Когда мы встретились ?

Ночная тишина особняка Сайнсов казалась почти осязаемой. Дейзи лежала в постели, уставившись в потолок, когда экран её телефона внезапно вспыхнул. Сердце пропустило удар. Короткое сообщение от Хейдена: «Выходи. Тихо. Я у ворот». Она замерла, прислушиваясь к звукам огромного дома. Убедившись, что все Сайнсы и охрана давно спят, Дейзи бесшумно скользнула из-под одеяла. Накинув куртку прямо на пижаму, она на цыпочках прошла по тёмным коридорам, аккуратно приоткрыла массивную дверь и выскользнула в прохладу ночного сада. У кованых ворот поместья, скрытая в тени раскидистых деревьев, мягко рокотала мотором тонированная машина. Дейзи быстро перебежала дорогу, дёрнула ручку и скользнула на пассажирское сиденье. В салоне пахло дорогим парфюмом, кожей и тем самым едва уловимым, родным теплом. Хейден сидел за рулём. В полумраке его резкий, аристократичный профиль, вьющиеся светлые волосы и этот пронзительный, глубокий взгляд — заставили её задохнуться.  В его характере всегда сочетались пугающая, тёмная сила и эта невероятная, бешеная харизма, перед которой она была абсолютно бессильна. Дейзи едва сдерживала слезы, которые уже застилали ей глаза. С глухим, отчаянным всхлипом она перемахнула через разделительную панель и буквально рухнула в его объятия. — Хейден... — прохрипела она, намертво вцепившись пальцами в плотную ткань его дорогого чёрного пальто, словно боясь, что он испарится, окажется сном. — Тихо, принцесса, я рядом. Господи ,как же я скучал— его голос, низкий, с лёгкой хрипотой, прозвучал прямо над её ухом. Хейден обнял её в ответ с такой неистовой, собственнической нежностью, словно пытался растворить её в себе. Он зарылся пальцами в её волосы, прижимая к своей груди, и в его сильных руках не было прежней жёсткости — только безумное, долгожданное счастье снова держать её рядом. Между ними всегда горела та самая редкая, разрушительная и одновременно искренняя любовь, которая выжигала всё вокруг. Они были двумя половинами одного целого, и порознь они просто не умели дышать. Всю дорогу до его отеля они не могли оторваться друг от друга. Дейзи сидела, прижавшись к его плечу, пока Хейден одной рукой уверенно вел машину, а второй крепко сжимал её ладонь. Они наперебой, лихорадочно обсуждали всё, что произошло. Вспоминали тот страшный день, когда команда отца и Стюарда выкрала Дейзи из поместья Кристинсенов, оборвав их связь. Дейзи, всхлипывая, признавалась, как буквально умирала без него все эти недели, как задыхалась в чужом доме и как её тошнило от вечных интриг сестры. Хейден слушал, его челюсть каменела от ярости, но, переводя взгляд на Дейзи, он снова становился невероятно мягким. Когда за ними, наконец, захлопнулась тяжелая дверь его роскошного гостиничного номера, Хейден не дал ей сделать и шага. Он резко прижал её спиной к двери и сразу же, без предупреждения, накрыл её губы глубоким, голодным и отчаянным поцелуем. Это был поцелуй людей, которые вернулись с того света друг к другу. —Боже, Дейзи, — тяжело дыша, прошептал он ей прямо в губы, обжигая дыханием её кожу и осыпая поцелуями её лицо, глаза, виски. Его руки судорожно сжимали её талию. — Если бы ты знала, как я ненавидел этот ужин. Я сидел за столом с твоим отцом, изображал идеального партнёра, улыбался, обсуждал этот чертов бизнес... а у меня внутри всё горело. Я ни о чём думать не мог, кроме тебя. Считал каждую секунду, когда этот ад закончится, чтобы наконец-то приехать, забрать тебя и прижать к себе. Больше я тебя никуда не отпущу. Никто тебя у меня не отберёт. Дейзи лишь крепче обнимала его за шею, окончательно выплакивая всю скопившуюся боль на его плече, зная, что теперь она дома. В его руках. *** Утро в особняке Сайнсов началось с оглушительной тишины, которая Лекси сразу не понравилась. Она зашла в комнату сестры без стука и замерла у порога. Кровать была пуста и даже не заправлена, а на стуле сиротливо лежали домашние вещи. Лекси тяжело вздохнула и картинно закатила глаза к потолку. Ей не нужно было быть гением, чтобы сложить два плюс два. Дейзи сбежала. Сбежала посреди ночи, как влюблённая дурочка, и, конечно же, к Хейдену. — Ну какая же идиотка, — пробормотала Лекси, раздражённо потирая переносицу. — Все усилия насмарку. В этот момент в коридоре послышались тяжёлые шаги их отца. Глава семейства Сайнс, как обычно, проснулся рано и уже направлялся к лестнице, попутно просматривая что-то в планшете. Лекси среагировала мгновенно. Она быстро прикрыла дверь в комнату Дейзи, напустила на себя максимально невозмутимый вид и вышла навстречу отцу. — Доброе утро, — ровным, спокойным голосом произнесла она, преграждая ему путь. Мужчина поднял голову от экрана, строго оглядывая дочь. — Доброе. А где Дейзи? Почему она ещё не встала? — О, Дейзи? — Лекси беспечно махнула рукой, изображая лёгкую скуку. — Она ушла пораньше. Я буквально полчаса назад видела из окна, как она вышла на пробежку. Сказала, что хочет проветрить голову перед выходными. Ты же знаешь, какая она у нас спортивная в последнее время. Отец на секунду прищурился, оценивая её тон, но Лекси держала маску безупречно. В конце концов, мужчина лишь удовлетворённо кивнул — мысль о том, что дочь взялась за здоровье, ему понравилась. — Хорошо. Пусть не задерживается, у нас сегодня много дел по новому проекту с Кристинсеном. Я хочу ,чтобы она тоже приняла участие, может мы придумаем что-нибудь новое с её рестораном и другими бизнесами , в последние время она мало ими занимается и меня это напрягает. Как только отец скрылся на первом этаже, Лекси молча выдохнула сквозь зубы. Она быстро достала из кармана телефон, зашла в чат с сестрой и яростно застучала пальцами по экрану, набирая сообщение: «Ты полная дура, Дейзи. Я только что прикрыла твою задницу перед отцом, сказала, что ты на пробежке. Хватит пускать слюни на своего Кристенсена. Чтобы через час была дома, иначе я за себя не ручаюсь. И телефон включи!» Отправив сообщение, Лекси сердито спрятала мобильный обратно. Её чертовски злило, что Дейзи так легко прыгнула в капкан к Хейдену, но бросить сестру на растерзание она всё равно не могла, вспоминая ,что та старалась быть с ней как можно добрее. Телефон Дейзи, лежавший на прикроватной тумбочке, громко завибрировал, нарушая утреннюю тишину номера . Хейден, который уже не спал и лениво перебирал светлые пряди волос Дейзи, скользнул взглядом по загоревшемуся экрану. Строчки от Лекси высветились прямо на заблокированном дисплее. Хейден приподнял бровь. На его красивом, резком лице,промелькнула холодная, едва заметная усмешка. В его тёмных глазах загорелся тот самый опасный, гипнотический огонёк, который всегда пугал окружающих, но Дейзи сводил с ума. — Твоя сестричка бьётся в истерике, — низким, бархатным от сна голосом произнёс он, кивая на мобильный. — Пишет, что спасла твою задницу перед отцом и ждёт тебя через час. Дейзи приподнялась на локтях, заглядывая в экран, и устало вздохнула. Она потянулась, прижимаясь к его плечу, и тихо произнесла: — Хейден... она правда до смерти тебя боится. Она думает, что