Gomi

Злить Сынмина — плохая идея. Злить Сынмина по утрам — ещё хуже, ему тоже тяжело отрывать от нагретого места свою тушку. Он тоже хотел бы поваляться в мягкой постели подольше, но вместо этого готов был прикатить под окна их дома самый большой и мощный трактор, чтобы Джисон соблаговолил хотя бы поморщиться. — Засранец! — уже не сдерживаясь, кричал тому на ухо. Знает же, что его слышат. Ну, ничего-ничего, сейчас как миленький подскочит. — Если не встанешь по стойке смирно через три секунды, отправлю твоё слюнявое селфи вместо заполненной анкеты на олимпиаду в чат с Минхо, совершенно случайно, — пропел он своё предложение и улыбнулся от уха до уха, когда Джисон вскочил с кровати, как ошпаренный. Так бы сразу. — Ты плохой, — буркнул Хан. — Зато ты хороший. Крути пропеллером активнее, время не ждёт, нам выходить через полчаса, — в такие моменты Сынмин ощущал себя полноценным родителем. На пути к ванной Джисон успел споткнуться о свою же ногу, удариться рукой об дверь и немного не вписаться в поворот. Вот такой он, когда встаёт слишком рано и против воли. Хотя будь его воля, он проспал бы целый день, даже не заметив этого. Уже стоя у зеркала, глаза не хотели открываться, как бы он себя не заставлял, на них словно тонну положили. Вот оно! Главное последствие напрочь сбитого режима. Сначала патруль, потом нога, теперь практически бессонная ночь за решением математических и физических задач. Тяжко. Он полностью оправился спустя два дня. Нога выглядела почти обычно, лишь слегка имела покраснения и неровности. И не подумаешь, что несколько дней назад она была покрыта волдырями и красным ложем. От неприятных воспоминаний плечи слегка передёрнуло. На следующий день, после вечерней компании профессора Ли, Сынмин настоял на посещении врача, чтобы ему дали справку. Это было нужно, поэтому Джисон не спорил. Пришлось, конечно, слегка соврать о том, что он перевернул чашку с горячим чаем, но после странных поглядываний исподлобья, пришлось добавить, что всё-таки это был целый чайник. Похоже такой случай был первым на практике взрослой женщины. Уж больно подозрительно хорошо выглядел ожог через день после образования. Выдерживать нескончаемый поток слов от такого странненького пациента было непросто, поэтому выписав нужную справку, Хана наконец отпустили. Этого он и добивался, чтобы быстро и поменьше вопросов. Оказавшись за белой дверью, улыбка спала с лица, выдавая лёгкое напряжение, которое Джисон старался скрыть. Проблемой стал резко пропавший куда-то телефон. Из-за этого Джисон носился по квартире под недовольный взгляд Сынмина. В рюкзаке нет — его осмотрел в первую очередь. В столе нет, в шортах нет, в толстовке тоже. На очереди была прихожая и кухня, на всякий случай. Однажды он оставил его в холодильнике, вместо бутылки молока. Так что уже ничего не удивляло. — Джисон, нам выходить через пять минут, — напомнил о времени Ким. Для верности другу в своей комнате он тоже поискал. Безуспешно. — Ты ещё на потолке посмотри. — Очень смешно, — шикнул Хан. Оперевшись руками о столешницу на кухне, остановил бессмысленную беготню и начал думать. Шестерёнки в голове жалобно заскрежетали, пытаясь вытянуть нужную информацию на поверхность. — Где же он? Ким пропадает из поля зрения на минуту, а затем выходит из переворошенной комнаты друга с черной вещицей в руке. — Дурак, — кинул он ему телефон, точно зная, что поймает. Человек-паук всё-таки. — А где...? — В одеяле. — Спасибо. Сегодня Сынмин настоял на том, чтобы Джисон поехал с ним, обойдясь без утреннего патруля, который практически всегда гарантировал опоздание. Совесть героя от таких действий чиста, конечно, не будет, но вот совесть Хан Джисона — вполне может быть. Костюма всё равно нет, хоть он и состоял из обычных вещей, совсем не супертехнологичных как в фильмах, но они прижились и запомнились людям. Менять, желания не было. Плюс ещё одно дело на день: купить новые вещи. Окинув ещё раз квартиру сканирующим взглядом, Джисон вышел вслед за Сынмином, закрывая входную дверь на ключ. Что ж, даже с подъёмом раньше обычного, день начался как обычно. Совсем не идеально. С волосами торчащими во все стороны, вкусным завтраком, поиском чистой одежды, порванными носками, поторапливающими возгласами и беготнёй от одной двери до другой в поисках мобильника. Зато весело, не серо. Наверное, это главное, ведь заряжает. В этом похоже и была врождённая способность Джисона. Не зря же его в детстве ласково звали "Лучик."                                

