительном вечере, — наконец сказал Ваймак, будто невзначай. — Газеты шумят. Кевин закатил глаза. — Уже и сюда добрались? — Ну, я тренер университетской команды. Иногда стоит знать, где шатается мой нападающий и сын, — с сухой усмешкой отозвался Ваймак. — Но выглядел ты, к слову, чертовски уверенно. — Дейзи просто попросила составить компанию, — пожал плечами Кевин. — Просто попросила, — повторил Ваймак, глядя на него поверх кружки. — И ты пошёл. — У неё были проблемы, — выдохнул Кевин.  — Я не мог оставить её одну. — Проблемы у всех. Но ты ведь не всем бросаешься помогать. Кевин молчал. Он не мог объяснить, почему вообще поехал. Почему остался. Почему сейчас его внутри трясёт, когда он вспоминает, как она почти падала в обморок в коридоре. Ваймак немного сменил тон — мягче, спокойнее: — Она хороший человек, Кев. Но не пытайся спасать всех вокруг, пока сам не стоишь на ногах. — Я справляюсь, — быстро сказал он. — Я вижу, — ответил Ваймак, глядя на пустой корт. — Просто будь осторожен. Он немного помолчал, а потом, уже чуть тише, добавил: — Ты слишком давно один. И когда появляется кто-то, кто заставляет чувствовать хоть что-то — это может сбить с ног сильнее, чем любой удар. Кевин не ответил. Только сжал ладони так, что побелели костяшки. — Спасибо за совет, — наконец произнёс он, вставая. — Это не совет, — сказал Ваймак. — Просто... наблюдение. Кевин кивнул, не оборачиваясь, и пошёл к выходу. Он не любил таких разговоров — слишком личных, слишком прямых. Но всё же, когда дверь за ним закрылась, он поймал себя на том, что впервые за долгое время почувствовал: кто-то действительно видел его насквозь. Отец не издевался над ним , как это любили делать лисы , а спокойно всё объяснял и старался помочь. *** Дейзи сидела на кровати, обернувшись в мягкий серый плед. Комната была залита тусклым утренним светом — в окне всё ещё висела туманная дымка после дождя. На прикроватном столике остывал кофе, экран ноутбука мерцал. Она просто хотела проверить почту. Всего лишь почту. Но стоило открыть браузер, как лента новостей взорвалась фотографиями. “Университетская сенсация: Кевин Дэй и Дейзи Сайнс на благотворительном вечере!” “Новая пара кампуса? Самая обсуждаемая ночь недели.” “Кевин Дэй впервые замечен с девушкой на публике после громкого расставания с Теодорой Мулдани.” На снимках она — в своём серебристом костюме, с лёгкой улыбкой, держится за руку Кевина, и как будто всё идеально. Но за кадром никто не видел, как она потом едва держалась на ногах, как тошнило в туалетной комнате, как ей было страшно, когда появился Алистер. Она щёлкала одну фотографию за другой. На некоторых Кевин смотрел на неё так, будто она единственный человек в зале. И это почему-то выбило дыхание. Она не могла понять — раздражает ли её это внимание, или наоборот, пугает, потому что ей казалось, что теперь все видят то, что она сама пыталась скрывать. В соцсетях всё уже кипело: «Какие они красивые!» «Вот бы у нас на факультете так парочки собирались.» «Кевин выглядит мягче, чем обычно. Она на него действует!» Она закрыла глаза и стиснула зубы. — Господи… — выдохнула она тихо. — Только этого не хватало. Щёлк. Ещё одно уведомление. Она машинально открыла его — и увидела фото, сделанное явно с телефона, в момент, когда Кевин подхватывал её у входа. Он держал её за талию, она почти опиралась на него, глаза полузакрыты, губы приоткрыты. В комментариях — тысячи догадок. «Он её целовал?» «Она пьяная?» «Кевин снова счастлив!» Дейзи резко захлопнула ноутбук. Сердце билось неровно. Она встала, подошла к зеркалу — волосы спутаны, глаза усталые, но взгляд остался тем же — прямым, холодным. — Пусть думают, что хотят, — произнесла она себе под нос. — Это просто вечер. Просто фото. Но внутри что-то всё же дрогнуло. Она вспомнила, как Кевин нёс её на руках, как снял с неё сапожки, как молча накрыл пледом. Всё это было слишком реально, чтобы назвать «просто». Телефон мигнул. Сообщение от Кевина. Ты видела новости? Она усмехнулась. Видела. Не переживай, я не собираюсь объясняться перед миром. Через минуту — ответ. Я не про новости. Просто… хотел убедиться, что ты в порядке. Дейзи посмотрела на экран, пальцы чуть дрогнули. Она долго не писала, потом коротко ответила: Я в порядке, Кевин. Спасибо, что тогда остался. На экране появилось «печатает…», но через несколько секунд строка исчезла. Он не ответил. Она вздохнула, снова опустилась на кровать и, прижимая к себе подушку, тихо прошептала: — Бесишь. *** Дейзи не спала уже больше часа. Кофе давно остыл, ноутбук снова стоял перед ней, экран заливал комнату холодным светом. Она пыталась не думать о статьях, не смотреть на комментарии — но мысли всё равно возвращались к нему. Кевин Дэй. Парень, который вдруг оказался слишком рядом. Слишком внимательный. Слишком тихий, когда все остальные — шум. Она вспомнила, как кто-то на банкете упомянул его прошлое. “Когда он встречался с Теодорой Мулдани…” Имя зацепилось за память, как заноза. И теперь, сидя в темноте, она набрала его в поиске. Теодора Мулдани. Игрок Воронов. Нападающая. Пять лет старше Кевина. Сейчас — звезда национальной сборной. На экране вспыхнули фотографии: высокая, сильная, темноволосая женщина с кожей цвета меди и взглядом, в котором читалась уверенность, почти холодная власть. В спортивной форме — безупречная осанка, мощные руки, квадратные плечи. На подиуме — в платье с открытой спиной, на фоне флагов и вспышек камер.Серьёзная, собранная, будто всегда знает, чего хочет. Дейзи не заметила, как начала кликать одну фотографию за другой. Вот Теодора в составе Воронов, а вот на одном матче с Кевином , он улыбается по-настоящему. Дейзи поймала себя на том, что смотрит слишком долго. И вдруг, будто холодная вода по спине — осознание. Они совсем не похожи. Теодора — уверенность, сталь, сила. Она — сомнение, осторожность, внутренний хаос. У той взгляд прямой и твёрдый, у неё — тихий, ищущий. Теодора умеет стоять в центре внимания, а Дейзи — растворяться в тени. Она откинулась на спинку стула, выдохнула. — Конечно… — пробормотала она тихо. — Ему такие нравятся. Но это не звучало с обидой — скорее, с какой-то грустью. С осознанием своего места. Она закрыла вкладку, но экран всё равно будто продолжал отражать лицо той женщины — сильной, непоколебимой. Дейзи машинально посмотрела на свои руки: тонкие пальцы, лёгкие царапины после тренировок, бледная кожа. Потом — на отражение в зеркале напротив: растрёпанные волосы, усталые глаза, почти детские черты. — Мы из разных миров, — сказала она себе шепотом. — И, наверное, это к лучшему. Но глубоко внутри кольнуло что-то едкое, непрошеное — ревность, которой она не хотела признавать.