От охотника к герою

Изуку и Кацуки как раз выходили из тира, когда у Изуку зазвонил телефон. — Привет, Каминари-кун, — ответив, бодро поздоровался Изуку. — Не говори, что не сможешь сегодня прийти, штраф за пропуск тебе не понравится! С другого конца связи послышался неловкий смех. — А вот и не угадал, я хочу прийти пораньше! Ну, если можно. Скинешь адрес? — Ой, — Изуку прикусил губу, — я сейчас не на месте, адрес не помню… Знаешь что, подожди минуту, я позвоню Шинсо-куну. — Шинсо-куну? — удивился Каминари. — Ага, он уже там. Вкалывает на галерах. Тебя ждёт та же участь, к слову, раз появишься сейчас. — Да мне не страшно! — Отлично, тогда секунду… — Стой, а почему ты адрес не помнишь? Разве вечеринка не у вас проходит? Чувак, даже я свой домашний адрес не забываю! — присвистнул Денки. — Нет, это другое место. Зная нас, на целостность мебели и здания в целом никто не рассчитывает, а у наших родителей уже ПТСР на ремонт. В общем, жди, я передам Шинсо-куну твой номер и попрошу скинуть геолокацию. — Без проблем! — Что там? Пикачу придёт раньше? — лениво поинтересовался Кацуки. На самом деле, это первый год, когда его день рождения праздновался таким образом. Раньше он проходил иначе — вначале они с Изуку развлекались где-то снаружи, а вечера они проводили в кругу семьи. Дни рождения Изуку (им назначили тот день, когда его нашли) проходили примерно так же. Сейчас же братья проводили первую половину дня вдвоём, а на вторую мама ловко протащила вечеринку, о которой ни один, ни второй сам бы не подумал. Кацуки — не самый общительный человек, но тишина и спокойствие для него как зыбучие пески, муторно и неприятно. Вечеринка была лучше какого-то очередного унылого вечера, тем более, что с их одноклассниками скучно не бывает. А Изуку даже спрашивать не надо было, он согласился с огромным энтузиазмом. Собственно, потому они и разделились таким образом: Кацуки с Изуку ушли праздновать по-своему, а Гон с Киллуа выпросили их друзей себе в помощь. И если честно, братья даже успокоились, узнав, что эта парочка не сама будет в ответе за мероприятие. — Ага. Думаю, ото-сан и то-чан будут рады ещё одному человеку, на которого можно что-то спихнуть, — весело заметил Изуку, набирая Хитоши. — Шинсо-кун, я сейчас поделюсь с тобой номером Каминари-куна, отправь ему геолокацию, ладно?.. Да, верно. Спасибо. Так, — он сбросил звонок и убрал телефон, — в тире я у тебя выиграл, куда дальше?

***

— Привет вс!.. Золдик-сенсей, а вы тут как оказались? — Денки раскрыл рот от удивления, увидев учителя вместе с мрачным Хитоши. — Волонтёрствую, делать нечего, — ехидно кинул Золдик и, злобно посмотрев на одну из пустых коробок, с силой её пнул. Каминари еле успел отпрыгнуть в сторону, и коробка просвистела мимо него прямо на улицу. — Я никогда не ощущал дыхание смерти так близко, — пробормотал Каминари. — Так а каким образом?.. — Оба Бакуго проходили свою практику у нас, и мы захотели помочь, не обращай внимания, — отмахнулся преподаватель. Шинсо усмехнулся: Киллуа умудрился не соврать, но при этом ввести в заблуждение своего ученика. — Ага, — удивлённо выдохнул Денки. — Круто. — Еда и напитки на Гоне и Шото, а мы тут занимаемся созданием атмосферы, так что присоединяйся, — скомандовал Золдик. — Атмосфера — это мой конёк! — бодро заявил Каминари. — Что надо делать? — Ну, с первым этажом мы почти закончили, осталось украсить второй и третий. И если судить по нашему темпу, вдвоём мы бы не успели, — вздохнул Киллуа. — Потому что из нас двоих дизайнеры, как из Всемогущего — бухгалтер… — Вам бы про Всемогущего больше не вспоминать никогда, а то придётся вторую пресс-конференцию