Между сердцем и разумом

За последние недели в коллективе уже давно витало молчаливое понимание того, что между Феликсом и Хёнджином что-то есть. Никто прямо об этом не говорил, но взгляды, задержанные дольше обычного, и странные реакции на прикосновения говорили сами за себя. Даже если кто-то и делал вид, что не замечает, в глубине души каждый был в курсе. Банчан наблюдал за этой игрой молчания с долей иронии. Он знал, что оба они - упрямые и осторожные, и ждать, пока кто-то сделает первый серьёзный шаг, можно вечно. Поэтому он решил действовать. - Парни, - начал он тихо, когда вся группа сидела в автобусе по пути в отель, - у нас будут двухместные номера. Я предлагаю не тянуть жребий, а расселиться так, чтобы было удобно. - Опять твои стратегические планы? - усмехнулся Минхо. - Можно и так сказать, - ответил Банчан, бросив быстрый взгляд на Айена. - Поможешь? Айен едва заметно кивнул. Он уже понял, к чему это всё идёт. - - - Отель оказался тихим, с мягким тёплым светом в коридорах и толстым ковром, приглушавшим шаги. Каждый получил ключ от номера и, не задерживаясь, отправился распаковывать вещи. Пока Феликс отвлёкся, пытаясь найти под сиденьем упавшие наушники, Айен быстро взял его чемодан, аккуратно перенёс в номер, и поставил у кровати, на которой уже лежала сумка Хёнджина. Всё было проделано быстро и без лишнего шума. - Миссия выполнена, - шепнул он Банчану, возвращаясь в холл. - Отлично, - удовлетворённо ответил тот, скрывая улыбку. - Осталось только дождаться их реакции. - - - Когда Феликс вошёл в свой - как он думал - номер, он замер. На кровати, вальяжно устроившись и переписываясь в телефоне, лежал Хёнджин. - Эм... кажется, это моя комната, - сказал Ликс, смущенно подняв брови. - И мне дали ключ именно отсюда, - пытался сохранять спокойствие Хёнджин, глядя на него с тем самым внимательным прищуром. - Видимо, нам придётся жить вместе. Феликс почувствовал, как что-то неприятно, но в то же время волнующе сжалось в груди. Он даже на секунду подумал, не подстроено ли это. Но спорить не стал - слишком устал с дороги. Он расстегнул чемодан у кровати и, избегая долгого взгляда в глаза, начал доставать вещи. Однако ощущение, что Хёнджин наблюдает за каждым его движением, не покидало. - Надеюсь, ты не против спать со мной на одной кровати, - бросил Хёнджин, откладывая телефон. - Нет, - ответил Феликс, стараясь, чтобы голос звучал ровно. В их обмене фразами было что-то большее, чем просто общение. Между строк скользила напряжённость, которая стала слишком ощутимой, когда они остались наедине в четырёх стенах. Феликс понимал - ночь будет долгой. И совсем не факт, что они просто уснут. Хёнджин лёг на край кровати, стараясь не задевать Феликса. Он уговаривал себя просто уснуть - завтра был важный день, а он и так чувствовал, что мысли слишком разгорячены. Но стоило закрыть глаза, как в голове тут же всплыли картинки из машины: дрожь под его пальцами, тихие стоны, тепло чужого тела. Он прикусил губу, пытаясь сбросить напряжение, но только ещё сильнее раззадорил себя. Горячее, почти запретное желание пронзило его, и из груди сорвался едва слышный, сдавленный стон. Феликс, лежавший рядом, даже не думал спать. Его сердце и так колотилось быстрее обычного - с того самого момента, как они остались наедине в машине. Услышав этот тихий, но такой откровенный звук, он затаил дыхание. Волна жара прошла по телу, будто подталкивая сделать шаг навстречу. В темноте он чуть повернул голову, пытаясь рассмотреть профиль друга. Его пальцы сжали край простыни, а мысли уже были далеко от сна. Феликс медленно перевернулся на бок, глядя на Хёнджина. В тусклом свете уличного фонаря, пробивавшемся сквозь шторы, он видел, как тот лежит с закрытыми глазами, но губы прикушены, дыхание неровное. - Ты тоже не спишь, да? - тихо спросил Феликс, почти шёпотом. Хёнджин чуть приоткрыл глаза, их взгляды встретились. В груди сжалось от этого молчаливого признания. Не сказав ни слова, Хёнджин медленно протянул руку, коснувшись пальцами щеки Феликса. Его ладонь скользнула ниже, вдоль линии шеи, чувствуя, как участилось дыхание друга. - После того, что было в машине... - прошептал он, - я не могу просто лежать рядом. Феликс не ответил словами - он лишь накрыл руку Хёнджина своей и прижал её к себе, к сердцу. А потом, поддавшись порыву, подтянулся ближе. Хёнджин уже не сдерживался. Его губы нашли шею Феликса, снова, как тогда в машине, медленно оставляя горячие поцелуи. Он чувствовал, как тот чуть выгибается навстречу, как пальцы