Глава 10. Потусторонняя сила
11 ноября 2025 г., 22:33
«Какого Моргота», Ферен не сомневался. Галдор вымелся из кабинета, пока Галион был занят Владыкой. Который свой. От Мирквуда до Лотлориэна, конечно, ближе, чем до Ривенделла, но и из Золотого Леса гости наведывались редко, а визиты эти спокойствия не добавляли. Точно — прошли относительно спокойные времена. Но это вы, как говорится, тому варгу расскажите — Ферен потёр ещё не заживший след от когтей.
***
— Какого Моргота?! Келеборн ловко перехватил занесённую десницу ревущего мумакилом друга, пока Ферен осторожно заходил с другой стороны. «Какого…», Владыка Золотого Леса тоже знал, не мог же он не присматривать за «квартетом Арды» во время их непростых переходов через Горы. Новость про назгулов вынудила Келеборна в тревоге затаить дыхание, так что он благополучно проморгал въезд в Мирквуд. И мог бы угодить в первую же ловушку лихолесских пограничников, если бы не Галдор — автор нетривиальных методов обороны от всё чаще прорывающих заслоны незваных гостей. Званых встретил Галион, и Келеборн сразу велел ему скорее вести к Владыке. Дела были такими, что Келеборн даже от предложения «отметить встречу кувшином доброго винца» отказался, сказав, что тут требуется трезвая голова. Зато хмурый аки туча Трандуиль встретил вместо объятий и пожелания здравствовать обещанием как-нибудь найти другое применение «ночной вазе» одной hiril. Келеборн «увлечение» супруги серьёзным не считал, в чём-то даже согласился с Тауром. Но что бы ни увидели в Зеркале внуки и их кузен, отреагировали они так, что Келеборн, не теряя времени, засобирался к Трандуилю. А ещё это мистическое участие Элладана в схватке лесных эльфов с орочьей разведкой из Дол-Гулдур. Впервые внук вмешался едва ли не в самом начале, а значит, против отряда лихолесцев были брошены значительные силы. Значит, период вялотекущей подготовки подошёл к концу, и Тьма может себе позволить такие дерзкие эскапады. Как ни грустно было признать, но призрачные кольценосцы идеально в сию прискорбную картину вписывались. — Они уже под надёжной защитой, ты и сам это знаешь. Келеборн пока брал холодным спокойствием, фактами и переданной осанвэ картиной сражения с участием ещё одного лихолесского блондина. — Если бы с ними что-то случилось, даже если бы они не успели подать сигнал или не стали бы делать этого, чтобы не волновать, как они посчитали, по пустякам, я бы увидел. Мой оберег меняет цвет и свет, когда кто-то из носителей других его «собратьев» попадает в беду. А Лаэголаса я видел и без него, видел, как ты тоже «присматривал» за ним — да иначе и не ревел бы сейчас, как мумакил. Всё в порядке. — Но назгулы? — мрачно вздохнул Трандуиль. — В ногах правды нет, — буркнул Келеборн, надеясь, что Трандуиль как воспитанный хозяин предложит присесть; тот, слава Эру, указал на кресло и сам перестал возвышаться, как Хирилорн. — Да, это серьёзная проблема, — согласился Келеборн, — но я здесь не только поэтому. Призраки, так сказать, довесок, неприятное дополнение. Я принял решение приехать после того, как Элладан вмешался в бой твоих воинов. Лучших из лучших, замечу, и внук вмешался в самом начале. А если бы это был обычный отряд, или Элладана не оказалось бы в Лориэне? — Меня бы с распростёртыми объятиями встретили в Чертогах, — подал голос Ферен. Владыки не сразу отвели от него хмурые взгляды, догадываясь, что тогда услышали бы не от самого нолдорана, а от других, вздохнули, и Совет продолжился. — Что бы дети ни увидели в Зеркале, это напрягло даже Галадриэль, — мрачно буркнул Трандуиль. Келеборн, устроив руки локтями на подлокотниках, сложил пальцы «домиком» и задумчиво снова и снова скрещивал указательные, так что у Трандуиля непроизвольно начал синхронно подёргиваться глаз. — Если ты внимательно подсматривал, не напрягло, а скорее, озадачило, — блеснув задумчивой улыбкой, заметил Келеборн. — У Зеркала было слишком многоэльфно, — отзеркалил Трандуиль. — Элладана увиденное озадачило, а вот Элрохира — действительно напугало. Ты ругаешь Зеркало, — покачал головой Келеборн, перестав скрещивать пальцы, и подался навстречу хозяину Леса, — но всё, что происходит, взаимосвязано и является частью Замысла и ступеньками в будущее. Каждое действие — кирпичик будущей победы, если их не растерять и правильно сложить. Каждое слово — звено