давать, — заметил Денки. — Вообще, я и так собираюсь сегодня на окончание всей этой пиар-катастрофы… Ладно, неважно, идём на второй этаж. — Шинсо-кун, — позвал одноклассника Каминари, пока они поднимались по лестнице с несколькими коробками в руках. — А ты чего такой хмурый? Хитоши посмотрел на него с обидой: — Ты бы не был хмурым, если… — он внезапно замолчал, а в глазах у него зажёгся мстительный огонёк. Денки второй раз за пятнадцать минут ощутил близость смерти. — Киллуа-сан! — крикнул Шинсо уже поднявшемуся Золдику. — А почему вы отдаёте меня Иллуми, а сами не берёте под крыло Каминари-куна? У вас тоже Причуды похожи! — Да какого чёрта? — изумлённо спросил Денки. Во-первых, что значит «похожи Причуды», чем похожи? Во-вторых, стать личным учеником Золдика-сенсея? Звучит как оригинальный способ самоубийства. Денки прекрасно отдавал себе отчёт в своих недостатках и понимал, что Золдик-сенсей вряд ли это стерпит. В-третьих, почему обращение Шинсо-куна звучало так… странно? В-четвёртых, Иллуми? Золдик Иллуми? Скандальный старший брат их учителя? На месте двадцатого ученика класса что, проклятие какое-то висит?! Сначала Минета в первый же день был исключён, теперь Шинсо-кун на грани гибели… — Хм, — Киллуа глянул на Каминари. — Хитоши, а тебе своего одноклассника, я вижу, вообще не жалко? — Меня никому не жалко, почему я должен кого-то жалеть? — Мне тебя жалко! Правда! — быстро опомнился Каминари. — Мне тебя — всё ещё нет, — отрезал Хитоши. — Я подумаю, как это провернуть, — задумался Золдик. Денки сглотнул. — И в целом, стоит ли это того. Твой характер, Каминари… Шинсо подумал, что да, решение подставить Денки было очень спонтанным. Всё же между ним, с его амбициями и жутким упрямством, и немного легкомысленным Каминари была огромная разница, Киллуа не нужен ученик, который не будет заниматься всерьёз. Но все они ещё не слишком хорошо знакомы. Фрикс-сенсей тоже выглядит легкомысленным, но он умеет брать на себя ответственность и выкладываться на полную. — А что с моим характером? — Каминари нахмурился. — Узнаем в понедельник. Придёшь после уроков — поговорим, — распорядился Золдик и свернул тему. Денки дулся очень недолго и быстро влился в процесс декора, значительно его оживив и ускорив. Он не тупил по полтора часа над схемами освещения из-за излишнего перфекционизма, быстро выявлял дисгармонию и помогал её исправить. — Как же нам повезло. Слушайте, я тогда могу вас двоих оставить, потому что мне желательно поторопиться к Сущему Мику, ладно? — Киллуа живо собрался. — У Гона есть все дальнейшие инструкции, если что. До понедельника! Двое подростков посмотрели вслед испарившемуся со скоростью молнии преподавателю. — Он просто нашёл себе удобный повод! — недовольно пробурчал Шинсо. — Разве? — Да конечно! Ты не видел, что он тут всё охотно сжёг бы? Он смотрел на эти несчастные лампочки и гирлянды, как на материал для растопки! — А, я не обратил внимания, — Каминари пожал плечами. — Идём, впереди ещё третий этаж. Вскоре Денки не выдержал и спросил: — Что ты имел в виду, когда говорил о похожих Причудах? — У Киллуа-сана не Причуда усиления, как все думают. Она тоже связана с электричеством, — ответил Шинсо. Теперь ему было немного стыдно, что он втравил в это всё абсолютно невинного человека, но с другой стороны, он не хочет оставаться единственным страдальцем в этом классе. Что Кацуки, что Изуку было очень весело на занятиях «ото-сана» и «то-чана», что Хитоши находил несправедливым, Шото тоже не особо мучился, оставался один Шинсо. Да, он сам в это полез, и что с того? Всё равно обидно! — Правда, что ли?! — Каминари подпрыгнул на