Глава 2
29 октября 2025 г., 03:48
2: разве ты не видишь, что я один тебя понимаю? я всегда был рядом, так почему же ты не видишь? мы созданы друг для друга
Ивану потребовалось примерно неделя, чтобы осознать, что Тилл — его сосед, а это значит две вещи.
Во-первых, выходит, он и есть тот самый приёмный сын Урака, близкого делового партнёра отца Ивана и Суа. Их отец почти не бывает дома, но в те редкие случаи, когда он появляется, большую часть времени он тратит на жалобы об Ураке и о том, как неудобно, что тот поселился в доме по соседству.
А во-вторых, оказывается, что одна из свободных комнат их дома находится прямо напротив комнаты Тилла, и как только Иван это понимает, он принимает самое быстрое в своей жизни решение перетащить туда все свои вещи.
— Я серьёзно не понимаю, что ты в нём нашёл, — бормочет Суа, пока Иван развешивает постеры групп, надеясь, что они привлекут внимание Тилла. Её взгляд скользит по учебникам, сложенным на сандаловом столе Ивана, и она со вздохом листает их. — И, просто к слову, эти постеры выглядят совсем не к месту на фоне всей твоей комнаты. Ты вообще слушаешь эти группы, или просто настолько отчаялся? Ты же понимаешь, что он их не заметит?
Суа должна помогать ему перетаскивать вещи, но за весь день она только и делала, что осуждала якобы сомнительный вкус Ивана на мужчин.
— Слушаю, — спорит Иван, что технически правда. Ему удалось украдкой взглянуть на гитарный чехол Тилла и заметить наклейки некоторых групп, которые он узнал. С тех пор Иван добавил их все в свой плейлист для тренировок, и некоторые песни ему даже понравились. Он даже обнаружил, что заканчивает свою обычную утреннюю пробежку на двадцать минут раньше.
Он краем глаза замечает какое-то движение и видит Тилла у окна.
У Ивана сердце чуть не выпрыгивает из груди, и он машет парню рукой с самой широкой улыбкой на лице. Тилл, наконец увидев Ивана, закатывает глаза и плотно задёргивает свои тёмно-серые шторы.
Иван готов бы поклясться, что смех Суа эхом отзывался у него в ушах до самого конца дня.
***
Спустя несколько дней Иван замечает Тилла перед зеркалом: тот надевает свою фирменную чёрную шапочку-бини, поправляет её так, чтобы сидела как надо, и выпускает несколько прядей, обрамляющих лицо. Его сегодняшний наряд — свободная футболка с черепами, болтающийся на шее красный галстук и тёмно-красные потёртые перчатки, доходящие до предплечий. На хлястиках его рваных чёрных джинсов висят цепи, а на самом Тилле — любимые серебряные украшения (в его стиле). Иван пишет что-то маркером в одном из своих альбомов и поднимает его, надеясь, что Тилл увидит. И: Ты прекрасно выглядишь :) Тилл показывает ему средний палец и проходит мимо окна.***
В следующий раз, когда Иван видит раздвинутые шторы в соседнем окне, Тилл, кажется, практикуется в игре на гитаре. Он сидит на кровати, скрестив ноги, по простыням разбросаны листы бумаги, всё его внимание сосредоточено на деле. Иван жалеет, что не может слышать, что он играет, — даже при открытом окне, впускающем ветерок, он не различает ни звука. Иван переворачивает страницу альбома и пишет ещё одно послание. И: Привет Музыкант в конце концов поднимает взгляд и приподнимает бровь. Однако он ничего не делает и не говорит в ответ, а просто продолжает играть на инструменте. Иван воспринимает это как хорошее начало, потому что на этот раз Тилл не задёрнул перед ним шторы. Он пишет ещё, но на этот раз вопрос. И: Какой твой любимый цвет? Другой парень снова смотрит и на мгновение замирает, откладывает гитару на кровать и встаёт, пропадая из поля зрения. У Ивана внутри всё сворачивается, потому что тот, вероятно, просто ушёл или собирается снова закрыть окно. Иван со вздохом роняет альбом, бессильно опуская плечи, и думает, что, наверное, стоит начать готовиться к одному из заданий, которое нужно сдать в конце недели. Он уже успел ввести пароль для своего ноутбука, чтобы войти в систему. Он смотрит на экран загрузки, как вдруг Тилл возвращается, на этот раз с скетчбуком. Т: Зелёный Т: А твой? И только тогда Иван осознаёт… что у него на самом деле нет любимого цвета. Он об этом даже никогда не задумывался, да