Gomi

Звуки тяжёлых шагов с выраженным шарканьем по бетонной крошке разносились по всему убежищу, привлекая к себе внимание всех живых или не очень душ, обитающих в его скромной обитель. Это был первый раз за столь долгий период, когда ему пришлось встретиться с обществом в своём человеческом обличии. Руки чесались так сильно, что хотелось разодрать кожу до мяса и дать выход навязчивому зуду, превратившемуся в физическую боль. Тело снова менялось. Под одеждой кожа грубела, покрываясь знакомой болотной коркой, но на этот раз сеть трещин на ней была чуть мельче и гуще. Из некоторых особенно глубоких сочилась липкая, зеленоватая слизь. Это создавало жуткий дискомфорт. Но результат того стоил. Сила, которая расцветала в его теле была поразительной. Возможности окрыляли, правда, и без проблем не обходилось. Одна из них — слабая способность восстановления. Она же и самая главная. После последней ударной дозы токсина возвращение в человеческую форму и обратно давалось с большим трудом. Ради сегодняшнего выхода в свет пришлось выжать из себя все силы до капли. Ничего. Ради будущего результата можно и потерпеть, ведь он непременно будет грандиозным. Процесс мечтания о будущем триумфе наглым образом прервало отчаянное, глухое мычание вперемешку со сбившимся от плача дыханием. Ангар был полностью залит мраком, кроме небольшого пространства в середине, где удобно расположился привязанный к стулу человек. Сквозь разбитое окно пробивался лунный свет, повышая шансы разглядеть карим глазам хоть что-то. Глупец думал, что ему помогут, но даже не подозревал, что во тьме зло и добро безлики. А ведь совсем недавно он беззаботно и вполне себе счастливо шагал домой. Что ж, его проблемой стало вовсе не излюбленное обществом "не в то время, не в том месте". Нет. Недобрая судьба настигла бы его в любом случае, где бы он ни был. Главной опасностью для человека являются другие люди. И этому представителю столь жалких созданий посчастливилось иметь прямую связь с очень интересной личностью. Как иронично получилось, герой стал источником неприятностей. — Не стоит тратить силы зря, — раздался низкий голос из темноты, что заставил замереть и начать судорожно оглядываться по сторонам. Было тяжело определить откуда конкретно доносились слова. — Ммм...— стул заходил ходуном. От страха начало сводить желудок, в горле моментально пересохло. — Будь паинькой, а то гляди сердечко не выдержит, — он остановился на границе света и тьмы, после чего выставил вперёд руку, и не сводя взгляда, наблюдал за сменяющимися эмоциями на чужом лице. Это всегда доставляло столько удовольствия. Его любимая часть. И вот он предстал перед ним умытый лунным светом во всей красе. — Понимаю, — протянул он, обходя стул. — моё тело на данном этапе не совсем идеально, но скоро всё изменится, — улыбка сама появилась на лице, обнажая ряд острых зубов. — И всё благодаря тебе. Информация находящаяся здесь, — его палец, коснулся светлой кожи в области виска. — будет для меня невероятно полезна. Будет обидно, если такой полезный экземпляр действительно отправится в мир иной раньше времени. — Надеюсь на продуктивное сотрудничество. Помните, на кону ваша жизнь. И вы можете давать мне повод, не вспарывать эту нежную часть, — мазнул напоследок когтем по шее, пуская тонкую алую струю. Взгляд оказался прикован к стекающей капле. Чуткий нюх сразу уловил её металлическую сладость. Он поймал её пальцем и опустил на язык, не в силах сдержать наслаждение. Такая реакция поселила лишь большую панику в глазах трясущегося от страха человека. Теперь нужно было набраться терпения и действительно не убить это прямо сейчас. А ведь так манит, но нельзя. Может позже...может.

***

В который уже раз Джисон возвращался в тишину пустой квартиры. Сначала он не придавал этому значения — сам вечно где-то пропадал: то патрули по району, то внеплановая поездка к тёте на другой конец Нью-Йорка, и всё это приправлено учёбой и поисками подработки. И постепенно стало зарождаться тихое, но настойчивое беспокойство. За совместную жизнь с Сынмином, Джисон понял, что тот является поклонником структурированного и чёткого распорядка дня, где всё включено и предусмотрено. А тут внезапно стал пропадать. Не день, не два — уже целую неделю без каких-либо звонков и сообщений. Просто исчезал после пар и появлялся глубокой ночью. Это озадачивало. Ещё и ходил с загадочной полуулыбкой, даже какой-то мечтательной что ли. Джисон решил разузнать, но без напора — лезть в чужие дела было не в его стиле. И всё же внутри неприятно саднило от мысли, что с другом явно что-то происходит, но ему совершенно ничего об этом не рассказывали. Он специально перенёс ночной патруль на вечернее время, чтобы застать приход Сынмина. Заскочил в магазин и, вернувшись домой решил приготовить бургеры по видео из интернета. Чтобы наверняка получились. К полуночи всё было готово. И вскоре его порция была беспощадно и с наслаждением устранена, а вторая — сиротливо остывала на противоположной части стола. Джисон лениво сёрфил в телефоне, иногда бросая взгляд на дверь. На часах почти два ночи. Наконец, в коридоре щёлкнул замок, и привычный звук шагов нарушил тишину. Джисон не стал оборачиваться, пока Сынмин не прошёл на кухню, привлечённый приглушенным светом, и не опустился на стул напротив, поглядывая на весьма аппетитное творение друга. — Я уж думал, тебя похитили инопланетяне, — протянул Джисон, отрываясь от экрана. — Они же существуют? Не так давно меня обплевало кислотой нечто зелёное, так что я готов в это поверить. Перед тем как пропадать, мог бы хоть смску кинуть, — предъявил обвинения Джисон, складывая руки на груди в показательном жесте. Сынмин скинул толстовку, от которой доносился хорошо уловимый запах крепкого кофе и металла, и поднялся, чтобы включить чайник. — Извини, — выдохнул он. — Закрутился просто. — С чём? — Джисон присмотрелся. Под глазами у Кима залегли тёмные тени, но в них самих горел яркий, но сосредоточенный огонь. Не похоже на обычную усталость. — Ты выглядишь как бедный и побитый студент перед сессией, который не спал месяц и света белого не видел. Тот лишь кивнул. В целом описание весьма точное, и он действительно немного устал, но оставалось помучатся совсем недолго. — Хм, — Сынмин потёр переносицу, и  уголки его губ дрогнули в сдержанной улыбке. —  Знаешь, я через отца вышел на ребят из одного...