Услуга за услугу

Сайно был в некотором замешательстве. Давненько он не бывал в такой ситуации, где одного только его вида не хватало для того, чтобы вызвать ужас у всех присутствующих поголовно. Но он не был намерен на почве видимой несерьезности происходящего сдавать позиции и расслабляться, в конце концов, не мог же один из Предвестников Фатуи, которые казались самыми подозрительными даже среди самых подозрительных, находиться близь города просто так? Не мог, следовательно, и Сайно не мог и на мгновение позволить себе расслабиться, даже если ему предстоял бой с группой малолеток. Выждав несколько неловких, тихих мгновений, агенты принялись понемногу переключаться с палатки бесполезного босса на гостя, ожидающего их действий. У них не было и малейшего шанса скрыть свой страх перед Генералом Махаматрой, но юношеская наивность и горячность позволили им попытаться. Некоторое количество оружия, неуверенно приподнятого парами дрожащих рук в черных перчатках, направилось на Сайно, но он и бровью не повел. Молча дождавшись момента, когда хотя бы один смельчак решит наконец сделать первый шаг, генерал ничтожным количеством движений уложил всех агентов на землю, а те послушно попадали, как костяшки домино, роняя со звоном свои копья и стоная от боли. Один из них, чудом отползший от поля, если это можно так назвать, битвы, дрожащим, отчаянным голосом завопил: — Б-босс! Прошу, на помощь! Сайно был даже рад тому, что эти ребята не смогли дать ему даже намека на отпор, по крайней мере, ему не пришлось их калечить. Сражаясь с кем-то, кто был ему совершенно не вровень, он не имел никакого удовольствия. С другой стороны, его начинало даже раздражать то, как обстояли дела в этом странном месте. Даже близко не обученные агенты были, очевидно, предоставлены сами себе и вынуждены защищаться, не имея опыта работы в команде. Если это было нормой во всей Фатуи, то Сайно чувствовал себя разочарованным в методах такой могущественной организации, если это было нормой только здесь, - то только в местном "Боссе". Он уже был на полпути к тому, чтобы просто зайти в эту палатку и вытащить за шкирку оттуда этого безответственного придурка, совершенно неспособного справляться с отданной в его нелепые руки властью, но ему не пришлось: тот придурок, священное безделие которого было потревожено никому не нужными криками его подопечных, сам снизошел до того, чтобы с ленивым вздохом выйти наружу и оглядеть отсутствующим взглядом развернувшуюся перед ним картину. В высшей степени неуважения и пренебрежения он обратился к одному-единственному находящемуся в сознании, дрожащему, лежа на земле, агенту, смотрящему на него с испуганной надеждой раненой птички, но на деле обращался, очевидно, ко всему лагерю своих бездарных подшефников, теперь валяющихся друг на друге в ногах чужака в виде ноющих и охащих тел. — Не прошло и минуты... Боги, будь они прокляты, вы не смогли справиться с одним несчастным легавым? Вас же тут... сколько вас там... Не важно, но явно больше пятнадцати? Позорище... - он разочарованно вздохнул и прикрыл ладонью лицо. Несмотря на его слова, все это негодование казалось напускным и неискренним, поскольку в тусклых глазах Предвестника не появилось даже намека на хоть какую-то эмоцию. Сайно наблюдал за бесполезно стоящим у своей палатки Сказителем со смесью недоверия и подозрительности. Он не мог поверить, что кто-то мог быть настолько глупым, чтобы вести себя таким образом перед лицом очевидной опасности. Закатив глаза и пробубнив себе под нос что-то неодобрительное, он бросился вперед и почти в одно мгновение пересек то расстояние, которое было между ним и Скарамушем, чтобы напрыгнуть на него с занесенным над головой копьем. Однако в тот же миг Сайно почувствовал, как что-то остановило его атаку. Он увидел, что ладонь Скарамуша, даже не дрогнув, встала на пути его оружия и схватила тупой наконечник, предотвратив удар в лицо Предвестника. Некоторая инерция таки прошлась по телу надменного Сказителя, однако от нее он лишь лениво пошатнулся и медленно моргнул. Скарамуш все еще выглядел незаинтересованным, глядя мимо своей руки и копья на лицо генерала полуприкрытыми, почти бесцветными глазами, выражающими совершенный контроль над происходящим, что нервировало Сайно. Предвестник чуть не зевнул, закатив глаза, когда парой резких движений вдруг вывернул древковое в руках генерала, тем самым вырвав его из крепкой хватки, и отбросил в сторону, где оно упало с гулким стуком. Этот человек только что небрежно прекратил его атаку и выглядел при этом настолько неуважительно скучающим, словно Генерал совсем не представлял для него угрозы, что Сайно почувствовал себя оскорбительно недооцененным. В одно мгновение чувство презрения к Предвестнику превратилось в настоящий гнев, и Сайно нанес быстрый, мощный удар ногой в живот Предвестнику, но и эта атака неожиданным образом провалилась. Он едва успел осознать, что произошло, когда Предвестник поднял свою ногу и минимумом движений перенаправил удар Сайно так, что генерал, поддавшись отданной им же в этот удар силе, влетел в стену палатки, пошатнувшуюся под ним. Скарамуш посмотрел на него с тем же безразличием, но в его глазах промелькнула искорка веселья. Все это было похоже на дешевое издевательство и позабавило скучающего Предвестника. Он фыркнул и скрестил руки на груди, глядя на потрепанную, пресполненную гнева и негодования массу с почетным титулом. — ...Что же, я полагаю, если я не уделю тебе каплю внимания, это может затянуться надолго. Прими это как честь или что-то в этом роде. - выражение его темных стеклянных глаз не менялось, несмотря на очевидно возросший интерес. Сайно чувствовал, что выходит из себя, хотя ему это было совершенно несвойственно. Он был слишком возмущен тем, что с ним с такой видимой легкостью справлялся кто-то, кого он мысленно уже успел причислить к жалким идиотам. Поэтому он, как и подобает образованному, но крайне оскорбленному человеку, не стал утруждать себя и Предвестника замысловатыми атаками, а просто накинулся на наглеца с праведно-гневным рычанием.