Идиоты

      С оглушительным хлопком в комнате появилось нечто, в чем Айрис только лишь благодаря рассказам Лиры смогла опознать домового эльфа. Прежде она никогда не видела этих существ.       — Ты кто? — спросила Айрис.       — Добби! — с энтузиазмом ответил он. — Для Добби честь встретить мисс Айрис Поттер! Добби много о вас слышал!       — Правда? — тепло улыбнулась Айрис.       — Да, — подтвердил Добби. — Хозяйка Лира попросила Добби передать вам это письмо.       Он протянул конверт, и Айрис взяла его.       — Она сказала что-нибудь еще?       — Немного, — ответил Добби. — Хозяйка Лира сказала, что Добби может немного отдохнуть после доставки письма. Она всегда добра к Добби, не то что…       Эльф внезапно замолк и принялся тягать себя за уши. Айрис тут же остановила его.       — Добби, не нужно говорить об этом, ладно? — ласково сказала она, вспомнив о том, как Лира рассказывала ей о склонности домовиков к самобичеванию.       — Спасибо, мисс Айрис. Хозяйка Лира также поручила Добби дождаться вашего ответа.       — Тогда я приступлю к чтению письма, — согласно кивнула Айрис.       Письмо по содержанию в целом не отличалось от того, что они писали друг другу на протяжении лета, но все же в нем была одна новая и важная деталь. Отец Лиры, по всей видимости, затеял что-то недоброе, хотя сама Лира не знала, что именно. Она сообщила лишь то, что это должно произойти в Хогвартсе, а все остальное им предстоит выяснить вместе. Айрис быстро написала ответ, заверив подругу, что будет настороже, и передала письмо Добби, после чего тот исчез с очередным хлопком.       

***

      Как только Айрис зашла в купе и сняла мантию-невидимку, Лира тут же вскочила и заключила ее в крепкие объятия. Опасаясь, что кто-то из прохода может их увидеть, Айрис накрыла себя и Лиру мантией.       — Я так по тебе соскучилась, — с чувством сказала Лира.       — Я тоже. Что ж, стало быть, твой отец что-то замышляет?       — Да, — ответила Лира. — Но он держит язык за зубами на этот счет, хотя обычно бахвалится своими планами, по крайней мере передо мной.       — Наверное, боится, что ты проболтаешься, — подколола ее Айрис. — Ты ведешь себя слишком по-гриффиндорски в своем амплуа «стервы».       — Как ты можешь такое говорить, еретичка! Я не гриффиндорка, — хлопнула Лира ее по плечу.       — Я очень соскучилась по тебе, — усмехнулась Айрис.       

***

      — Ты... слышала голос? — спросила Лира.       — Да, голос из стен, — ответила Айрис. — Он хотел убить, разорвать и... Не знаю, но, в общем, звучал он чрезвычайно зловеще. Рон и Гермиона его не слышали.       — Ты думаешь, что это может быть как-то связано с планами моего отца?       — Да, — сказала Айрис. — У тебя есть предположения, что это за голос такой?       — Нет, — ответила Лира. — Ну... вообще есть такая штука, как парселтанг, но ты ведь точно не змееуст.       — Что это? — спросила Айрис.       — Способность говорить со змеями.       Айрис притихла.       — Айрис?       — Я как-то раз говорила со змеей. В зоопарке.       — Ты змееуст! — ахнула Лира. — Ты, должно быть, первый змееуст со времен… Волдеморта!       — Полагаю, змееязычие считается Темным искусством?       — В яблочко.       — Я так и думала. Какие же волшебники идиоты.       — Вернемся к делу, — сказала Лира, — Стало быть то, что ты слышала, это змея.       — Есть догадки, как твой отец связан с этим?       — Пока нет, — покачала головой Лира. — Но, думаю, скоро узнаем.       

