Все жены Бэтмена

Генри Аддамс, сразу как оказался ЗДЕСЬ, начал наслаждаться тем, что видел. Каждый раз, когда он задумывался над всем, что происходит, его мозг выдавал лишь отрывистые, но настолько яркие ассоциации и мнения: «Тут и знаменитая техника, которая делает тебя неуловимым, опаснейшим врагом и твой Птенчик… Сам ТЫ! … В тылу врага. Маленькая бэт-пещера. Почти как Аркхэм, только Панесса Студиос. Вся эта таинственность, конспирация, продуманность, обязательность! Мммммм… Рай для Джокера!» К сожалению, была и ложка дегтя, которая называлась «Другие воплощения знаменитого маньяка», которые в отличие от Аддамса, будучи заперты, безостановочно (насколько хватало сил) изводили Бэтмена (а иногда и Робина) бесконечными капризами и истериками, при этом мастерски обезьянничая… Герои Готэма не могли быть здесь круглосуточно: и у Робина, и у Бэтмена были другие обязанности, кроме как возиться с кучкой невменяемых людей. На ночь маньяков оставляли одних и это было самое страшное время, по их общему мнению. Самые нелепые реплики приходилось выслушивать Темному Рыцарю, покидая это место: — Бэтси, ты же знаешь, что я боюсь спать одна! — переходя на ультразвуковые интонации кричала мисс Белл, прикладывая обе ладони к стеклу своей камеры, чуть ли не касаясь губами той точки обзора, в которую попадал вожделенный Герой. Птичка в клетке… Ей нравилось смотреть на то, как Бэтс оборачивается на ее зов и хмурится в своей прославленной манере. — Эй, Бэтс, возьми меня с собой. Я как раз вспомнил колыбельную, которую мне напевала моя мать! — Нервно скулил Харизма, утыкаясь носом в пуленепробиваемое стекло своей камеры настолько плотно, что были видны его ноздри, пытаясь унять бешенный сердечный ритм. Тот тоже славливал кайф от того, как во взгляде Бэтмена, обращенном на него, появлялось выражение крайнего раздражения, переходящего в гнев. — Давай вали, говнюк. Я все равно найду тебя и вырву из тебя твой мышиный скелет! — громко ревел Альберт Кинг, размахивая своими огромными кулаками. «Кинг-конг», как коллегиально прозвали того другие маньяки, только сотрясал грозными репликами воздух. На самом деле, Кинг просто не знал, каким образом еще привлечь внимание Героя. Но угрозы все равно оставались безответными… Камера Генри оставалась открытой. Он был здесь за старшего и мог свободно передвигаться по всем зданию. Если хотел, даже мог сбежать. Но изображать из себя несчастного, напуганного до дрожи «погорельца» очень весело. Постоянно ныть про свою женушку (которой и не было-то никогда), причитать и жаловаться — талант, который навряд ли появится по велению высших сил, считал он. Особенно, когда никто не подозревает, что за этим кроется. Остальные психи молчали о том, что Генри творил в часы отсутствия Героя с его компьютером. Все поверили в его ложь о том, что он готовит Бэтмену большой сюрприз и что, когда придет время, у каждого в этом представлении будет своя роль… Генри наслаждался обстоятельствами, складывающимися в его пользу. Только подумайте! Стоит на время изобразить из себя нормального человека, как Темный Рыцарь полностью доверится тебе. Бэтмен разговаривает с ним, правда не часто, только по делу, НО ЭТА ЖЫ НИВАЖНА! Герой не повышает голоса. Верит ему. Приятно. Нужно только еще немного времени… Девиантное поведение Аддамса его товарищами-маньяками воспринималось неодобрительно и было предметом общей зависти. Когда не было Бэтмена и его помощника, маньяки общались между собой, стараясь избирать нейтральные темы для разговоров. Их нездоровая и неразделенная любовь к Темному Рыцарю была постоянным предметом ожесточенных споров. Каждый был уверен, что ОН только его и навсегда. Всем скорее хотелось дождаться момента, когда Герой наконец-то вернется к ним и, за неимением большего, и дальше продолжать