***

Добравшись до станции метро в час пик, Джисон почувствовал, как сжался его мир. Еще пару дней назад он парил над этим городом, чувствуя, как свежий ветер ласкал кожу и в ушах звенело от скорости и восторга. Тогда пахло дождем, чем-то травяным...так приятно. Здесь же, внутри вагона, он был зажат между людьми, как в консервной банке. Воздух был густым и тяжелым, спрессованным из ароматов дешевого одеколона, чьего-то сэндвича с тунцом и едва уловимой, но стойкой ноты пота. Каждый рывок состава на повороте, каждый толчок в спину отдавался звоном паучьего чутья в голове. Вот бы взять Сынмина с собой в следующий раз. Пронеслось в голове навязчивой мыслью, пока он пытался отвоевать себе ещё один сантиметр пространства. Ухватился бы за него покрепче, оттолкнулся от крыши и взмыл вверх, держась на светлой прочной нити. Пусть впервые почувствует, как пахнут облака на рассвете и как рождается тепло в груди, когда проносишься между небоскребами. Поначалу будет орать от страха, конечно. Но потом... потом ему понравится. Должно понравиться. Джисону сейчас очень нравится. Эти грезы мгновенно развеялись, когда поезд с грохотом остановился на нужной им станции. Парня вынесло наружу людской волной, и он, наконец, смог сделать полный вдох. Выйдя под ручку из толпы, впереди высилось заветное здание университета. Подойдя к турникету, Хан заглянул в небольшой наружный кармашек на рюкзаке, где всегда лежала его пропускная карточка. Пусто. Не веря, рука ходила туда-сюда в тканевом пространстве. Брови сдвинулись, образуя вертикальную складочку, а щёки надулись от недоумения. Он раскрыл рюкзак полностью, осматривая каждый уголок. Да что такое? Но ничего кроме пары тетрадок и бедной ручки с карандашом, да поцарапанной линейки там не было. Обыскав напоследок карманы джинсов и толстовки на молнии, Джисон бросил обеспокоенный взгляд на Сынмина. — Что случилось? — Я, кажись, пропуск дома забыл, — жалобно ответил на вопрос Хан, зачесывая назад темные волосы. — Я его не видел, когда мы выходили, — вспоминал Ким, что лежало на поверхностях в квартире. — Посмотри внимательнее, — сказал он и сам подошёл ближе, беря чужой рюкзак в руки, разыскивая карточку самостоятельно. — Ладно, может и правда дома, — сдался, возвращая вещь обратно владельцу. — Надо было с вечера всё проверить, я же говорил. Первая пара начнется уже через пятнадцать минут. Выяснять кто прав, кто виноват времени не было, поэтому им не оставалось ничего, кроме как подойти к стоявшему рядом охраннику. Как оказалось, это было сделать сложнее, чем уложить пять крупных мужиков с ножами, пытавшихся ограбить небольшой магазинчик во время одного из ночных патрулей. По крайней мере, морально. Подавив нежелание взаимодействовать с безразличной угрюмой тучей, Джисон таки направился к дежурному мужчине в форме. Тот стоял с таким уставшим и невозмутимым лицом, будто рабочий день начался не два часа назад, а он простоял так целую ночь. Что ж, его право. Глянув на подошедшего к нему мальчишку, он поднял голову обратно, смотря прямо перед собой. Точно в армии служил. — Пропуск, — произнес ровно, без приветствия. — Здравствуйте, э..., — опешил Хан. — я его дома забыл.   