По осколкам стекол

Телефон в кармане Дина завибрировал, разрывая полусонную тишину, окутавшую “Импалу”. Выгоревшие осенние леса и бескрайние поля с собранным урожаем остались далеко позади. Сэм дремал на пассажирском сиденье, подогнув под себя одну ногу, колено второй неудобно упиралось в панель. Впрочем, спать это ему, видимо, не мешало. Дин бросил взгляд на экран трезвонящего мобильника и пихнул брата коленом: — Проснись и пой, принцесса. Бобби звонит. Сэм захлопал сонно глазами и потянулся, усаживаясь ровнее. — Думаешь, что-то случилось? — Сейчас узнаем, — хмыкнул брат, принимая звонок и переводя телефон на громкую связь. — Салют, старина. Как дела? — Как дела? Какие, к чертям, дела? — хрипловато проорал Бобби в трубку. — Вы куда провалились? Кадрите цыпочек? Или через Мексику едете? Два штата проехать можно за ночь. Ну ладно, за сутки-другие. А вы что?.. — Ладно, ладно, не кипятись, — хохотнул Дин. — Возникла тут пара делишек. Скоро будем. — Скоро — понятие растяжимое, — проворчал Бобби. — Придется вам все-таки еще сделать крюк, раз уж и так не шевелитесь. Сбросил вам координаты, проверьте. В Веллингтоне, Колорадо серия странных смертей. Уже восемь обескровленных тел. — Вампиры? — вскинулся Сэм. — Не думаю. Бедолаг будто высосали — до состояния мумий. Но следов никаких — ни укусов, ни ран. Как на грех, ни одного свидетеля. Разберитесь там, только сами не встряньте. Я вас жду… как красна девица у окна… А вы — как тот Одиссей, что никак не вернется в Итаку. — Сделаем, Бобби. И сразу же приедем. Начинай готовить барбекю… — Вот еще… Раскатали губу, — фыркнул старик и отключился. — Ну что, Сэмми, похоже, мы делаем крюк. Впереди как раз будет съезд на шоссе I-25 Юг — оно как раз приведет к Веллингтону. Удачно совпало. Сосредоточенный Сэм уже открывал ноутбук, задумчиво листал многочисленные справочники и оцифрованные архивы их личной монстроклопедии. — Что это может быть? — размышлял он вслух, постукивал пальцем по подбородку. — Вампиры пьют кровь — рвут шеи жертв, но не превращают их в мумий, вервольфы жрут сердца. Штриги… штриги точно тут мимо. Призраки? Не похоже. Может быть, снова проклятье? Происки обозлившихся ведьм. Или жертвоприношения… — Нет, только не ведьмы… Ненавижу все эти слюни, мозги и кишки… Ух и мерзость, — Дин сплюнул и сжал губы узкой полоской. Вцепившиеся в руль пальцы побелели, желваки заходили на скулах. — Дин… О том, что было… Я про монету, — осторожно начал Сэм. Вид угасающего равнодушного брата до сих пор стоял перед глазами, бросал в холодную дрожь. А они даже толком не обсудили то, что случилось. Осекся от злобного взгляда наискось. — Не будем об этом, — процедил старший брат, пристально вглядываясь в ленту дороги. — Было и было. Прошло. Все живы. Усек? — Хорошо, Дин, но только… — Никаких “но”. Я непонятное что-то сказал?.. Сэм, вздохнув, уткнулся опять в ноутбук. Дин, выкрутив звук магнитолы почти на максимум, свернул с шоссе. Ландшафт снаружи постепенно менялся. Далекие горные хребты на севере исчезли из виду, а вот на западе все четче вырисовывались очертания Скалистых гор. На пастбищах, то и дело попадающихся на пути, меланхолично пережевывали растительную жвачку пестрые бычки и коровы, блеяли белоснежные овечки. Резные тыквы выглядывали из окон редких фермерских домов, украшали перила крылец и заборы. Веллингтон — сравнительно небольшой городок с населением в тысяч двенадцать, встретил подозрительной тишиной. Слухи о странных необъяснимых смертях, конечно же, расползались. Удержать такое в секрете никто бы не смог. Логично, что люди в страхе перед неизвестным кошмаром предпочитали прятаться по домам. Редкие прохожие подозрительно озирались и стремились скорее убраться с пустых, словно вымерших, улиц. Ветер