изводить его своими капризами и похабными репликами под аккомпанемент охов и ахов Генри. — Честное слово, что ему трудно хоть один раз взять меня с собой?! — причитал Харизма, расхаживая по своей «клетке» из стороны в сторону. Из камеры Белл послышался веселый смех, который подхватил Генри, сидящий на складном стуле около бэт-компьютера. Вернулась любимая тема. Так всегда бывало, когда Бэтмен задерживался с визитом. — Ты вылетаешь, парень. Манерные гомики не в его вкусе! — со смешком громко проговорил Кинг. Эта реплика заставила других психопатов буквально валиться от смеха. — Я бы на твоем месте тоже не особо раскатывал губу. Кому ты нужен, снежный человек! — зло прошипел Харизма, тыкая пальцем в говорящего. Альберт поднялся со своей койки, подошел как можно ближе к стеклу клетки и грозно проревел: — Знаешь, что с такими как ты делают в гетто? — Эй, петушня, — прервал спорящих звонкий голосок мисс Белл, до того, как Харизма успел ответить, — я бы сняла вас обоих со счетов. Бэтс, что естественно по всем законам природы, выберет меня. Женщина победно улыбнулась. В какой-то степени… Правда была на ее стороне. Нельзя не согласиться. Харизма тут же перекинул весь свой гнев на нее. — Заткнись ты, тупая шлюха! Мысли Нэштона тут не к месту! — Что?! Дед! А ну выпусти меня отсюда! Я продемонстрирую этому позеру его же сучий скальп. Сравнивать меня с этим нытиком… Генри лишь смеялся. И такое повторялось постоянно. Обсуждения возможной погоды на улице, новых модных тенденций или озвучивание бородатых анекдотов навевали на маньяков скуку. Особенно грустно было то, что нельзя было ни при каких условиях видеть лица соседа. Камеры были поставлены таким образом, чтобы маньяки не могли даже визуально контактировать друг с другом. Зато Аддамсу было весело смотреть на то, как они жестикулировали, обращаясь друг к другу… Тот еще цирк. Не спасали даже смешные ролики из интернета, которые Генри милостиво соглашался включать всем для просмотра в те моменты, когда не был активно занят программированием системы. Пару раз, от тех, кто сидел в камерах, поступали предложения выпустить «прогуляться» кого-нибудь одного, размять ноги (или кулаки) хоть некоторое время. Но Генри отказывался так сделать, мотивируя это тем, что «Вы не умете себя тихо вести, ребята» и «Бэтси очень расстроится, если кто-то из вас загуляет надолго». Маньяки принимали эти аргументы и продолжали вести свой «клуб вязания», споря о том, кто из них для Бэтса — лучшая пара. Так они и жили… Генри уже практически закончил свое темное дело по взлому системы и собирался предупредить Квинн, как на него набросились с расспросами… — Эй, Генри, неужели ты будешь опять пользоваться услугами нашей шалавы? — весело начал расспрос Джонни Ха, валяясь на своей койке в расслабленной позе, положив под голову согнутые руки и болтая в воздухе одной ногой. — Для тебя, гей, все бабы поголовно в этой категории, — усмехаясь проговорил Кинг. — Пошел ты, Король обезьян… — лениво плюнул Харизма, не меняя позы. — Как по-вашему мы провернем это дело, а? Бэтс не поверит нам, если мы ее не задействуем. На ней будет все внимание. Никто не догадается, что это были мы, — недовольно проговорил Генри, собирая со стола какие-то мелкие вещицы, которые могли его выдать Героям по их возвращению. — Скууууучна! Старик, ты, видимо, не понимаешь. Не должно быть никаких вторых ролей! Ладно, черт с вами всеми. Только мы должны быть в его сознании, когда все начнется! Харли будет мешать нам! — резко вскочив с койки, активно жестикулируя, провизжал Джонни. — Я согласна певчкой. И как же Птенчик? Неужели ты его прикончишь, а, дедуля? — не вставая со своего места, спросила Кристина. — Дамочка, с каких это пор ты стала бояться этого сопляка? Не хочу тебе льстить, но ты и сама