Айдолы и я. Welcome to Russia

      Третий день после гуляния свадьбы Димы и Кати я встречала с гудящей головой, полным отсутствием осознания этой реальности и, прищуриваясь, пыталась разобрать хоть одно слово на этикетках минералки. Мимо меня шагали покупатели и сотрудники ближайшей «Пятерочки», кидая настороженные и сочувствующие взгляды.       Свадьба Кати и Димы была шумной, веселой и длилась три дня. Вернее, на третий день не выдержала моя печень. Из тех фотографий, видео и рассказов, что происходило, пока я вливала в себя литры алкоголя и закусывала всем, что попадется под руку, не чураясь есть даже с пола, мне становилось плохо. Меня вовремя остановили, иначе бы оказалась в больничке под капельницей.       Официальная часть с загсом и последующей поездкой в ресторан прошла как по маслу. Никто не подрался, не блевал, все сидели чинно-мирно, но стоило родственникам отсидеть положенные часы и пожелать в сотый раз молодой семье счастья и количество детей, сопоставимое населению Китая, как все превратилось в сценарий фильма «Горько».       Катя и Дима переоделись, и мы в пьяном составе поехали к Диме на дачу. Там встречали рассвет под общий нестройный хор со стороны парней «Чужая свадьба» и девушек «Белое платье», а аккомпанировали нам местные дворовые собаки и петухи.       Отоспавшись, веселье продолжилось. Один из коллег Димы, открыв в себе тамаду, начал устраивать конкурсы в стиле: попасть карандашом в бутылку, потом использовать эту самую бутылку в игре «правда или действие», по итогу которой Гоша чуть не угодил под пули от ружья соседа Димы, что крайне был недоволен тем, что наш друг пытался украсть его курицу, а шумиху поднял охранявший курятник петух и еще пара друзей, которые сначала поцеловались друг с другом, а потом ушли уединяться, и на полдня о них все благополучно забыли.       Что творила я, помню лишь урывками и то благодаря фото и видео. После дачи Димы мы поехали к кому-то на квартиру и там устроили вечеринку, после которой нас всех чуть не увезли в ментовку за нарушение комендантского часа. Полицейского удалось задобрить крупными купюрами и бутылкой дорого коньяка, а когда он рассказал, что вызвала его соседка-старушка, так тот парень, на квартире которого мы были, нагадил ей под дверь, а Дима еще и написал кетчупом на ее двери и стене нецензурный стих.       В общем, я бы так и осталась пить и кутить, но, как уже было сказано ранее, печень начала давать сбой, и мною было принято решение (не от чистого сердца) покинуть сей райский уголок. И поэтому я стою сейчас около минералки и медитирую, пытаясь не свалиться от головной боли и усталости. Полпачки «Нурофена» вообще не спасали ситуацию.       Отчаявшись сделать выбор, я потянулась к ближайшей ко мне бутылке, как ее же накрыла чья-то рука. Я, нахмурившись, смотрела, как она забирает бутылку и кладет себе в корзину. Я развернулась, пошатнулась и упала прямо на стоящего напротив парня. Он нас обоих удержал, прижав меня к себе.       — Девушка, с вами все хорошо? — тихий голос раздался над ухом.       — Если отдадите минералку, то будет еще лучше, — пробубнила я ему в ветровку. Осень была нынче теплая и утепляться никто не спешил.       — Вы сейчас упадете.       — Отдайте минералку, — я потянулась к бутылке из корзины.       — Девушка, там еще несколько таких же!       — Нет! — крикнула я и поморщилась. — Мне нужна именно эта!       Парень вздохнул и отдал мне бутылку. Я, воровато оглядевшись по сторонам, запихнула ее в свою куртку и уставилась в корзину парня. Судя по набору, он явно живет один — сплошные полуфабрикаты и готовые завтраки. Зато пиво есть. Парень не успел и слова сказать, как я выхватываю у него из корзины банку и, открыв, впиваюсь в нее, словно путник в пустыне, нашедший оазис.       — Девушка, вы в своем уме? — парень дергает меня за руку, отчего банка в моих руках трясется и содержимое плещется на нас.       — Спасибо вам и извините! — совесть внутри меня тактично молчит, ибо чувствует себя точно так же, как и ее хозяйка — херово.       