месте, едва не упустив из рук проектор. — Да, но советую на всякий случай об этом не болтать. Если Киллуа-сан не показывал этого вам, возможно, у него есть причины. — Почему «Киллуа-сан»? — Он разрешил мне так его называть, — Шинсо пожал плечами, — потому что я всё время до Спортивного Фестиваля занимался у этой парочки индивидуально. На самом деле ему не очень нравится, когда его зовут по фамилии, так что при сближении с людьми переходит на имена довольно быстро. — А почему он отправляет тебя к своему старшему брату? — продолжил допрос Денки. — Ты что, четырёхлетний ребёнок, чтобы заваливать меня своими «почему»?! — возмутился Хитоши. — Слушай, в меня за первые десять минут здесь влетело столько информации, сколько я за неделю в академии не получал! — ответил Каминари в том же тоне. — У меня вопросов больше, чем у журналистов вчера! — Не напоминай этот ужас. Я до трёх ночи такое читал, что жалею, что вообще на свет родился. А теперь Киллуа-сан хочет меня своему старшему отдать на блюдечке, может, он ещё меня шоколадной посыпкой сверху шлифанёт, чтоб Иллуми было послаще?! — Чувак, — протянул Денки, открывая новую упаковку гирлянд и протягивая её однокласснику, — по-моему, ты перегибаешь. Типа, очевидно, Золдик-сенсей очень странный, но он бы не стал тебя поручать действительно опасному для тебя человеку. Мало ли, что написали про него или его брата! Это могут быть чистой воды выдумки! Шинсо вздохнул и потёр лоб. — Знал бы ты то, что я знаю я, ты бы так не говорил. Это как на тонкой ниточке балансировать — где-то они абсолютно безумные, а где-то самые рациональные люди, которых я только встречал в жизни. Я не знаю, чего ожидать от них, не знаю, чего ожидать от их родственников. Да, я читал чистой воды выдумки, потому что про них никто бы не нарыл правды, но проблема в том, что реальность может оказаться хуже. Повисшая после этого тишина была прервана негромким замечанием: — Тебе надо тревожность пролечить. — Что?! — изумился Хитоши. — Тревожность. У тебя уровень стресса зашкаливает. — Я посмотрю на тебя через неделю индивидуальной учёбы у Киллуа-сана, — мстительно бросил Шинсо и с силой вцепился в коробку, а потом дёрнул руками в стороны. С несчастным треском картон разорвался, и гирлянды внутри выпали на пол. Рыкнув от недовольства, Хитоши начал их собирать. Каминари опустился рядом на корточки, чтобы помочь: — Нет, я серьёзно. Ты много занимался, чтобы перейти в геройский класс, верно? — Очень много, — неохотно подтвердил Шинсо. — Тренировки, учёба… — Ну вот, — Денки кивнул. — Потом новый коллектив, другая учебная программа, стажировка — неудивительно, что ты уже не справляешься. Я далеко не Эйнштейн, но я понимаю, что тебе просто нужно отдохнуть. Сейчас ты просто надумываешь лишнего. Типа, меня тоже шокировали их методы и привычки, они пугают до жути, но я никаких особых ужасов без причины не представляю. Вот начнутся, тогда и стану бояться. А сейчас-то зачем? — Может, ты просто слишком расслабленный? — буркнул Хитоши. — Предпочитаю термин «стрессоустойчивый», — Каминари подмигнул ему и протянул собранные гирлянды. — Подержи, я пока для них место подберу. Шинсо, фыркнув, забрал предложенное. — Ты вообще умеешь отдыхать? Ладно, ни слова больше, сегодня мы тебя раскачаем, чтобы ты немного отвлёкся и перестал забивать голову всеми этими кошмарами. Проблемы надо решать по мере их поступления, — решительно заявил Денки. — А о планировании ты хоть что-то слышал?.. — Тебе оно сейчас во вред. Иногда надо позволить жизни идти своим чередом. Хитоши отвёл взгляд, но всё же невольно задумался над этими словами. Заметив это, Каминари улыбнулся.