ты вернулся из Трансильвании только для того, чтобы уничтожить её. Растоптать за то, что она кинула тебя , как только уехала . Она параноит каждую секунду. Услышав это, Хейден искренне, тихо усмехнулся. Он откинул голову на подушки, и вьющиеся светлые волосы небрежно упали ему на лоб. В этой его небрежности, в свободной позе и расслабленном взгляде сквозило такое колоссальное, непоколебимое превосходство, что становилось понятно: сейчас Лекси для него — лишь мелкая фигура на доске. — Уничтожить её? — Хейден повернул голову к Дейзи, и на его губах заиграла лощёная, издевательская улыбка. — Передай ей, что она слишком много на себя берёт. Я не собираюсь уничтожать Лекси. Она сама с этим вполне отлично справится,зная её характер. Он придвинулся ближе, обнимая Дейзи за талию и заставляя её снова лечь ему на грудь. Его пальцы собственнически очертили её позвоночник. — Но я бы действительно очень хотел с ней поговорить. Просто поговорить, Дейзи. Глядя ей в глаза. Ей пора понять, что путаться у меня под ногами — плохая идея. — Она не согласится на встречу, — тихо заметила Дейзи, целуя его в подбородок. — Она думает, что ты психопат. — Значит, мы устроим ей сюрприз, — мягко прошептал Хейден, и в его голосе промелькнули те самые опасные, тёмные нотки, от которых у врагов Кристинсенов обычно бежали мурашки по коже. Но, посмотрев на Дейзи, он мгновенно изменился, становясь невероятно нежным. — Ладно. Забудь о ней хотя бы ещё на полчаса. Пойдём в душ? Дейзи улыбнулась, кивая. Хейден легко поднялся с кровати, демонстрируя идеальную, подтянутую фигуру, и протянул ей руку. Она вложила свои пальцы в его ладонь. Они вместе зашли в просторную, отделанную мрамором ванную комнату. Хейден включил воду, настраивая тёплые струи, и увёл Дейзи за собой под стеклянные двери душевой кабины. Вода мгновенно обрушилась на них, смывая остатки ночного сна и тревог. Хейден бережно прижал её к себе прямо под каплями, зарываясь лицом в её мокрые волосы. Его руки скользили по её влажной коже, а губы снова нашли её губы в долгом, глубоком поцелуе, заставляя Дейзи напрочь забыть и про тикающий час Лекси, и про строгого отца, который ждал её в особняке. *** Ночной воздух был прохладным и свежим, приятно остужая разгорячённое после тяжёлого дня лицо. Камилла медленно шла по безлюдной аллее парка недалеко от своего дома. Ноги после многочасового дежурства гудели, а голова была забита медицинскими терминами и мыслями, которые никак не хотели укладываться в стройный ряд. Ей просто нужно было выдохнуть. Очистить голову. Она с облегчением опустилась на свободную деревянную лавочку под раскидистым деревом и откинула голову назад, подставляя лицо слабому ночному ветру. Спустя пару минут тишину парка нарушил тихий стук каблуков. Камилла лениво приоткрыла глаза и посмотрела в сторону дорожки. К лавочке приближалась девушка. В тусклом свете фонаря её силуэт и светлые волосы показались Камилле смутно знакомыми. В памяти мгновенно всплыли рассказы и старые фотографии, которые она мельком видела. «Бывшая Кевина? Дейзи?» — пронеслась в голове внезапная мысль. Девушка была невероятно похожа на неё, но в её осанке и взгляде сквозило что-то другое, более резкое и изломанное. Блондинка тоже заметила пристальный взгляд ореховых глаз Камиллы. Она остановилась в паре шагов, внимательно скользнула глазами по её уставшему лицу, растрёпанным тёмным волосам и... неожиданно мягко, понимающе улыбнулась.  В этой улыбке не было высокомерия, только глухая, общая для них обеих усталость от всего мира. — Привет. Можно присесть рядом? — негромко спросила она. Ее голос звучал немного хрипло. — Да, конечно, садись, — Камилла тепло улыбнулась в ответ и немного подвинулась, освобождая место, хотя лавка и так была пустой. Незнакомка изящно опустилась на край, аккуратно поставив рядом свою сумочку. Она выглядела так, словно пережила сильнейший шторм, но изо всех сил пыталась держать лицо. Камилла сразу заметила это нервное напряжение в чужих плечах, но лезть с расспросами не стала. Сейчас им обеим не нужны были лишние разговоры. Между ними завязалось то самое редкое, удивительно комфортное молчание, которое случается только между двумя глубоко уставшими людьми. Камилла уютно поправила ремешок своей сумки, а блондинка устало потерла виски, прикрыв глаза. Никаких расспросов, никаких масок, никакого давления. Они просто сидели плечом к плечу, деля эту прохладную ночь на двоих. Через какое-то время блондинка открыла глаза и подняла голову к небу. Гонсалес проследила за её взглядом. Городской смог немного рассеялся, и в черной вышине отчётливо проступили мелкие, мерцающие звёзды. Они смотрели на них молча, заворожённые этой далёкой и безразличной к людским проблемам красотой. Напряжение медленно, капля за каплей, покидало их тела. — Я Лекси, — тихо нарушила молчание блондинка, не отрывая взгляда от звёздного неба, словно боялась спугнуть это внезапное умиротворение. Камилла повернула к ней голову. Услышав имя, она окончательно всё поняла — это была сестра-близняшка, о которой тоже ходило немало слухов. Но прямо сейчас перед ней сидела не опасная интриганка, а просто уставшая девушка, которой тоже нужно было заземлиться. Ками улыбнулась, её ореховые глаза мягко блеснули в темноте. Она повернулась на лавочке и открыто протянула Лекси свою ладонь. — Камилла. Лекси на секунду посмотрела на её ладонь, а затем уверенно и тепло пожала её в ответ. Лекси изначально поняла, что перед ней сидит именно Камилла. Ещё на подходе к лавочке она узнала эти тёмные шоколадные волосы, хрупкую фигуру и ту самую девичью милую энергетику, о которой Кевин так раздражённо, но бережно упоминал в своём пентхаусе. Вся её былая стервозность испарилась, уступив место какому-то странному, почти детскому любопытству. Она отпустила ладонь Камиллы и снова посмотрела на звёзды, тихо хмыкнув. — На самом деле я знаю, кто ты, — прямо призналась Лекси, и на её губах появилась тонкая, слегка лукавая улыбка. — Пальметто — город маленький. А Кевин Дэй слишком громко молчит о тех, кто ему действительно важен. Камилла удивлённо приподняла брови, поворачиваясь к ней всем корпусом. Она поправила тонкий ремешок своей маленькой сумочки. — Ты... знаешь Кевина? — О, более чем, — Лекси горько, но без злости усмехнулась, поправляя светлую прядь. — Должно быть, он рассказал тебе кучу страшилок обо мне. Ну, знаешь... сумасшедшая бывшая родственница, которая вечно втягивает всех в дерьмо и рушит чужие жизни. Камилла внимательно вглядывалась в профиль блондинки. Она вспомнила их недавний разговор с Кевином, его усталый, но твёрдый голос и то, как он относился к ней — оберегающе, совсем как старший брат. — На самом деле нет, — мягко ответила Ками, покачав головой. Её ореховые глаза светились искренним дружелюбием. — Кевин был довольно сдержан. Он не говорил о тебе плохо, Лекси. Он, кажется, просто очень за тебя переживает. Даже если пытается казаться ледяным и безразличным роботом. Лекси на мгновение замерла, поражённая этими словами. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы сглотнуть внезапно подступивший к горлу ком. Кевин Дэй защищал её перед этой чистой девочкой?  Это было так непохоже на него прежнего, но так правильно. Заметив, как Лекси снова помрачнела, Камилла решила разрядить обстановку. Живот девушки очень вовремя издал тихий, голодный урчащий звук, заставив обеих синхронно прыснуть от смеха. — Ладно, раз уж мы раскрыли карты, — Камилла заговорщически улыбнулась и поднялась с лавочки. — Вообще-то тут за углом есть одна очень уютная круглосуточная кофейня. Там делают самые вкусные пончики в этом районе — с клубничной глазурью и заварным кремом. И, честно говоря, после этого сумасшедшего дня я абсолютно не против наесться ими прямо на ночь. Пойдёшь со мной? Мне кажется, нам обеим срочно нужна доза глюкозы. Лекси посмотрела на открытую, дружелюбную улыбку Камиллы, и в этот момент весь её сложный мир показался таким далёким. Ей впервые за долгое время захотелось быть просто девчонкой, которая ест пончики посреди ночи. — С клубничной глазурью, говоришь? — Лекси поднялась, поправляя одежду, и её улыбка стала по-настоящему тёплой. — Веди, Ками. Я в деле. Круглосуточная кофейня встретила их мягким полумраком, тихой джазовой музыкой и умопомрачительным запахом свежей выпечки и молотого кофе. Девушки устроились за небольшим столиком у самого окна. Камилла, как и обещала, заказала целую коробку пончиков с клубничной глазурью и две большие кружки латте. Лекси сделала глоток сладкого кофе и аккуратно откусила пончик. Тёплая глазурь буквально таяла во рту. В этот момент блондинка поймала себя на странном, давно забытом ощущении — ей было просто хорошо. Впервые за последние недели её мысли не крутились вокруг Хейдена, его угроз, Трансильвании и вечных попыток контролировать жизнь Дейзи .Вся эта удушающая лавина проблем осталась там, за порогом этой светлой кофейни. Смотря на то, как Камилла весело слизывает капли заварного крема с пальцев и смешно морщит нос, Лекси вдруг почувствовала, что у неё появилась обычная, нормальная человеческая знакомая. Словно настоящая подруга, с которой можно не держать марку, не плести интриги и не ждать удара в спину. Она впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности. Разговор плавно перетёк на обсуждение самих «Лисов» — не как спортсменов, а как парней и девчонок, за которыми они обе так или иначе наблюдали. — Ой, ну ладно тебе, — Лекси весело подмигнула, отпивая латте и подпирая щеку рукой. На её лице заиграла привычная, но теперь совершенно беззлобная, кокетливая улыбка. — Если выбирать среди Лисов, то Элисон Рейнольдс — однозначно мой кумир.Ты видела её гардероб? А этот взгляд, которым она ставит на место любого придурка на два колена ниже? Камилла звонко рассмеялась, соглашаясь, но затем хитро прищурила свои ореховые глаза и покачала головой. — Элисон крутая, спору нет, но ты явно будешь покруче— улыбнулась Ками, крутя в руках пончик. — Но если выбирать моего любимчика... то я, пожалуй, выберу Кевина. Лекси шутливо округлила глаза и картинно схватилась за сердце, едва не пролив кофе. — Дэй?! Камилла, ты серьёзно? Этот вечно ворчащий, угрюмый ходячий калькулятор для экси? Да он же зануда планетарного масштаба! — Да ну тебя! — Камилла со смехом пихнула её под столом носком кроссовка. — Он не зануда. Он просто... очень надёжный. Да, он постоянно хмурится и бурчит, как старый дед, но когда тебе действительно плохо, он окажется рядом быстрее всех. Он как старший брат, который ворчит, но укроет тебя одеялом. Так что мой голос за Кевина. Лекси пристально посмотрела на Камиллу, подмечая, с каким чистым, искренним теплом та защищает Дэя. В груди у блондинки потеплело. Ей было неожиданно,но безумно приятно видеть, что рядом с Кевином есть человек, который ценит его за внутреннюю доброту, а не за статус звезды спорта. Они просидели в этой кофейне всю ночь. Время пролетело абсолютно незаметно. Девушки болтали обо всём на свете: обсуждали дурацкую моду, любимую косметику, делились забавными историями и смеялись так, что у них начинали болеть животы. Камилла рассказывала про университетские будни, а Лекси просто слушала, наслаждаясь этой нормальной, простой девичьей жизнью без тайн и преследований. Они вышли из кофейни, только когда небо за окном начало окрашиваться в нежно-розовые тона рассвета. Город медленно просыпался, воздух был прохладным и чистым. — Ну что, подруга, до встречи? — улыбнулась Лекси, поправляя свою маленькую сумочку. На её лице больше не было паники — только сонная, мягкая благодарность. — До встречи, — тепло ответила Камилла, обнимая новую подругу на прощание. Они разошлись в разные стороны. Камилла шла к своему дому, чувствуя невероятную лёгкость на душе после этой ночи. Она зашла в квартиру, скинула туфли и, даже не переодеваясь, от дикой усталости буквально рухнула на свою аккуратно заправленную кровать. Перед тем как окончательно провалиться в сон, Камилла сонно поправила рукав кофты, под которой на бледной коже запястья наливались багровой синевой следы от чужих пальцев. *** За кулисами стадиона стоял привычный предматчевый гул. Лисы шумели в раздевалке, Ваймак рявкал на Нила, требуя надеть защиту, а Элисон громко спорила с Дэн по поводу тактики. Но в небольшом медицинском кабинете у самого поля царила относительная тишина. Кевин сидел на краю высокой кушетки, вытянув травмированную левую руку. Он хмурился, переводя взгляд с часов на стену на дверь, и его пальцы нервно постукивали по колену. Весь его вид выражал крайнюю степень сосредоточенности перед игрой. Камилла подошла к нему, держа в руках рулон плотного эластичного бинта. На ней был медицинский халат поверх обычной одежды, а шоколадные волосы были красиво разбросаны по плечам. Она мягко, но уверенно перехватила его ладонь, заставляя парня перестать барабанить пальцами. — Дэй, прекрати дёргаться, — негромко, но строго произнесла она, заглядывая в его лицо своими ореховыми глазами. — Из-за твоего пульса у меня бинт съезжает. — Мы должны выйти на поле через пятнадцать минут, — буркнул Кевин, однако руку послушно расслабил. — Затягивай крепче. Мне нужен жесткий упор для кисти, иначе при первом же мощном ударе левая рука поплывёт. Камилла ничего не ответила, лишь понимающе качнула головой. Она склонилась над его рукой, и её пальцы начали ловко и аккуратно накладывать витки бинта вокруг его запястья. Движения девушки были точными, профессиональными, но в то же время удивительно бережными. Она знала каждый шрам на этой руке, знала, где именно Кевину бывает больно, и подсознательно старалась обходить эти зоны. Кевин молча наблюдал за ней сверху вниз. Его вечно насупленные брови постепенно разгладились. Он заметил, как Камилла смешно закусила губу от усердия, стараясь сделать идеальную повязку, и на его губах на долю секунды промелькнула едва заметная, тёплая усмешка. — Не переживай ты так, — тихо сказал он, когда она сделала очередной тугой оборот. — Всё будет нормально. Мы их разнесём. — Я переживаю не за счёт, Дэй, а за твои суставы, — Камилла подняла на него взгляд и слегка сжала его