Парень вытирает с куртки капли пенного, а я пью дальше и украдкой смотрю на него. Высокий брюнет с карими глазами и светлой, чуть рябой кожей. Одет прилично, я бы даже сказала, со вкусом. Но в таком случае что такой «лондонский денди» забыл в «Пятерочке»?       — Выглядите ничего так, — выпив содержимое банки, сказала я. — А питаетесь как плебей.       — Вы украли мое пиво.       — Алкоголь вреден для здоровья.       — По вам видно.       Фыркнув, я сжала банку в руке.       — Меня Василиса зовут, а вас?       — С ворами и нетрезвыми предпочитаю не общаться, — парень обошел меня и ушел вперед.       Я, пожав плечами, пошла на кассу. Там, естественно, набралась очередь. Люди возмущались, что среди трех касс работает только одна, но никто ничего не исправлял. От меня несло, как от бомжа, и на это некоторые тоже обратили внимание, высказывая свое «фи».       — Ой, да заткнитесь вы! — голова моя вновь разболелась, а причитания вокруг не стихали.       — Да как можно так! Девушка, молодая — и в таком виде да состоянии! Да в мое время…       — Когда вы были в моем возрасте, по земле мамонты ходили, — прошипела я, смотря на возмущенную женщину за сорок.       — Какая невоспитанная хамка!       — С вас пример беру.       За этой женщиной возмущение подхватило еще несколько человек и бурно начало обсуждать «невоспитанную молодежь», полное отсутствие эмпатии и какого-либо уважения норм поведения в обществе. Закатив глаза, я прижала уже чуть согретую минералку к голове и пыталась сосредоточиться на очереди.       Когда подошла моя участь и минералку пробили, оказалось, что телефон и карты я оставила дома. Толпа за мной начала возмущаться, я вместе с кассиршей злились с каждой секундой, и тут мой взгляд ловит в очереди того самого парня со спасительным пивом.       — Он заплатит! — я тыкаю пальцем в него, перекрикивая разом всех возмущенных людей. Парень удивленно хлопает глазами, глядя на меня. — Это мой парень. Я очередь заняла.       Я схватила его за руку и, водрузив корзину на ленту, двинула его в сторону POS-терминала, тут же попросив у кассирши несколько пакетов, не глядя запихивая все в них. Парень купил себе пару пачек сигарет, и мы наконец-то покинули сие заведение.       — И что это было? — спросил он, когда мы отошли на несколько метров от магазина, а я в пакетах искала свою минералку.       — Это моя благодарность за пиво. Я тебе очередь сократила в разы.       — Мы на «ты» не переходили. И вы мне деньги должны.       — Ой, да не будь ты такой скрягой, — я вытащила минералку из пакетов. — Дай свой номер, скину я тебе эти несчастные сто рублей.       — Я уже говорил, что с ворами и нетрезвыми не общаюсь! А еще с теми, кто нарушает правила!       — Да что ты заладил, вор-вор! Я вообще-то уже представилась тебе, Василиса! А тебя как зовут?       — Да отвяжитесь вы от меня! Идите куда шли! Не нужны мне ваши деньги!       — А давай я проведу тебя? Помогу пакеты донести? Раз уж денег ты от меня не хочешь, так хоть натурой отдам?       Парень вновь удивленно уставился на меня. Я взяла пакеты.       — Мне голову проветрить надо, а тебе лишние руки не помешают. Куда топать надо?       — Вы вообще в своем уме? — он поравнялся со мной, когда я отошла вперед.       — Я всегда в союзе с головой, просто сегодня мой первый день трезвости после трехдневного алкомарафона.       — Я в этом очень сомневаюсь.       Так и прошли мы несколько улиц и кварталов. Парень возмущался на мои подколы, я же не переставала шутить и рассказывать о себе все, что в голову взбредет. Прогулка, кстати, помогла. Стало лучше.       Дошли мы до видавшей виды пятиэтажки с убитой детской площадкой и одинокой лавкой у не менее укокошенного подъезда. На лавке и под ней спали два бравые синие товарища, у подъезда гуляли ободранные кошки, а на алкашах сидели голуби. Типичная картина старых дворов. Из подъезда вышла с палочкой старушка и, увидев нас, застыла на месте, вытаращив глаза в крупных квадратных очках.       — Сережа?! — воскликнула она. — Это кто с тобой?       Я крякнула от смеха, слыша, как чертыхнулся парень.       — Здравствуйте! — состроив самое милое и радушное лицо, я подошла к старушке. — Я Василиса, его девушка!       — Нет же, она…       — О боги! — старушка обошла меня по дуге и, схватив палочку, принялась стучать ею по окнам первого этажа у подъезда. — Тамара! Тамара!       Из окна вылезла другая старушка. Недовольная.       — Чего орешь с утра? У меня тут «Столото», я почти чайник выиграла!       — Сережа наш девочку привел! Невесту!       Тамара и старушка тут же уставились на нас. Я пыталась не ржать, как лошадь, наблюдая за бледнеющим и краснеющим Сережей.       — Именно так! — поддержала я старушек. — Я невеста, нашла путь к Сереженьке через желудок. Готовлю как боженька! Он после моей стряпни готов хоть в загс, хоть в церковь на венчание на руках меня нести!       — Молодец! — старушки сразу расцвели. — Умница Василиса! А-то ходит парень один-одинешенек, страдает, питается фиг пойми чем!       — Вот-вот! И я ему то же самое говорила, когда встретила! Негоже такому красавцу бобылем ходить и желудок убивать!       Сережа пинком открыл дверь подъезда, а я, прыснув, засеменила за ним. Жил Сережа на третьем этаже, и, пока мы поднимались, я успела растрепать новость о нашей скорой женитьбе всем, кто спускался или поднимался, проходя мимо нас. В общем, теперь весь дом был в курсе, что на третьем этаже живет Сережа и у него скоро свадьба с невестой Василисой.       Мы остановились у обшарпанной двери, и злой, как черт, Сережа пытался попасть ключом в замок. Пожалев его, я выхватила ключ, отпихнула его в сторону и открыла дверь.       Квартира, где жил парень, была небольшой, но вполне уютной. Я закрыла дверь, поставив пакеты на пол. Злой Сережа развернулся ко мне.       — Ты что наделала?       — А что такого? — я пожала плечами, разуваясь. — Я тебе так-то репутацию спасла. Чтобы сказали эти старушки, если бы я не солгала о наших отношениях?       — Да срать я хотел на то, что они говорят!       — А вот нет! — я покрутила указательным пальцем перед его лицом. — Мнение старушек очень важно для гармоничной и спокойной жизни молодого поколения в подъезде. Эти старушки — окно в огромный мир неподтвержденных фактов! Столько всего интересного можно узнать, просто слушая их хотя бы час!       Сережа моей позиции касательно «старинного сломанного телефона» не разделял. А зря, зря. Старушки дело такое. У них не просто так каждый второй наркоман, а вторая — проститутка. За всем этим кроется большая история.       — А я не понял, ты чего тут вообще делаешь? — Сережа отвис, видя, как я раскладываю пакеты на стол и открываю холодильник.       — Как это что? Я ж твоя невеста. Ты от моей готовки в раю постоянно оказываешься. Надо же мне историю правдоподобной сделать.       — Я не просил шататься по моей квартире!       — Так-то ты тут не хозяин, так что и не тебе решать, кому шататься.       — С чего ты взяла, что она не моя?       Я продолжила раскладывать продукты в холодильник.       — Вид дома, ремонт, да и твой возраст. Будь ты при деньгах, в «Пятерочке» не отоваривался бы, а как минимум жил бы около метро или в центре и пользовался доставкой из ресторанов. Тут гением быть не надо.       — Ты всегда такая странная?       — Нет, — я помыла яблоко в раковине и откусила его. — Только когда голодная. Иди пока, погуляй где-нибудь, не мешай мне готовить. Кухня и без того маленькая.       Сережа покачал головой, но ушел. Я же, вымыв руки, начала думать, что бы приготовить поесть. В кармане джинсов завибрировал телефон.       — Алло, — ответила я, доставая овощи и мясо, найденное в морозилке.       — Раз ответила, значит, живая, — прохрипел Дима. — Ты как?       — Собираюсь готовить обед. Познакомилась с парнем, отвоевала минералку и стала его невестой.       — Чего?       — Того. Сказала же, обед готовлю.       — Какой парень? Какая минералка? Какая свадьба?       — Свадьбы еще нет, он кольцо не подогнал, но я процессе.       — В каком ты, нахуй, процессе? Ты только вчера вечером домой уехала в говнище.       — Ну вот, я воскресаю как человек и самостоятельная личность. Это все, что ты хотел узнать?       — Васька, ты опять нашла себе на жопу приключения?       — Нет, они сами меня нашли. Дим, я жива-здорова, не умираю от алкотрипа, скажи Кате и остальным, что я наберу вас чуть позже, я сейчас занята.       — Готовишь почву для кольца?       — Ну вот, видишь, и ты начинаешь улавливать причинно-следственную связь! Молодец!       Пробурчав что-то нечленораздельное, Дима отключился. Я, насвистывая мотив из нового альбома «INBOW», я сварила суп и пожарила мясо с картошкой. На запахи пришел мой «жених».       — Пахнет вкусно.       — Я же кольцо хочу, вот, стараюсь ради него.       Сережа поперхнулся воздухом.       — Да расслабься ты, сначала, так уж и быть, сходим на пару свиданий. Садись давай, обедать будем.       Я посадила Сережу за стол и, налив ему в тарелку супа, сразу же наложила второе. Себе сделала то же самое и, разлив минералку по стаканам, вновь начала знакомиться.       — Имена друг друга мы уже знаем, так что эту часть опустим. Рассказывай, откуда и кто по жизни?       Сережа некоторое время молчит, вкушая мои навыки готовки.       — Вполне съедобно, — похвалил он меня.       — Ой, вот только давай без выебонов. Так и скажи, что «забеись, выходи за меня замуж!»       — Да что ты все заладила с женитьбой?       — А я, может, замуж хочу? Вот ты мне и попался. Был бесхозный, как третий ботинок, а теперь вот и тебе пара нашлась.       — Если замолчишь, может, и подумаю насчет кольца.       — Во! — я вскинула указательный палец. — Сечешь фишку! Так чьих будешь?       — Сережа Ульянов я, — простонал он. — Двадцать четыре года, учился в «Юшке» на юриста по уголовным делам.       Я поперхнулась супом. Сережа подметил мою реакцию.       — Что-то не так?       — Ты тот самый Сережа? — сглотнула я.       — Тот самый?       — Я училась в том же универе, только на курс младше тебя. Журналистка. Василиса Ходокова.       Сережа задумался.       — Слышал про тебя. Ты стажировку в Азию выиграла.       — А про тебя ходили слухи, что тебя сама Фемида одарила. На тебя весь юрфак молился.       Сережа пожал плечами. Я не знала, что еще можно рассказать или спросить. Сразу же начала всплывать в памяти куча слухов про то, что он нечист на руку и ведет двойную жизнь, прямо как «Ханна Монтана», только с криминально-уголовным наклоном.       — А те слухи про тебя правдивы? — решила спросить я, иначе любопытство не дало бы нормально жить.       — Какие слухи? — Сережа доел суп и поставил тарелку в раковину.       — Ну, про то, что «есть у меня две жизни, и от каждой беру то, что мне по нутру» …       Сережа недоуменно уставился на меня. То ли прикидывается дурачком, то ли реально не знает о слухах вокруг своей персоны. Да его только ленивый не обсуждал.       — Говорили, что ты весь из себя такой опасный и загадочный, с мафией и зеками на короткой ноге.       Сережа заржал, опираясь о раковину.       — Что, прости? Откуда они все это взяли?       — Так ты с мафией не контачил?       — Я даже ставки на спорт никогда не делал, какие уж там дела Крестного отца и его семейства?       Усмехнувшись, я кивнула, и мы сели есть второе.       — А тебе как Азия?       Я замерла с ложкой во рту.       — Не особо впечатлила, если честно. Мы и азиаты абсолютно полярны в общении друг с другом.       — Да ладно? Неужели там не было открытых миру людей?       — Не так уж и много, если честно. Я туда плохо вписалась, но зато получила опыт работы заграницей.       — Я думал, что раз конкурс выиграла, то явно фанатка и все про них знаешь.       — Вот тут ты ошибаешься, мой дорогой, — я помотала головой. — Я знаю, что я ничего не знаю.       — Цитируешь Сократа?       Я поддела его локтем, и мы оба рассмеялись. Сережа оказался легким и приятным в общении парнем. Я даже не заметила, как пролетело время и за окном потемнело.       — Мне пора домой! Спасибо за обед и компанию! — я обулась в прихожей.       — Это мне тебя надо благодарить, — Сережа наблюдал за мной, уперевшись в шкаф. Когда я надела куртку, он взял ручку с бумажкой и что-то написал на ней, после чего отдал мне.       — Это что? — я увидела чей-то номер.       — Будешь и дальше работать на кольцо. Сама же сказала, что нужно несколько свиданий. Отпишись, как будешь дома.       Сложив бумажку в карман джинсов, я потянулась к Сереже и поцеловала его в щеку.