Сердце

Кас снова проснулся в три часа ночи, и в комнате было пугающе холодно. В сознании ещё держались обрывки сна. В нём было темно, и появился кто-то, кого он прежде не замечал. Высокая фигура — мужчина, который всё время стоял к нему спиной. Как бы Кас ни пытался, рассмотреть его не удавалось. Этот человек шёл за Руби. Она, казалось, не знала, что за ней следят. Она шла по тротуару с наушниками в ушах, покачивая головой в такт музыке. Мужчина держался на расстоянии не больше десяти шагов. Он повторял каждый её поворот. В том, как его пальцы сжимались и разжимались по бокам, было что-то тревожное. Кас ощутил почти невыносимое желание остановить его, окликнуть девушку по имени, чтобы она побежала. Но он знал: сон не даст ему возможность изменить хоть что-нибудь. Он всё же шёл за ними. Руби свернула к небольшому коричневому таунхаусу и легко взбежала по ступеням. Мужчина остановился на противоположной стороне улицы и стал наблюдать за домом. Кас тоже поднял взгляд. В окне второго этажа он видел Руби, точнее лишь её силуэт, но было ясно, что она переодевается. Через несколько мгновений к дому подъехал Сэм. Он остановился у тротуара, посмотрел через улицу, затем на дом. Каким-то образом он понял, что за ними наблюдают, что это не случайно. Сэм двинулся вперёд. Мужчина бросился бежать. Таких фрагментов было ещё несколько. Он всегда наблюдал. Иногда он появлялся в местах, где быть не мог. Он был в офисном здании. Он был в доме Дина. Он был в доме Сэма. Он был повсюду. Он всегда следовал повсюду. И в тот момент, когда он начал поворачиваться, когда Кас наконец должен был увидеть лицо незнакомца, он проснулся. И потому Кас сделал единственное, что мог сделать в такие моменты — он начал писать. Холод снова накрыл его, и пришло знакомое ощущение выхода из тела. Он печатал и печатал, должно быть, прошло несколько часов, потому что солнце успело взойти и залить его ранним утренним светом. Когда его пальцы наконец остановились, тело немного согрелось. Он уставился на экран. Он не помнил, что именно написал. Он зашевелился, пытаясь размять затёкшие мышцы. Принял душ, оделся, надеясь, что сможет просто протянуть хотя бы несколько часов. Он посмотрел на телефон — от Дина не было сообщений. На завтрак были хлопья и две чашки кофе. Подумал о том, чтобы надо бы зайти к Дину: хотелось убедиться, что с ним всё в порядке. Телефон завибрировал. Сообщение от Дина было коротким: «Как же плохо». Кас не стал отвечать. Вместо этого он пошёл к нему. Просто чтобы быть рядом как друг. Может, получится сообразить какое-нибудь средство от похмелья. Дин открыл дверь после второго стука. То, что предстало перед Касом, оказалось куда тревожнее, чем он ожидал. Он протиснулся мимо Дина внутрь, а тот почти рухнул в сторону. — Хей… — прохрипел он. Его рука была в крови: вдоль неё тянулся длинный порез, и кровь всё ещё медленно сочилась. — Что с тобой, чёрт возьми, произошло? — Слишком громко… — Дин спотыкался, двигаясь к кухне. Кас схватил его за плечо и заставил поднять взгляд. — Дин, что с твоей рукой? — Кас слегка потряс его, чтобы вернуть внимание. — Поскользнулся в ванной… Больше нет дверцы душа, — Дин прищурился, разглядывая руку. Кас потащил его в ванную, которая выглядела как место преступления. Он попытался смыть кровь, но та продолжала медленно течь. Он схватил полотенце и обмотал им руку Винчестера, затем поднял его лицо за подбородок, заставляя смотреть вверх. — Я повезу тебя в больницу зашивать рану. Ты потерял слишком много крови. — Да ну, я в порядке… Почти всё уже, — Дин смотрел то на кабинку, то на руку. Комната была вся в крови, повсюду лежали осколки стекла от душевой двери. Его ноги тоже были в порезах. Кас на мгновение оставил его, достал из шкафа клетчатую рубашку и накинул на парня, надеясь хоть немного скрыть беспорядок. Потом взял сланцы из шкафа и надел ему на ноги. — Ну же, давай. Закинь руку мне на плечо. Вот так, молодец, — подбадривал он, пока они выходили из квартиры. Он довёл его до машины, но