пальцы своей ладонью, проверяя чувствительность. — Пальцы не немеют? Сильно давит? — В самый раз, — ответил Кевин. В этот момент Камилла, закрепляя конец бинта специальным зажимом, случайно задела рукав собственной кофты, и он слегка приподнялся, обнажая край того самого багрового синяка на запястье. Она тут же испуганно отдёрнула руку и быстро поправила ткань, надеясь, что он ничего не заметил. Камилла затаила дыхание, лихорадочно придумывая в голове оправдание про «буйного пациента», если Кевин начнёт расспросы. Но Кевин, вопреки её ожиданиям, не стал ничего спрашивать и не изменился в лице. Он лишь пристально посмотрел на неё, а затем протянул свою здоровую правую руку и легонько, ободряюще щелкнул её по носу. — Эй. Хватит витать в облаках, — негромко произнес он, и в его голосе прозвучала та самая редкая, спокойная уверенность, которая всегда действовала на неё как заземление. — Иди к скамейке. И держи аптечку наготове. Камилла от неожиданности моргнула, а затем тихо рассмеялась, потирая нос. Вся её внутренняя паника и страх перед больничным кошмаром мгновенно испарились. Рядом с ним она чувствовала себя под абсолютной защитой. — Слушаюсь, капитан, — улыбнулась она, собирая остатки медицинских принадлежностей в сумку. Кевин поднялся с кушетки, размял забинтованную кисть, остался полностью доволен работой и уверенным шагом направился к выходу из кабинета, на ходу надевая игровой шлем. На поле шёл ожесточённый матч, трибуны буквально взрывались от криков, а игра не останавливалась ни на секунду. Камилла сидела на скамейке запасных «Лисов» и внимательно следила за мячом , когда сетка ограждения, разделяющая зоны команд, тихо звякнула.Она обернулась и увидела незнакомого парня в форме «Троянцев», который, судя по всему, сидел в запасе. В глаза сразу бросилась его внешность: аккуратная стрижка, тёмные шоколадные волосы и удивительно тёплые, глубокие карие глаза. Шлем он держал под мышкой, а на его симпатичном лице читалось явное смущение. Стоило Камилле посмотреть на него, как на его щеках проступили очаровательные, милые ямочки.— Хей, доктор... — тихо и немного неловко позвал он сквозь шум стадиона, чуть наклонив голову.  — Извините, что отвлекаю прямо во время игры. Наш врач куда-то делся — кажется, ушёл в подтрибунку за новыми хладопакетами, а я тут на скамейке умудрился содрать локоть о какое-то крепление. Не поделитесь бинтом или пластырем? Обещаю вернуть после матча. — Конечно, подождите секунду, — улыбнулась Камилла, переходя на вежливое «вы» с незнакомцем.Она быстро достала из сумки рулон стерильного эластичного бинта и антисептическую салфетку. Парень с благодарностью принял медикаменты сквозь крупную сетку и попытался наложить повязку сам. Камилла с улыбкой наблюдала за его попытками, но уже через полминуты не выдержала. Брюнет упрямо пытался затянуть бинт одной рукой, зубами придерживая край, отчего повязка сползала, превращаясь в какой-то бесформенный, неуклюжий узел. — Боже, остановитесь, — со смехом вздохнула она, качая головой. — Вы сейчас себе пальцы перекроете, а не локоть забинтуете. Это выглядит просто ужасно. Давайте сюда руку. — Я честно старался, доктор, — виновато, но ужасно мило улыбнулся он, послушно протягивая руку через проход между зонами. Его карие глаза восхищённо заблестели, когда Камилла аккуратно перехватила его ладонь. Прямо пока на поле шла жесткая игра, она осторожно стянула его неуклюжий узел, быстро обработала небольшую ссадину на локте и начала накладывать бинт заново.  Её движения были мягкими, точными и уверенными. Парень замер, почти не дыша, и просто открыто любовался ею. Расстояние между ними сократилось, и он мог рассмотреть каждую золотинку в её ореховых глазах. Он явно был очарован её мягкостью и тем, как красиво она улыбалась. — Знаете, доктор, — негромко произнёс он, пока она делала аккуратный финальный виток. Его голос звучал на удивление тепло. — Ради такой заботы я готов сидеть в запасе на каждом матче. Я Лео, кстати. Первый сезон за Троянцев. Камилла слегка покраснела от его искреннего, милого комплимента и, закрепив повязку аккуратным узелком, легонько шлёпнула его по здоровому предплечью:— Камилла, но вы лучше возвращайтесь на свою скамейку, пока ваш тренер не заметил. Лео расплылся в счастливой улыбке, его ямочки стали ещё глубже. — Спасибо, Камилла! Вы лучшая. Он послушно отошёл на свою часть скамейки, на ходу обернувшись и помахав ей рукой. Гонсалес проводила его тёплым взглядом, чувствуя, как на душе становится легко и спокойно.  Финальная сирена оглушительно взревела над стадионом Пальметто, возвещая о завершении тяжелейшего матча. Трибуны неистовствовали, празднуя победу, а уставшие, взмыленные игроки обеих команд начали медленно стягиваться к центру поля для традиционного рукопожатия. Камилла с облегчением выдохнула и принялась собирать медицинские инструменты обратно в сумку. В этот момент со стороны поля к скамейкам подошли Джереми Нокс, Жан Моро и Кевин Дэй. Они оживленно и громко обсуждали только что завершившуюся тактику игры, полностью погрузившись в свой спортивный мир. Кевин, активно жестикулируя, что-то доказывал Жану, а Джереми понимающе кивал, уводя внимание Дэя в абсолютно другую сторону. Рене стояла чуть поодаль и с мягкой, заинтересованной улыбкой наблюдала за этой троицей. Камилла застегнула молнию на сумке и краем глаза заметила, что к ней кто-то приближается. Это был Лео. Молодой брюнет уверенно пересёк условную границу между зонами команд и направился прямо к ней. На его симпатичном лице снова играла та самая открытая улыбка, а на щеках проступили милые, очаровательные ямочки. В руках он держал чистую спортивную бутылку для воды и чёрный маркер. Поскольку Кевин был полностью поглощен разговором с Жаном и Джереми, он стоял спиной и даже не видел, что происходит у него за плечом. Зато Рене сразу всё заметила. На её губах заиграла чертовски заинтересованная, понимающая улыбка. Она слегка качнула головой, решив не отвлекать Кевина и дать молодым людям спокойно поговорить. Рене с огромным, неприкрытым интересом уставилась на эту сцену. Лео подошёл к Камилле, остановился в шаге от неё, и его глубокие карие глаза восхищённо заблестели. — Хей, Камилла, — негромко позвал он, и его голос звучал удивительно тепло. — Я же обещал вернуть бинт в двойном размере после игры, помнишь? Держи, это тебе. Он протянул ей новую, запечатанную упаковку эластичного медицинского бинта премиум-класса. Камилла от неожиданности слегка растерялась, но подарок приняла, чувствуя, как её щёки медленно заливает густой румянец. — Спасибо, Лео... — улыбнулась она, со смущением поправляя выбившуюся шоколадную прядь волос. — Ты не обязан был. Локоть как? — Благодаря лучшему доктору Пальметто — идеально, — Лео снова улыбнулся, отчего его ямочки стали ещё глубже. Он на секунду замялся, а затем решительно протянул маркер. — Слушай... раз уж я теперь твой официальный должник по медицинской части... Может, дашь мне свой номер телефона? Камилла смущённо улыбнулась и развела руками, демонстрируя, что её