Охранник медленно, с преувеличенной обстоятельностью, окинул его взглядом с ног до головы, как будто проверяя, соответствует ли он описанию непоседливого студента. И да, более чем. Потерянные глаза выдают. — Тогда идите домой, — последовал лаконичный ответ. Правила есть правила. Заметив нерешительность и растерянность Джисона, Сынмин шагнул вперед. — Это мой одногруппник, Хан Джисон. Не могли бы вы его пропустить? Мы уже опаздываем, нам очень надо попасть на занятие. — Без подтверждения личности - никак, — покачал головой охранник, явно наслаждаясь крохотной властью. — Нужно было подать заявление о временной потере ID в деканате. Просто шедевральная логика. Пять с плюсом. — Но ведь, чтобы подать это заявление, ему нужно попасть в деканат. Как ему пройти, если его туда не пускают? — ситуация стала похожа на разбирательство родителя с обидчиком своего ребёнка. Сынмин в роли разъярённой мамы, а Джисон — того самого маленького мальчика, стоявшего рядом, опустив голову. Не хватало ещё слезу пустить, но нет, он не будет этого делать. Взрослый ведь. Охранник промолчал, уставившись куда-то мимо них, и атмосфера накалилась до предела. Стало совсем не весело. — Вы можете проверить меня по базе! — вдруг оживился Джисон, пытаясь поймать взгляд охранника. — Фотография, группа, всё должно быть! Второй, что сидел в небольшой кабинке, всё прекрасно слышал, но продолжал пялить взгляд в монитор, не обращая совершенно никакого внимания на развернувшуюся перед носом картину маслом. Казалось, они застряли в этом абсурдном тупике окончательно. Стало тихо. Джисон уже всерьёз задумался о том, чтобы оставить Сынмина, а самому быстренько добраться до дома. Опоздает правда, но ничего. Не впервой. И только он собрался озвучить другу свои мысли, как совсем близко за спиной раздались твёрдые шаги. Подошва дорогих кожаных лоферов звонко отстукивала по каменной поверхности. Чутьё на секунду дало о себе знать и снова умиротворилось. Даже оглядываться не нужно было, чтобы понять, кто приближался к ним. — Что здесь происходит? — холодный взгляд скользнул по лицам студентов, что тут же в унисон тихо поздоровались, и задержался на охраннике, оценивая ситуацию. — До начала занятий осталось менее десяти минут. Не могли бы вы, — обратился он к мужчине. — просветить меня, в чем заключается проблема, мешающая студентам пройти на занятия? Пронзающий взгляд глаз цвета крепкого кофе холодил душу, заставляя выпрямиться сильнее, выдавая зародившееся напряжение. — Профессор Ли, всё в порядке! — поспешил он заверить. — Просто небольшое недоразумение с пропуском студента. Минхо медленно перевел взгляд на Джисона, и тому почудилось, будто его только что поместили под микроскоп. —Хан Джисон, — произнес преподаватель, и его ровный, холодный тон заставил Джисона сжаться внутри. В школе его часто отчитывали, что даже выработался своего рода иммунитет. Тогда было всё равно. Абсолютно плевать. Но вот сейчас...Сейчас властный голос вызывал мелкую дрожь и желание быть уменьшенным до состояния букашки. — Вы, кажется, систематически испытываете на прочность всевозможные установленные правила, — тон смягчился. — То исчезаете посреди занятия, опаздываете, теперь приходите без пропуска. Это начинает выглядеть как дурная привычка, — на последней фразе, его губ коснулась лёгкая улыбка. Едва уловимая. Он подошел к турникету, достал свою карту и с легким щелчком провел ею через считыватель. — Я беру на себя ответственность за этого студента, — заявил он охраннику, не оставляя места для возражений. Пропустил двоих вперёд, а сам задержался. — Если у администрации возникнут вопросы, пусть направят их мне, но у меня уж точно возникнут вопросы относительно вашей работы. Всё это могло решиться намного быстрее, если бы вы проверили его через базу данных. — Это... — Это есть в правилах, — на этом их разговор был окончен. Когда он поднялся в главный холл, два недоразумения уже успели исчезнуть, затерявшись в потоке других студентов, спешащих по своим делам. Какое прекрасное утро.                                      ~~~ Оставшийся день прошёл относительно без происшествий. Учиться на инженерном направлении Джисону было интересно, но тяжело. Как же он докатился до жизни такой? Что ж... Если все решили связать свою жизнь с тем, в чём они были хороши, то у Джисона с этим было туговато. Он был чемпионом в раздаче профессионального фингала под глазом и мог филигранно зарядить в нос настойчивому раздражителю. Связывать с этим жизнь не очень хотелось, да и тётя, с которой он на тот момент жил, не испытывала восторга от частых вызовов в школу. Ругала, кричала, объясняла, что нельзя постоянно идти на поводу эмоций, а затем обнимала. Крепко, чтобы чувствовал себя защищёным, и шептала, что любит. Она хорошая, правда. Никогда не искала лёгких путей. Поэтому и Хан не стал, решил пойти туда, в чём он полный ноль. Так интересней. Чтобы сдать экзамены пришлось напрячься, и ведь получилось. Сдал. Всё сдал! Вышло даже лучше ожиданий. И теперь он здесь. После окончания основных пар Джисон направился на занятие, которое вёл мистер Митчелл — преподаватель с кафедры психологии, специализировавшийся на поведенческом анализе. Мужчина средних лет с мягким, убаюкивающим голосом и залысинами, расходящимися от висков. Он создавал ауру, располагающую к себе с первой минуты. Хан подал заявку на запись в группу ещё в начале года в тайной надежде, что занятия помогут справиться с проблемами внутри души. И они действительно помогали — панических атак стало значительно меньше, дышалось ощутимо свободнее. На этот раз тема для занятия оказалась неожиданно тяжёлой после обсуждения фильмов и сериалов, которые описывают ваш внутренний мир. — Ваш главный страх. То, что способно сломать вас, — с какими-то даже предвкушением озвучил Мистер Митчелл. В приглушённом свете небольшого зала студенты по кругу делились сокровенным. Когда очередь дошла до Джисона, большинство присутствующих ушли в себя, переваривая чужие признания, но взгляд Мистера Митчелла ощущался даже с опущенной головой. — Если вам трудно, можете пропустить свою очередь, — предложил преподаватель. — Мы все здесь понимаем. — Нет, всё в порядке, — твёрдо заявил Джисон. — Самым страшным для меня является оказаться причиной страданий моих близких. По моей вине погибли дорогие мне люди, это больно. Обнажил он свою душу и замолчал. Послушав ответ каждого, занятие решили закончить раньше, Мистер Митчелл к концу выглядел бледным и утомлённым, предложил перенести оставшееся время на следующую встречу. Никто не возражал. Тем более, что в осенний период многие легко простужались, поэтому это не было удивительно. Уже спускаясь к любимым турникетам напротив выхода из университета, его окликнули. — Хан Джисон? — Да. После утвердительного ответа, ему протянули белую карточку. Пропуск. Но как он тут оказался? Ему казалось, что он забыл его дома. — А кто его передал? — решил поинтересоваться Джисон. — Не владею данной информацией, не моя была смена, мне просто поручили отдать вам, — пожал плечами охранник. Ну и хорошо. Главное, что нашелся. Оказавшись наконец на улице, Хан слегка поёжился от прохлады. Всё же нужно было послушать Сынмина и одеться теплее. Он уже как раз должен был прийти домой. И если у него было хорошее настроение и свободное время, то это могло значить лишь одно — их ждёт вкусный домашний ужин. В противном случае, Джисон заказывал доставку из их любимого недорого ресторанчика. Это не было проблемой. Но Киму всё равно второй вариант нравился меньше, Джисону же было все равно. Главное, чтобы было вкусно. Желание наконец заполнить чем-нибудь желудок, заставляло ускориться в сторону переулка между домами. Знакомое место. И знакомый писклявый звук откуда-то снизу заставил остановится и постараться разглядеть его источник. Из под сложенных в беспорядке деревянных досок выглянула серенькая мордочка, затем лапка с белой шёрсткой на конце и вторая. Совсем малыш. Котёнок начал медленно подходить к Джисону, оценивая безопасность своей затеи. Быстро осознав, что ему