Сиквел

      Некоторое время все было прекрасно. Кажется, Ксено даже отвечал на близость со стороны Стэнли. Тот, в свою очередь, стал смелее. Когда они не виделись некоторое время, военный начинал встречу с объятий. Сначала было неловкое и очень странное чувство. Ученый не понимал, как вести себя, однако со временем даже полюбил это занятие. С каждым разом ему становилось легче. Казалось, он мог отпустить прошлое, Стэнли его простил. Тяжелые воспоминания наконец-то отпустили его. Исчезли ночные кошмары, и это невероятно радовало Стэнли, видевшего, как его друг постепенно возвращается к жизни.

***

      Спустя почти год Ксено блестяще завершил сложный проект и получил приглашение на профильную конференцию для обсуждения дальнейшего развития. Естественно, Стэнли тут же напросился в качестве сопровождающего.       В день выступления Ксено облачился в строгий костюм. Его пальцы, привычно скользнув по вешалке, сами выбрали галстук незнакомого оттенка. Только завязав узел, он взглянул в зеркало и осознал — он фиолетовый. Откуда? Он не помнил, чтобы покупал его. Обрывки воспоминаний начали вырываться наружу, но, поймав на себе отражающийся в зеркале взгляд Стэнли, Ксено отогнал их подальше.       — У тебя появился любимый цвет?       Снайпер мягко указал подбородком на галстук, в уголках его губ играла сдержанная усмешка. Ксено выдержал некую паузу, думая, что ответить.       — Что ж... Можно и так сказать.       Наконец выдавил он, избегая взгляда, но в его голосе прозвучала приглушенная горечь, будто он отвечал не на вопрос Стэнли, а на голос из собственного прошлого. Чтобы перевести разговор, Ксено накинул пальто и решительно направился к выходу. Военный пошел вслед за ним. По дороге к машине у ученого прошлись мурашки по коже. То ли он что-то забыл, то ли что-то случится. Оглянувшись, увидел, что в глазах Стэнли вспыхнул огонек. Теперь понятно, откуда эти мурашки.       — Ты что-то задумал?       Этот вопрос заставил Стэнли опомниться. Он неловко улыбнулся и покачал головой. Всю дорогу Ксено, отгородившись от мира, повторял ключевые тезисы своего выступления.       — Волнуешься?       Прозвучало почти саркастично. Стэнли ухмыльнулся, на мгновение поймав взгляд ученого в зеркале заднего вида. Ксено возмущенно поднял бровь.       — Еще чего, они даже не до конца понимают ценность этого проекта. Этим старикам лишь бы денег заработать.       В его голосе слышалось раздражение. Он отложил бумаги и мрачно скрестил руки на груди.       — Кстати, о стариках... Твое начальство не бунтует, что ты вцепился в меня, как прилипала, вместо их срочной миссии?       Как по заказу, они подъехали к зданию конференц-центра. Стэнли удручающе вздохнул и с театральным отчаянием опустил голову на руль.       — Мне придется написать кучу отчетов после этого...       Простонал он, изображая самого несчастного человека на свете. Ксено невольно ухмыльнулся, испытывая легкое садистское удовлетворение от того, что страдает не он один. Собравшись, Стэнли вышел и открыл дверь ученому.       — Ну, в твоем присутствии есть и плюсы.       Заметил ученый, выходя из машины.       — Никто не посмеет подойти ко мне с идиотскими вопросами.       — В каком смысле?       Стэнли непонимающе смотрел на него. Ксено с изумлением взглянул на военного.       — Ты что, не в курсе? Мы с тобой для многих здесь как бельмо на глазу. Мне они еще могут высказать свои претензии, а вот тебе... побаиваются.       — Я настолько страшный?       Стэнли изобразил глубоко опечаленного человека, его глаза даже наполнились дежурной слезинкой. Ксено усмехнулся и кивнул в сторону входа.       — Пошли уже, чертов актер.       Стэнли усмехнулся в ответ на его шутку. Однако внутри Ксено все сжалось. «Актер». Да, сейчас ему предстояло сыграть самую главную роль — ученого, не подозревающего о том, что его пытаются задавить. Взгляд Ксено стал холодным и рассудительным. Они направились ко входу. За несколько шагов до дверей военный остановился.       — Эй, Ксено...       Тихо сказал Стэнли, прежде чем тот пересек порог. Ученый обернулся, брови вопросительно поползли вверх.       — После всего этого...       Стэнли сделал небольшой жест, указывая на здание.       — ...я требую компенсацию за свои будущие мучения с отчетами.       Маска на лице Ксено дала трещину. Уголок его рта дернулся. Тот едва сдержал смешок.       — Я подумаю.       Они вошли в здание. Холл был наполнен гулом голосов и щелчками фотокамер. Стэнли, как тень, занял позицию у его плеча, его взгляд стал собранным и отстраненным — взглядом профессионала, оценивающего обстановку. Тот уже не улыбался; его осанка, взгляд, сама аура — все изменилось.       К Ксено тут же начали подходить коллеги, поздравлять, задавать вопросы. Его это сильно удручало. Ученый перевел взгляд на Стэнли. Он видел, как тот бесшумно фильтрует толпу, как его тело всегда находится между Ксено и любым незнакомцем, как его пальцы время от времени непроизвольно сжимаются в кулак, будто отвыкая от отсутствия оружия на поясе.