телефон надёжно спрятан где-то на самом дне огромной медицинской сумки. — Мне пока совершенно некуда записать, Лео, — мягко произнесла она, и в её ореховых глазах промелькнули весёлые искорки. — Мой мобильный погребён под горой бинтов и хладопакетов. Лео ни на секунду не растерялся. Он уверенно сделал шаг вперёд и решительно протянул Камилле свою раскрытую ладонь, а затем плавно повернул руку тыльной стороной вверх. Намёк был более чем прозрачным. — Из любой ситуации есть выход, — тепло, по-мальчишески усмехнулся брюнет, преданно заглядывая ей в глаза. — Пиши прямо здесь. Обещаю не мыть руку до самой Южной Каролины. Девушка тихо, очаровательно усмехнувшись, покачала головой от его напористости. Она забрала из его пальцев чёрный маркер, бережно придержала его тёплую, мозолистую от клюшки ладонь своей левой рукой (аккуратно пряча под длинным рукавом кофты след от синяка) и принялась выводить цифры прямо на его коже. Рене едва сдерживала триумфальную улыбку, наблюдая, как Камилла оставляет свой номер телефона на руке новичка Троянцев прямо за спиной ничего не подозревающего Кевина. Дэй продолжал бурно спорить с Жаном, совершенно не догадываясь, что его «младшая сестрёнка» прямо сейчас раздаёт свои контакты соперникам. Брюнетка вывела последнюю цифру и защёлкнула колпачок маркера. — Готово. Только не сотри цифры. — Ни за что, — Лео просиял так, что его ямочки, казалось, заняли всё лицо. Он бережно сжал ладонь в кулак, словно пряча туда сокровище. — Спасибо, Камилла. Ты очень милая. Я напишу, как только доберёмся до автобуса. Рад, что мы познакомились. Он вежливо попрощался, подмигнул улыбающейся Рене и побежал догонять своих ребят. Девушка проводила его тёплым взглядом и обернулась. Оказалось, что за этой сценой с замиранием сердца следил не только Кевин. Настоящие «Лисы» оставались верны себе. Чуть дальше по скамейке, наполовину высунувшись из-за пластикового бортика, застыли Мэтт и Дэн. Мэтт даже забыл опустить бутылку с изотоником, так и замерев с ней в руке, а Дэн победно сжимала кулак. Нил стоял чуть поодаль, опёршись на свою клюшку, и его обычно равнодушный взгляд сейчас светился искренним, весёлым любопытством. Даже Эндрю, лениво подпиравший плечом дверной косяк раздевалки, не отводил взгляда от Камиллы, а в его глазах читалась едва заметная, циничная усмешка человека, который только что зафиксировал появление новой сюжетной линии в этой драме. Вся команда, как по команде, уставилась на Гонсалес с таким неприкрытым, колоссальным интересом, словно они только что выиграли финал чемпионата. — Ого, — протянул Мэтт на весь стадион, когда Лео окончательно скрылся из виду. — Наш маленький док разбивает сердца прямо на выезде! Камилла мгновенно вспыхнула до кончиков ушей под этим перекрёстным огнём взглядов. Она судорожно поправила ремешок сумки, чувствуя, как ореховые глаза испуганно бегают от одного улыбающегося Лиса к другому. Теперь она точно знала: спокойная студенческая жизнь закончилась. Вся команда официально взяла её и Лео под своё бдительное и очень шумное наблюдение. *** Пока «Лисы» шумно переодевались в раздевалке стадиона Пальметто после победного матча, в медицинском кабинете было тихо. Сюда почти не долетали победные крики Мэтта и ворчание Кевина. Камилла стояла у металлического шкафчика и аккуратно раскладывала по полочкам остатки бинтов, мазей и хладопакетов из своей сумки . На душе у неё было удивительно легко. Она то и дело поглядывала на экран телефона, лежащего на столе, в глубине души надеясь, что Лео всё-таки напишет ей из автобуса. Входная дверь кабинета тихо скрипнула.Она обернулась и увидела Лекси. Блондинка зашла тихо, аккуратно прикрыв за собой дверь, отрезая последние звуки стадиона. На ней была накинута лёгкая куртка, а в руках она держала свою маленькую сумочку. Лекси выглядела немного уставшей и замкнутой — в её фигуре ещё угадывалось то привычное напряжение, с которым она жила последние недели из-за Хейдена, но стоило ей поймать взгляд Камиллы, как её лицо заметно расслабилось. На губах появилась мягкая, искренняя улыбка. — Привет, — негромко сказала Лекси, проходя вглубь кабинета и присаживаясь на край свободной кушетки. — Я решила заглянуть к тебе, пока парни заняты. Ты долго ещё? — Почти закончила, — улыбнулась Камилла, убирая шоколадную прядь волос за ухо. Ей было очень приятно видеть новую знакомую. — Как тебе игра? Ты вообще на трибунах сидела? — Да, нашла место в семейном секторе, — Лекси чуть качнула головой, рассматривая свои аккуратные ногти, а потом подняла на Камиллу светлые глаза. — Знаешь, я в какой-то момент даже забыла обо всём. Просто смотрела на поле. Я впервые за долгое время просто сидела и не думала, что мне нужно куда-то бежать или прятаться. Камилла подошла ближе и тепло посмотрела на Лекси. Ей было безумно радостно слышать, что её замкнутая подруга, которая ещё ночью в парке казалась такой изломанной, наконец-то нашла капельку покоя. — Я так рада, Лекси, — искренне произнесла Ками, присаживаясь рядом с ней на кушетку.  — Тебе это было очень нужно. Лекси молча кивнула, принимая её поддержку, и между ними снова воцарилось то самое уютное, девичье молчание, которое они разделили ещё в круглосуточной кофейне. Лекси и не подозревала, что происходило на скамейке запасных в это время, а Камилла пока стеснялась перебивать её рассказ своими новостями про Лео. В этот самый момент телефон Камиллы на столе коротко и настойчиво завибрировал, нарушая тишину кабинета. На экране загорелось уведомление от незнакомого номера. Это было то самое первое сообщение от Лео на «ты» Лекси хитро прищурилась, заметив, как Камилла мгновенно залилась румянцем и украдкой потянулась к телефону. Вся замкнутость блондинки в миг испарилась, уступив место чистому девичьему любопытству. — Так-так-так, — протянула Лекси, подаваясь вперед и подпирая щеку ладонью. — И кто это пишет нашему доктору в такую секунду? Неужели тот кареглазый брюнет из «Троянцев», который крутился у твоей скамейки? Думаешь, я с трибун ничего не видела? Темноволосая поняла, что отпираться бесполезно. Она застенчиво улыбнулась, разблокировала экран и повернула телефон к Лекси. На дисплее светилось свежее сообщение от Лео: «Привет, Камилла! Это Лео. Едва отъехали от стадиона, а я уже проверяю, правильно ли ты написала цифры. Ладонь я, кстати, так и не помыл, парни из команды надо мной уже вовсю смеются. Ты очень милая, спасибо тебе за локоть. Рад, что мы познакомились 🤍» — Он уже второй раз говорит ,что я милая, — усмехнулась брюнетка , покачав головой. Лекси быстро пробежала глазами по строчкам и тихо, победно присвистнула. — Ого, парень времени зря не теряет, — улыбнулась она, легонько толкнув Камиллу плечом. — И «ты», и белое сердечко в конце. Ками, он определенно пропал. Пиши ответ, не томи человека! Камилла, закусив губу, быстро застучала пальцами по экрану: «Привет, Лео! Рада, что номер правильный. Мне тоже очень приятно было познакомиться. Как доедешь — пиши обязательно». Не успела она нажать «отправить», как тяжелая дверь медицинского кабинета резко распахнулась. Обе девушки вспрыгнули от неожиданности и Лекси резко обернулась. На пороге стоял Кевин Дэй. На его плечах лежало белое махровое полотенце, волосы были влажными после душа, а в глазах всё еще читалось легкое предматчевое напряжение, смешанное с крайним удивлением. Он перевел взгляд с Камиллы, судорожно спрятавшей телефон за спину, на Лекси, которая сидела на кушетке с самым невинным видом. — Что ты здесь делаешь ?! — Кевин в шоке посмотрел на Лекси , которая сидела смирно ,невинно хлопая глазами.  — Это Лекси… — Я знаю кто это! — жёстко перебил её Дэй , — я спрашиваю какого чёрта ты здесь делаешь?  — А что ? Нельзя ? — спросила девушка , медленно ,словно кошка , вставая с места и идя к Кевину . — Тебе уж точно нет !  — Ребята… — Что ты вообще забыла рядом с этой патологической вруньей ?  — Она моя подруга ,Кевин ! — вспыхнула младшая , кидая на него суровой взгляд , — а сейчас я твой врач и не ты можешь вламываться в мой кабинет и вот так себя вести. — Ты должно быть не знаешь ,что она делала с Дейзи?  — Знаю , — спокойно ответила девушка , — Кевин , я всё знаю . Даже то ,что сейчас Дейзи  не хочет с тобой общаться тоже , так что выходи отсюда ,обсудим всё потом , когда ты остынешь.  — Как ты можешь защищать Лекси ?  — А кого мне защищать? Она здесь из-за меня , так что хватит!  — Автобус Лисов отправляется через десять минут, ты собрала сумку? — Почти, — быстро ответила брюнетка, отходя назад и спешно застегивая молнию на медицинском рюкзаке. — Жду тебя там , — последнее что я услышала , после чего дверь с ужасным звуком захлопнулась ,заставляя девушек дёрнуться. — Псих, — буркнула младшая , беря сумку и ключи от кабинета. — Не то слово , — согласилась другая, — у тебя будет явно неприятный диалог. — Он меня уже задолбал своим вечным контролем , пусть следит так за своей девушкой. — Вообще-то его девушка кувыркается уже давно с другим и его это просто очень бесит, — усмехнулась Лекси. — А мне что сделать? Скоро буду ему успокоительные сыпать ,чтобы отвалил, — злобно произнесла девушка , выходя из кабинета ,чтобы закрыть его. Лекси шла сзади и в момент ноги подкосились , она резко схватилась за голову и чуть присела.  — Эй , Лекси ,ты в порядке? — взволнованно подбежала младшая , беря её за руку ,чтобы та держалась.  — Нормально, — улыбнулась она , — я просто…не ела весь день , да и душно. Кевин такой , да , — согласилась Лекси , переводя тему , идя за ней , — но кажется ты ему нравишься … как сестрёнка, поэтому не переживай, сейчас он чуть-чуть побеситься и всё. Считай вы оба счастливы. Ты будешь встречаться с Лео ,если всё пойдёт хорошо , а ему найдём другую жертву если что. — Я не буду встречаться с Лео , — угрюмо произнесла Ками , — я рассчитываю максимум на дружбу , но не встречи, потому что мы живём в разных штатах , глупо с моей стороны чего-то ожидать .  — Глупо с его стороны так обнадёживать. — Он просто сказал ,что я милая ,Лекс. — Это уже знаешь сколько, — хмыкнула она , идя на выход , а брюнетка догоняла её. Холодный ночной воздух пахнул в лицо, стоило Камилле переступить порог спортивного комплекса. Лекси обняла её крепко, почти судорожно, и на мгновение уткнулась носом в плечо. — Держись, Ками, — горячо зашептала она на ухо подруге. — Если этот маньяк начнет читать тебе нотации, просто залезь в телефон. И даже не думай ставить крест на Лео! Поняла меня? Камилла лишь слабо улыбнулась. Силы стремительно покидали её. Лекси отстранилась, поправила капюшон худи и, развернувшись на каблуках, уверенно зашагала прочь, растворяясь в темноте парковки. Камилла тяжело вздохнула. Настоящее испытание ждало её впереди. Она подхватила лямку тяжелого медицинского рюкзака и направилась к огромному оранжево-белому автобусу «Лисов». У багажного отделения стояла оглушительная, неестественная тишина. Ники, который секунду назад весело закидывал сумку вглубь отсека, так и замер с открытым ртом. Его руки безвольно опустились. Мэтт Бойд удивленно и громко присвистнул, переглянувшись с Аароном. Даже Эллисон Рейнольдс, сидевшая в своей дорогой машине неподалеку, до упора опустила тонированное стекло. Она с нескрывыемым шоком и любопытством провожала взглядом фигуру уходящей Лекси. Все Лисы прекрасно знали, кто такая Лекси. И то, что тихая, рассудительная Камилла спокойно обнималась с ней на прощание, никак не укладывалось у них в головах. — Ками, ты серьезно? — потрясенно прошептал Ники, когда девушка поравнялась с ним. — Ты водишься с Лекси? Да Кевин сейчас просто лопнет от злости, беги! Кевин и правда выглядел страшно. Он стоял у самой двери автобуса, скрестив руки на груди. Его челюсть была так сильно сжата, что на скулах заходили желваки. Зеленые глаза, казалось, горели яростью в полумраке. — В автобус. Быстро, — процедил он сквозь зубы. Его голос прозвучал как удар бича. Камилла, не проронив ни слова, высоко подняла голову и поднялась по ступенькам в салон. Она специально прошла в самую середину, выбрав свободное место у окна. Девушка искренне надеялась, что Дэй уйдет в самый конец к Нилу и оставит её в покое. Но надежда разбилась вдребезги. Тяжелые, яростные шаги Кевина разнеслись по проходу автобуса. Он без приглашения рухнул на соседнее кресло. Его спортивная сумка с грохотом полетела на пол под ноги. Камилла демонстративно отвернулась к темному стеклу, достала наушники и попыталась вставить их в уши. Одним резким движением Кевин выдернул провод. — Мы не договорили, Камилла! — рявкнул он, подавшись вперед. Благо, шумящие впереди Лисы заглушали его крик. — Какого черта ты притащила эту дрянь в свой кабинет? После всего, что она сделала с Дейзи? Ты вообще головой думаешь? Камилла резко развернулась к нему. В её глазах вспыхнуло ответное пламя. — Это моя работа и моя жизнь, Кевин! — выплюнула она ему в лицо, сжимая кулаки. — Лекси пришла ко мне как к подруге. И я сама, слышишь, сама буду решать, с кем мне общаться, а с кем нет. Хватит меня контролировать! Ты мне не отец и не старший брат! — Она патологическая врунья! Она опасна! — Кевин почти задыхался от возмущения, его лицо покраснело. — Она разрушила жизнь Дейзи, а ты сидишь с ней и мило болтаешь? — Я знаю всю ситуацию! — перебила его Камилла, тяжело дыша. — Но Лекси — моя подруга. И я её не брошу. Точка, Дэй. Закрой рот. — Да с каких пор вы подруги?! — Ты издеваешься? Я должна отчитываться перед тобой ? — Я волнуюсь за тебя !  — Так перестань! Мне не пять ,Кевин , ты просто действуешь мне на нервы! Хватит!  