ну, научного центра здесь, в Нью-Йорке. — Научного центра? — Джисон напрягся. В его жизни научные центры имели весьма неоднозначное впечатление. — Не смотри так. Всё легально. Суперлегально, — Сынмин махнул рукой, словно отмахиваясь от невидимых подозрений. — Они работают над материалами нового поколения. Суперлёгкими, суперпрочными, с умной адаптацией. И мне...предоставили возможность поучаствовать в одном прикладном проекте. Ким замолчал, явно взвешивая каждое слово. Его взгляд скользнул по Джисону, и в глазах на мгновение мелькнуло что-то вроде озорного торжества, из-за чего он не смог сдержать улыбки. — Так что да, пропадаю в лаборатории. Штурмуем чертежи, спаиваем макеты, спорим до хрипоты в голосе. Это адски сложно, но безумно увлекательно. — И это настолько секретно, что нельзя было написать «Задерживаюсь в лаборатории»? — Джисон не мог скрыть лёгкого укора, но внутри уже давно оттаял, видя сверкающего счастьем друга. Всё встало на свои места: тайна была вовсе не личной, а профессиональной. Типичный Ким Сынмин. — Частично? Да, — сложил он руки перед собой. — Подписка о неразглашении, все дела. Но главное... — остановился, пытаясь собрать множество мыслей воедино. — Я хочу сделать всё, что в моих силах и показать тебе, только когда всё будет готово. Обещаю, это того стоит, тебе точно понравится, — Сынмин произнёс последнее слово с таким энтузиазмом, что Джисон стал размышлять, как бы ему теперь справиться с растущим с каждой секундой любопытством. — Ладно, гений, — выдохнул облегчённо Джисон. Он узнал всё, что хотел, и даже, наверное, больше. — Грандиозный проект требует топлива для дальнейших качественных решений, — пододвинул тарелку с поздним ужином или ранним завтраком ближе к другу. — Попробуй и расскажи хоть что-нибудь, что не является государственной тайной. И пока Сынмин, оживляясь, начал рассказывать о композитах и коэффициентах трения, Джисон поймал себя на мысли, что его окружают прекрасные люди. И как бы не хотелось потерять их. Снова...                                    

***

Джисон открыл глаза, чувствуя приятную сладость от своевольного пробуждения. Солнечный луч вот-вот начал бы бить прямо в лицо. Светлая полоска остановилась сверху на запутанных волосах. Он повернул голову к часам. Одиннадцать утра. Джисон спокойно сел на кровати, тупо уставившись на циферблат. Потом медленно повернул голову к двери, вслушиваясь в тишину. Едва улавливался лёгкий храп из соседней комнаты. Значит всё-таки проспали оба. Если даже, прикинуть, что Сынмин просыпался, то обязательно бы разбудил и его. И действительно. На кровати, зарывшись лицом в подушку, мирно посапывал Ким Сынмин, а его будильник на тумбочке предательски молчал. — Сынмин, — тихо начал звать его Джисон. Тот буркнул лишь что-то невнятное и глубже зарылся носом в одеяло. — Мы проспали первую пару, а вторая начнется через полчаса. Сынмин часто заморгал, настраиваясь на реальность, за которую мозг сейчас цеплялся с трудом. — Чего? — прохрипел он, сонно потянувшись к телефону. После нескольких неудачных попыток попасть пальцем в экран, он, наконец, увидел цифры. — Бля, чё это за хрень? — Сынмин с недоумением смотрел на экран. Одиннадцать...ноль шесть? Что за ерунда? Двоеточие? Одиннадцать на шесть не делится нормально... Эта абсолютно бессмысленная мысль мелькнула и погасла, а через пару секунд его накрыло осознание того, какой хернёй он только что занимался. — Пиздец. И тут его организованность посыпалась. Сынмин сорвался с постели. — Где носки? Чёртовы носки! — завопил он, швыряя в сторону учебники и ныряя в шкаф в поиске одной чистой пары. На зло ему заветный ящик был практически пуст. В углу красовались чёрные носки с угрюмой мордочкой собаки, которые соседушка подарил на неделю совместного проживания. — Джисон, не стой столбом! Одевайся! Нет, сначала зубы! — и кинулся в ванную. Именно поэтому Сынмин ненавидел опаздывать. Это выбивало из колеи, заставляя в панике искать вещи, которые в идеальном мире должны были быть приготовлены с вечера. — Эй, полегче, Мини, — встал сбоку раковины Джисон, подхватывая рукой летящую вниз баночку с уходовым средством и возвращая её на место. — Я просил меня так не называть! — рявкнул Ким, выходя из ванной с щёткой во рту. — Виноват. Ты только не паникуй. Я могу нас доставить в универ за минут пятнадцать, это ещё с перерывами, специально для тебя. Мы успеем. — Ты сейчас в своём уме?! — Сынмин, с пастой во рту, вытаращил на него глаза. Натягивая одной рукой джинсы, второй пытался застегнуть ремень и чуть не упал. — Я, конечно, ценю твой энтузиазм на свой счёт, но вариантов итога у меня два: универ или морг. И выбор развития событий для второго весьма богат, потому что мы либо размажемся об стену, либо я умру от инфаркта в полёте. — Брось, такого не случится, — невозмутимо заверил Джисон, прополоскав рот. — Я с тобой никуда не полечу! — закричал Сынмин, и брызги зубной пасты пёстро украсили зеркало. Джисон спокойно достал из шкафа свою новенькую толстовку, которую натянул поверх свободной серой футболки, а бомбер затолкал в рюкзак. Уже одетый подошел к тумбочке и вытащил из-под стопки конспектов сложенную черную маску. — Всё, я готов. — объявил Джисон, закидывая на плечо почти пустой рюкзак. Сынмин, наконец-то нашедший чистый и менее мятый свитер, только дико посмотрел на него. — Нет. — он знал лучше всех, что значит эта хитрая улыбка. — Ммм, да.                                 