было такое впечатление, что это заняло целую вечность. Дин, казалось, еле волочил ногами. Кас усадил его на переднее сиденье и сел за руль. Он посмотрел на друга, который, похоже, вот-вот готов был потерять сознание. — Эй, Дин, не вздумай засыпать. Держись. Тот пробормотал: — Я в полном порядке. Кас помчался в больницу. Приехав на место, он даже не стал парковаться — просто остановил машину прямо у входа в отделение неотложной помощи. Он крикнул одной из вышедших к нему медсестер: — Помогите мне его занести внутрь. Дальше всё было как в тумане. Дина увезли на каталке, а Кас остался ждать. Он посмотрел на свои окровавленные руки и пошёл в туалет приводить себя в порядок. Он позвонил домой и узнал номер старших Винчестеров. Они точно захотят узнать, что случилось. К тому же Дин потерял много крови, и может понадобиться их помощь. Он как можно быстрее объяснил ситуацию своей маме. Бекки забеспокоилась и взяла с него обещание позвонить, когда появится возможность. Для звонка Мэри он перешёл в более тихую комнату ожидания, перед этим предупредив дежурную медсестру, где его искать, если с Дином что-то случится. Миссис Винчестер ответила не сразу. — Алло, — в её голосе слышалось недоумение. — Здравствуй, Мэри. Это Кас. — О, привет, Кас. Я не сохранила твой номер. Что случилось? — она была сама жизнерадостность. — Ты на работе? — он просто хотел убедиться, что не слишком её шокирует. — Нет, просто сижу на крыльце с хорошей книгой. Как у тебя дела? — Именно поэтому я и звоню, — он сделал небольшую паузу, глубоко вдохнув. — Сегодня утром я зашёл к Дину, и, похоже, он поскользнулся в душе. Снёс всю стеклянную дверь… Немного порезался. — О, Боже… С ним всё в порядке? — Я отвёз его в больницу, чтобы зашить раны. К тому моменту, как мы приехали, он уже потерял довольно много крови, но, думаю, всё обойдётся. Просто подумал, что тебе важно узнать об этом сразу. Мы в городской больнице, — он снова глубоко вдохнул, стараясь говорить спокойно. Не хотел, чтобы она паниковала и в таком состоянии ринулась сюда на машине. — Спасибо, Кас. Я сейчас же выезжаю. Он в приёмном покое? — по звуку её голоса можно было судить, что она уже была готова всё бросить и мчаться в больницу. — Да. Увидимся, когда приедешь. Кас положил трубку и остался сидеть в тишине. Мысли вернулись к словам Дина: «Да ну, я в порядке… Почти всё уже». Он не знал, говорил ли Дин, что кровотечение почти остановилось и всё налаживается, или что вот-вот станет хуже. Мысль заставила его вздрогнуть. Он покачивался на стуле в нервном ожидании. Примерно через полчаса в комнату заглянул врач: — Вы тот, кто привёз Дина Винчестера? — Да. — Семья приедет? Я не могу разглашать его данные никому, кто не является родственником. — Да, его мама уже в пути. — Отлично, — кивнул врач и задержался ещё на мгновение, добавив: — Всё будет хорошо. — О, слава Богу… Я так волновался! Вы могли бы сказать это сразу, знаете ли. Кас понял, что снова задерживал дыхание, и медленно выдохнул, ощущая, как тревога немного спадает. Мэри завернула за угол и вошла в комнату. — Кас? Он сделал шаг вперёд и обнял её, а затем проводил ко врачу. — Это Мэри, мама Дина. — Приятно познакомиться, — врач пожал ей руку. — Ваш сын будет в порядке. Мы наложили швы и теперь занимаемся восстановлением после потери крови. Он сотрудничал, — тон, которым он произнёс последнее слово, дал Касу понять, что на самом деле всё было с точностью да наоборот. — Можно нам увидеть его? — Мэри выглядела готовой тут же идти к сыну, независимо от ответа. — Конечно. Но ему нужно немного отдохнуть, поэтому постарайтесь, чтобы визит был недолгим. Сначала я переведу его в новую палату, а потом вернусь и приведу вас. Он ушёл, а Мэри села у двери. Кас уселся напротив неё. — Я рад, что с ним всё будет хорошо. Было столько крови… — Кас не хотел раскрывать слишком много, но осознание того, что Дин теперь в безопасности, будто сняло преграду с его языка. Мэри внимательно посмотрела на него, будто пытаясь прочитать между