вцепляются в его футболку. Словно повторяя прошлое, но на этот раз - без страха быть застуканными, Хёнджин опустился ниже, задрал ткань и коснулся губами груди, задерживаясь там, ощущая, как дрожит друг. - Хёнджин... - сдавленно выдохнул Феликс, проводя пальцами по его волосам. - Да, Феликс. - Хëн поднялся, смотря ему в глаза. - Поцелуй меня. Влажные губы Ликси разомкнулись и Хëнджин накрыл их своими. Робкое прикосновение тут же переросло в жадное. Они слились в жарком поцелуе сплетаясь языками. Поцелуй становился всё глубже, будто они пытались наверстать все дни и ночи, когда сдерживали себя. Хёнджин крепче обхватил лицо Феликса ладонями, чувствуя, как тот отвечает с той же жадностью. Тела притянулись друг к другу сами. Сквозь ткань тонких футболок они ощущали каждый вздох, каждый удар сердца. Хёнджин скользнул рукой за спину Феликса, притягивая его ещё ближе, пока между ними не осталось и миллиметра воздуха. - Я... не могу остановиться, - выдохнул Хёнджин, отрываясь лишь на секунду, чтобы вдохнуть. - И не нужно, - тихо ответил Феликс, вновь впиваясь в его губы. Их руки начали изучать друг друга, словно боялись забыть каждую линию, каждую тёплую деталь. Поцелуи переместились к шее, к ключицам, туда, где кожа отзывалась дрожью. Всё вокруг утонуло в тепле и звуках их дыхания. Было только это - желание, которое они слишком долго прятали, и близость, от которой уже не хотелось убегать. Хёнджин, не отрываясь от поцелуя, провёл ладонями вниз по спине Феликса, цепляя край его футболки. Мгновение - и ткань оказалась на полу. Глаза Ликси чуть блеснули в полумраке, он тут же потянулся к пуговицам на рубашке Хёнджина, раскрывая их одну за другой, пока тонкая ткань не соскользнула с плеч. Губы находили друг друга снова и снова, но теперь их жадность смещалась ниже - к шее, к ключицам, к горячей коже груди. Каждый поцелуй был долгим, чуть влажным, с лёгким прикусыванием, будто они пробовали друг друга на вкус впервые. Штаны уступали под торопливыми движениями пальцев. Феликс, едва скинув последние слои одежды, провёл ладонями по обнажённой талии Хёнджина, наслаждаясь теплом и гладкостью кожи. Хёнджин ответил тем же, скользнув вниз, осыпая поцелуями живот, бока, бёдра - словно хотел запомнить каждый сантиметр. Они уже не чувствовали ни холода комнаты, ни тишины за стенами. Было только двое, чьи тела жадно тянулись друг к другу, сливаясь в единое целое, подчиняясь нарастающему, почти невыносимому желанию. Гладя разгоряченные тела, парни смотрели друг другу в глаза. - Я хочу всего тебя, Феликс. Хочу ощутить каждую частичку твоего тела. - Прошептал Хëнджин. - Хочу почувствовать тебя. Феликс тяжело выдохнул, и его пальцы крепче сжали плечи Хёнджина. - Тогда возьми... я твой, - едва слышно ответил он, но в голосе звучала уверенная, пульсирующая страсть. Хёнджин медленно провёл ладонями по линии спины Феликса, опускаясь всё ниже, чувствуя, как тот слегка дрожит от прикосновений. Их взгляды не отрывались друг от друга - в них было столько же нежности, сколько и жадного желания. Он прижался теснее, ощущая, как горячее дыхание Феликса обжигает его губы. Их тела плавно скользили друг о друга, будто притягивались сами по себе. Хёнджин медленно начал осыпать друга поцелуями от шеи вниз, задерживаясь на каждом участке, заставляя Ликси тихо стонать и выгибаться навстречу. - Хочу запомнить тебя таким, - прошептал Хёнджин, скользнув рукой по бедру Феликса, - без преград, только мы. Он опустился ниже, его горячее дыхание обжигало кожу Феликса. Хëн медленно проводил губами и языком по линии хрупкого тела, будто запоминая каждый изгиб, каждый дрожащий мускул. Его поцелуи становились всё смелее, задерживаясь там, где Ликси уже не мог сдержать тихий стон. Мягкие губы накрыли истекающую влагой головку, и твёрдый ствол погрузился в горячий рот. Пальцы Феликса крепко сжались в его волосах, он прижимал Хёнджина ближе, не в силах оторваться от этого ощущения. Хëн сосал жадно, наслаждаясь процессом. Он стонал, вбирая член до самого основания. Этот первый опыт был таким волнующим и таким желанным. Ëнбок сжимался, пик блаженства подступал, но он остановил Хëна. - Постой, я не хочу, чтобы всë закончилось так быстро. Их взгляды встретились - в глазах читалась жажда и желание, от которых воздух между ними стал густым и горячим. - Я сделаю всë, что ты пожелаешь. Хëнджин поднялся и одарил Феликса жарким поцелуем. - Ляж на спину Хёнджин лёг на спину, вытянувшись на мягких простынях, и потянул за собой Феликса, приглашая устроиться