Вы ошиблись номером

Вместе с хлопком двери с него спало недолгое наваждение. Как жаль, что с этим не прошло желание разбить голову... Себе или подозрительным личностям. Погруженный в собственные мысли, он пошел к бару. Множество, огромное множество людей окружало со всех сторон. Слегка расталкивая их ладонями, Кейл пробирался к стойке. Ему срочно нужно что-то статичное. Круглый шар льда, покачивающийся в стакане виски очень подошёл бы. Казалось бы, когда желаемое было уже так близко, он наткнулся на кого-то, вылетевшего из-за угла. Девушка покачнулась и ухватилась за колонну. Стоило ей осознать, что произошло, и она тут же начала извиняться. — Ох, извините, сэр! Не заметила вас... Вглядевшись в лицо аккуратной, но огромной красоты, Кейл подметил, что девушку сегодня уже несколько раз замечал. «В первый раз в толпе, — он кинул короткий взгляд к бильярдным столам, туда, где остались Альбер и Розалин, — второй раз в обществе Розалин. Кажется, у караоке». Замечая немного бледный цвет лица и подергивающиеся уголки губ, парень просто кивнул. — Ничего страшного. Со всяким бывает. Его взгляд спустился ниже, к аккуратно закреплённому на груди бейджику. "Витира. Ответственная за караоке" — было написано на нем. — Что ж... Витира. Приятного вам вечера. Она улыбнулась и скрылась в толпе. Возможно, выполнять свою работу дальше. А Кейл наконец-то смог добраться до бара, сразу же заказав стакан холодного виски. Методично наблюдая за движениями бармена, он размышлял про себя: «Итак, были ли какие-то предпосылки? — однако в голову ничего не шло. В городе было спокойно, служащие, замаскированные под гражданских, не прочесывали улиц, в новостях можно было услышать только про открытие новой фабрики. — Странно все это". Бармен поставил перед ним невысокий стакан. Отвесив благодарный кивок, Кейл не спеша, задумчиво взял его в руки и покрутил влево-вправо. Алкоголь расплескался по стенкам, лёд застучал по стеклу. «Фабрика... — задержался учитель на последней мысли, — Кажется, по изготовлению силикона и связанных с ним вещей?» В голове всплыла недавняя сцена и яркие золотистые глаза. Такие он встречал только у своих маленьких подопечных. «Интересно, как там Он и Хонг, — Хенитьюз потер переносицу, ощущая как боль сковывает голову жгучим обручем, — Нужно скорее перевезти их в свою квартиру. Тц, эти бараны из участка могли бы и побыстрее работать». Он лениво, толком не шевелясь развернулся в сторону, когда соседний стул отодвинулся одним движением. На него приземлился Альбер с лёгким азартным блеском в глазах. Хотя этот взгляд начал быстро пропадать. — Сначала я подумал, что тебе все надоело и ты сбежал. Но теперь у меня есть ощущение, что что-то все же произошло. Блондин вежливо покачал головой в ответ на предложение официанта заказать позицию из меню — он все ещё не оставил желание уехать отсюда самому на своей машине. — Не обращай внимания, — Кейл тяжело вздохнул, — просто рабочие моменты. И это в самом деле было так. Сообщение от бывшего командира было обычным предупреждением, взаимодействие между двумя посетителями бара было просто взаимодействием, а золотистые глаза были просто глазами с необычным цветом. Спокойствия ему не давала лишь выработанная за несколько лет интуиция и привычка считывать обстановку в независимости от ситуации. Сейчас у него не было ни прав что-либо расследовать, ни достаточного количества материала. Альбер, решивший не докапываться до ушедшего в мысли Кейла, лишь неуверенно кивнул. Его знаний о нем было достаточно, чтобы понимать, что парня тревожат какие-то вещи, но о них он не расскажет. — А ты? — слегка усмехнулся учитель, тут же поморщивщись от укола боли. — Сбежал от Розалин? — Называй это как хочешь, — уклончиво ответил директор, — Мы сыграли достаточно раз, чтобы поквитаться друг с другом. — Хорошо, — за раз он влил в себя весь оставшийся в стакане алкоголь. — Поехали домой. Брови Альбера подлетели вверх, но парень тут же спокойно переспросил: — Сейчас? — Да. Домой, — его глаза метнулись к голубым зрачкам-блюдцам Кроссмана. — Сейчас. Кажется, уже практически не удивляясь тому, как близкий друг и коллега рубит с плеча, Альбер встал со своего места, попросив немного подождать. "Нужно предупредить о нашем уходе" — говорил он. И в этот небольшой промежуток