***

Пробирающийся через ткань пальто осенний ветер заставил Сынмина съежиться. Хотя нет, вряд ли это было из-за ветра. Но спасибо Джисону, который дал время тому привыкнуть. Помогло ли это? Нет. Но попытка хотя бы была. — И что дальше? — жалобно спросил Ким. — Дальше только вперёд. — и сделал шаг ближе к пропасти. Если бы его пригласили на крышу, допустим вечером, и это сделал бы точно не Джисон, то могло выйти весьма романтично. Но сейчас совпадений не было совсем никаких. — Нет! Я передумал, стой где стоишь. Джисон! Я серьёзно! — голос Сынмина дрогнул, когда он попятился от края, а лицо начало постепенно терять остатки цвета. — Мини, время. — напомнил Хан. — Да срать я хотел на это с высокой колокольни. Я передумал, пошли к метро. Хан лишь хохотнул и натянул одной рукой маску на подбородок. Он медленно подошёл к самому краю, оценивая расстояние до соседних зданий, скорость ветра и количество людей внизу. — Мы опоздаем, если поедем на метро. — Я...я не знаю! — Сынмин заломил руки. Он метался между паническим «нет» и нежеланием пропускать ещё и вторую пару. — Сынмин, — голос Джисона стал серьёзнее, но без давления. — Нужно решить сейчас. И в тот самый миг, когда Ким, закусив губу, сделал шаг вперёд. Шаг решимости, смешанной с безумием. Джисон двинулся. Быстро, как тень. Ткань маски скрыла победную улыбку. Хан не дал другу передумать снова. Он крепко обхватил его сзади под грудью, и сделал шаг вперёд, прямо с края парапета. В пустоту. — ДЖИСОН, НЕЕЕТ! АААААА! Вопль Сынмина был настолько пронзительным, что, казалось, разобьёт стекла в ближайших к ним домах. Он вцепился в тело Джисона мёртвой хваткой, ноги бешено закрутились в воздухе в первые секунды свободного падения, прежде чем Джисон выпустил из запястья первую струю паутины. — Расслабься. — захохотал Джисон, чувствуя, с какой силой в него вжимаются. — Да не уроню я тебя, не переживай. — Ветер мгновенно забил крики Сынмина обратно в глотку, оставив лишь тихий, панический писк в чужую толстовку. Было страшно просто оторвать голову. Джисон лавировал между домами, используя паутину для резких поворотов и ускорения, от чего хватка на его торсе в эти моменты становилась просто стальной. Клятвы, мольбы и проклятия сливались в один сплошной поток бурлящий у него под боком. И вот, ровно через двенадцать минут, которые для Сынмина растянулись в целую вечность, Джисон мягко приземлился на гравий плоской крыши административного здания рядом с университетом. Он аккуратно поставил друга на ноги, всё ещё придерживая того за плечи. Сам помнил, как после первого полёта ноги не держали, хоть и было круто. Сынмин просто стоял, едва шатаясь. Лицо его было зелёно-белым, волосы торчали в разные стороны, а глаза были круглыми, как блюдца. Стоял не произнося ни слова. — Ну что? — жизнерадостно спросил Джисон, уже стягивая маску и превращаясь обратно в просто Джисона. Он похлопал друга по плечу. — Понравилось? Сынмин крайне медленно повернул к нему голову. И во взгляде его читалась чистая, ничем неразбавленная жажда мести. Но он лишь тяжело выдохнул и, шатаясь, поплёлся к выходу с крыши. Джисон, всё ещё ухмыляясь, сунул маску в рюкзак, сменил ярко-красную толстовку на бомбер и поправил взъерошенные ветром волосы. Теперь он был готов. Не Человек-паук, а просто Хан Джисон, слегка запыхавшийся студент, который, как и все, очень торопился на пару. Интересно сколько людей успели нас снять? Надеюсь видео будет не очень много и в плохом качестве. Лекция профессора Канга по материаловедению, на которую они всеми силами старались попасть, текла как густой сироп по блинчикам в мыслях Джисона. Медленно и монотонно. Сынмин, сидевший рядом, конспектировал материал, стараясь не думать ни о чём, кроме атомных решёток, аккуратно вырисовывающихся на бумаге. Это была его терапия. Почему именно учёба заставляла его расслабляться, Джисон не понимал по сей день. Потому как уже на середине он сам начал потихоньку отключаться от процесса. — ...видел? Новые видео. Буквально сорок минут назад выложили, — прошептал парень, сидевший через несколько рядов за Ханом. Он прикрыл рот ладонью, а глаза бегали между экраном телефона и спиной преподавателя у доски. Его сосед тут же склонился над своим ноутбуком, делая вид, что изучает конспект. Пальцы лихорадочно застучали по клавиатуре, а затем забегали по тачпаду в поисках нужного сайта. — Смотри, смотри, на втором видео, —  одёрнули его рукав, тыча пальцем в экран. — Он правда кого-то несёт. Вон, видишь? — Качество всё равно дерьмо... — сузив глаза, придвинулся ближе к экрану. Он увеличил изображение, от чего пиксели лишь поплыли разноцветными квадратиками. — Ни хера не разобрать. Но да, точно кого-то держит. — Офигеть! — раздался сдавленный шёпот с заднего ряда. Их ноутбук с видео из всеми любимого фанатского паблика по Нью-Йоркскому герою интересовал студентов