***

      Когда на Хэллоуин Айрис вновь услышала этот голос, Рон и Гермиона предложили ей последовать за ним, но Айрис отказалась, не желая встречаться со змеей, недвусмысленно угрожавшей убийством. Буквально через пару минут Айрис убедилась в благоразумности своего решения, когда они натолкнулись на окаменевшую миссис Норрис. Лира же разыграла целую сцену, на весь коридор прокричав «Трепещите, враги наследника!» и «Следующими будете вы, грязнокровки!». Надрывная театральщина в исполнении Лиры заставила Рона и Гермиону окончательно поверить в то, что именно она причастна ко всему происходящему. Их убежденность в этом не поколебал даже тот факт, что Лира – девочка, и, следовательно, теоретически была бы наследницей Слизерина, а не наследником.       Айрис и Лира меньше чем за двадцать четыре часа определили, что чудовище Слизерина – это василиск. Все, что им пришлось для этого сделать – изучить магических змей и выяснить, кто из них обладает способностью оцепенять жертв. Однако найти вход в Тайную комнату оказалось гораздо более сложной задачей. Они все еще бились над ней, когда Рон и Гермиона предложили сварить Оборотное зелье и проникнуть в гостиную Слизерина, чтобы попытаться выведать, кто стоит за нападениями. Айрис безуспешно пыталась их отговорить.       Лира долго смеялась, когда Айрис поведала ей о затее друзей.       — Жду не дождусь! — с чувством сказала Малфой.       В день операции Айрис воспользовалась волосом Паркинсон, Рон – Нотта, а Гермиона – Буллстроуд. Изначально был расчет на то, что Рон раздобудет волос Крэбба или Гойла, но те всегда ходили вместе, и ни Айрис, ни Гермиона не хотели превращаться в мальчиков. Слизеринцы, чьи личины они приняли, в настоящий момент мирно дремали в чулане для метел. Айрис чуть не засмеялась, когда Гермиона начала возражать против этого – и это несмотря на то, с каким энтузиазмом та придумала и осуществила план с Оборотным зельем.       Айрис привела друзей к гостиной Слизерина, аргументировав свою осведомленность о ее расположении тем, что заранее разведала местность, скрываясь под мантией-невидимкой. То, что она «случайно» узнала пароль, также не вызвало никаких подозрений у гриффиндорцев.       Когда они вошли в слизеринскую гостиную, Айрис тут же – как и было задумано – очутилась в крепких объятиях Лиры.       — Пэнси! Где ты пропадала?       — Я поздно проснулась, — ответила Айрис. — Поэтому задержалась на завтраке.       — А, вот как, — сказала Лира, бросив взгляд на Рона и Гермиону, которые выглядели чрезвычайно напуганными перспективой того, что Лира обнимет и их. — Привет, Милли, Тео.       Лира взяла Айрис за руку и отвела к дивану. Удобно устроившись, они сразу же погрузились в разговор о всяких девичьих штуках, оставив Рона и Гермиону стоять в неловком молчании. Прошло несколько минут, прежде чем те собрались с духом и присоединились к ним, но к тому времени девушки уже живо обсуждали особенности нанесения макияжа.       — Так, Ма… Лира, — наконец вмешалась Гермиона. — Что ты думаешь по поводу всей этой ситуации с Тайной комнатой?       Айрис едва не рассмеялась от прямолинейности гриффиндорской подруги. Лира же, несколько лучше владевшая собой, сохранила бесстрастное выражение лица и просто пожала плечами.       — Почему меня это должно волновать? — спросила она. — Ведь едва ли я стану целью Наследника, не так ли? Да и, в общем-то, никто из нас не должен ей стать. Скажи-ка, Милли, как ты относишься к бюстгальтерам с эффектом пуш-ап? Стоит ли мне приобрести такой?       При этих словах Гермиона покраснела до корней волос, а лицо Рона приняло такое выражение, будто он хотел немедленно провалиться сквозь землю. Впрочем, ровно так он себя и чувствовал с того момента, как их компания вошла в гостиную.       Айрис и Лира же просто продолжили разговаривать как ни в чем не бывало, обсуждая самые разнообразные темы, наслаждаясь редкой возможностью общаться в открытую. Конечно, они избегали тем, которые могли бы выдать Айрис, ведь даже Рон и Гермиона сочли бы подозрительным, если Лира проигнорировала бы что-то столь очевидное.       — Нам пора идти, — внезапно сказал Рон, заговорив впервые за все то время, что они были здесь.       Как раз в этот момент Айрис почувствовала зуд под кожей, явно свидетельствующий о том, что действие Оборотного зелья подошло к концу. Забив на конспирацию, они рванулись к выходу из гостиной. Их облики начали меняться еще до того, как вышли через дверь.       — Я не могу в это поверить! — воскликнула Гермиона. — Айрис, ты в порядке? Она говорила с тобой целый час! Это было ужасно.       Айрис кивнула, изо всех сил стараясь не выдать себя.       — Мне… мне нужно немного побыть одной, — сказала она. — Вам лучше уйти отсюда, если Малфой выйдет из гостиной и решит пойти за вами.       Она надела мантию-невидимку, а Рон с Гермионой поспешно скрылись из виду. Через несколько секунд из гостиной вышла Лира. Айрис набросила мантию на подругу, и они едва успели добежать до заброшенной классной комнаты, где обе разразились безудержным смехом. Лишь спустя несколько минут спустя они смогли снова заговорить.       — Это. Было. Потрясающе! — восторженно сказала Лира. — Ты видела их лица, когда я тебя обняла...       — Да! — согласилась Айрис. — А Гермиона, когда ты спросила меня про бюстгальтеры… Я никогда не видела ее настолько смущенной!       Они снова обнялись и продолжили смеяться.       — Это было лучшее, что когда-либо случалось, — сказала Лира, вытирая слезы.       — О, жаль ты не слышала, что сказала Гермиона после того, как мы вышли из гостиной. — сказала Айрис. — Они думают, что я тебя ненавижу, и что мне пришлось целый час притворяться дружелюбной с тобой.       Лира вновь захихикала, и Айрис присоединилась к ней.       Пережить заново этот незабываемый опыт было почти так же весело, как и в первый раз, только нынешняя ситуация обладала неоспоримым преимуществом – теперь можно было смеяться до колик в животе.       — Надеюсь, они хотя бы поверили, что ты не Наследник, — сказала Айрис.       — Будем на это надеяться, — ответила Лира. — Держи меня в курсе, как у тебя дела с поисками Тайной Комнаты.       — Обязательно, — сказала Айрис и, закутавшись в мантию-невидимку, покинула комнату.       

