Портрет несовершенства

Тимофей проснулся от щелчка. Глухого, металлического — звука закрывающейся входной двери. В тишине ночи он прозвучал как выстрел. Сердце заколотилось где-то в горле. Он замер, вслушиваясь. В прихожей послышались тяжелые, усталые шаги. Ильи. Шаги прошли по коридору в сторону туалета. Тимофей прикрыл глаза, снова пытаясь заснуть, но тут же услышал отдаленный, ни с чем не сравнимый звук — Илья отливал. Долго и с облегчением. А через пару минут зашипела вода в трубах, и из ванной донесся шум душа. Тимофей сглотнул. Он знал. Он все знал. Еще вечером, когда Илья и Олег влетели в дом, чтобы переодеться перед дискотекой, он подслушал их разговор, обрывки фраз: «…да конечно даст он сам сказал, презики сказал купить и что родителей сегодня не будет…» и хриплый смех Олега: «…а ну если так то это конечно стопроцентный вариант!». Он повернул голову и уставился на светящиеся цифры электронных часов на тумбочке. 3:07. Вода выключилась. Тимофей слышал, как Илья, шлепая босыми ногами по полу, вышел из ванной. Любопытство, едкое и нестерпимое, стало сильнее воли. Он бесшумно откинул одеяло, скрипнув пружинами кровати, и подошел к двери. Приложил ладонь к прохладному дереву, потом, затаив дыхание, приоткрыл ее на сантиметр и выглянул в щель. Илья с полотенцем обмотанным вокруг бедер как раз подходил к своей комнате. Его торс, влажный и бледный в полумраке, блестел. Волосы были мокрыми и зачесанными назад. Он услышал шорох и повернул голову. Его глаза встретились с испуганными глазами Тимофея в щели двери. — Ты чего не спишь? — тихо, без удивления, спросил Илья. Его голос был хриплым. Тимофей не смог сдержаться. Слово сорвалось с его губ шепотом, жарким и неловким: — Ты... потрахался? Илья медленно усмехнулся. Уголок его рта дрогнул. Он не стал ничего отрицать, просто коротко кивнул, глядя прямо на Тимофея. В коридоре повисла тяжелая пауза. Тимофей мялся на месте, пальцы сжимали край двери. Чувства противоречивые ревность и любопытство боролись в нем, но любопытство в итоге взяло верх. — И... — прошептал он, едва слышно. — Расскажешь? Как это... было? Илья смотрел на него еще секунду, изучая его растерянное, пылающее любопытством лицо. Потом он снова кивнул, на этот раз в сторону двери своей комнаты, безмолвно приглашая войти.