куда больше, чем изучение научного материала. — Кто этот счастливчик? Девушка, наверное... — Да нет, — сразу парировал владелец устройства, покачивая головой. Он снова пристально вгляделся в экран, прокручивая ролик на паузе и разной скорости. — Видно, что парень. Посмотри на кроссовки и штанины. И рост... Его речь оборвал резкий пинок по ноге. Увидев, как преподаватель обернулся, чтобы стереть часть доски, все трое синхронно отпрянули, приняв максимально невинные позы: кто уставился в тетрадь, кто начал что-то искать в рюкзаке. Нервозный холодок пробежался по телу. Джисон замер, делая вид, что внимательно изучает слайд презентации, которой сопровождается речь лектора. Чёрт. Всё-таки сняли. Любопытство, как всегда, перебороло осторожность. Джисон отложил ручку и включил телефон, прикрыв его тетрадью. Сынмин рано или поздно всё равно узнает о видео. Нужно будет задобрить его вечером. Двойной порцией мороженого с солёной карамелью. Порыскав по соцсетям по запросу «Человек-паук сегодня», он быстро наткнулся на пост в довольно крупном фанатском канале. Заголовок гласил: «НАШ ПАУЧОК НАСТОЯЩИЙ РОМАНТИК!» Внизу висело три коротких, трясущихся видео, снятых явно из окон. Сердце на секунду ушло в пятки от мысли о том, что на них могло засветиться лицо Сынмина. Тогда он никаким мороженым не откупится. Джисон внимательно просмотрел каждое видео. Ракурсы были весьма скверные, съёмка на бегу, а в ключевой момент его собственная фигура в яркой толстовке заслонила весь силуэт парнишки в руках. Лиц не было видно совсем. Качество — сплошная мыльная каша. Пронесло. Его внимание привлекло растущее посекундно количество комментариев. К этому моменту их было уже несколько сотен. «Как мило он его прижимает! Бережёт!» — писала одна пользовательница. «Да просто спасал кого-то, вы уже везде романтику ищете», — парировал ещё один любитель героя. «Ага, спасал, это явно его парень. Смотрите, как Человек-паук его держит!» «Думаете Человек-паук гей?» От последних прочитанных строчек, Хан непроизвольно сглотнул и тут же подавился собственной слюной. А затем постарался вдохнуть, чем вызвал резкий приступ хриплого кашля. Дальше листать он больше ничего не захотел, отложил гаджет и прикрыл рот рукой. Джисон, красный от кашля, махнул рукой, пытаясь сказать, что всё в порядке, но только усугубил ситуацию. И смог успокоиться только после того, как Сынмин достал ему небольшую бутылку воды из своего рюкзака. Пора бы уже привыкнуть, что судьба относится к нему с какой-то особенно изощрённой иронией. Она его, мягко говоря, недолюбливала. А его репутация в интернете, судя по всему, обзаводилась новым, крайне неожиданным для него самого фан-артом. Он поймал взгляд Сынмина и прошептал, едва откашлявшись: — С меня мороженое, двойная порция...только не заходи в интернет. Больше никогда. Сынмин в ответ лишь прикрыл глаза, молясь о терпении, и с новой силой вдавил ручку в бумагу, думая о том, что всё-таки было бы неплохо оказаться в какой-нибудь параллельной вселенной, где его сосед как минимум не является супергероем. Но что сделано, то сделано, и от бесплатного лакомства он, конечно же, отказываться не собирался. Отсидев в полудрёме ещё и практику по высшей математике Джисон не заметил, как Ким быстренько собрал вещи. — Ты…приходи домой пораньше, ладно? — бросил он другу, не глядя, и упорхнул на выход из учебного заведения. — Ага. — уже ему в спину отозвался Хан. У Джисона ещё были планы. Перенесённое занятие с мистером Митчеллом. Но как только он подошёл к нужной аудитории, на телефон пришло сообщение из общего чата их небольшой группы о том, что формат занятий изменён и теперь профессор будет беседовать с каждым лично. А когда Джисон прочитал, что сегодня его очередь, то сразу же сорвался в указанное место. Библиотека встретила его привычной атмосферой спокойствия и запахом старой бумаги. Мистер Митчелл расположился на втором этаже в тёмно-синем костюме и с акцентным коричневым шарфом на шее. Он улыбнулся, увидев Джисона, и жестом пригласил его сесть. Всё было как всегда. Но в тот момент, когда Джисон встретился с ним взглядом, вечно дремлющее паучье чутье вдруг дало о себе знать настойчивым импульсом. Будто что-то холодное коснулось самой глубины инстинкта. И тут же пропало, оставив после себя лёгкое недоумение. — Здравствуйте, — поприветствовал профессора Джисон и утонул в кресле напротив него. — Как вы себя чувствуете? — сдавлено задал он вопрос. — Здравствуй, Джисон, — голос мистера Митчелла был словно патока. Мягким и вязким. — Долечиваюсь потихоньку. Но от работы никуда не деться, скоро конец года, и хотелось бы получить свою долгожданную премию. — Он отхлебнул из термоса, его движения были спокойными и естественными, в отличие от студента, что сидел словно на иголках. Это было похоже на сбой в системе. Сначала лёгкое покалывание в основании