***

— Итак, какой герой освободил Киллуа от «тирании лампочек», как он выразился? Фрикс умудрялся занимать пространство мгновенно, как только появлялся. Количество энергии, которая в нём бурлила, было запредельным. Денки тут же поднял руку, подпрыгивая: — Я, я! Это был я! Шинсо закатил глаза, но признал: — У нас с Киллуа-саном выходило не очень. Мы часа два возились с одним этажом. Каминари-кун помог. — Какие хорошие дети! — восхитился Гон. — Пошли, уже пора обедать, свожу вас поесть, прежде чем эксплуатировать дальше. — Вот это щедрость, — пробормотал Хитоши. — Разве работать за еду это не определение рабства? — тихо поинтересовался у него Денки. Он не учёл слух Фрикса, тот взорвался от смеха. — Да, верно, ты меня раскрыл. Идём! Через полчаса они сидели в уютной пиццерии неподалёку. Шинсо, всегда анализирующий окружение, присматривался к более мрачному, чем был утром, Тодороки (хотя заметить это было настоящим подвигом, его лицо практически не меняется), вполуха слушал оживлённую болтовню Гона и гадал, почему Каминари не соревнуется с предыдущим за первенство в количестве произносимых в минуту слов. С самого своего появления Денки казался немного, или даже далеко не немного, менее ярким и гиперактивным, нежели обычно. И это не должно сильно напрягать, никто не обязан постоянно быть в прекрасном расположении духа и на максимуме энергии, но всё равно казалось, что что-то не так. Что происходит? Это какая-то эпидемия тревожности и депрессии? А у Фрикса что, иммунитет? Если честно, это казалось несправедливым. Но потом Хитоши вспомнил все нюансы семейной драмы преподавателя и махнул рукой. Даже если это действительно эпидемия, у Гона реально должен был выработаться нехилый иммунитет. — Обычно Киллуа довольно ответственный, но все эти приготовления, ещё и с учётом случившегося вчера, ну, его нервы на исходе, — преподаватель развёл руками. — Он чуть не убил меня коробкой. Я уверен, если бы она в меня попала, меня можно было бы хоронить, — смешливо фыркнул Каминари. — Это была пустая картонная коробка. Кого она может убить? — скептично отозвался Шинсо. — На самом деле, нужно просто измельчить картон настолько, чтобы забить им дыхательные пути человека, и подождать, пока он задохнётся. Способ не особо оригинальный, думаю, у Киллуа найдётся парочка получше, — Гон моргнул, когда на него в упор уставились три пары глаз. — Ой. Извините. Я немного на своей волне… — На какой волне, волне маньяка? — ехидно спросил Хитоши. — Я думал про… неважно, — Фрикс мотнул головой. — Если начну объяснять, это затянется до вечера, а у нас дел по горло. — Вряд ли кто-то здесь реально хочет это знать, Гон-сан. — Ладно, — тот закатил глаза. — Вы такие скучные от голода, я уверен. Ешьте! Возможно, это было не так и далеко от правды, пицца и газировка и впрямь слегка улучшили ситуацию. Как знал Шинсо, сытость просто притупляет стресс, так что в целом учитель был прав. После возвращения Шото и Гон ушли раскладывать закуски и напитки, а Денки и Хитоши занимались последними штрихами, настраивая проекторы и режим свечения «умных ламп», чтобы они синхронизировались с музыкой. И Шинсо был бы рад проигнорировать заинтересованные взгляды, которые время от времени кидал на него одноклассник, но это его нервировало, так что он просто сорвался: — Ну что?! — А, ничего! — Каминари поднял руки вверх. — Ничего. — Ты хочешь что-то спросить. Давай, а то бесишь. — Ну… — Денки замялся. — Ты говорил, что занимался у Золдика-сенсея и Фрикса-сенсея