Они спорили почти всю дорогу. Хлесткие слова летели с обеих сторон. Кевин злился, доказывая её неправоту, а Камилла твердо и упрямо защищала свои границы. К концу поездки они оба выбились из сил. В салоне повисла тяжелая, звенящая тишина. Они сидели, отвернувшись друг от друга в разные стороны. Была уже глубокая ночь, когда автобус тяжело затормозил у темного здания общежития Лисов. Игра закончилась слишком поздно, и долгая дорога измотала команду окончательно. Спортсмены лениво и угрюмо потянулись к выходу. Ники буквально спал на ходу, утыкаясь в плечо Мэтта, Аарон злобно тащил свои вещи, не глядя ни на кого. Камилла поднялась, поправила медицинский рюкзак и вышла на улицу. Возле парковки её уже ждал Ваймак. Тренер всегда лично следил за тем, чтобы девушка добиралась до дома в безопасности после ночных выездов, учитывая её возраст. — Садись, Ками, подвезу, — устало хриплым голосом сказал Ваймак, открывая дверь своей машины. Девушка уже занесла ногу, чтобы сесть на заднее сиденье, как вдруг за её спиной выросла высокая, массивная фигура. Кевин Дэй, даже не спросив разрешения, уверенным жестом закинул свой рюкзак в багажник тренера и открыл дверь рядом с Камиллой. — Ты что творишь? — Камилла вздрогнула и уставилась на него во все глаза, теснясь в салоне. — Твоя комната вон там, в общежитии! Нам вообще в другую сторону города! — Я еду с тобой, — коротко и безапелляционно отрезал Кевин. Он сел рядом, захлопнул дверь и уставился вперед на лобовое стекло. — На улице три часа ночи. Мало ли, что у Лекси на уме. Я должен убедиться, что ты зайдешь в квартиру живой. Камилла обреченно закатила глаза и со стоном откинулась на кожаное сиденье. Спорить с Дэем, когда у него включался этот режим глупого, упрямого защитника, было абсолютно бесполезно. Машина Ваймака мягко тронулась с места, увозя их в холодную ночную темноту спящего города. Дверь со скрипом открылась, и в лицо им обоим тут же ударил резкий, химический запах свежей краски и растворителя. В подъезде дома Камиллы вовсю шёл ремонт — стены на этаже были покрыты свежим слоем серой эмали, а у плинтусов ещё белела строительная пыль. Этот едкий запах мгновенно забил лёгкие, вырывая из сонного оцепенения. Камилла первой переступила порог. Она не проронила ни слова с того самого момента, как они вышли из машины тренера. Девушка демонстративно, с глухим стуком поставила на пол прихожей свои ключи и начала медленно стягивать куртку, полностью игнорируя присутствие Дэя за своей спиной. Её молчание было тяжёлым, осязаемым и выражало крайнюю степень усталости от его вечных нотаций. Она не собиралась продолжать этот бессмысленный спор о Лекси. Кевин замер на пороге, перекинув через плечо её тяжёлый медицинский рюкзак. Он хмурился, вдыхая ядовитый воздух, и ждал, что она прямо сейчас выставит его за дверь, забрав свои вещи. Но Камилла поступила иначе. Она развернулась и, даже не взглянув на парня, ушла вглубь тёмного коридора, ведущего на кухню. При этом входную дверь квартиры она оставила широко, показательно открытой. Настежь. Кевин Дэй не был глупцом. Он прекрасно умел читать людей, когда они не пытались скрывать свои жесты. Оставленная открытой дверь в три часа ночи в пахнущем краской подъезде была безмолвным знаком. Камилла не собиралась звать его, просить остаться или заискивать перед ним. Но этим жестом она ясно давала понять: «Я не закрою дверь перед твоим носом. Если хочешь войти и поговорить как нормальный человек — заходи. Если хочешь уйти в свою общагу — проваливай». Кевин постоял на пороге ещё несколько секунд, глядя на полоску света из кухни, которая ложилась на тёмный паркет прихожей. На улице было слишком холодно, в подъезде пахло краской, а внутри него самого всё ещё пекло от недосказанности. Он решительно переступил порог, потянул за ручку и с глухим щелчком закрыл за собой дверь, отрезая их от всего остального мира Лисов. Закинув рюкзак на пуфик, Кевин пошёл на свет. — Что именно ты хочешь от меня услышать? — резко спросила Камилла. Она уже успела переодеться в домашнее и теперь стояла посреди кухни. — Хочешь, чтобы я извинилась? Чтобы признала, что Лекси плохая? Нет, Кевин, этого не будет. Лично мне она ничего плохого не сделала! — Ками, — тихо позвал он, пытаясь сбить её оборонительный настрой. — Нет, дослушай! — перебила она, и в её голосе звеняла обида. — Я никогда не позволяла себе лезть в твою жизнь без твоего согласия. Почему ты решил, что имеешь право так поступать со мной? Она резко отвернулась к чайнику и достала из шкафчика две кружки. Её шоколадные волосы мягкими волнами рассыпались по плечам. Кевин на секунду оглох. Он просто завороженно смотрел на эти пряди, полностью потеряв нить её гневной речи.  Внутри него что-то надломилось. — Хорошо. Извини меня. — Что? — Камилла вздрогнула от неожиданности. Она обернулась и удивленно замерла, обнаружив, что грозный Кевин Дэй уже покорно сидит за её барной стойкой и смотрит на неё совершенно другим, уставшим взглядом. — Камилла, — его голос прозвучал совсем глухо, растеряв всю привычную властную жесткость. — Я не считаю, что имею право. Правда. Он опустил голову, уставившись на свои переплетенные пальцы. На левой руке отчетливо виднелись старые шрамы. Камилла замерла у чайника. Воздух на кухне, еще секунду назад дрожавший от ее гнева, вдруг стал тягучим и тяжелым. Она никогда не видела Кевина таким: без его вечной брони из высокомерия, без клюшки в руках, просто уставшего парня, который, кажется, запутался. — Тогда зачем ты это делаешь? — уже гораздо тише спросила она, не выпуская из рук кружки. — Зачем устраиваешь этот допрос из-за Лекси? Кевин тяжело вздохнул и поднял на нее глаза. В их зеленой глубине больше не было злости. Только глухая, застарелая тревога, которую он годами привык прятать от всего мира. — Потому что я боюсь, — признался он, и это слово далось ему с видимым трудом. — Я слишком хорошо знаю, как это бывает. Когда в твою жизнь приходит кто-то, кому ты слепо веришь, а потом... потом от тебя ничего не остается. Лекси опасна, Ками. Пусть не для тебя сейчас, но ее окружение, ее мотивы... Я просто не вынесу, если с тобой что-то случится из-за моей невнимательности. Камилла медленно подошла к барной стойке и поставила кружки. Шоколадные пряди снова качнулись, и Кевин невольно проследил за ними взглядом, чувствуя, как внутри приятно и одновременно больно щемит. Она села на соседний высокий стул, внимательно вглядываясь в его лицо. — Ты защищаешь меня, — это был не вопрос, а констатация факта. Обида внутри нее начала медленно таять, уступая место странному, теплому чувству. — Но ты должен доверять мне, Кевин. Я не маленькая девочка. И я умею за себя стоять. — Я знаю, — он протянул руку по полированной поверхности стола, едва касаясь кончиками пальцев ее ладони. — Но позволь мне хотя бы быть рядом. На всякий случай. Кевин сидел перед ней, и вся его фальшивая уверенность испарилась. Без своей брони он выглядел пугающе уязвимым. Камилла смотрела на него и вдруг отчетливо поняла то, чего не замечала раньше. Из всех «Лисов» Кевин Дэй был единственным, кто так и не исцелился. Нил нашел дом, Эндрю обрел подобие покоя, остальные медленно собирали себя по кускам. Но Кевин застрял в своем личном аду. Он всё еще оставался «маминым мальчиком» — но в самом трагичном смысле этого слова. Вся его жизнь была судорожной попыткой доказать мертвой матери, Кэйли Дэй, что он достоин ее наследия.  