черепа, когда на первом этаже громко хлопнула дверь и вошёл студент. Потом короткая, беспричинная вспышка, когда девушка уронила стопку книг. А затем… затем оно просто не выключилось. Фоновая тревога, низкочастотный гул, нарастающий с каждой секундой. Каждый человек в поле зрения становился источником смутного, размытого сигнала. Это было невыносимо. Чутьё никогда так себя не вело. Оно было инструментом, точным и безотказным. А теперь превратилось в оглушительную, бессмысленную сирену внутри собственного черепа. Джисон невольно дёрнул плечом и резко оглянулся. Его взгляд метнулся по залу, но не нашёл ничего подозрительного. Просто люди. Никакой угрозы. — Всё в порядке? — спокойно спросил Митчелл, слегка подняв одну бровь в скрытом интересе. — Да, просто…показалось, — Джисон с усилием вернул взгляд на профессора, заставляя себя улыбнуться. — И правда, время летит слишком быстро. Что за чертовщина? Тётя Мэй правильно говорила, надо начинать пить магний. — Так всегда, — кивнул мужчина. — В детстве каждый день — это открытие. А с возрастом всё начинает сливаться. Мы так много упускаем… Именно поэтому важно держаться за важные моменты и воспоминания, — он сделал паузу, его взгляд стал чуть более пристальным, но в рамках обычного.  — Как ты, кстати, сам справляешься? С воспоминаниями? Особенно… с теми, что связаны с семьёй? Вопрос был задан непринуждённо, без давления и намёка на молниеносный ответ. Но внутри всё закружилось, будто его столкнули с обрыва. В висках застучало, в груди сжалось так, что на мгновение стало трудно дышать. Как справляется? Джисон неосознанно хмыкнул, коротко и резко, и опустил голову, зажмурившись от волны импульсов. Он уже не понимал, на что конкретно реагировало чутьё, но в данный момент оно делало только хуже. Хотелось его просто вырубить. Или себя. Чтобы перестать чувствовать. — Простите, — пробормотал Хан. — Это… сложная тема, — жаль, что эту чёртову горечь не может заглушить даже эта дурацкая суперспособность. — Понимаю, — голос Митчелла прозвучал с неподдельным сочувствием. Он откинулся в кресле, его поза была открытой, неагрессивной. — Знаешь, иногда проговаривание даже самых тяжёлых вещей… приносит облегчение. Например, тот день. День аварии. Мы редко стараемся об этом думать. Что ты в тот момент чувствовал? Не то, что видел, а именно чувствовал? Вы ошибаетесь, я думал об этом постоянно. — Я…помню, что всё было хорошо, а затем в нас врезалась машина, — с трудом выдавил Джисон. Голос прозвучал хрипло, чего он сам не ожидал. — Дальше скрежет металла о землю, страх, звон в ушах, резкая боль в голове и очнулся я уже в больнице. Один. Мистер Митчелл беззвучно пошевелил губами, жадно анализируя услышанное. Больше к этой теме они не возвращались. Профессор предложил за оставшееся время обсудить следующее занятие и его тематику, чтобы Джисону было легче к нему адаптироваться. Когда беседа наконец закончилась, Джисон почти не помнил, как выбрался из душного пространства. Он шёл быстро, почти бежал по коридорам, с такой силой давя на дверные ручки, что точно слышал их треск и просто надеялся, что они не окажутся сломаны. Он вырвался на улицу, и первый же глоток холодного воздуха обжёг лёгкие, так же коснувшись и его разгоряченного тела. Прислонившись к стене, Джисон старался вдыхать через нос и выдыхать через рот, как его учили в детстве. Прошло какое-то время, прежде чем сдавленность в груди начала уступать место приятной пустоте. Вернувшись в квартиру раньше Сынмина, Джисон решил спуститься в магазин у дома и купить не просто мороженое, а целый арсенал из сладостей. В пакете оказались несколько шоколадных пудингов, шоколадные батончики и две банки мятно-шоколадного мороженого. Молча разложив всё в холодильник, Джисон остановился напротив окна, вглядываясь в пространство. Сынмин ворвался в квартиру примерно через полтора часа. Он громко, срывающимся от раздражения голосом, разговаривал по телефону, гремя в прихожей: — …Нет, я уже всё сказал! Если вы не понимаете с первого раза… Да пошёл ты! Увидев Хана, он отрывисто ткнул пальцем в сторону своей комнаты, давая безмолвный приказ: «Жди там». Джисон послушно прошёл в указанном направлении, уже слыша, как за его спиной Сынмин, не добившись понимания, в ярости сбросил вызов. Ещё одна черта друга, которая одновременно пугала и удивляла — это умение крайне быстро менять эмоции. Потому что к Джисону Ким вернулся уже с самой что ни на есть сверкающей улыбкой. В руках он осторожно держал небольшой металлический кейс. — У меня для тебя кое-что есть. Джисон вытянул шею, вглядываясь внутрь. — О, оу...