сможешь его ушатать в два счета, — сказал бывший боксер. — Спасибо, здоровяк. Надеюсь, Бэтси оценит это, — ответила та, изобразив в своей камере позу «я на пляже»: усевшись, опираясь на вытянутые руки, заведенные за спину, и вытянув ноги в драных колготках по всей длине вперед. — Только если я не убью его первым! — прогремел Кинг. — Посмотрим! — фыркнула она. Аддамс был уверен, что сейчас закрепит свои позиции. — Дорогие мои, заканчивайте. Как только наши во главе с Харли войдут сюда, законы здесь творить будете вы, и Бэтс будет вынужден плясать под вашу дудку. Генри мысленно обругал себя. Кажется, он где-то оговорился, пытаясь пресечь обсуждения. Только не мог понять пока где… Зря. На него удивленно уставилась три пары глаз. Повисла неловкая пауза. Первой, изогнув бровь, без характерной для данной группы улыбки, спросила мисс Белл: — Мы? Почему мы? — Я останусь здесь и буду ждать… — слишком спокойно проговорил Генри. Опять промашка. Да где?! Барышня, хмыкнув, решила продолжить расспрос, при этом произнося каждое слово нараспев, слегка покачивая головой: — Чего ждать, Мистер Я-За-Вас-Все-Спланировал-Заранее-Сам-Пока-Вы-Здесь… — Заткнись, Белл! Хватит! — рявкнул Альберт Кинг под ее радостный смех. — Вас! — раздраженно произнес Аддамс, показывая, что больше к этому вопросу не вернется. Он недовольно поджал губы, отвернулся от заключенных и собрался продолжить свое занятие. Но Кристина Белл от него просто так отставать не собиралась. Для начала она адски рассмеялась, чтобы все обратили на нее внимание. — Девочки, этот мерзкий старикашка решил нас прикончить! — уже серьезнее сказала она. Генри выронил половину того, что хотел убрать. Харизма и Кинг выглядели заинтригованно. — Упс… — хохотнула Кристина, прикрывая изуродованный ротик ладонью. — Эй, Белл, ау. Кто тебя заставляет возвращаться к этому умнику, а? — раздраженно фыркнул Харизма. — А, так ты согласен, что Бэтмен бросит вас всех ради меня? — сверкнув шальными глазками, выдала она. Все маньяки как по команде недовольно прищурили глаза, пытаясь столкнуться с маньячкой взглядом (что бесполезно). Та вертела головой из стороны в сторону и еле сдерживала смех. Да, самодовольство одной из копий маньяка по-прежнему бесило всех остальных по умолчанию. Она молодец, твою мать… — Даже не надейся, тварь! — отчеканивая каждое слово, выговорил фразу Харизма. — Полегче с прозвищами, полноприводный! — хмуря брови, сурово выкрикнула бабенция. — Ах, ты… — начал было «посаженный гей компании». Генри очень надеялся, что сейчас маньяки переключатся на межличностную грызню, но… — А я согласен с ней, — донеслось из угла Кинга. Живая картина «Женщина и певец» тут же прекратила свое действо. Генри чуть ли не подавился слюной в этот момент. Повисла недолгая пауза… — Надо же, это что-то новенькое! — начала по новой хохотать сумасшедшая. — Придержи язык, чертова сука. Я о том, что этот старикан нас прикончит. Генри все больше терял свою уверенность в победе: — И ты туда же. Альберт, что с тобой? — А я тебе так скажу, Аддамс. Все мы с вами помним, как Бэтс методично доводит провинившихся до бессознательного состояния. Ни один из наших планов никогда не увенчивался успехом… Безумная женщина отвела глаза куда-то в сторону и нежно улыбнулась, согласно кивая на аргумент боксера. Джонни Ха встал со своего места и, изобразив кислую мину, капризно прокричал, ударив себя при этом кулаком в грудь: — Меня он никогда не побеждал! Мисс Белл засмеялась с удвоенной силой. Генри уже хотел поддержать этот акт тщеславия, мысленно радуясь такому повороту… Но опять же НО. — Как хочешь, Джонни Хер, — услышав такую творческую трактовку своего имени, лицо психопата вытянулось, но выдать гневную тираду он не успел, так как следующие слова огромного ниггера убедили даже его: — Я