до Спортивного фестиваля. Я подумал… Ты заметил, что между ними что-то есть, до того, как они об этом сказали? То есть, — он запнулся, — до того, как они сказали это нам, а мы передали остальным, но ты понял, да? Хитоши тяжело вздохнул, закатывая глаза. — Я проводил с ними больше десяти часов в неделю. Разумеется. — Просто никто из нас не догадывался! Не было ничего из ряда вон выходящего… Я опросил всех, до кого дотянулся — никто правда не подозревал. Шинсо хмыкнул. В этом не было ничего удивительного. Только почему это так интересует Каминари? — Они ведут себя немного по-разному, когда работают с целым классом и индивидуально. И это в порядке вещей. Когда надо следить за двадцатью учениками сразу, нет возможности тратить внимание на что-то другое. Но когда у них был один я, они могли сосредоточиться и на мне, и друг на друге. Ничего особенного, если честно, просто взгляды, прикосновения, интонации — это не неуместно настолько, что специально привлекает внимание. Но со временем я уловил закономерности и то, что именно все эти жесты в себе несут. Уже после первой недели я гадал, они просто встречаются или уже женаты, вот и всё. Потом узнал, что да, женаты. Я ответил на твой вопрос? Ты перестанешь на меня пялиться? — немного резко закончил Хитоши свою небольшую лекцию, нервничая от того, что Денки на него смотрел, не моргая. — Прости! — выпалил Каминари, смущаясь. — Я, я не ожидал, что ты правда так серьёзно ответишь, я просто… Ты, — он отвёл взгляд, — ты не посчитал это странным? Их брак. — А почему я должен был? — удивился Шинсо. — Ах, ну… Некоторые бы точно так решили, — неловко рассмеялся Денки. — Люди разные бывают… — «Некоторые»? Это кто? Гомофобы? Профсоюзы? Психиатры? Психиатры-гомофобы из профсоюзов? — ядовито спросил Хитоши. — А почему профсоюзы?.. — Как показательно, что насчёт психиатров нет сомнений. Вообще, эта супружеская пара по факту занимает одну должность, работая вместе, и профсоюзы могли бы доебаться с этической точки зрения. Так почему ты меня это спрашиваешь? — Нет-нет, прости. Всё в порядке, — Каминари повеселел. — Я действительно сглупил. Кстати, мы закончили. — Ага, идём выкупать свою свободу у рабовладельца, — Шинсо потянулся, разминая мышцы, и отправился на кухню. — Гон-сан, всё готово. — Вовремя, у нас тоже, нужно будет только забрать заказанные блюда. Идите все отдыхать, а то… — Раздался звонок в дверь. — Ах, ну вот. Кацуки и Изуку уже здесь. Фрикс побежал открывать, а Шото ощутимо напрягся. Хитоши покачал головой, глядя на это. — Пошли, чего стоишь? — позвал он застывшего Тодороки. Денки потянулся за этими двумя ко входу, откуда уже доносился шум. — …Что значит к Сущему Мику, зачем? — удивлённо спрашивал Изуку Гона, когда трое ребят подошли. — Мне кажется, просто чтобы вся страна точно убедилась, что нормальных людей в эту семью не завезли, — цинично прокомментировал Кацуки и глянул на остальных одноклассников. — Привет. — С днюхой! — тут же прокричал Каминари. — Ага. — Хорошо развлеклись? — поинтересовался Фрикс, взъерошив волосы Кацуки. Тот рыкнул, выныривая из-под руки Гона. — Более чем. Танку умудрился выиграть у меня в тире, но в Just Dance победил я… — Знаешь что, я назову это жульничеством, — Изуку сложил руки на груди. — Ты специально меня сбил с толку! — Это твоя проблема, что твою концентрацию так легко нарушить. Надо уметь принимать поражения, — фыркнул Кацуки. — А потом мы пошли в боулинг, но каким-то чудесным образом сыграли оба херово. — Отлично, я