в цепочке правильных решений. Каждая встреча создаёт союзы, что только вместе сыграют роль в решающий момент. — Я много передумал за эти тысячелетия, — задумчиво вздохнул Трандуиль. — Если бы не случилось хотя бы одно из событий, всё сложилось бы иначе. Никто не знает — лучше или хуже, но мы получаем то, что заслужили. — И согласись, что наши дети и дети наших детей — отличные воины. — Келеборн улыбнулся, посмотрев на Ферена. — Свежие силы Света, которые Эру пошлёт в решающий бой. Мы многое не понимаем в его задумке, слишком она велика, а мы — ничтожны. И самое малое, что можно сделать — мы должны не роптать, а внимать всему, что происходит, анализировать и делать выводы. Всё это — знаки нам, и от того, как мы их расшифруем, зависит успех. — Значит, ты приехал именно из-за того, что Зеркало показало детям? Но не успел Владыка Лориэна открыть рот, как Ферен встрепенулся «Отец!» так, что Трандуиль вскочил. Келеборн тоже кинулся к сыну нолдорана, уже чувствуя, как уходит из-под ног искусно вытканный ковёр, а он падает в чёрную бездну, у которой нет лица. Келеборн поймал взгляд Ферена. Судя по тому, как тот хватал ртом воздух, Маэдрос тонул. — Дыши. Просто дыши. Дыши вместо него! — властно приказал Келеборн принцу и повернулся к Трандуилю. Всё же Ферен не обладал силой любого из них, но и одному, Келеборн это чувствовал, ему не справиться. Трандуиль кивнул. Пока Ферен стучал зубами, стоически стараясь помочь отцу через родственное осанвэ, Келеборн усадил Трандуиля на диван и обхватил его виски ладонями, объединяя силы. Нолдорану нужна была их общая помощь, потому что Ферен не сможет долго держать отца. И вскоре Ферен рухнул в кресло, после чего Галдор и метнулся к двери позвать за лекарем. Однако же в следующий миг Келеборн отчётливо ощутил, как через его руки потекла, объединяясь с его силой, сила Трандуиля. Дыхание Таура становилось спокойнее, глубже, Келеборн подстраивался под него, усиливая, и это было спасением для нолдорана, в какой бы водоворот он ни попал. Сын не допустил ухода отца в Чертоги сразу, Келеборн и Трандуиль должны поддержать нолдорана, пока не «вынесут» его на сушу. Маэдрос был явно без сознания, иначе бы как-то реагировал «в ответ». Когда всё закончилось, обессиленный Трандуиль и тяжело дышащий Келеборн подняли глаза на совершенно ошарашенного Ферена, поражённого тем, что удалось сделать двум синдар.***
— Меня подхватил Ферен, а потом я ничего не помню, пока не оказался на поверхности и не вдохнул воздуха. — Без сознания ты бы не смог сам выбраться, как и держать авад. Келеборн с Трандуилем удачно оказались рядом и усилили друг друга, только так сумев вытолкнуть тебя из воды. Макалаурэ поправил подушку под головой Нельо и вздохнул, чувствуя, как всё ещё трепещет за грудиной страх осознания, как в этот раз Нельо был близок к Чертогам. Поддержать на расстоянии не через осанвэ, а физически — значит, выпустить огромную силу, и если бы не двое синдар… — Признаться, тогда у меня было недостаточно сил, чтобы пытаться понять это. Я лишь чувствовал, что эта сила огромная и мощная. Когда я пришёл в себя, она за короткие два вздоха, которых мне хватило бы, чтобы захлебнуться, вытолкала меня на поверхность. А потом меня держали, пока я плыл между камней, высматривая место, чтобы выбраться на берег. — Ada! — в палату влетела Белегестель и, задрожав, упала на грудь отца, обхватывая его за плечи. — Я в порядке. — Нельо успокаивающе погладил дочь по голове. — С Лаира я упал без сознания, но холодная вода привела меня в чувство. Руку свело, правая нога не ощущалась, но боль выпустила зов, который, должно быть, ощутил Ферен. Когда я увидел место, где Горы подходили совсем близко к берегу, я вспомнил, что там много пещер и гротов. Мне удалось выбраться на берег и доползти до гор. В гроте я смог кинжалом разрезать сапог и очистить рану, а дальше ничего не помню. — Как бы то ни было, всё позади, — Эльронд присел рядом с отцом. — Я настаиваю на том, чтобы дядя побыл здесь несколько дней и прошу его не напрягаться. Я знаю, что он не сможет удержаться, но прошу не злоупотреблять. — Обещаю, — кивнул Нельо. Его вздох был всего на полтона тише, но Макалаурэ уловил усталость. Он тут же решительно настоял прекратить расспросы. Главное они уже знали, а самым главным было то, что Нельо жив. И как только hroa