говорю как есть. Этот престарелый казанова хочет дождаться момента, когда мы будем беспомощны. Бэтс быстро разберется со всем пушечным мясом, что притащит за собой Харли… Кстати, и ее он тоже прихватит, ставлю оба своих кулака. Но ему понадобится время, чтоб вернуть нас обратно. Думаю, он будет ловить нас по очереди и возвращать по одиночке… — Тут мы как раз и попадем в заботливые объятия этого сморчка… — сверля глазами дедулю, нараспев произнесла барышня, прерывая речь боксера. — Неужели ты, Харизма, хочешь, чтобы одиночество моего Рыцаря скрашивал этот тип? — подначивала Белл, прекрасно понимая, что ведет речь в нужном направлении. — АХ, ТЫ ЧЕРТОВ СУКИН СЫН! НАШЕ ПРИСВОИТЬ РЕШИЛ?! — в неимоверном бешенстве пролаял Харизма, ударив по стеклу своей камеры так, что оно зазвенело. Настроение Генри ухудшалось с каждым сказанным словом. Такой рассудительности он, честно, не ожидал… — Но Харли будет не одна. С ней будет толпа… Если вы не верите мне, то она этого точно не допустит… — мямлил тайный маньяк. Последний аргумент прозвучал глупо Генри и сам это прекрасно понимал. Защитить себя нечем. Хорошо, хоть камеры на замке! Сейчас старикан был похож на сдувшийся воздушный шарик. Жаль, что способности Принца Преступности распределились между зараженными в равной мере… Альберт Кинг же выглядел как голодный бульдог. Харизма все еще ломал комедию и, сидя на своей койке, раскачивался взад-вперед, держась обеими руками за голову. Мисс Белл играла своими очками, держа их за дужку и вертя вокруг своей оси. — Хватит, мистер Поднасру. Мы, кажется, уже все поняли, какой капкан ты для нас расставил. Кстати, ребзя, вас не удивляет тот факт, что он столько делился с нами о нашей роли в его плане, что забыл сказать собственно к чему весь этот план? — гадко улыбаясь, высказалась она, насаживая очки обратно на нос. После продолжила пытки неимоверной гениальности Аддамса: — Ну, я бы, в принципе, сделала тоже самое, будь у меня возможность передвигаться здесь без особых препятствий… — она преувеличенно внимательно рассматривала свои ногти, когда говорила это. Два других маньяка согласно кивнули, применяя такой вариант относительно себя. — Так что, я даже почти тебя прощаю… — в один момент безумная женщина подскочила со своего места. Генри выставил руки вперед, защищаясь, как будто она что-то могла ему сделать. Почти вплотную подойдя к двери, она прислонилась лбом к стеклу и зловещим шепотом закончила: — Но я никогда не прощу тебе, что ты решил остаться с Бэтменом в ущерб мне! — она оттолкнулась обеими руками от прозрачной преграды и с размаху расселась на полу. — Так что ты попал, дедуля… — Решил, что ты тут самый умный, гнида? Небось принял нас за детишек, которых ты вдоволь изнасиловал, находясь в стенах своего Гарварда! — вновь взвыл Харизма, топая ногами и беспорядочно размахивая руками. — Дай нам только выбраться. Я лично натяну твой старческий зад на флагшток! — закончил Альберт Кинг за всех, складывая пальцы обеих рук в неприличном жесте. Лицо Генри было абсолютно бескровным, он весь трясся от гнева. Внезапно послышался звук прибытия лифта. Маньяки радостно переглянулись. Генри отсчитывал секунды. — Мы тебя сдадим, Генридос… — грозя наманикюренным пальчиком, сказал Харизма. Мерзкие, торжествующие улыбки при этой фразе появились на лицах оставшихся копий. Генри как можно ближе подошел к его камере и посмотрел на него безумным взглядом. Он сложил руки на груди крестом, тоже улыбнулся и не своим голосом, смакуя свое преимущество, произнес: — Да кто тебе поверит, мразь… На это маньяки лишь рассмеялись в лучших традициях Принца Преступности. К великому сожалению зловещей четверки в дверном проеме оказался не их любимый герой, а всего лишь его пацан. Генри облегченно выдохнул. — Это тебя не