классно! — показал он большие пальцы вверх. — Это типа брелок? Или статуэтка? На бархатной подложке покоился диск размером с ладонь, из матового тёмно-серого металла. Его форма напоминала стилизованного паука с изящно изогнутыми, гладкими лапами. Никаких швов, никаких кнопок, только едва заметная линия по центру. — Стал бы я так заморачиваться из-за обычного брелка. Это твой костюм! — торжественно объявил Сынмин. — Костюм? — недоверчиво протянул Джисон. Ему безусловно было приятно от того факта, что о нём и его удобстве думали, но это не очень похоже на костюм. — Да-да, смотри. Принцип действия прост, — Сынмин взял диск. — Это должно крепиться к центру груди. Двойное нажатие на карпакс... то есть на спинку сюда, — поднёс он пальцы к нужному месту. — и всё будет готово. Он приложил холодный металл к футболке Джисона, и тот почувствовал лёгкую вибрацию. Тихий, почти неслышный шипящий звук — и от диска во все стороны, как молния, рванулись сине-красные, словно живые полосы. Они обволокли плечи, спину, руки, побежали вниз по ногам и вверх по шее. Это заняло меньше двух секунд. Прохладное, упругое прикосновение сменилось комфортной температурой тела. Джисон заворожённо разглядывал свои руки. Материал облегал их идеально, переливаясь и образуя паутинообразный узор. — Материал на основе углеродных нанотрубок с памятью формы и вплетённой электропроводящей нитью, — с гордостью произнёс Сынмин, ожидая хоть какой-то реакции. — лёгкий, дышащий, пуленепробиваемый в разумных пределах, конечно, — сделал акцент на слове «разумных». — регулирует температуру, маскирует тепловое излучение. В общем, не твоё обычное шмотьё. — Это невероятно! — никакие слова не могли описать тот восторг, который испытывал Джисон. — А ещё он умный, — Сынмин достал ноутбук и открыл запароленную программу. — Твой костюм — это уникальная система, её зовут Юи. Джисон подбежал к зеркалу в прихожей. Отражение было знакомым и чужим одновременно: тот же он, но облачённый в технологичное совершенство. Костюм идеально подчёркивал мускулатуру, и Джисон фыркнул. — Шикарно, конечно. Но, чувак, он как вторая кожа. — Нормально всё, — отмахнулся Сынмин. — Вот прошлый экземпляр был действительно немного тесноват, а этот идеален. — Моя эстетика требует многослойности, — заявил Джисон и исчез в своей комнате. Через минуту он вернулся, заставив друга тяжело вздохнуть. Поверх суперкостюма были натянуты широкие чёрные шорты и просторная кофта на молнии. — Ну вот, — с удовлетворением сказал Джисон, расстёгивая молнию до середины груди, чтобы был виден металлический паук. — Теперь прям последний писк моды. — Щас у тебя будет последний писк. Я целый две недели бился над дизайном, а ты надеваешь поверх него балахон! — застонал Сынмин, хватая себя за голову. — Это фэшн! Ответом ему был несильный, но меткий пендель под задницу, от которого Хан решил не уворачиваться. — Коснись правой части воротника, — попросил Сынмин, отвлёкшийся на вибрирующий телефон. — Хорошо, — но ничего не произошло. — Это не право, Джисон, — главное дышать. — Виноват. — и когда Хан поднял два пальца к нужной стороне, маска быстро спрятала за собой его личность. Мир на миг потемнел, а затем вспыхнул цифровыми контурами. Визор загорелся, в углу замелькали неизвестные на данный момент показатели. Не очень понятно, но до невозможности круто. — Это просто улёт, — только и смог произнести, теперь для окружающих его голос зазвучал более низко. — А как ты вообще это всё... — Всё расскажу потом! — перебил Сынмин, уставившись в программу. — Иди давай, свети своей пёстрой задницей по городу. Джисон не стал перечить, сам изнывал от нетерпения опробовать обновки в действии. Через пять минут он уже качался на паутине между крышами. Костюм не стеснял движений, а, наоборот, казался продолжением тела. И тут в ухе, без всякого предупреждения, раздался мягкий женский голос. Он звучал спокойно и даволько приятно, без присущих роботам звуковых эффектов. — Система автономно активирована. Для расширенного доступа назовите кодовую фразу. Чего? Джисон едва не сорвался во время поворота. — Что? Какая фраза? — Паролем является твоё полное имя. — тут же подсказал знакомый голос полный смешка. — Сынмин? — Я же не могу оставить тебя без присмотра. Мне всё видно и слышно, так что не делай глупостей. — Ладно. Хан Джисон. — Распознано. Здравствуйте, Джисон. Я — ваш вспомогательный искусственный интеллект, Юи. Готова к работе. — Отлично. Юи, эм...