времени их мысли были совершенно идентичны. Они оба удивлялись тому, насколько правильно звучала фраза "поедем домой". Кейл не просил отвезти его к себе. Он просил отвезти их домой. Неважно, к нему самому или в квартиру Кроссмана. Там должны были быть они оба. Альбер впервые задумался о том, каково это — делить с кем-то крышу. Не с родственниками, хорошим другому, а с кем-то другим. С кем-то более важным. Однако на обратном пути он смог освободить свою голову от мыслей, на время забыв об этом. Снова знакомая машина, снова запах мускуса и шоколадных печений, который пропитал салон насквозь. Глубоко вдыхая грудью гармонию ароматов, Кейл нашел себя в мыслях о том, что это странно успокаивало. Жаль лишь, что из рта вышло лишь устало-безразличное замечание: — Здесь душно. Ты с прошлого века не проветривал? В его словах не было ни грамма колкости. Фраза звучала как обычная констатация всемирно известного факта. То ли от усталости, накатившей после активного вечера, то ли от недавно гулявших в голове мыслей, но желания препираться не было. Альбер, разделяющий с ним эмоциональный настрой, коротко пожал плечами: — Открой окно. Холодный воздух немного отрезвил. Даже сейчас Кейл мог чувствовать нотки мускуса, которые успокаивали и сводили с ума одновременно. Наверное успокаивали, потому что этот запах пропитал место, в которое он всегда возвращался. Наверное сводили с ума, потому что этот запах носил Альбер. Учитель немецкого тяжело простонал откидывая голову назад. Свежий воздух немногим облегчил мигрень. Его локоть покоился на раме. За окном проносились виды ночного города. Альбер сохранял молчание. Кажется, он тоже о чем-то бесконечно раздумывал, желая уйти в эти мысли безвозвратно, но дорога не давала ему это сделать. Кейл хмыкнул, про себя отметив, что он уже успел поразмышлять за них двоих. Когда показался незнакомый двор, и директор в нем припарковался, учитель принялся рассматривать местность. Бывать у Альбера ему ещё не приходилось. Судя по всему, его дом располагался совсем рядом с академией, но даже так он предпочитал добираться на машине. В точности, как и Хенитьюз некоторое время назад, директор откинулся нa спинку кресла и прикрыл глаза. Тишина пронизывала салон насквозь. После активного вечера среди людей, шумной музыки и алкоголя возможность просто помолчать казалась благодатью. «А кому-то ещё приходилось и улыбаться постоянно» — стрелой пронзила голову Кейла эта мысль. Он повернулся к директору, сидевшему с полностью расслабленным лицом. Вот так, с закрытыми глазами и отсутствием улыбки на лице Кроссман казался уязвимее. Красно-карие зрачки поднялись на переднее зеркало, и парень оглядел самого себя. Конечно, с чуть покрасневшими глазами и пролегшей под глазами синевой, он и сам выглядел не лучше. Наконец "подзарядившись", Альбер с лёгким хлопком упёрся ладонями в руль. — Ну что ж, пошли? Квартира оказалась больше, чем у Кейла, но гораздо более пустующей. Вообще, если спросить мнение парня, то он сказал бы, что она больше похожа на отделение психиатрической больницы. Почему здесь всё белое? Из-за одинаковой палитры, глаз гораздо легче распознал неожиданно яркое пятно. Держа в руках куртку, Кейл наклонился ниже и рассмотрел лежащий на тумбочке рисунок. — Это ведь Раон рисовал? — Твоя наблюдательность никогда тебя не подводила, — директор в пару шагов подошёл ближе, забирая рисунок и куртку из рук Хенитьюза. Он буквально мог видеть проскочившее в его глазах ехидство. — Пойдем уже. Переступая порог прихожей с тяжёлым вздохом, он неловко потирал шею. На самом деле, квартира была вполне неплохой, даже хорошей. Перекрасить бы только стены и будет идеально. Кейл убедился в этом, когда зашёл в спальню. Казалось, что эта комната была единственной использующейся. Здесь даже царил небольшой беспорядок, в отличии от стерильности остальных комнат. Стены были на несколько тонов темнее, сама площадь спальни была небольшой. В углу даже уместился письменный стол с огромным количеством документов. Кейл со смешком вспоминал собственную спальню, понимая, что она была такой же. Возможно, это просто превратности взрослой жизни? Или это только они вдвоем были такими отбитыми. Его мысли прервал Альбер, вошедший уже в домашней одежде. В руках он держал небольшой свёрток одежды