усиливался, раскачивал рекламные щиты и деревья. Искусственная паутина громко хлопала, то и дело пугая. — Чудесное местечко, — пробормотал кисло Дин. Сэм был вынужден согласиться. Город будто пропитался безнадегой и страхом, вонял кислым потом, горелым луком и тухлыми яйцами. Хм… может быть, сера? — Демоны? — На них не похоже, но лучше проверить. Завтра начнем. Уже ночь, в участке нас вряд ли встретят с распростертыми объятиями, — согласился Дин, подъезжая к мотелю. Свободный номер сразу нашелся. Администратор выдал ключ без лишних и дурацких вопросов вроде потребности в общей двуспальной кровати. Видимо, общий ужас, витающий в воздухе, и сюда успел просочиться, напрочь отбивая у наемного персонала желание зубоскалить и гадко шутить. В номере Сэм бросил на одну из кроватей лэптоп и рюкзак. Мир вдруг вздрогнул и поплыл куда-то в сторону, в голове зашумело. Сжав руками виски, попытался сфокусировать взгляд. — Сэмми? Порядок? — Дин дернулся к нему, но брат отрицательно мотнул головой. — Да… да, все нормально. Голова закружилась, — под пальцами пульсировало и давило, как будто кто-то или, может быть, что-то шевелилось внутри. Такое большое, что полностью не помещалось, ему требовалось свободное место. — Уверен? Может быть?.. — Дин! Все. Нормально. — Ладно, ладно. Как скажешь. Не заводись, — брат вскинул примирительно руки. — Просто выглядишь, как… Знаешь, ну как в те дни, когда тебя постоянно донимали видения. — Все давно позади. Как и те мои способности. От них ничего не осталось, — почти рычал Сэм. — Да понял я, понял. Чего так орать? Пойду лучше в душ, а ты давай… остужайся. — Воды горячей оставь… — проорал Сэм брату в спину. — Конечно, Сэмми, — пообещал Дин как-то очень уж весело. Воды, конечно же, не хватило. Домываться пришлось в ледяной. Когда Сэм вернулся, клацая зубами и вытирая воду, льющуюся с длинных волос, Дин уже сладко сопел, обхватив руками подушку. Наверное, ему что-то снилось — брат причмокивал и улыбался. Давно Сэм не видел его таким безмятежным. Едва удержался от того, чтобы провести рукой по плечу, чтобы попытаться расправить спутавшиеся золотистые ресницы, обвести губы… “Уймись, ненормальный…” — почти застонал он, забираясь под одеяло. Голова коснулась подушки, и Сэм провалился. Рыжее пламя весело подпрыгивало и трещало, пожирая сухие сучья. Дин, закатав рукава фланелевой рубашки, как раз подбросил еще одну охапку в костер и уселся на бревно рядом с братом. Пихнул легонько бедром. — Ну как тут дела? — Почти все готово. На, пробуй. Обалденно пахнет, — Сэм протянул ему веточку с нанизанными сосисками. — Не обожгись… — Ай… черт… горячо же… — запричитал Дин, с жадностью отхвативший огромный кусок. Выплюнул его на ладонь и принялся дуть. — Я же сказал — осторожней, — улыбнулся с нежностью Сэм, остужая свою порцию и ловя ответную улыбку брата. Непривычно теплую, щемящую даже. В груди отчаянно потянуло и застучало. — А классно здесь, — протянул Дин с набитым ртом и подмигнул лукаво. — Даже хочется спасибо сказать ФБРовцам, обложившим нас со всех сторон. Когда бы так еще отдохнули. Завтра, кстати, пойдем на рыбалку. Слушай, а чего Бобби хотел? Звонил, когда мы заехали на заправку. — Предупредил, что в хижине Руфуса только один диван, но огромный. Переживал, не подеремся ли мы из-за него. — Ему мы найдем другое применение. Правда, Сэмми? — выдал брат хрипло и потянулся. Сердце забилось в груди, зачастило… … Сэм рывком сел в кровати, уронив одеяло. Дин пробормотал что-то подозрительно напоминающее его имя и перевернулся на другой бок. Сердце в груди до сих пор трепыхалось, пытаясь выломать ребра. Дин в этом сне был настолько… открытым. Не прятался за своими вечными масками, не юлил, не рисовался, не пытался быть крутым супер мачо. Таким он позволял