строк. — Кас, ты что-то не говоришь мне. — Он так переживал, что Сэм не мог быть здесь вчера на свой день рождения… Я должен был проверить, как он, но не сделал этого. Думал, что он захочет побыть один, — Кас прижал ладони к глазам. Внутри его раздирало чувство вины, и слов казалось недостаточно, чтобы выразить всю глубину чувств. — Что ты хочешь сказать, Кас? — Мэри нахмурилась, её брови сдвинулись вместе. — Ты хочешь сказать, что это не было случайностью? — Нет, я так не думаю. Просто мне кажется, что он был неосторожен. Он напился на вечеринке во дворе и не справился с собой. Я там не был, но видел его и должен был быть тем другом, который проверит, как он. А я этого не сделал, и теперь всё просто ужасно. — Тебе не в чем винить себя. Если уж на то пошло, я должна была знать лучше, чем верить его словам, когда он говорил, что всё в порядке. Я его мать, я должна была понять, что он на самом деле имеет в виду. Может быть, я и понимала. Может быть, просто хотела верить, что с ним действительно всё хорошо. Может, всё так, как сейчас — я знаю, что ты не говоришь мне всего, что у тебя на уме, — она ненадолго замолчала, и Кас уже хотел что-то сказать, но она подняла руку. — Я знаю его, Кас. Я знаю, что потеря Сэма была для него худшим событием в жизни. Он напивался каждую ночь первый месяц после… Когда он пришёл встретиться с тобой, это был первый раз за долгое время, когда он был по-настоящему трезв. Мы боялись, что он снова сорвётся, что будет пить каждый вечер, чтобы заснуть. — Он всё ещё пьёт, — вырвалось у Каса, хотя он и не хотел раскрывать личное. Но сдерживать слова сейчас было невозможно. — Я знаю. Но это уже не то, что было раньше. Он не пьёт, чтобы напиться и потерять себя. А вот это… — она махнула рукой в сторону коридора, где находилась палата Дина, — это его откат назад. Боюсь, что это был не просто несчастный случай. — Может быть, — пробормотал Кас. — Может быть. Но мать знает, — она поднялась и ласково взяла его за подбородок. — Спасибо, что спас его, Кас. Ты настоящее благословение, — в этот момент вернулся доктор, а Мэри взглянула на телефон. — Я сразу же после твоего звонка позвонила Джону. На их свалке просто ужасный сигнал. — Я могу попробовать дозвониться до него, пока вы с Дином, — предложил Кас. — Наверное. Но он тоже захочет тебя увидеть. — Тогда можем пойти к нему прямо сейчас, — доктор кивнул и указал им на коридор. Он провёл их к палате, где лежал Дин, отодвинул штору и объявил: — У вас гости, мистер Винчестер, — затем повернулся к Касу и Мэри. — Как я уже говорил — недолго. И вышел, оставив их у кровати. Мэри подошла к Дину и обняла его. Он выглядел слабым. — Боже мой, Дин, тебе нужно быть осторожнее, — она как можно осторожнее прижимала его к себе. — Я ненадолго выйду, Мэри, дам вам пару минут, — Кас, кивнув, вышел в коридор. Он заметил скрытый гнев в глазах Дина, когда они с Мэри вошли в палату, но Дин успел скрыть его, прежде чем мама могла что-либо заметить. У Каса также был и номер Джона, родители сказали ему его вместе с номером Мэри. Он несколько раз пытался дозвониться, но попадал только на голосовую почту. Он прислонился к стене, ощущая её холодную поверхность пальцами, и ждал. Попытки повторялись, но безуспешно. Часы в коридоре медленно тикали, отсчитывая секунды. Мысли Каса метались, и он уже думал уйти, но что-то удерживало его на месте. Мэри выглянула в коридор: — Ты уже связался с Джоном? — Нет, только голосовая почта. Сообщения я не оставлял. — Дин попросил на минутку остаться с тобой наедине. Я попробую дозвониться до Джона. Дай знать, когда закончишь. Я останусь с ним, пока доктор не заставит меня уйти, — она сжала его руку, затем пошла по коридору, доставая на ходу телефон. Кас осторожно вернулся в палату. Дин смотрел в окно, погружённый в свои мысли. Его рука была перевязана, к нему были подключены трубки и аппараты, слишком хорошо знакомые Касу. — Здравствуй, Дин, — он сделал шаг вперёд. Дин не поднял на него взгляд. — Как ты себя чувствуешь? — Отлично, Кас. Просто