Скрещенные судьбы

Следующие два дня прошли в лихорадочных приготовлениях. Замок превращался в крепость. Чары укреплялись, коридоры минировались ловушками, были созданы отряды обороны под руководством профессоров Флитвика и Снейпа. Гарри, Гермиона и Драко проводили все время вместе, оттачивая свою слаженность. Они больше не были трио «Гарри-Рон-Гермиона». Они были новым трио, спаянным болью, потерей и необходимостью. Драко вписался в их динамику с удивительной естественностью. Его холодный, расчетливый ум идеально дополнял стратегическое мышление Гермионы и импульсивную отвагу Гарри. Ночью, когда они вдвоем оставались в своей маленькой комнатке в Комнате Требования, Драко держал Гермиону на руках, прижимаясь щекой к ее волосам. — Когда это начнется... — он говорил тихо, — я не знаю, смогу ли я защитить тебя. — Ты не должен защищать меня, — она обняла его крепче. — Мы должны защищать друг друга. И мы должны защищать их всех. Это наш долг. — Я не герой, Гермиона. Я никогда им не был. — Героями не рождаются, Драко, — она посмотрела на него, ее глаза сияли в темноте. — Ими становятся. Иногда — по выбору. Иногда — по обстоятельствам. Ты уже сделал свой выбор. Сейчас просто продолжай идти. Он поцеловал ее, и в этом поцелуе была вся его боль, весь его страх и вся его надежда. Они были двумя половинками, нашедшими друг друга на краю пропасти. И они знали, что грядущая битва проверит их связь на прочность. На рассвете третьего дня дежурный на стене — Дин Томас, чье место чудесным образом занял молодой Гарри, — подал сигнал тревоги. Они вышли на стену, откуда открывался вид на школьные земли. То, что они увидели, заставило кровь похолодеть. Со стороны Запретного леса выползала темная, шевелящаяся масса. Великаны. Десятки великанов. Во главе с Грохом, который размахивал огромной дубиной, сбивая верхушки деревьев. А среди них, как саранча, сновали темные волшебники и... Пожиратели. Атака шла с двух фронтов. Но самое страшное ждало их в небе. Из-за облаков, одна за другой, стали появляться черные фигуры на метлах. Десятки. Сотни. И в центре этой летучей армады, над самой Большой залой, парила одна-единственная, высокая, худая фигура с бледным, змеиным лицом и красными глазами, которые горели даже на таком расстоянии. Волан-де-Морт. Он пришел лично. Битва за Хогвартс началась.