помоги составить оптимальный маршрут патруля. — сделал пробный запрос Джисон. — Принято. Анализирую криминогенную обстановку за последние сорок восемь часов. В левом верхнем углу визора маски всплыла голографическая карта районов, ближайших к Форест-Хилс, где проживали парни. Красными точками были отмечены вызовы полиции, жёлтыми — сообщения о происшествиях из соцсетей. — Давай в Лонг-Айленд-Сити, туда вызвали несколько спасательных бригад, — проинформировал Ким. — Вывожу тебе кусочек прямой трансляции с пользовательской камеры. Вместо системных показателей высветился десятисекундный ролик, на котором был запечатлён кадр с аварии. Одна из машин оказалась перевёрнута. Из-под капота валил дым. Юи проложила самый короткий маршрут до красной точки, и стала вести его, предупреждая о поворотах. Приземлившись рядом с машиной, Джисон понял, что оказался на месте происшествия раньше пожарных. Нужно было действовать быстро, потому что дыма стало только больше, главное было успеть до начала возгорания. Заглянув внутрь, за рулём он увидел пристегнутую женщину средних лет с явной травмой головы и ссадинами на руках и щеках. — Мэм, всё хорошо, я вас сейчас достану. Она была в сознании, но видимо не могла понять, что происходит из-за боли, только что-то шептала. Чтобы разобрать, Хан наклонился ближе, унося её от машины на безопасное расстояние. — Моя малышка...моя малышка, там моя... Не дослушив, он метнулся обратно. Задняя дверь не поддавалась, пришлось беспощадно её вырвать. Девочка не двигалась, была явно без сознания. Из-за объёмного шарфа, скрывшего лицо, стало затруднительно определить её состояние. Но Юи оповестила о наличии у неё пульса. Снаружи послышались женские крики, а сам Джисон спиной почувствовал нарастающий жар. Система выдала предупреждение о резком повышении температуры. — Всё хорошо, — твердил он, разрывая заклинивший ремень безопасности. —Сейчас пойдем к маме. Вытащив девочку, к ним сразу ринулась женщина, вырываясь из рук медиков, которые в этот момент обрабатывали ей раны. Видимо, пока он находился внутри автомобиля приехали спасатели, которые занялись тушением возгорания. — Спасибо. — со слезами на глазах произнесла женщина, целуя лоб ребёнка. — Большое спасибо. Герой стоял рядом, пока не услышал, что с девочкой всё в порядке. А развернувшись, лишь кивнул группе пожарным, уже разворачивавшим рукава. Один из них, молодой, поднял руку в знак признательности. Старший же начальник смотрел исподлобья не очень одобрительно, но всё-таки коротко кивнул в ответ. — Молодец! Это было круто. — Ты где всё это время был? Помощник блин! — хохотнул Хан, забираясь на крышу стеклянной высотки. — Друг, я ещё никогда так не переживал, сидя в туалете. Такое признание Сынмина вызвало лишь удушающий смех. — Хаха, ладно, могу понять. — Но я посмотрел видео, так что обо всём осведомлён. — гордо заявил Ким. — И как тебе? — Весьма неплохо, но без твоей кофты сверху было бы лучше. — Брось, — отмахнулся Джисон. — костюм хорош в том, что никто точно не увидит моего лица, знал бы ты как я испугался. — Могу вывести видео с камеры в маске. — Тут есть камера? Как же конфиденциальность?! — А всё максимально конфиденциально. Запись хранится в защищённом файле в запароленной программе на запароленном ноутбуке, доступ к которому есть только у меня. — звучало весьма убедительно, чтобы дальше молча следовать к следующей точке.                                   

***

— Вы в районе Гринвич-Виллидж, — наконец сообщила Юи, когда он мягко приземлился на крышу невысокого здания из красного кирпича. Дыхание было чуть учащённым, после яростной вооруженной погони. От него, вероятно, всё ещё пахло дымом. Но это был хороший патруль. Прямо напротив, через тихую, вымощенную булыжником улочку, светился уютный таунхаус. И Джисон замер на краю крыши, останавливая на нём взгляд. Он снова оказался здесь, рядом с университетом. То ли его так тянуло к знаниям, то ли к их привлекающему внимание источнику. — Поздравляю, на сегодня всё! — ориентируясь на интонацию, Джисон точно мог сказать, что Сынмин сейчас крутился на стуле посреди комнаты, потягиваясь. Ему самому не мешало бы растянуть мышцы и немного расслабиться. — Ваш пульс слегка участился, исходя из спокойной обстановки вокруг, это может быть связано с нарушением работы сердечно-сосудистой системы. — объявила неожиданно Юи. Ладно, к этому ещё нужно будет привыкнуть. Каков создатель такая и система. — Ты в порядке? — последовал вопрос, подтверждающий мысли. — Да-да. — коротко ответил Джисон, не может же он сказать, что задумался о преподавателе Ли. Вообще изначально ему казалось, что он питал к нему лишь восхищение. Но вспоминая их последнюю встречу под дождём, улыбку, смех, руки.   Боже нельзя об этом думать, когда на мне эта штука. Теперь он точно мог сказать, что его интерес был за гранью дозволенного. Джисон решил двигаться в сторону родного района через Вашингтон-сквер-парк. Это было его любимым местом для неспешного передвижения. Множество арок, деревьев и извилистых тропинок. Он расслаблено перепрыгивал с одного фонарного столба на другой, раскачиваясь на паутине, как на качелях. Добравшись до развилки, мимо в умеренном темпе пробежал человек. Джисон сохраняя мнимую неведимость направился дальше, но стоило пролететь несколько арок, и он остановился на одной из них. Чутьё заставило вернуться обратно, именно в тот момент, когда тихий бегун начал приближаться к одной из ряда лавочек, на которой расположилась группка из четырех подвыпивших