***

      — Что я говорила насчет того, чтобы ты не рисковала? — прошипела Лира.       — Э-э, прости? — осторожно ответила Айрис.       Лира отвесила ей легкий подзатыльник.       — Василиск страшнее Темного Лорда, Айрис, — нравоучительным тоном пояснила Лира.       — Поэтому весьма кстати, что у меня теперь на год больше опыта, — невозмутимо ответила Айрис.       Лира резко выдохнула и закрыла лицо ладонью.       — Да ладно тебе, я в порядке, — сказала Айрис. — И прости за то, что так внезапно исчезла.       — Ты «в порядке»? — воскликнула Лира, вскинув руки. — Тебя укусил чертов василиск! Ты не просто в порядке, тебя, должно быть, сам Мерлин поцеловал в задницу, раз ты до сих пор жива. Ты должна была помереть уже раз десять!       — Извини, — смиренно сказала Айрис.       Лира обняла ее так крепко, как никогда прежде. Айрис, находясь в ее объятиях, вдруг поняла, что фигура подруги начинает менять свои очертания. К счастью, Лира не заметила легкого румянца, окрасившего щеки Айрис.       — Когда ты в следующий раз соберешься делать что-то безумное, — сказала Лира, — Возьми меня с собой, чтобы я, по крайней мере, могла тебя прикрыть. Или, еще лучше, чтобы я могла сообщить, что ты ведешь себя по-идиотски.       — Ладно, — ответила Айрис.       — Обещаешь?       — Обещаю.       Лира, наконец, отпустила ее и очень нехотя, словно это стоило ей неимоверных усилий, сказала:       — И, полагаю... стоить поздравить тебя... с победой в межфакультетском соревновании... Снова.       — Повезет в следующий раз, Лира, — ухмыльнулась Айрис.       — Это нечестно, — проворчала Лира. — Второй год подряд Дамблдор награждает Гриффиндор больше, чем сотней очков просто потому, что ты ведешь себя по-идиотски.       — Это всего лишь компенсирует предвзятость Снейпа, — фыркнула Айрис.       — Больше всего я сейчас ненавижу то, что ты права, — сверкнула глазами Лира.       — А что если мы будем сидеть рядом на уроках Зелий? — предложила Айрис. — Если я буду работать с тобой, то вряд ли Снейп сможет продолжать выдавать мне «Тролля».       — Мне кажется, что у всего класса случится сердечный приступ, если ты добровольно сядешь рядом со мной на уроке, — подметила Лира.       — Справедливо, — согласилась Айрис. — Подумаем над этим.       На несколько секунд повисло молчание.       — Итак, дневник Реддла, — заговорила Лира.       — Да, с ним что-то явно не так, — подтвердила Айрис.       — Летом я смогу изучить этот вопрос. Надо узнать, что Волдеморт с ним сделал.       — Было бы здорово, — кивнула Айрис. — Кстати, я забыла сказать тебе – я освободила Добби.       — Правда? — радостно переспросила Лира. — О, он наверняка в восторге! Может, он вернется ко мне, когда я закончу Хогвартс.       — Как думаешь, мы сможем встретиться летом?       — Это, увы, маловероятно. Отец не позволяет мне встречаться с кем-то, с кем он не знаком лично.       — Тогда, видимо, прощаемся до сентября, — поморщилась Айрис.       — Увидимся.