себе быть очень редко — и то лишь когда был уверен, что никто не увидит. Наверное, это все волнения последних дней, а еще чертов лесной дух и тревога за брата — проклятие почти высосало его, почти доконало. Сэм улегся обратно, закутался в одеяло, уверенный, что теперь не уснет до утра. И отключился. … Дин сидел на полу, неловко вывернув ногу и спиной прислонившись к кровати. Ножом распорол штанину до середины бедра, крепко затянул жгут выше раны и только после этого прижал толстым бинтом, пытаясь остановить кровь. На пол уже натекла приличная лужа. — Здесь надо зашивать, но сперва обработать. Дай я, — Сэм убрал его руки и плеснул из бутылки прямиком в открытую рану. Дин дернулся и зашипел. — Зачем ты вообще полез на этого оборотня? У меня все было под контролем. — Под контролем, конечно. Не полезь я, лежал бы ты, Сэмми, сейчас с разорванным горлом. А тут подумаешь — всего лишь нога. Заживет, — возразил Дин и отвернулся, когда брат потянулся к ране иглой, предварительно как следует приложившись к бутылке. — Осторожней, пьянчуга. Наклюкаешься и пришьешь не там и не то. — Я справлюсь. Сильно болит? — Бывало, знаешь, и хуже. Главное, что ты цел. — Мы давно выросли, а ты все продолжаешь меня защищать. Не думаешь о себе. Это неправильно, Дин, — Сэм ворчал, стягивая ниткой рваные края. Горячая кровь лилась сквозь его пальцы. Дин попробовал улыбнуться перекошенным ртом. Вышло плохо. Отобрал у брата бутылку и залпом выхлебал половину. — Я не могу выносить, когда кто-то или что-то тебе угрожает. Не могу представить мир, где не будет тебя. Знаешь, Сэмми, я же без тебя совсем не умею… — Кажется, кто-то сильно напился, — смущенно откликнулся Сэм. — И это точно не я. — Я не пьян, Сэм. Ты — единственное, что имеет значение, — ладонь опустилась мягко на щеку, заставляя Сэма поднять взгляд. Он задрожал, когда брат подался вперед, гладя скулу, спускаясь пальцами ниже, обвел контур нижней губы. Сэм шумно выдохнул. — Я просто умру вслед за тобой. Глаза — зеленые и такие огромные. Близко. С большими карими крапинками, как вкрапления слюды. Неудивительно, что девчонки головы и трусики теряют… И забывают себя. “И я тоже — забуду…” Пальцы Дина запутались в его волосах, подушечками массировали затылок: — Такие шелковистые. Истинная принцесса, — шепнул Дин и наклонился. Касание губ, как удар. “Сейчас я умру”, — пронеслось в голове. … И Сэм снова проснулся — весь мокрый, с нехилым таким стояком. Приплыли, в общем. Допрыгался, Сэмми? Покосился на вторую кровать. Брат хмурился и метался под одеялом. Да что это? Кто или что насылает им сны? Или это вовсе не сны? Вернулись видения? Просунув руку в трусы, крепко сжал член. Тот пульсировал в ладони и пачкал пальцы смазкой. Хватит всего пары движений, чтобы получить разрядку и, наконец-то, нормально уснуть. Вот только… дрочить на спящего брата? Нда-а-а-а-а… докатился. “Да, Сэмми… Ох, Сэмми… так… еще, Сэмми, да…” — вдруг простонал Дин, член в руке дрогнул. Сэм прикусил губу, кончая, глотая стоны и невольные слезы, и рвущийся из горла позорный скулеж. Стерев следы преступления полотенцем, прошлепал к окну. Снаружи качались голые ветки. Кажется, на фоне луны мелькнула летучая мышь. Вывеска бара напротив мигала неоном, потрескивая и искря. У колеса Детки, свернувшись клубком, дремала дворняга. Ветер шелестел опавшими листьями, тащил их вдоль тротуара. Очередное видение не стало ждать его новой попытки уснуть. Долбануло по затылку больно и звонко, как медным подносом. Сэм покачнулся… и рухнул вперед. … Капли дождя колотили по крыше “Импалы”, из динамиков лилась музыка, что-то мурлыкал едва слышно Бон Джови. Дин повернулся, убирая руки с руля, опуская одну на колено Сэма. — Мы справимся, Сэмми. Всегда справлялись. Мы — команда, это