из темной футболки и клетчатых штанов. — Переодевайся и давай спать. Стоило сверку перекочевать из рук в руки, и Альбер прошел к кровати, шаркая ногами. То ли со вздохом, то ли с кряхтеньем он упал на нее. Понаблюдав за этим, Кейл задался вопросом действительно ли директор настолько устал за сегодняшний день. Впрочем, оставив его там, он пошел искать ванную, чтобы переодеться. Кроссману стало настолько все равно на постоянное присутствие Кейла рядом, что он даже не удосужился показать ее местоположение. Пару раз потыкавшись в пустые или вовсе пыльные комнаты, учитель наконец-то обнаружил ванную. — Чертов богач... Он непроизвольно дёрнул скулой, увидев, что здесь были и ванна, и душевая кабина. Неплохо устроился. Однако их тестировка будет значительно позже. Сейчас сил не было даже на банальный душ. Быстро сменив рабочую одежду на комфортную футболку и штаны, он вернулся обратно и застал спящего Альбера. За все время тот даже не сменил положения, так и оставшись лежать со свисающими с края ногами. Понимая, что ему ничего не сказали по поводу его места сна, Хенитьюз почесал затылок, а затем с методичностью принялся менять положение директора, перетаскивая его ноги по очереди. Он тяжело выдохнул, когда закончил. Теперь блондин лежал не поперек, а как нормальный человек. Парень уже хотел свалиться рядом, но в последний момент заметил мигающий экран телефона. Оставленный на тумбочке девайс Кроссмана светился в темноте — ему кто-то звонил. Подойдя чуть ближе, Кейл смог различить в темноте надпись "Рыжая бестия №1". «Розалин что ли?» Покрутив в голове все варианты, и придя к выводу, что лучше ответить, чем потом выслушивать ее спокойно-наезжающие речи, Кейл поднял трубку. — Альбер, ты там живой вообще? — сразу же послышалось на том конце. — Розалин? — Ты так неожиданно... — ее голос вдруг затих, — Кейл? — Ага, — опережая все вопросы, а главное поток мыслей девушки, он сразу же ответил, — Альбер спит. Кажется, наши дорогие коллеги вымотали его. — Вот как, — она помолчала какое-то время, а затем начала говорить голосом, в котором явно прослеживалась улыбка, — Так значит, вы сейчас вместе? — Ну да. Кейл нахмурился, не понимая что в этом такого. А затем он ещё раз оглядел место, в котором находился, одежду, которая ему не принадлежала, и наконец Кроссмана, давно спящего. Они без задней мысли поехали домой к одному из них после шумного вечера бара, и до Кейла только сейчас дошло как это выглядело со стороны. В трубке раздался лёгкий женский смех. – Розалин, если ты кому-нибудь расскажешь... — устало начал он. — Расскажу конкретно что? — теперь веселье отчетливо читалось в ее голосе. — Что наши голубки-неразлучники даже сейчас рядом? Она выдохнула то ли с забавой, то ли с нежностью, и тут же начала говорить гораздо спокойнее, словно заверяя. — Все в норме, Кейл. Конечно, я ничего не скажу. Просто вы очень внезапно уехали и я начала переживать, — она замолкла, словно думая стоит ли говорить следующие слова, — словно что-то произошло. На самом деле я позвонила, потому что мне показалось, что что-то стряслось. Кейл улыбнулся уголком губ, заново понимая за что так уважал эту девушку. Именно поэтому он поделился с ней тем немногим, чем мог. — В чем-то ты была права. Но сейчас все в... — он посмотрел на перевернувшегося во сне на другой бок Альбера, а затем поднял взгляд выше, на окно, — все в относительной норме. — Хорошо, раз так, — она хихикнула в последний раз, прощаясь с парнем. — Тогда хорошей вам ночи, голубки. В этот же момент прозвучал короткий гудок. Отключилась. Кейл тяжело вздохнул, в последний раз посмотрев на экран телефона. Борясь с ощущением, что девушка знает больше, чем говорит, он подошёл ближе к окну и опёрся о подоконник бедром. Его выдернули из одного вороха проблем... Зачем? Для того, чтобы поместить в другой? Если это так, то он и не знает что говорить. Рабочие проблемы все ещё были проблемами, но их он щёлкал как орешки. Наладить отношения с иностранцами? Хорошо. Сопровождать подразделение? Придется постараться, но это несложно. А здесь как быть? С проблемами межличностного характера он справлялся куда хуже. На самом деле, подобное он чаще сваливал на Су Хека и Чон Су, предоставляя это им. И вскоре они опять увидятся. Тяжело вздохнув, парень сел на