Он буквально вырос на стадионе, воспитанный чужими людьми под вечным страхом наказания. Ему никогда не позволяли быть просто ребенком. Его учили быть идеальным оружием, машиной для экси. И теперь, потеряв идеальность из-за сломанной руки, он панически боялся контроля. Кевин был абсолютно не приспособлен к нормальной, обычной жизни за пределами корта. Он не умел справляться с бытовыми конфликтами, не умел доверять без оглядки. Камилла видела, как тяжело ему дается каждое слово. Для парня, которого вырастили в жестоком культе идеала, признать свой страх перед девушкой — это как добровольно сдаться в плен. Он контролировал всё вокруг: её окружение, её подруг, её расписание. Но делал это не из злости. Это была его извращенная, детская попытка защитить то, что ему дорого. Он просто не знал других способов. Если ты не контролируешь ситуацию — тебя ломают. Этому его научили в «Гнезде». — Потому что я боюсь, — повторил Кевин, и его плечи бессильно опустились. Перед Камиллой больше не было грозной звезды спорта. За барной стойкой сидел глубоко травмированный, напуганный мальчишка, который отчаянно нуждался в безопасности, но панически боялся в этом признаться. Камилла медленно обошла барную стойку. Она сократила разделявшее их расстояние и тихо встала прямо перед ним. Кевин даже не поднял головы. Он продолжал смотреть на свои ладони, словно ждал нового удара или сурового выговора за секундную слабость. Камилла не стала ничего говорить. Слова сейчас были лишними и пустыми. Вместо этого она просто сделала шаг вперед и мягко, но уверенно обняла его. Она прижала его голову к своему плечу. Свободной рукой она начала аккуратно поглаживать его по жестким темным волосам. В первый миг Кевин весь окаменел. Его тело превратилось в натянутую до предела струну. Любые прикосновения означали либо боль, либо жесткую оценку его физической формы. Он просто забыл, что человеческое тепло может быть бескорыстным. Но Камилла не отпускала его. Она продолжала баюкать его в этих объятиях, безмолвно делясь своим спокойствием. И Кевин сдался. Постепенно жесткие мышцы начали расслабляться. Он уткнулся лицом в изгиб её шеи, прячась от всего мира, от своих вечных страхов и призраков прошлого. Его большие руки робко, словно он боялся всё испортить, обхватили её за талию. — Всё хорошо, Кевин, — едва слышно прошептала она ему в макушку. — Ты в безопасности. Он ничего не ответил. Только сжал её талию чуть крепче и судорожно, глубоко вздохнул, впервые за долгие месяцы позволяя себе просто дышать. Они просидели так еще несколько минут, пока дыхание Кевина полностью не выровнялось. Наконец он отстранился, но рук с её талии не убрал, словно удерживая свой единственный якорь в этом бушующем мире. Взгляд его потеплел, но стал очень серьезным. — Ками, — тихо выговорил он, глядя ей прямо в глаза. — Насколько сильно тебе нравится медицина? Камилла чуть растерялась от такого резкого перехода. Она моргнула, переваривая неожиданный вопрос, и неуверенно ответила: — Очень... Очень нравится, Кевин. А почему ты спрашиваешь? Кевин не ответил на её встречный вопрос. Он лишь сильнее нахмурился, вглядываясь в неё с какой-то глубокой, затаенной горечью. — Ты правда готова всю жизнь посвятить операциям? — его голос прозвучал глухо. — Готова отдавать все свои силы, проводить ночи в больнице, терпеть адскую усталость и этих часто неблагодарных пациентов? Которые даже «спасибо» тебе не скажут после того, как ты вытащишь их с того света? Камилла мягко улыбнулась. Напряжение окончательно исчезло, уступая место той искренней, внутренней силе, которая всегда жила в ней. — Готова, — твердо сказала она. — Знаешь, когда мне дают ассистировать на операциях... в этот момент для меня замирает весь мир. Я держу инструмент, я вижу, как бьется человеческое сердце, и чувствую, что нахожусь именно там, где должна быть. А когда я общаюсь с пациентами, даже с самыми ворчливыми и тяжелыми... Я вижу в их глазах страх. И когда мне удается облегчить их боль или просто успокоить — я чувствую себя абсолютно счастливой. Я сама выбрала этот путь, Кевин. Никто меня не заставлял. Это моя жизнь, и я люблю её. Она замолчала, всматриваясь в его застывшее лицо, и вдруг пазл в её голове сложился. До неё дошел истинный смысл его расспросов. Камилла затаила дыхание, чувствуя, как сжимается сердце от жалости и понимания. — А ты? — тихо, почти шепотом спросила Ками. — Если бы ты мог вернуться назад, в самое детство... Если бы тебе дали реальное право выбора. Ты бы выбрал экси как смысл всей своей жизни? Кевин замер. Шоколадные пряди Камиллы слегка коснулись его руки, но он этого даже не заметил. В его глазах отразилась вся та боль, которую в него вбивали с самого рождения — культ матери, жестокость Тэцудзи, идеальные стандарты «Гнезда», где у него никогда, ни единой секунды не было права решать за себя. Его не спрашивали, хочет ли он держать клюшку. Он посмотрел на Камиллу — свободную в своем выборе, счастливую девушку, которая дышала своей профессией, а не задыхалась в ней. — Нет, — четко, без единого сомнения ответил Кевин. Этот ответ повис в тишине кухни, разбивая вдребезги главный миф о великом и непобедимом Кевине Дэе, который якобы жил только ради спорта Кевин долго смотрел на свои руки, и в его глазах отразилась глубокая, застарела горечь. — Если бы не экси, — тихо, почти не слышно продолжил он, — меня бы вообще не существовало для этого мира. Кэйли Дэй хотела вырастить чемпиона. Тэцудзи нужен был идеальный солдат. Рико требовался тот, на чьем фоне он мог доказывать свое величие. Никому не был нужен просто Кевин. Меня собрали из кусков чужих ожиданий, Ками. И когда моя левая рука сломалась, я впервые подумал... а кто я вообще такой, если убрать клюшку? Он горько усмехнулся, переводя взгляд на кружки с чаем. — Знаешь, когда врачи в больнице собирали мою кисть по кусочкам, я часами наблюдал за их работой. За тем, как четко и спокойно они делают свое дело. Без криков, без жестоких наказаний за ошибку, без вечного страха. Просто спасают чужую жизнь. Тогда я впервые поймал себя на мысли, что это... красиво. И чертовски правильно. Но у меня никогда не было выбора. Моя жизнь была расписана на годы вперед еще до моего рождения. Камилла слушала его, и у нее сжималось сердце. Она мягко накрыла его ладонь своей, заставляя Кевина снова посмотреть на нее. — Выбор есть всегда, Кевин. Пусть не тогда, в детстве, но сейчас — точно, — ее голос звучал тепло и уверенно. — Ты не обязан оставаться заложником своего прошлого. Экси — это твоя работа, твоя суперсила, но это не весь ты. Она чуть наклонила голову, и шоколадные пряди мягко скользнули по ее плечу. — Давай начнем с малого. Найди что-то, что будет принадлежать только тебе. Не ради победы, не ради мамы или Лисов. Просто потому, что тебе это нравится. Ты любишь историю? Или, может, хочешь научиться готовить что-то сложнее магазинных полуфабрикатов? Или просто читать книги, в которых нет схем матчей? Давай попробуем найти этого «просто Кевина» вместе. Кевин посмотрел на ее ладонь, согревающую его пальцы. Впервые за всю жизнь ему предлагали не суровые тренировки до седьмого пота, а шанс узнать самого себя. Это было непривычно и пугающе. Но, глядя в искренние глаза Камиллы, он вдруг понял, что очень хочет попробовать.