ничего не угрожало, он принялся с усердием тереться о штанину джинс. Это заставило сразу умилиться и присесть, чтобы постараться словить рукой шустрого комочка. В голове начали возникать образы с той самой неловкой встречи с Минхо пару дней назад. Иногда он возвращался моментами в тот вечер, прокручивая в голове всё тогда произошедшее. понял, что сдерживать улыбку было просто невозможно. Из тени в щели балок на них смотрела ещё одна пара поблёскивающих глазок. Следил. Несмотря на уличную жизнь, котята выглядели ухоженными и сытыми. Это однозначно радовало. О них точно заботились. Пока первый мурлыкал, запрыгнув на любезно предоставленные для этого бёдра и наслаждался теплом человечного тела, второй всё ещё не решался подойти ближе. Он попятился, когда Джисон протянул к нему руку. Боялся. А ведь в их прошлую встречу этот самый рыжий малыш ластился к Минхо, стоило тому присесть на корточки и протянуть ему навстречу руку. Внезапно его чутьё слабо дрогнуло. Хан оглянулся. Никого. И в следующую секунду он услышал редкие, но уверенные шлепки маленьких капель по асфальту. Дождь начался внезапно и с каждой секундой набирал силу. Дерьмо. Серый котёнок, спасаясь от холода, забился под растёгнутый бомбер Джисона и жался к нему сильней.  Рыжий в это время юркнул обратно под доски. Что делать? Забрать их? Но у Сынмина аллергия. Голову разрывала от множества вопросов и мыслей. Он не понимал, что ему делать, но знал точно — оставить их тут не сможет. За его заминкой и руганием себя за то, что он часто не смотрит прогноз погоды, время пролетело слишком быстро и дождь уже вовсю хлестал по спине. Не раздумывая больше, Джисон накрыл серого рукой, второй полез вглубь кучи досок, пытаясь нащупать рыжего собрата. Когда его пальцев коснулось что-то мягкое он постарался ухватиться, но котёнок шипел и уворачивался, царапая коготками кожу на ладони. Что ж, не страшно. За делом он и не заметил, как водный поток перестал заливать его с головой. Он резко вынул руку и, подняв взгляд, увидел темную ткань зонта. Почему чутьё снова молчало? К нему подошли сзади, и он снова ничего об этом не знал. Сломалось что-ли? — Так не получится достать, — чужой голос смешивался со звуком дождя и жалобным мяуканьем, но даже так Джисон услышал его крайне отчётливо, чтобы понять кем был его обладатель. Теперь инстинкты кричали бежать. Правда? Ну, спасибо. Да, ну нет. Этого просто быть не может, снова? Боролся он мысленно с самим собой, пока медленно поворачивал голову, будто его поймали на чём-то незаконном. В последнее время они сталкивались с пугающей частотой. У судьбы странные шутки. — И что же вы пытаетесь сделать, студент Хан? — чужой взгляд следовал за крупной каплей, упавшей с волнистой прядки. По переносице, а затем с кончика носа до губ и резко поднялся к глазам. — Они же промокнут совсем, поэтому я решил... — говорить смотря в тёмные глаза преподавателя Ли, было слишком для него, ещё и снизу вверх. От чего-то слишком смущало, поэтому он повернулся обратно и продолжил. — я не знаю, что решил, у Сынмина аллергия, я не могу забрать их домой, но и тут оставить не могу. Минхо ничего не ответил сразу. Он молча присел рядом, не обращая внимания на подол пальто, что оказался на мокрой земле. — Так вы его только сильнее напугаете, — объяснили ему без строгости. — Возьмите, — протянул ему Ли зонт и задержал взгляд на раненой руке, когда та обхватила деревянную ручку. Длинные пальцы осторожно проникли в щель между досками, рука замерла и через мгновение Минхо извлёк на свет дрожащего рыжика. Тот не пытался вырваться, а лишь жалобно пискнул, уткнувшись в ладонь профессора. — Идёмте, — Минхо забрал зонт и встал, прикрывая им и Джисона. — Я могу забрать их к тёте, думаю она не будет