и очень шумных парней. Один из них сидел весь в татуировках и был довольно накачанным. Вероятнее всего он и является главарём этой компашки. Прыгнув ближе, Джисон стал выжидать, ведь ещё ничего не произошло, чтобы вмешиваться. Может предчувствие слегка преукрасило? — Эй, парень! — послышалось от самого огромного. — Эй, в серой толстовке! — его просто игнорировали. Либо человек бежал в наушниках, либо имел стальные нервы, чтобы сохранять внутреннюю идиллию, и умел абстрагироваться от внешнего мира. Даволько полезные навыки. Всё бы так и разрешилось, но упасть в грязь лицом перед друзьями нельзя. Дабы показать своим приближенным, что игнорировать его величество плохая затея, он встал, преграждая дорогу бегущему. — На вид неплох, да и в таком районе проживаешь, значит при деньгах. Одолжишь нам пару сотен? — ему смотрели прямо в глаза, хоть парень был слегка ниже, но точно можно сказать, что за толстовкой скрывалось весьма натренированные тело. Она хорошо облегчала широкие плечи и мышцы спины. Так что по силе оба были наравне. — Я с тобой говорю! — не дождавшись ответа, рявкнул татуированный. Его снова оставили без должного внимания и просто обошли стороной. Такое отношение вывело громилу из себя и он схватился за чужое плечо, но через считанные секунды его рука была вывернута, а он сам потеряв равновесие упёрся коленями в холодный асфальт. — Советую больше никогда не прикасаться к людям без их разрешения, — наконец подал голос незнакомец. Окружение замерло на секунду, пораженное легкостью, с которой он вывел из строя самого крупного. Но пьяная ярость плохой советчик. Троица, опомнившись, ринулась в атаку почти синхронно, стараясь, окружить противника. Джисон уже вытянул руку, готовясь выпустить паутину и спикировать вниз. Но помощь не понадобилась. Парень в толстовке встретил первого нападавшего не уклоном, а четким блоком предплечья, тут же ответив коротким, хлестким прямым ударом в солнечное сплетение. Тот сложился пополам с булькающим звуком. Второй, пытавшийся схватить его сбоку, получил резкий локоть в ребро и отшатнулся, также ловя ртом воздух и шипя от острой боли. Но третий, самый верткий, оказался за спиной и в прыжке ухватился за капюшон, резко стаскивая его. В свете фонаря мелькнули черные волосы, очерченный профиль и знакомое, сосредоточенное лицо. Преподаватель Ли... Почувствовав свободу от ткани на голове, он, не оборачиваясь, через плечо отправил его в акробатическом полете прямо на его же товарища. В этот момент татуированный главарь, взбешённый от унижения, поднялся с асфальта. Глаза его налились кровью, и с тихим рыком он бросился на Минхо, занося кулак для удара в спину. Джисон больше не думал. Два щелчка запястьями, и две липкие струи паутины склеили занесенную руку с телом. От неожиданности тот замер. И тут же, прежде чем гигант успел издать звук, элегантный кулак врезался ему прямо в нос с сухим щелчком. Глаза закатились и он рухнул на землю. Все закончилось за считанные секунды. Минхо, услышавший глухой звук за спиной, резко развернулся, готовый к новой атаке. Его брови взлетели вверх от удивления: перед ним, вместо ожидаемого противника, мирно лежало тело с разбитым носом. Он развернулся и замер. Прямо перед ним, всего в паре сантиметрах от его лица, вниз головой, едва покачиваясь на белой нити, висел Нью-Йоркский герой. — Ты бы видел свои напуганные глазки, — слова вырвались у Джисона сами по себе. Говорить с преподавателем Ли так неформально было непривычно, но адреналин и неожиданность встречи смыли все барьеры. — Бандитов значит не испугался, а меня — да. Обидно. — Он наклонил голову вбок, бессовестно разглядывая чужое лицо. Минхо, очнувшись от оцепенения, сделал шаг назад, создавая между ними дистанцию. Его дыхание все еще было немного учащенным после драки. — Меня тяжело напугать. Просто было неожиданно, — прокомментировал он свою реакцию. — А это значит было ожидаемо, — намекнул Паучок на произошедший инцидент. — Ты отнял у меня работу, между прочим. Боксер? В уголке губ Минхо дрогнуло что-то, похожее на улыбку, и послышался тихий, сдержанный смешок. — Это долгая история. — Что ж, надеюсь судьба сведёт нас снова при других обстоятельствах, и я смогу услышать хотябы начало. — Джисон!!! — вопль, раздавшийся в самое ухо, был таким сильным, что Хан уже подумал, может это было слышно и за пределами костюма. — Я ушёл за мороженым на пять минут, а ты флиртуешь с...с Ли Минхо?! — Что ж, — он спустился, сделав  театральный реверанс на прощание. — Мне пора. До скорых встреч, человек-загадка. И Паучок взмыл вверх, ненадолго застыв в воздухе на фоне темного неба. — Юи, отключи, пожалуйста, канал связи с моим помощником, — он не собирался добираться до дома под аккомпанемент хрюкающего смеха. — Как ты его назвал? — никак не мог успокоиться Ким. — Повтори ещё разок, человек что? — Иди нахер.