и никто об этом не спрашивал. Но раз надо выбирать прямо здесь и сейчас, то на ум приходит только один цвет. И: Бирюзовый Гитарист показывает ему большой палец вверх, затем снова поднимает свой скетчбук. Т: Кстати, клёвые постеры Сердце Ивана поёт, и он уже не может дождаться, чтобы рассказать Суа, что она была неправа, потому что Тилл заметил постеры и, очевидно, они ему понравились. Прежде чем Иван успевает дописать следующий вопрос, Тиллу звонят, и разговор, судя по всему, его сильно расстраивает, кажется, он кричит на того, кто ему звонит. Он бросает в сторону брюнета виноватый взгляд, быстро машет на прощание и задёргивает жалюзи. Иван машет в ответ, хотя Тилл этого уже не видит.***
Несколько дней спустя Иван возвращается домой с тренировки, со вздохом швыряя сумку на стул. Сегодняшняя тренировка была напряжённее, чем обычно, из-за предстоящей игры, которая должна состояться через несколько недель, и тренер составил для них другую, более интенсивную программу. Видимо, следующие несколько дней будут такими же, поэтому Иван подумывает изменить свой утренний распорядок, чтобы приспособиться к нагрузке на тело. То есть… если он вообще сможет вставать по утрам. День ног никто не любит. Переодевшись и приготовившись к учёбе, первое, что он проверяет, — раздвинуты ли шторы у Тилла в комнате (а они раздвинуты, и сердце Ивана замирает). Тилл сидит на кровати, прислонившись спиной к стене, сплошь увешанной постерами. Он подтянул колени к себе и, похоже, что-то рисует. Иван поднимает свой альбом, показывая вопрос, который не успел задать несколькими ночами ранее. И: Твой любимый напиток? Тилл смотрит вверх, затем быстро пишет. Т: Кофе, конечно Т: А твой? Брюнет улыбается, его сердце буквально делает кульбиты каждый раз, когда Тилл задаёт ответный вопрос, потому что это наверняка означает, что тот им тоже как минимум заинтересован. И: Персиковый холодный чай Т: Кошки или собаки? И: Кошки… а у тебя? Он считает, что нет ничего милее момента, когда ты наконец завоёвываешь их доверие, и они к тебе привыкают, даже если на это требуется время. Только у них в семье не было ни кошек, ни собак, поскольку Унша не хотел возиться с питомцами. Суа не особо их любила, а у Ивана не было бы времени заботиться о них из-за всех его внеклассных занятий. Т: Собаки И: У тебя есть питомцы? Т: Нет, но было бы круто кого-нибудь завести. Т: А у тебя есть? И: Неа: ( И: Но в городе есть… собачье кафе И: Если хочешь, сходим вместе? Т: Зависит от того, будет ли это свиданием? И: Если ты захочешь :) Т: Не захочу Тилл показывает язык, прежде чем задёрнуть шторы.***
Тренер, на удивление, сегодня отпустил их пораньше, так что Иван возвращается домой гораздо быстрее обычного. Возможно, ещё и потому, что он бежал со всех ног… но кто знает? Когда он переступает порог своей комнаты, громкая, но приглушённая музыка сразу же привлекает его внимание к комнате Тилла. Тот обычно включает музыку на полную, когда Урака нет в городе. В такие дни у него настроение гораздо лучше. К слову, Унша тоже уехал на какую-то важную встречу. Очевидно, даже не подозревая, что за ним наблюдают, Тилл танцует по комнате в свободной белой футболке с надписями в стиле граффити и ярко-красных джинсах — впервые Иван видит его одетым не в чёрное. Он держит расчёску, подпевая словам, и периодически драматично играет на невидимой гитаре, запрокинув голову и умело скользя пальцами по невидимому грифу. Иван не думал, что Тилл может нравиться ему ещё сильнее, но каждый раз убеждается в обратном, и, честно говоря, он совершенно не против. Напротив, только рад, наконец найдя радость в своей монотонной жизни. Когда Тилл понимает, что Иван за ним наблюдает, он распахивает глаза, убавляет громкость музыки и швыряет расчёску за спину. Та ударяется о стену, роняя один из постеров, но Тилл, кажется, не придаёт этому никакого значения. Иван поднимает свой альбом с только что написанными словами. И: Отлично двигаешься! И: Пойдёшь со мной на свидание? :) Тилл пытается скрыть румянец на щеках, и Иван думает, что может смело умирать счастливым после такого зрелища. Т: Отвали, придурок Иван тает.