против. — Не нужно, они пока могут остаться у меня. Джисон молча следовал за преподавателем к соседнему элитному дому, прошёл через стеклянные двери в тёплый, отделанный мрамором подъезд и только стоя на коврике перед лифтом, осознал всю нереальность происходящего. Он точно просто злой преподаватель физики? Может он спит? Нет, серьезно, как он вообще тут оказался?! Твою ж! Я в доме у профессора Ли. — Подождите здесь, — сказал Минхо, забирая из его слегка дрожащих рук серого котёнка. — Я сейчас. Джисон остался один в просторной прихожей. Его бомбер был мокрым насквозь, толстовка под ним — ещё терпимо, а вот левый носок и правая стопа отчаянно заявляли о себе холодной влагой. Боже, как неловко. Послышался звук набирающейся воды и видимо из ванной, вырулил Минхо. И взялся теперь за Джисона. — Разувайтесь, можете повесить их на сушилку для обуви, — указал он на кроссовки. — и давайте мне мокрую куртку. Ливень закончится где-то через час, переждёте здесь и поедете домой. — звучало больше как приказ, нежели предложение. Джисон послушно снял мокрые кроссовки и отдал бомбер. Мокрый рюкзак оставил на коврике рядом с дверью и крадучись на цыпочках, прошёл по указанному маршруту. Два мокрых комочка уже сидели в раковине, наполненной тёплой водой. Минхо, не снимая рубашки, лишь закатав рукава, деловито приступил к намыливанию специальным шампунем шёрстки рыжика. В этот момент самый шустрый, оставшись без внимания, решил совершить побег и прыгнул на присевшего рядом на бортик ванной Джисона. Умный был не по годам, так точно рассчитал траекторию, что приземлился прямо на чужую грудь, цепляясь коготками за ткань толстовки, чтобы не упасть. Джисон не смог сдержать рвущегося наружу смешка и тут же замер, услышав тихий смех профессора. Он слышал его впервые. И звучало это так же прекрасно, как и запретно. — Проказник, — пробормотал Хан, подхватывая выбившегося из сил котёнка, что тут же принялся мять лапами мокрую ткань. — Ай! Да я и так весь мокрый! — взвизгнул Джисон, пытаясь аккуратно отцепить его от себя, на что получил громкое недовольное мяуканье и новую порцию заливистого смеха от Минхо. Всё происходящее смахивало на сон во время горячки, в это было поверить легче, чем в то, что профессор Ли, чей взгляд на лекциях пускал холод по спине каждого, сейчас стоял с засученными рукавами и пеной по локоть, смеялся над ним и котёнком. — Остановите, пожалуйста воду, — попросил он его. — И опустите туда ноги. — М? — чужие руки аккуратно помогли оторвать от толстовки пищащее в негодовании недоразумение. — Ноги нужно согреть, а то подхватите простуду, — упал взгляд на мокрые носки. Делать нечего, Джисон снял мокрые носки, повесил их на батарею и развернувшись, опустил ноги в воду, подкатив джинсы. Тепература была приятной, сначала кожу немного пощипало от жара, а потом стало привычно. Хорошо. Смотря в стену он думал, покачиваясь из стороны в сторону, вспоминал и вдруг задался вопросом, который осмелился озвучить. — Почему вы сказали в тот день, что вам по пути? Ваш дом был совсем рядом. — Потому что ты похож на потерянного котёнка. А я не могу пройти мимо них. В воздухе повисла звенящая тишина. Джисон замер, осмысливая полученный ответ, который кажется вырвался раньше, чем Ли успел его обдумать. Минхо тоже остановился с полотенцем в руке, его лицо снова стало маской невозмутимости, но в глазах читалась лёгкая паника. — Прошу прощения. Это было абсолютно непрофессионально. Я не должен был... — Ничего! — выпалил Джисон, сам испугавшись своей резкости. Он заставил себя встретиться взглядом с Ли. — Всё в порядке, правда. Мы же не в университете. — подытожил он. Минхо медленно выдохнул, вернув внимание на плескаюшуюся чистую двоицу. И улыбнулся. А затем снова посмотрел на Джисона, на его вьющиеся из-за влаги волосы, на мокрое пятно на груди, на беззащитное выражение лица. Такое миленькое. — Хан Джисон, вы вновь методично разрушаете все установленные правила... — Я не хотел. — Я знаю...