спасет, малышка! — разминая кулаки, весело произнес Кинг. — Не понимаю о чем Вы, мистер Кинг… — заикаясь ответил ему Аддамс, возвращаясь в роль невинного профессора. — Привет, Генри. Как у нас дела? — дружелюбно поздоровался Тим, подходя ближе. — Мистер Робин, я бы хотела обратиться к вам за помощью! Спасите меня! — пресекая ответ двуличного засранца, придуриваясь, простонала Кристина. Два оставшихся маньяка как можно тише хмыкнули под нос. Тиму было тяжело смотреть на этих людей. Возиться с ними было еще тем удовольствием. Маньяки его недолюбливали, а Генри постоянно был чем-то недоволен, несмотря на то, что активно проявлял участие. Часто бывало так, что работа по нахождению лекарства прерывалась каким-нибудь капризом одного из зараженных. Все-таки он не терял надежду, что этот кошмар когда-нибудь закончится, а эти люди вернутся к своей обычной жизни. Как этого и хотел Брюс. Да, они безумны. Но имеют право на вопросы и на защиту. — Извини Генри, иди садись пока, — печально вздохнув, сказал Робин. — Мерзкие психи! — шепотом, так, чтоб услышал Тим, произнес Генри. Он направился в сторону кушетки, стараясь незаметно загнать носками ботинок мелкий мусор подальше от глаз Птенчика, обещая себе, что он еще успеет незаметно все убрать до того, как придет Бэтмен. Робин подошел поближе к камере мисс Белл. — Привет, Кристина. Извини, сегодня драться не будем. Что с тобой? — Ах, Робби, дорогой друг, забудь про наш уговор! Нам всем столько нужно рассказать тебе. Боюсь, Бэтси обидится на нас… — грустно пропела маньячка. Тим стоял на месте, стараясь не выдавать своей усталости от подобного характера речи. — Но, я надеюсь, то, что мы сейчас сделаем, хоть как-то загладит перед ним нашу вину, — закончила Белл. Тим удивленно оглянулся, заметив, что два оставшихся психа не то что с ярко выраженным интересом, а даже с некоторым нетерпением уставились на него. Странно. Он ни разу не замечал, чтобы эта тройка хоть как-то переносила присутствие друг друга, а уж о том, что у них есть общие тайны… Такого даже Брюс предположить не мог. Рассчитывать на какую-либо стройность мышления у этих людей он и не надеялся. Но Кристина точно сказала «нам», он не ослышался. Маньяков порадовало то, что подмастерье Бэтмена заинтересован разговором так же, как и они. Генри тоже все слышал, но не спешил вмешиваться. Он до последнего надеялся, что чудо-мальчик ничего не сможет сделать против него. «Сопляк не Бэтмен! Кишка тонка!» — скорее даже успокаивал себя. — Что ты имеешь ввиду, говоря «нам»? — спросил Робин. — Ах, видишь ли, мой мальчик, мы все: Кристина, злой Рокки, я и ваш ненаглядный подопытный на самом деле добрые друзья. Мы просто не могли все это время прийти к единству, мешал один маленький вопрос. Но, надеюсь, ты поможешь его нам разрешить, — вежливо ответил Харизма. «Вот это новости. Что еще за игры они здесь устроили?» — подумал Робин. Он мельком взглянул на Генри. Тот выглядел возмущенно и, казалось, нервно. А с ним то что? Заметив взгляд Робина, маньячка поспешила продолжить: — Да, да, юный герой. К сожалению, в наших рядах завелся предатель… — проворковала она, преувеличенно печально кивая головой. Эти непонятные намеки, бесперебойное бредоиспускание. Робин не был уверен, что это все сказанное чего-нибудь стоит. Он хорошо помнил оригинального Джокера, который затыкался только после нокаута. — Ребята, я понимаю, вам очень скучно. Но вы же не хотите расстроить Бэтмена? — устало спросил Тим. — Нет! — хором прокричала троица. — Тогда я, пожалуй, вернусь к своей работе, — он отошел на пару шагов от камер, возвращаясь к Генри. Робин усмехался про себя. Его новые приятели могли быть забавными иногда. — Проверь компьютер папашки, мелкий! — прогремел голос Кинга. — Вы оба достали меня своей тупизной! — выставив огромный