***

      После выступления, когда последние аплодисменты стихли и Ксeно спустился с трибуны, к нему пробился седовласый профессор Альфред, известный своим консерватизмом и влиятельными связями.       — Блестяще, доктор, просто блестяще!       Его рука тяжело легла на плечо Ксено. Ученый хотел было поморщиться и отпрянуть, но ему нужны были инвесторы.       — Хотя, признаюсь, некоторые аспекты... вызывают вопросы. Опасения, если быть точным. Не каждое открытие стоит нести в мир.       Ксено почувствовал, как воздух вокруг сгустился. Он видел, как взгляд Стэнли, до этого рассеянно блуждавший, мгновенно сфокусировался на Альфреде, став острым и тяжелым.       — Наука редко бывает безопасной, профессор.       Парировал Ксено, стараясь, чтобы голос не дрогнул.       — Я не о безопасности.       Альфред хотел было подойти еще ближе, но между ними возник Стэнли. Он не сделал ни одного резкого движения, просто занял позицию, слегка сместившись, но этого хватило, чтобы мужчина инстинктивно отстранился. В воздухе повисла тишина. Взгляд, устремленный на Альфреда, был настолько ледяным и несущим беззвучное обещание расправы, что у Ксено самого перехватило дыхание. Профессор отшатнулся, его лицо побледнело.       — Кажется, доктора Уингфилда зовут другие коллеги, профессор Альфред.       Голос Стэнли был абсолютно ровным, почти вежливым, но в нем не осталось и следа от того человека, который всего несколько часов назад дурачился в машине. Альфред пробормотал что-то невнятное и поспешно ретировался, растворившись в толпе.       Ксено обернулся к Стэнли, все еще чувствуя ледяную хватку напряжения.       — Ксено...       Голос Стэнли был хриплым, сдавленным. Ученый напрягся, сердце заколотилось. Он готовился к худшему.       — Я хочу курить, черт возьми. Пойдем на террасу...       Ксено недоумевающе глянул на него и прикрыл глаза рукой, с облегчением выпуская воздух, которого, казалось, не хватало все эти минуты.       — Я ожидал все что угодно, но не это...       — Прости...       Стэнли виновато улыбнулся и провел рукой по лицу, и маска телохранителя окончательно рассыпалась, показав усталую раздраженность.       — Мне правда нужно, иначе я боюсь, что пойду и подожгу этого раздражающего профессора вместо табака. Мне срочно нужно отвлечься.       Ксено слегка посмеялся и, наконец, расслабился.