полностью очистится от яда и окрепнет, они обсудят набег назгулов. — Пусть дети пока не покидают Ривенделл, — попросил Нельо, прежде чем начало действовать сонное снадобье, которым Эльронд напоил его. — В этом я с Нельо полностью согласен, — чуть отведя сына в сторону, шёпотом согласился Макалаурэ. — Пока мы не выясним, что именно слуги Врага делали так близко от Обители, опасно выходить даже в сопровождении отряда. Орки побоялись приближаться к нам, но если бы назгул нашли Нельо раньше нас, их бы стрелы и мечи не остановили. — Увы, воины не смогут противостоять призракам, — согласился Эльронд. Макалаурэ вернулся к Белегестель. — Оставайся с отцом. Я передам Туилиндэ, что Нельо пришёл в себя и найду Лаурефиндэ. Хочу обсудить с ним произошедшее, — хмурясь, рассуждал Макалаурэ. Белегестель кивнула, а Эльронд проводил atto взглядом, пока тот не скрылся за дверью, и вернулся к спящему дяде.***
Но выпустил Эльронд дядю из Палат исцеления лишь через четыре смены светил и аккурат в руки Финдарато. Финдэ шёл по галерее в чистой, но не до конца застёгнутой тунике и объяснил, что успел лишь омыться и переодеться с дороги, как ему сообщили, что нолдоран категорически отказывается далее лежать в кровати. Финдарато тоже «осмотрел» Нельо и предложил ему либо общество кровати ещё на пару смен светил, либо своё — тем более, он соскучился и устал отбиваться от Финдэкано, постоянно беспокоящегося осанвэ. Сам Финьо не мог приехать из-за возросшей напряжённости в Итилиэне, что Нельо тут же связал с событиями в Лихолесье, а точнее, в Дол-Гулдур. Финдарато же передал братьям следить за ситуацией в Арноре особенно внимательно, а сам сорвался в Ривенделл. Заодно привёз новости из Эрегиона, часть которого проехал в компании Тьелпэ. Нельо выбрал общество кузена, и вечером того же дня в саду собрались семья и близкие друзья. Обрадованный Макалаурэ усадил Финдарато между собой и Нельо. Лаурефиндэ поначалу успешно отбивался от наступления сил Лихолесья, но при поддержке дорвинионским с двух ривендельских флангов сошлись на мировой — никто не мешает обсуждению насущных вопросов, пока «молодежь» сооружает полосу препятствий, на которой «почтенные старички» согласились принять вызов. Спустя час Нельо, которого назначили судьей, пригрозив в противном случае наградой за участие ещё одну неделю целительских палат, в компании племянников и прекрасных эллет предвкушал захватывающее зрелище. Причём осталась даже Арвен, предпочитавшая подобным развлечениям свитки с лэ. Но вот что она не пропустила бы, так это редкие минуты общения с Лаэголасом, в силу их примерно одинакового возраста ставшего ей близким другом с самого детства. Против Элладана, Элрохира, Араторна и Лаэголаса вышли Лаурефиндэ, Финдарато, Макалаурэ и воин из тех эдайн, которых спасли в горах. Эдайн уверенно прошли проверку Лаурефиндэ и попросились остаться в Ривенделле. Общая эстафета не выявила явного победителя. Все споро и без заминок преодолели полосу препятствий; попадали в центр всех мишеней из любого положения и любым оружием; замаскировали ловушки для других и обнаружили те, что приготовили для них. Под восхищённый гул зрителей перешли к стрельбе по дальним мишеням. Здесь вне конкуренции был Лаэголас, в который раз подтвердив свой уникальный талант. Каждая новая выпущенная им стрела попадала чётко в оперение предыдущей, так что под конец на мишени красовалось что-то вроде павлиньего хвоста. Макалаурэ тепло пошутил, что соперничать с лесным дарованием мог бы только Белег, и для чистоты соревнования в следующий раз попросил Лаэголаса отпросить пограничника у Морифинвэ. Остальные тоже стреляли великолепно, за пределы промежутка между «десяткой» и «девяткой» не вышли. Вторым неожиданно был единогласно признан результат адана, украсившего своими стрелами мишень вокруг центра. Третье соревнование проводилось в роще на деревьях, где, казалось, снова не будет равных Лаэголасу. — И где он? — Макалаурэ обернулся к внукам. — Найти Лиса в деревьях — проще иголку в Арде, — хмыкнул Элрохир. Все, кроме принца Лихолесья, стояли на поляне, ранее обнаруженные друг другом или обнаружившие себя. Первым так шумно дышал адан, что его заметили даже сородичи — слишком бурно шевелилась листва. Но адан не просто так был отобран Лаурефиндэ кандидатом в войско Имладриса. Пусть он не умел бесшумно