кровать, а затем и вовсе упал на нее, мигом проваливаясь в сон. Тревоги все ещё фантомно терзали его мысли, но это не было чем-то, с чем он не смог бы справиться. В конце концов... Он ведь всегда справлялся? Этой ночью снилось ровно ничего, однако это не помешало ему открыть глаза через несколько часов. Стоило пронеслись мимолётной мысли, что головная боль немного прошла, и его настигло ощущение похмелья. Парень потянулся к телефону, желая узнать время. Половина пятого утра. И семь процентов зарядки. Не очень хорошо вышло. Кажется, вчера им было не до таких мелочей, как зарядка телефона... Со стоном поднявшись на локтях, Кейл посмотрел на соседнюю половину кровати. Альбер всё ещё спал, только подергивая бровями во сне. Не желая разбудить вечно устающего придурка, он осторожно сел, предварительно распутав бесконечные слои одеял. Пожмурившись от очередного укола в голову, парень медленно и глубоко вобрал воздух. Нашло лёгкое ощущение пустоты, которое часто бывает после активного завершения дня. К черту сплочение коллективности, это дерьмо не для него. Перебирать собственные эмоции и ощущения, словно они были кирпичиками, стало привычкой. Так и сейчас, раз за разом вспоминая каждое событие, он не переставал хмуриться. Мысли о событиях в конце вечера снова настигли его. Прикрыв глаза с тяжёлым тихим вздохом, он принялся методично растягивать и потирать фаланги пальцев, начиная с указательного. На шестом, — а может шестнадцатом? — кругу указательный-средний-безымянный он услышал копошение сбоку. Лениво повернув голову, Кейл наткнулся на заспанный взгляд голубых глаз. Кажется, он хотел что-то сказать, но в моменте передумал, вместо этого предприняв попытку сесть на кровати. — Сколько времени? — Пять утра. — И ты не спишь? Ответ — неопределенное движение плечей. Сонные глаза прожигали его ещё минуту, после чего их обладатель встал с тихим ворчанием. Он обернулся на Кейла, стоя в проходе, и приподнял бровь. Счев это за молчаливое приглашение, парень сполз с кровати и последовал за блондином на кухню. Там уже кипел чайник и были открыты некоторые ящики. Краем глаза увидев, что учитель зашёл в комнату, Альбер спросил не оборачиваясь: — От похмелья таблетки нужны? Кейл прислушался к своим ощущениям. — Не думаю. — Тогда проходи. Будем кофе пить, — он уже стоял с кружкой в руках. Кейл склонил голову на бок, заставляя растрепашиеся пряди лезть в лицо. Он сдунул их с глаз, а те, что остались, убрал неаккуратным движением руки. — Мы не собираемся спать дальше, да? — учитель скорее подмечал факт, нежели спрашивал. — У меня кроме кофе больше ничего нет. — Серьезно? Хенитьюз скривил лицо и, подойдя ближе, рассмотрел содержимое шкафчиков. В самом деле, каких видов кофе тут только не было. Однако найти банальный чай становилось задачей со звёздочкой. — Ладно. Кофе так кофе. Они стояли бок о бок, заваривая каждый свою кружку. За окном всё ещё было темно, и источником света служил телефонный фонарик. Полумрак затапливал их своей умиротвореннрстью настолько, насколько мог. Блондин, забрав свою кружку, отошёл на несколько шагов назад и опёрся бедрами о стол. В парне ещё ночью поселилось смутное чувство тревоги. Всеми костями ощущать, что у Кейла что-то случилось, но не иметь возможности спросить. Его всегда это интересовало. Вплоть от подделанных документов и до сегодняшней ночи. Кроссман всегда хотел знать больше, чтобы быть уверенным в своей безопасности. Но теперь ему хотелось знать, просто потому что. Просто потому, что Кейл стал неотъемлемой частью его жизни, но все знания блондина о нем были их совместными воспоминаниями. Господи, он в самом деле хочет большего. Закончив приготовление собственного напитка, Хенитьюз развернулся лицом к директору. Видя в глазах напротив тень сомнения, он склонил голову набок и с тихим сюрпом отпил кофе. Ступни вдруг заскользили по полу, а тело Кейла медленно стало опускаться на пол. И вот, Альбер смотрит, как парень непринужденно сидит на полу. — Подашь то песочное печенье? Блондин взял миску со стола и передал ее в протянутые руки. Зачем ему удивляться, если он сделает тоже самое сейчас? Когда оба парня уселись на полу, едва касаясь ступнями друг друга, Кейл сказал то, отчего сердце Альбера ухнуло: — Что ты хочешь знать? Ни один из них не был готов.