замечательно, — наконец сказал он, посмотрев на него. В его глазах Кас уловил остатки прежнего раздражения. — Ты злишься на меня? — Нет. — Да, злишься. — Да, злюсь, — Дин не мигая смотрел на парня. — Я просто пытался быть ироничным. Тебе не нужно было звонить моей семье. Я поскользнулся в душе. Это не охуеть какая катастрофа, Кас. В груди Каса сжалось. Он не привык, что на него кричат или даже повышают голос — хотя Дин и не кричал, и не повышал, — но именно так это ощущалось, тон был полон угрозы. — Ты потерял слишком много крови. Я подумал, что тебе может понадобиться переливание. Возможно, нужны были доноры, твоя семья, — осторожно произнёс Кас. — Правда? И именно поэтому мама спрашивала, не было ли это на самом деле сделано преднамеренно? — глаза Дина сузились. — Что ты ей сказал, Кас? — Я ничего ей не говорил, кроме того, что видел. Не говорил, — пробормотал он, опуская взгляд. «Зачем я себя оправдываю? Я ведь ничего не сделал». — Да, но кто-то заставил её думать, что это не случайность, — проворчал Дин, сдвинувшись на кровати. — Ты потерял много крови. Очень много. Потеря такого объёма занимает время. — Это был чёртов несчастный случай, — прорычал Дин. Кас отошёл от кровати и повернулся к стене. Он прижал лоб к холодной поверхности, и внезапно тело охватил ледяной озноб. Он чувствовал его каждой косточкой, как и в те поздние ночи, когда он писал, паря чуть ли не вне собственного тела, наблюдая, как пальцы танцуют по клавишам. Он повернулся к Дину, и голос его больше не был тихим и покорным, как раньше. Он звучал низко и грубо, с характерной хрипотцой, будто по связкам прошлись наждачной бумагой. — Может, это всё и началось как несчастный случай, Дин Винчестер. Но закончилось точно не так. — Что, чёрт возьми, ты несёшь? Кас подошёл ближе к кровати, навис над Дином. Тот чуть вжался в подушку, как будто испугался, но тут же спрятал это за привычной маской стоицизма. — Ты мог поскользнуться. Ты мог по‑дурацки, будучи пьяным, упасть и порезаться. Но когда кровь хлынула из твоей руки, ты ничего не сделал, чтобы её остановить. Хочешь, я скажу, откуда я это знаю? — он сделал паузу, ожидая ответа. Но Дин молчал. — У тебя в ванной висели два пушистых, чистых белых полотенца. Ни капли крови на них. Комната была вся в крови, и ты хочешь сказать, что не мог дотянуться до полотенца и прижать его к ране? — Наверное, голова закружилась, — пробормотал Дин. — Херня, — холод в теле и вокруг Каса сгущался, проникая в каждую клетку. — Херня, херня, херня. Ты начал истекать кровью и просто решил позволить этому случиться. Чтобы выглядело как несчастный случай, и никто не чувствовал бы себя виноватым. И в первую очередь — ты сам. Я прав? Ответь мне, Дин. — Нет. Зачем мне это делать? — голос его дрогнул. — Если бы я хотел покончить с собой, я бы просто сделал это, — отчаяньем были пропитаны зелёные глаза, как будто он изо всех сил желал, чтобы Кас поверил ему. — Вот он, вопрос на миллион долларов, — продолжил Кас. — Зачем именно так? Может быть, потому что ты многое видел. Знаешь, как всё работает. У тебя ведь есть страховка, да? — Я не понимаю, к чему ты клонишь, и мне это не нужно. Уходи, Кас, — Дин резко отвёл взгляд. Холод стал пронизывающим, словно острые лезвия вонзались в кожу. Кас наклонился ещё ниже: — Я уйду, но есть ещё кое‑что, что я должен сказать, — Дин посмотрел на него. — Это не было бы так, как с тем парнем, дело которого ты расследовал. Тем, что поджигал дома. Я уверен, ты кое‑чему научился. И у Руби в том числе. Ты знаешь, как работает страховка — она покрывает только несчастные случаи. Самоубийство всё аннулирует. Теперь Дин дышал тяжело. Кас тоже. — Уходи. — Ты убьёшь их своей смертью, если пойдёшь на это. Им это не нужно. Они уже потеряли одного сына. Не заставляй их потерять второго, — произнёс Кас, а лёд его слов будто таял. Дин повернулся к нему. Голос был тихим, но твёрдым, взгляд — непробиваемым. — Уходи, — он отвернулся. Кас ушёл, не оглянувшись и не сказав больше ни слова.