прятаться в кронах деревьев, но у него был чуткий слух. В своей деревне юноша был охотником и мог по заломам травы и звуку шагов безошибочно определить животное. Эльдар он по звуку шагов не различал, но сами их шаги услышал. Так из соревнования выбыли Араторн и Элладан — неожиданно раньше «старой» гвардии. Своё обнаружение «молодежь» восприняли философски. В конце концов, не в победе дело, а в том, чтобы весело провести время с друзьями — кто знает, когда теперь получится вновь. Макалаурэ вздохнул и повернулся к Финдарато. В этом соревновании они не участвовали, так как ни при каких обстоятельствах нельзя было оставлять нолдорана без охраны сознания. Да, был Эльронд, но в свете последних событий, как в общем, так и конкретно с Нельо, Макалаурэ решил не оставлять всё на сына. Вон Трандуиль с Келеборном тоже сильные магией, а только вдвоём смогли помочь Нельо. По этой причине Макалаурэ в прятки не играл, а Финдарато — уже для подстраховки кузена. «Сделай, как на тысячелетии Араторна», — донесло осанвэ. Элрохир неверяще обернулся, но дядя улыбался. Atto нахмурился, а Элладан закатил глаза. Элрохир хмыкнул и «потерял сознание». Вообще-то на Дне Зачатия Араторна они с именинником от скуки стали смешивать вина, создавая новый «букет». Упились так, что отключились прямо на столе, а наутро болела голова. Больше на такие «подвиги» не тянуло, а случившееся после вспоминал с улыбкой даже Лаэголас, хотя в момент обнаружения бесчувственных друзей головами в красных лужах он едва зов Мандоса не услышал. Сейчас вина под рукой, чтобы изобразить кровь, не было, да и не стал бы Элрохир так жестоко шутить с другом, а вот перегреться на солнышке мог. Или не мог, но Лаэголас должен впечатлиться. Неожиданно ничего не произошло ни сразу, ни через какое-то время. Элрохир сквозь ресницы пересчитывал листики на самых высоких ветках, тренируя зоркость, пока Элладан и Араторн брызгали на него водичкой. Судя по смеху осанвэ, за столом его шутку оценили, но странно было, что Лаэголас даже на миг не дрогнул авадом, что было бы достаточно, чтобы обнаружить его. В кронах деревьев было тихо. И вдруг старый дуб стал чернеть. Смех за столами оборвался, нолдоран вскочил с места вместе с племянниками, и все трое бросились на поляну. Эльронд опустил глаза и заметил, что Вилья налилась тревожной синевой. Первым рядом с дубом оказался Нельо. Он решительно игнорировал Макалаурэ, вскочил на самую низкую ветку и скрылся в густой листве. Макалаурэ, однако, твёрдо остановил собравшегося лезть следом Лаурефиндэ, а подбежавший Элрос притянул в объятие сына. Все встревоженно замерли. — Таких атак прежде не было, — встревоженно нахмурился Элладан, смотря на отца. Остановившийся за его спиной Эльронд промолчал, не сводя глаз с кольца. Если атаковало неизвестное, было опасно сразу показывать возможности хранителей Вильи. Эльронд был сильнее, но мощь Элладана была более гибкой — как в сравнении с тем же деревом толстая старая ветка, защищая свитое на ней гнездо, бьёт больно и может убить с первого удара, зато молодая способна окутать листвой и тем спрятать от опасности. Темнота стала отступать также неожиданно, как и накрыла дерево. Почти тут же листья его шумно зашелестели, и на землю спрыгнул нолдоран, а следом за ним Лаэголас. — Я в полном порядке, — сразу успокоил он. — Он в порядке, — уверенно подтвердил Эльронд, наблюдая, как Вилья возвращает привычный цвет. — Кто бы ни прощупывал слабину в Лаэголасе, ему оказали достойное сопротивление. — Поэтому я не обнаруживал себя, — подтвердил Лаэголас, — когда почувствовал неприятное давление, будто сдавливает со всех сторон. Что бы ни проверяла эта дрянь, это было чем-то новым. — Сегодня была осторожная проба, — Эльронд мрачно покачал головой, — но мы должны быть готовы к тому, что это будет повторяться с каждым разом всё сильнее и чаще. Я усилю защиту Долины. — Я помогу, — добавил Финдарато, — и пока останусь у вас. Ангарато и Амбарато справятся, Тингол с Диором не так далеко, а всё самое важное и серьёзное сейчас происходит здесь. Нельо поблагодарил кузена, и Лаэголаса увели к целителям, пообещав уже на втором слове возражения спеленать. Но Макалаурэ всё же дождался, когда целители отпустят гостя из Лихолесья, подтвердив, что никаких последствий атаки не осталось, и лишь порекомендовали целебный сон.