сверху. Ликси, тяжело дыша, склонился над ним, опираясь руками по обе стороны от его груди. Их взгляды сцепились, и Феликс медленно провёл ладонью по груди Хёнджина, ощущая, как быстро бьётся его сердце. Он начал осыпать тело поцелуями - от шеи к плечам, затем ниже, скользя губами по горячей коже, задерживаясь там, где вызывал особенно глубокие вздохи. Ласки становились всё более смелыми, пока Феликс не устроился между его ног, наклоняясь, чтобы продолжить исследования уже самым чувственным способом. Подавив робость, он наклонился и коснулся языком влажной головки. Хëнджин вздрогнул. Их взгляды встретились, в глазах Хëна читалось желание. Он медленно прикусил губу, тем самым заставив Ликси ощутить горячий прилив. Снова переведя взгляд на твёрдый ствол, Ëнбок взял его в рот и начал осторожно сосать. Хëнджин громко застонал, схватив рукой светлые пряди. Жадно и не сдержанно он двигал бëдрами, подаваясь вперёд. Яркие ощущения сводили с ума. - Я не могу так больше, - простонал Хëн и заставил Феликса встать над ним на четвереньках. Они расположились так, что каждый мог ласкать другого губами и языком, одновременно даря и получая наслаждение. Ощутив, как Хëнджин начал жадно сосать, сжав руками светлые бëдра, Феликс застонал. Его губы сжались сильнее, заставив Хëнджина толкаться в этот влажный рот. Отпустив пульсирующий член, Хëн коснулся языком тугого кольца. Тело Ликси задрожало. Жадно вылизав, он проник в нежное нутро сразу двумя пальцами. Горящая от столь желанной близости плоть без труда впустила его. Феликс дрожал от удовольствия, каждый выдох срывался с его губ. Их тела переплелись в откровенной позе, и каждый жадно отдавался ощущениям. Горячее дыхание, влажные касания и жадные движения сводили с ума. Пульс ускорялся, и Феликс уже не мог контролировать стоны. В какой-то момент Хёнджин прервал ласки, поднял его за бёдра и развернул к себе, чтобы видеть его лицо. Их взгляды встретились - в них пылало одно желание. Теплые руки уверенно скользнули по телу Ликса, готовя к большему, пока между ними не осталось ни малейшего пространства. - Ты готов? - нежно прошептал Хëн, взглянув в блестящие от похоти глаза. - Как никогда, - Феликс провëл влажной головкой по своему тугому кольцу и медленно надавил на него. Ствол ворвался внутрь, подарив парням бурю новых ощущений. Ликс зажмурился, на его глазах проступили слезы. - Тебе больно? Давай не будем. - остановив его, взволнованно произнёс Джинни. Переживая за любимого, он пытался поймать его взгляд. Феликс открыл влажные от слёз глаза и нежно улыбнувшись, насадился на ствол до самого основания. Хëнджин застонал, но тот поймал его стоны губами, утопив в жарком поцелуе. Феликс начал двигаться. Движения заставляли задыхаться от нарастающей волны ощущений, сердце бешено колотилось. Каждое движение, каждый горячий вдох Хёнджина заставлял его тело откликаться. Их пальцы цеплялись друг за друга, словно боялись потерять контакт хоть на мгновение. Хёнджин двигался всё сильнее, их дыхания смешивались, горячие ладони скользили по разгорячённой коже, исследуя каждый изгиб, каждую линию. Феликс выгибался, впуская его всë глубже. Тела сливались в едином ритме, будто стараясь стереть границы между ними. Каждое новое касание было смелее прежнего, а каждый взгляд - более жаждущим. Их мир сузился до тепла их тел, до тяжёлого дыхания и стонов, до той неистовой потребности, что пульсировала в венах. И в этот момент казалось, что нет ничего, кроме них двоих и бездонного, поглощающего вихря желания. Хёнджин прижал Феликса ближе, их тела скользили друг о друга, будто не могли насытиться теплом и движением. Каждый толчок отзывался в них дрожью, каждая секунда растягивалась, заполняясь стонами и сбивчивым дыханием. Пальцы Хёнджина крепко сжимали талию Феликса, задавая ритм, а второй рукой он гладил горячий член, чувствуя, как мышцы под ладонью напрягаются и подрагивают. Феликс выгибался навстречу, его дыхание становилось всё громче, пока их движения не превратились в отчаянный, почти беспорядочный порыв. Напряжение нарастало, будто внутри них сжималась пружина, готовая сорваться. И когда предел был достигнут, их тела одновременно содрогнулись в ярком, захлёстывающем оргазме, заставив обоих тяжело выдохнуть и прижаться друг к другу, не отпуская. Они лежали, переплетённые, чувствуя, как горячее биение сердец постепенно стихает. Хёнджин провёл ладонью по спине Феликса, оставляя лёгкие, ленивые касания, и тихо прошептал ему на ухо: - Это было именно то, чего мы так давно хотели.