Персиковая ветвь в объятьях тьмы. Экстры.

Воздух в зале сада «Водопадов» был густым и сладким, как аромат цветущего османтуса, смешанный с запахом дорогих благовоний. Под высоким резным потолком, украшенным алыми фонарями из шелка и золотой вышивкой, замерли в ожидании гости. Все взгляды были устремлены на двойные резные двери из красного дерева, у которых стояли двое женихов. Они стояли плечом к плечу, облеченные в изысканные ханьфу из алого шелка. На одежде Ху Чжуанли был вышит золотом парящий феникс, символ изящества и силы, а на наряде Су Гуанжуна – могучий дракон. Их узоры, традиционно предназначенные для жениха и невесты, здесь переплетались в новом, но от этого не менее прекрасном смысле. Вопреки опасениям, жители деревни с радостью восприняли желание двух мужчин стать супругами, и всячески помогали им в осуществлении их плана. Почти каждый житель города приложил усилия в организацию праздника. Единственное, чем занимались молодые супруги – это подготавливали для себя свадебные платья. Раздался торжественный перезвон ветряных колокольчиков, и заиграла мелодия на гуцине. Старинная китайская мелодия о вечной любви, такой же прочной, как нефрит. Двери распахнулись. Они сделали шаг навстречу будущему вместе. Их руки тут же нашли друг друга, пальцы сплелись в уверенном, спокойном жесте. Шепот восхищения пронесся по залу, но его тут же сменили аплодисменты – громкие, искренние, идущие от сердца. Их путь лежал через «Мост Двойного Счастья», усыпанный лепестками пионов. По обе стороны от него стояли самые близкие друзья, держа в руках традиционные веера и свитки с каллиграфически выведенными пожеланиями счастья и долголетия. В центре зала, их ждал седовласый мастер церемоний – уважаемый профессор литературы. Он улыбнулся, и его глаза лучились мудростью и теплотой. – Су Гуанжун, Ху Чжуанли, – его голос был тихим, но заполнил собой все пространство. – Сегодня небо даровало нам прекрасный день. Земля и небо свидетельствует о вашем союзе. Ваши предки с гордостью взирают на вас с небес. А ваши друзья благословляют вас на земле. Они опустились на колени на алые бархатные подушки, отдавая дань уважения небесам, земле и своим предкам. Наступил самый важный момент – «Сань бай», три поклона. – Поклонитесь небу и земле, дающим нам жизнь и кров! – провозгласил мастер церемоний. Они поклонились низко и уважительно. – Поклонитесь родителям, даровавшим вам жизнь и мудрость! – Они повернулись к гостям, и этот поклон был глубоким, полным благодарности за их принятие и любовь. Оба супруга, в детстве потерявшие дорогих их сердцу людей, мысленно благодарили их за подаренную им жизнь. – Поклонитесь друг другу, как спутникам, избравшим совместный путь в этой жизни! Они повернулись лицом друг к другу. В их глазах не было и тени иронии или наигранности. Была только бездна нежности, уважения и того тихого понимания, которое рождается годами совместно преодоленных трудностей. Они поклонились друг другу так же низко и почтительно, как небу и родителям. В этом жесте был весь смысл: они – равные партнеры, союзники, любовники. Затем наступил кульминационный момент. Им поднесли две резные нефритовые чаши, соединенные алой шелковой лентой. Это был обряд «Хэ-цзинь» – совместное питье. Они отпили из своих чаш с изображениями уток-мандаринок, а затем, смеясь, поменялись ими до трех раз и выпили до дна, символически сливая свои судьбы в одну. – Объявляю вас партнерами на всю жизнь! Пусть ваш союз будет крепким, как нефрит, и ярким, как алый шелк! – голос мастера церемоний дрогнул от эмоций. Праздник только начинался. За общим столом, уставленным изысканными блюдами – целой рыбой –символом изобилия, длинной лапшой – пожеланием долголетия и сладкими пирожными. Царила атмосфера абсолютной радости и единения. Тосты следовали один за другим, и в каждом из них звучало не «жених и невеста», а «молодые супруги» или просто «Ху Чжуанли и Су Гуанжун». Под конец вечера они выпустили в ночное небо два больших бумажных фонарика. Дракон и феникс, освещенные изнутри, поднялись ввысь, переплелись и стали медленно удаляться, становясь двумя неразделимыми яркими точками в темном бархате неба. Они смотрели им вслед, держась за руки, их новые кольца из белого нефрита отливали в лунном свете.