смотрю, настроение у вас прекрасное. Я надеюсь, вас можно оставить на час одних? — Гон игриво улыбнулся. — Нам не по пять, справимся как-нибудь, — заметил Хитоши. — Замечательно, не разнесите здесь всё ещё до начала мероприятия по кирпичику, в гостиной настолки ждут, если станет скучно. Я скоро! Когда в доме остались только пятеро подростков, они почувствовали небольшое облегчение. Всё же присутствие взрослого невольно нервировало. Тодороки заметил на себе взгляд Кацуки и посмотрел на него в ответ, приподняв бровь. — Слушай, Танку, — начал внезапно именинник, — ну-ка бери этот кусок меланхолии в форме человека под ручку и реши всё с ним, ладно? А то от его грустной рожи меня аж тошнит. — Я однажды от тебя откажусь, Каччан, — устало вздохнул Изуку. — Останешься без брата. — Бегом! — прикрикнул Кацуки. Изуку недовольно насупился, а потом пробормотал: — Да, да… Подойдя к Шото, он покраснел и потянул одноклассника за рукав. Тодороки молча последовал за Изуку на второй этаж. Трое «лишних» направились в гостиную. — Он немного напоминает щенка на поводке, — тихо прокомментировал Шинсо, усаживаясь на диван. — Да, от этого меня тоже тошнит, — Кацуки рухнул рядом с ним, — но я уже к этому привык и могу переносить достаточно долго. Эй, Пикачу, тебя тут учителя не запугали до смерти? — Эм, — Денки, садившийся напротив, немного удивился этому вопросу. Кажется, это какой-то особый вид заботы? — Да нет, всё в порядке. Я был на волоске, но обошлось. — Это как? — не понял Кацуки. — Декор — не самая сильная сторона Киллуа-сана, — кратко пояснил Хитоши. — К счастью, он знает, что вымещать раздражение надо на неживых предметах. — Теперь ясно. Предлагаю тех двоих не ждать вообще, тут Уно есть? — Я где-то видел… — Каминари осмотрелся. — О, нашёл! — он потянулся за картами, а потом начал их тасовать. — Кстати, Бакуго-кун, а что Изуку имел в виду под жульничеством? Кацуки ухмыльнулся: — Я сбил его с ритма всего одним комментарием о фетишах… Киллуа и Гона, — он в последний момент вспомнил, что прямо сейчас называть их родителями Изуку было бы некстати. — Каких фетишах? — удивился Денки. Хитоши страдальчески простонал: — Боже мой… А вот Бакуго продолжал, довольно лыбясь: — Дело вот в чём. Мы же у них стажировку проходили, вместе с Очкариком. Так вот! Киллуа…сан, — добавил он, спохватившись, — владеет электрической Причудой, он её использовал во время показательного боя с Гоном-саном. Во-первых, я задался вопросом, будет ли он использовать её в постели… — Чего?! — воскликнул Денки, перебивая его. — Слушай, чтобы никого не убить, контроль должен быть безумно точный! Ну, — он смутился, — не то чтобы я думал про свою Причуду в этом плане… Шинсо просто закатил глаза. Уже второй извращенец на его голову. — Да, но с этим, поверь, у него проблем нет, — Кацуки отмахнулся. — А во-вторых, Гон-сан вёл себя так, будто даже не чувствовал шарахающий его ток. Шинсо медленно повернул голову в его сторону: — Да он при нас с Изуку стоял и методично тыкал пальцем в электрическую ауру Киллуа-сана. А напряжение было в пол-миллиона вольт. Ещё сказал, что не мазохист. Знаешь, не верится. Он спросил тогда конкретное значение напряжения, думаю, чтобы просто сравнить с предыдущими ощущениями и прикинуть, какое они используют обычно… Блять, да зачем ты мне это напомнил?! — воскликнул он. — У меня теперь это из головы не выйдет! — Какая же у вас весёлая компания! — восхитился Денки. — И я такое пропускаю! Кстати, карты я уже сдал. Кто первый?