не изменится никогда. Ни у кого не получится разлучить нас. Ты веришь? — Да, Дин, — безграничной верой и осознанием, константой. Пальцы сплелись, и Дин потянул его на себя, накрывая губы губами, раскрывая их языком, толкаясь глубже и заставляя кровь закипеть. Мир вокруг них, дрогнув, взорвался… Моргнул, упираясь ладонью в холод стекла. Ветер снаружи уже не шелестел, он выл и стенал, бился в створки. Дин за спиной у Сэма заворочался. Его беспокойство, тревога волнами плыли через комнату, накатывали, как прибой — на мокрый песок. Едва с ног не сбивали. “Сэмми, прости. Я не должен… Не должен был…” Сэм не понял, как от окна он попал совсем в другую часть комнаты. Опустился перед кроватью, коленями чувствуя твердость пола и холод. Прижал, наконец-то, руку к лицу. Сделал то, о чем грезил так долго. Ладонь закололо, кончики пальцев отозвались пульсацией. — Сэмми? — вскинулся сонный Дин и попытался подняться. Брат не пустил, мотнул головой. — Сэмми, что ты творишь? — Тебе снился кошмар, — получилось сорвано, сипло. — А еще ты просил прощенья за что-то. — Не помню, что видел, — Дин с трудом отвел взгляд, и не пытаясь казаться правдивым. Сэм пробежался кончиками пальцев по скуле и провел по нижней губе. Дин крупно вздрогнул. Прохрипел опять. — Что ты творишь? — Ты просишь прощения за то, в чем невиновен. За то, что считаешь слабостью или грехом. За то, чего даже не делал. За то, чего хотят оба, — шептал Сэм, поворачивая брата к себе и наклоняясь, прижимаясь губами к краешку рта, чувствуя колкую щетину и его запах — соль и перец, яблоки, кожа… — В том-том и дело, Сэмми. Я делал, — с мукой выдохнул Дин и рванулся навстречу, не целуя даже, вгрызаясь в податливый рот, дергая на себя и уже прижимая к матрасу. — Делал это с тобой сотни раз. Никогда не мог удержаться… Хотя должен был… И сейчас не могу. Не могу! — Ты не должен… Что за глупости, Дин? Что ты делал?.. Да к черту! Схватив за запястья, перекинул его через себя. Зафиксировал, не позволяя вырваться и, к примеру, трусливо скрыться в “Импале”. С Дина станется, это же Дин. — Я не понял примерно… Да вообще ни хрена. Но это все подождет, потому что, Дин… Слишком долго. — Нет, Сэмми… — Да, Дин. В этот раз — решать не тебе. Поцелуй получился борьбой. Яростным противостоянием, схваткой. Они катались по кровати, целуясь, пока не рухнули на пол, снеся заодно часы, телефон и пыльную вазу с тумбочки. Запутались в одеяле. Дин то пытался его отпихнуть, то целовал, жмурясь до боли. Все время бормотал что-то вроде: “Нет, Сэмми… Ох… Пожалуйста, Сэм…” и больше не сопротивлялся, когда брат засунул руку в трусы и сжал его член, стянул вниз ненужную тряпку, прижался сверху своим — таким горячим и скользким. Глаза Дина широко распахнулись, а рот раскрылся в безмолвном крике, когда Сэм нырнул ловко вниз и обхватил член губами, лизнул головку, а потом пропустил сразу в горло. — Ч-что ты т-творишь? “У тебя пластинку заело”, — хотел сказать Сэм, вот только не мог говорить. — Ох… Сэмми… Г-где ты так? К-когда… У кого н-научился? — искреннее изумление не скрыло ревнивые нотки. Сэм хмыкнул. “Ты сам говорил, мы делали это сотни раз. Ты это делал, и я, видимо, тоже”, — Сэм все быстрее сосал. Дин стонал в голос, не сдерживаясь, и уже все быстрее толкался. Член запульсировал, готовый излиться. Сэм быстро пережал основание. “Нет, Дин. Не сейчас. Не так быстро… У меня огромные планы на тебя этой ночью. Сейчас, когда я дорвался… А утром… Что же, мы съездим к шерифу, раскроем наше новое дело, а потом ты расскажешь мне все, что скрываешь… Потом или между, посмотрим”. — Сэмми? Что ты?.. — Не стоит спешить, — шепнул он, выпуская член изо рта и всасывая пальцы брата, покрывая их, словно смазкой, слюной. — Придется нам с тобой кое-что вспомнить.