указательный палец, прогремел он второй раз в сторону Белл и Харизмы. Маньячка в ответ скорчила ему рожу, маньяк преувеличенно недовольно отвернулся от боксера. — В смысле? — Тим развернулся. Это его встревожило. — А то, что вы с Бэтсом пригрели змею на груди. Спроси у Генри, чем он занимался, когда вы его оставляли здесь за главного, — сказав эти слова, мрачный Кинг-Конг уселся ко всем спиной. Робин был крайне озадачен. В этот момент Генри вскочил со своего места и, оскорбленно запротестовал: — Это возмутительно! Сэр, я решительно не понимаю, о чем говорят эти ненормальные. — Генри, успокойся, мы сейчас разберемся, — спокойно произнес Тим, взявшись за переносицу. Бэтмену это точно не понравится. — Ой, да не трепись, Генри, столько раз же обсуждали. Ты взламываешь компьютер, ждешь момента, потом запускаешь сюда Квинн. А мы тихо-мирно ждем себе в разных частях студии, пока Бэтмен не прищучит нас, — отмахиваясь произнес Харизма. Аддамс потерял самообладание. Робин удивленно покосился на Генри, который подскочил к нему, сложив руки в умоляющем жесте, стал быстро тараторить: — Это все их выдумки! Мистер Робин, поверьте мне, я не знаю, о чем они говорят. Они же безумны! Не знаю, почему они пристали ко мне… Тим пытался успокоить старика, взяв того за руку, но тут произошла катастрофа. — ДОРОГОООЙ! Я ДОМА! — закричала во всю силу своих легких Кристина. Дрейк обернулся на ее безумный крик, не выпуская руку Аддамса. Час от часу нелегче… В один момент экраны техники кругом преобразились. На каждом из них появилось изображение Джокера, подпирающего подбородок обеими руками. Психи безумно смеялись. Генри понимал, что у него крайне мало времени, чтоб вырубить птенца и свалить отсюда. Недооценил он этих дилетантов… Робин был бескрайне удивлен, но руку Генри не выпустил. Он тут же обернулся к нему и внимательно присмотрелся к его глазам. Зеркала души выдавали ублюдка с поличным — они были зелеными. «Ах ты засранец…» — было первой мыслью Тима. Он нахмурился; Генри пытался вывернуться из его хватки, но Робин мало чем уступал в физической подготовке своему наставнику, поэтому вырубил того одним ударом и оттащил в пустую камеру. — Скажи папочке, что мы хорошие мальчики и девочки! — нескладно пропел Харизма, улыбаясь, как и остальные маньяки. В ответ на эту реплику Робин промолчал. Он последовал совету маньяков и стал изучать компьютер. — Пташечкааа, когда Бэтс к нам заглянет? — надув губки, проныла мисс Белл. — Думаю, теперь очень скоро, — ответил ей Тим. Он все еще был шокирован. Как так? Генри не вызвал подозрений ни у кого! А уж Джокера Темный Рыцарь мог почуять за милю… «Стоп… Это получается… Лекарства нет…» — дошло до Тима. Он посмотрел на улыбающихся как ни в чем не бывало маньяков. «Боже мой… Такая участь в сто раз хуже смерти…» От такой мысли у главного помощника Героя застрял ком в горле. Ему придется обо всем рассказать Брюсу. Он тряхнул головой, стараясь избавиться от удручающих мыслей, сосредоточившись над тем, что важно сейчас и здесь. Во-первых, нужно будет поинтересоваться, почему маньяки решили таким образом поступить с Генри. — А-а-а, Птенчик, — Будто читая его мысли, встрял Харизма. — Почему мы сдали вашего с Бэтсом любимчика тебе мы не скажем… Робин усмехнулся над тем, как это человек с особым отвращением выделил слово «любимчик». Да уж, хоть что-то остается по-прежнему. Аддамс все-таки успел испоганить не всю систему протоколов защиты или его познания в технике действительно ограничивались парой-тройкой приемов. Дрейк решил как можно скорее связаться с Барбарой, чтобы она все как следует изучила для дальнейшего устранения. Отправив ей сообщение, он решил еще пообщаться с маньяками, узнать у них, что им еще известно о плане Генри. Что же скажет Бэтмен? Что Аддамс — король маразма?