и не смейте извиняться. — Хорошо, — начал легонечко болтать ногами, создавая лёгкие волны. — Подержите, — протянули ему замотанного в полотенце котёнка. Замотав так же и второго, Минхо потащил обоих в комнату, а когда вернулся отдал Джисону чистое полотенце, чтобы он смог высушить им ноги. Потерев им всё ещё влажные волосы, Хан доставал по одной ноги и тщательно протирал каждую. Выходить из ванной не хотелось, но пришлось. Из ориентиров у него были лишь звуки, доносившиеся из дальней комнаты, куда он и направился. Дверь была приоткрыта. Джисон заглянул внутрь и застыл на пороге. В центре просторной, минималистично обставленной комнаты, на толстом сером ковре, сидел Минхо. Два котёнка, выбравшись из полотенец ластились к нему. Свет настольной лампы мягко очерчивал профиль преподавателя, смывая привычную суровость и оставляя лишь усталую, сосредоточенную нежность. Джисон снова чувствовал, что видит то, чего не должен, но оторвать взгляда не мог. Появлялось коварное желание видеть нежный взгляд тёмных глаз на себе дольше, чем мгновение. Он стоял тихо, старался даже не дышать. Ну, прям маньяк какой-то. И всё же остаться незамеченным не получилось, к ногам подбежало серое чудо, сразу выдавая его местонахождение. Джисон робко пересёк комнату, стараясь, не наступить на крутящегося под ногами котёнка, и присел напротив Ли. Он протянул палец к рыжему комочку в надежде, что тот осмелился подойти. Но видимо нет. Минхо видя лёгкую грустинку, поддтолкнул котёнка вперёд, и ещё...и ещё чуть-чуть и тот уже сам тихонечко подошёл к Джисону, обнюхал, поиграл в гляделки и всё-таки уткнулся в его колено мокрым носом, тихо замурлыкав. — Спасибо, — радостно произнёс Джисон. —За что? — ему казалось, что он ничего не сделал, просто подтолкнул, дальше сам же пошёл, значит сам выбрал. Он почти не заставлял. — За всё. Что не прошли мимо. Что помогли...и не раз. Что позволили переждать. Минхо думал, что это было в порядке вещей и он ничего глобального не сделал, поэтому лишь кивнул. Дождь, действительно, стихал, его барабанная дробь сменилась редким постукиванием капель по стеклу. — Кажется, ливень закончился, — посмотрел Ли в окно. — Да, — Джисон почувствовал странный укол сожаления, поднимаясь с мягкого ковра. Минхо всё ещё находился в своей рабочей одежде, наверное было не очень удобно. — Мне пора. Они молча вернулись в прихожую. Кроссовки на сушилке были ещё влажными, но уже намного лучше. Джисон стал натягивать их, завязывая шнурки. — Ваша верхняя одежда. Он быстро выпрямился и забрал вещь, чувсвуя исходящее от неё тепло. Видимо её повесили рядом с батареей. — Спасибо, — снова поблагодарил его Хан, не зная, что ещё можно сказать. — Не стоит. И, Джисон... Тот замер на пороге, ожидая очередного замечания. — Одевайтесь в следующий раз теплее. Казалось бы тоже замечание, но оно вызвало улыбку вместе с теплом в груди. На этом они и попрощались. Решив спускаться по лестнице, Джисон слышал, что дверь в квартиру профессора не захлопнулась. Она оставалась приоткрытой, будто кто-то всё ещё стоял в прихожей и слушал, как его шаги затихают внизу. На улице пахло мокрым асфальтом и озоном. Дождь и правда кончился. Хан сунул руки в карманы и направился в сторону соседних домов, чтобы затеряться в поворотах и взмыть над землёй. В голове не было ни одной связной мысли — лишь образ тёплого света из-под приоткрытой двери, тихое мурлыканье и слова, которые он, кажется, теперь будет слышать эхом перед сном: «Потому что ты похож на потерянного котёнка».