Время сновидений

Вместо обещанной пары дней, Сатору не было уже почти неделю. Сёко считала, что с ним ничего не может случиться, и, в целом, Гето был с ней согласен: что ни говори, Сатору и правда был сильнейшим, даже с не доведенными пока до совершенства техниками. Но все равно продолжал беспокоиться. Да и просто скучал по нему, как совершенно безнадежно влюбленный дурак. О том, как он будет обходиться без ставшего таким привычным постоянного присутствия Сатору целые каникулы, он старался даже не думать. Почему на это задание не отправили и его, Гето понял, едва Сатору упомянул о том, что проклятие способно насылать слишком убедительные иллюзии: Магический совет не хотел давать ему в руки настолько серьезное оружие. Возможно, в том числе потому, что он отказался вернуть артефакты из червеобразного проклятия. Заметив, что он мается от скуки, а может, в качестве извинения, Яга и его отправил на несложное одиночное задание, потом — на второе. Собранные проклятия были неплохи, но точно не дотягивали до тех, что были уничтожены Убийцей магов, и тем более — до того, разбираться с которым отправили Сатору. За день до каникул Гето позвонил маме и сказал, что задержится в колледже подольше, приедет только к праздникам. Судя по голосу, мама была даже рада, что у него появились новые интересы — достаточно было скормить ей новую ложь про Сёко. Даже в чем-то не совсем ложь: Сёко тоже не торопилась домой, так что в отсутствие Сатору они успели пересмотреть все скопившиеся за этот год диски с фильмами и даже выбраться в бар с первогодками, потому что Сёко хотела отметить начало каникул и ей было плевать, что они несовершеннолетние. Вернулся Сатору так же неожиданно, как отправился на то задание: как всегда, без стука вошел в комнату Гето, плюхнулся на пол рядом с ним, закрывая лохматой головой вид на экран для Сёко, с которой они пересматривали вторых «Пиратов». После того, как они смотрели этот фильм на псевдосвидании с Сатору, Гето испытывал к нему особенно теплые чувства. — Долго ты, — сказал Гето, когда им наконец удалось разместиться так, чтобы всем было удобно. Присутствие Сёко удерживало от бурного проявления чувств даже Сатору, который ограничился тем, что поймал его ладонь и теперь ласково поглаживал костяшки кончиками пальцев. А второй рукой сразу полез в пакет с чипсами. — Угу. Пришлось задержаться. — Все-таки он вел себя слишком сдержанно, это было подозрительно. Но Гето собирался расспросить его потом, когда они останутся одни. — И сувениры не привез. — Съел, как в прошлый раз, — прокомментировала с кровати Сёко. Про ту историю она, конечно, тоже знала. — Не, в этот раз не до того было. Досматривал фильм Гето уже совсем невнимательно: легких касаний пальцев уже не хватало, хотелось прижаться к Сатору всем телом, окончательно убедиться, что он и в самом деле здесь. Сёко, наверное, тоже чувствовала это, уже на титрах поднялась с кровати и направилась к выходу из комнаты. — Там еще сцена после титров, — попытался удержать ее Гето — только из вежливости, все в комнате это понимали. — Ничего, потом расскажешь. Сатору обнял его и полез целоваться, едва за ней закрылась дверь, и Гето понял, как ему не хватало его прикосновений и этой жадной близости. Телефон звякнул пришедшим сообщением, когда Сатору уже успел забраться руками к нему под футболку и гладил пресс, постепенно сдвигая пояс штанов все ниже, и он тут же прервался, пусть неохотно, но сразу. — Ща, подожди. — Гето не помнил, чтобы он когда-либо спешил проверять сообщения и не мог представить, кто ему мог писать в такое время. Сатору ответил быстро и тут же повернулся к нему, подсунул телефон почти к самому носу: — Смотри. Гето отшатнулся от неожиданности: на заставке была его фотография. Гето на экране сидел на низком заборе возле автомата с напитками, расслабленно вытянув ноги и запрокинув голову, задумчиво разглядывал что-то в небе. Сложно было сказать, когда Сатору успел сделать снимок: видимо, незаметно подошел, пока Гето ждал его. Он покосился на Сатору, который внимательно смотрел на него и улыбался. — Что это? — Просто новые обои. Хочу, знаешь ли, видеть любимого человека каждый раз, как включаю телефон. — Да ну? Раньше у тебя там каждую неделю новая модель появлялась, их тоже что ли всех любишь? — Ну, может, я очень любвеобильный, — заявил Сатору и сам заржал. Звучало и правда смешно: никто бы в здравом уме не называл его любвеобильным. Ветреным — возможно. Раздражающе самоуверенным. В любом случае, от этого было не легче. — Теперь не будешь ревновать? — Что? — Ну, ты каждый раз так пялился на них — а потом выглядел грустным. — Врешь! Что-что, а грустным Гето наверняка тогда не выглядел, точно не из-за девушек на экране телефона — то, что для Сатору это ничего не значило, он и сам прекрасно понимал, было бы к чему ревновать. — Не важно. В общем, теперь там всегда будешь ты. У меня знаешь сколько твоих фоток? Даже голые из душа есть! — Что? А ну быстро все удалил. — Гето потянулся за телефоном, но Сатору успел отдернуть руку с ним раньше и сразу попытался отползти. А когда Гето поймал его и опрокинул на пол, толкнул телефон по полу в дальний угол и обхватил его руками и ногами, не давая вырваться. — Ну уж нет. А на что мне дрочить, когда меня снова отправят в какую-нибудь глушь на несколько дней? — На моделей своих! Телефон с фотографиями его больше не интересовал, и пытался вырваться Гето уже скорее по инерции, потому что так было удобнее прижиматься ближе, нетерпеливо тереться о Сатору через одежду. — Не хочу! У меня на них не встает. — Знаешь, Сатору, когда уже в таком молодом возрасте не встает — это проблема. — Да ну тебя! Все у меня отлично, сам почти каждую ночь проверяешь. — Не каждую, уже неделю ничего не видел. — Так проверь сейчас. У него и правда стоял, Гето чувствовал, как твердо упирался в него член, как от возни давно уже возбудился и он сам — несмотря на обиду за глупую шутку. Сатору, скорее всего, и сам не понимал, как играл с его чувствами. А Гето все больше убеждался, что он будет любить и хотеть его всегда, несмотря ни на что. Сатору провел руками по его спине, просунул их между ними и полез в штаны к Гето, и тот чуть приподнялся, чтобы ему было удобнее. Так и опирался на локти, нависая над ним, пока Сатору высвобождал их члены, дрочил обоим, прижимая их друг к другу. Это немного напоминало первый раз, но тогда почти все делал сам Гето, а теперь чужие сильные пальцы скользили и ласкали ловко и хорошо. Гето наклонился ниже, и Сатору ответил на поцелуй, удивительным образом успевая делать все одновременно. Он словно был повсюду, Гето вдыхал его запах, чувствовал вкус губ, едва сдерживался, чтобы не начать говорить о том, как скучал, как любит его, как хочет быть с ним всю жизнь вместе — боялся спугнуть. Явно не те разговоры, которые стоило вести в такой ситуации, тем более с Сатору. — Я соскучился, — сказал Гето, когда все закончилось, и они просто расслабленно валялись на полу, собираясь с силами, чтобы встать и пойти в душ. Годжо перекатился на бок, снова прижался разгоряченным телом. Очки он успел где-то оставить и теперь разглядывал лицо Гето так внимательно, что стало неловко. — Ты чего? — Ничего. — Годжо опустил голову, защекотал мягкими прядями подбородок. — Я тоже очень соскучился.