Перерождение тьмы

            Время близилось к полуночи, а профессор Блэк всё сидела в библиотеке за тем самым столом с маггловскими книгами о психологии и несколькими волшебными фолиантами. Чувствуя твёрдую кожаную обложку древней книги, от которой несло магией за несколько километров, Блэк успокаивала себя этим. Они с Гермионой просто перешли кому-то дорогу и их прокляли, они обе психически здоровы и адекватны.             Только правда ли это. Трудно сказать. Конечно, детство у Блэк было не самым сладким и добрым, а это точно оставило отпечатки на психике женщины. Иногда в голове проносились странные мысли по типу «А если я убью его, что будет?», обычно, эти мысли появлялись, когда она видела какого-то мудака в кабаньей голове, решившего устроить разгром просто из-за пьяной белки, а иногда Беллатрикс боялась какого-то громкого звука. Он сразу переносил её в детство в котором отец был готов прибить кого-то из сестёр за какой-то проступок и кидал что-то в девочек. Беллатрикс всегда бежала защищать своих сёстер от отца-тирана и получала за них.             Если отца она помнила хорошо, то образ матери был крайне размыт. Когда речь заходит про матриарха в семействе, Белла сразу вспоминает мать в большом кожаном кресле с какой-то книгой в руках. Она вмешивалась лишь тогда, когда отец начинал ругаться при важных гостях. Друэлла могла спокойно подойти и сказать « — Дорогой, перестань. Мы поговорим с детьми дома, не позорьте меня и нашу фамилию». Это были слова матери, которые три сестры Блэк слышали всё своё детство и юность.             И как же иронично, что прямо сейчас Беллатрикс так похожа на свою мать. Тоже с книгой, тоже может сказать «Не позорьте нас и фамилию», но, что-то в неё всё же другое. Друэлла выбрала путь домохозяйки, хотя и могла реализоваться, как политик. Беллатрикс же, наоборот, выбрала карьеру вместо брака и даже счастлива. Конечно, она не училась на преподавателя в Хогвартс, а была владелицей лингвистической кампании, но попала она всё же в школу, а не в список лучших предпринимателей года. Со временем, весь тот труд и время просто не окупились и женщина закрыла свой бизнес. Состояние у неё было огромное, так что, она не потеряла многое.             Когда ей пришло письмо с печатью Хогвартса, Беллатрикс крайне удивилась, но получить приглашение на должность профессора по защите от тёмных искусств — сравнимо джекпоту в игровых автоматах. И, конечно, не раздумывая, Блэк согласилась. У неё много опыта в заклинаниях, благодаря своей паршивой семейке.             Сидя в библиотеке, женщина задаётся вопросом «А стоило ли это всего?», ведь если бы она не пошла в Хогвартс, то может, ничего этого не произошло, может прямо сейчас она отдыхала бы на берегу моря в Италии и наслаждалась пейзажами.             — Когда я разберусь со всем этим. Я уйду с поста преподавателя и уеду отдыхать, мне это счастье не нужно — с презрением пробормотала женщина и продолжила искать, но глаза начали слипаться из-за тяжёлых век. Решив на сегодня прекратить поиски, Беллатрикс направилась в свои профессорские покои. В голове вмиг всплыл инцидент прошлой ночи и Блэк сбавила шаг. Если этот «кто-то» смог проникнуть или наложить заклятие на её покои, то вряд ли она будет там в безопасности, а как говорят «сонный человек — мёртвый человек». Подумав, Беллатрикс направилась на астрономическую башню, надеясь, что встретится там с племянником, который в силу некоторых проблем, тоже часто стал там сидеть. Шаги отдавались эхом по гулкому коридору и в пустоте ночи это было так успокаивающе и одновременно жутко, словно кто-то идёт в такт её шагов за спиной.             Пытаясь отвлечься от тревожных мыслей и ощущения чужого взгляда, Беллатрикс разглядывала коридоры школы. Да, они видела их всю свою юность, но в них что-то поменялось, странное чувство, словно сама магия, как кровь, течёт в стенах этого замка. И уже получается, что магия не внутри Хогвартса, а в нём самом. В каждом кирпичике, в каждой доске и гвозде — магия абсолютно везде. Это успокаивало тёмный ком, который образовывался в груди и не давал нормально дышать. Эта паутина тревоги проникала в горло, обвивало его и сжимало, перекрывая доступ к кислороду и надежде на спасение.             Поэтому, дойдя до башни, женщина с облегчением выдохнула. В худшем случае, она увидит лишь Драко, а в лучшем будет одна и подумает, что делать дальше. Но наверху башни её ждал сюрприз в виде гриффиндорки, которая сидела и смотрела на звёзды. Судя по её дрожащим плечам и всхлипам, девушка плакала, сидя на краю башни.             — Мисс Грейнджер. — Мягко позвала Беллатрикс, но Гермиона не обернулась.             Подойдя к девушке и сев рядом, Блэк немного недовольно проворчала:             — Мисс Грейнджер, если вы думайте, что я никогда в своей жизни не видела плачущих девушек и умру от этого зрелища, то вы идиотка.             — Я так рада слышать, что вы не умрёте. — тихо сказала Гермиона и повернулась к Беллатрикс, которая сразу заметила красные и припухшие от слёз глаза. На розовых щеках ещё остались влажные дорожки, а в уголках глаз ещё была влага.             — Что случилось, Гермиона? — Заботливо произнесла профессор и осторожно вытерла рукавом рубашки щёки Гермионы.             — После ужина я легла на кровать и отключилась. Я не планировала засыпать, но так получилось и мне приснилась какая-то битва. Там были вы, но не вы, Молли Уизли, мои друзья и те люди. Ваша другая версия кричала что-то о тёмном лорде и пожирателях смерти. В последний момент вы просто. испарились, рассыпались на куски из-за проклятия Миссис Уизли. Мне кажется, что наши сны и это проклятие связаны. Во снах мы видим ответы на наши вопросы, что-то наподобие осознанного сна.             — Гермиона, но это было бы слишком просто, тебе не кажется? Пусть доля смысла в этом и есть.             — Не спорю, но, что если это так? Что, если наше проклятие действует именно так. Вам не кажется, что когда мы вместе, то все эти страхи отступают? Словно, не знаю, всё так сложно, я не могу описать. — с досадой протараторила уже успокоившаяся Гермиона.             — Даже если это так, мы ведь не можем провести всю жизнь вместе, если не сможем от него избавиться? У тебя своя жизнь, у меня своя, мы абсолютно разные по своей сути. Да и не думаю, что твой Рон это одобрит. — взгляд женщины был направлен в одну точку.             — Мой… кто? Рон?             — Да, вы же встречаетесь. — удивленно ответила Беллатрикс и посмотрела на девушку с округленными глазами.             Спустя несколько секунд раздался смех студентки.             — Профессор, с какого дерева вы упали? Мы с Роном никогда не встречались!             — Как это? Не шути надо мной, я же точно знаю.             — Профессор, да из всей его семьи я буду встречаться только с Джинни, если она предложит! — сквозь смех проговорила гриффиндорка, пока удивлённая женщина сидела, открыв рот.             — И то, этого не случится потому что: а) Мы с Джинни хорошие подруги. б) Джинни встречается с Гарри. в) Она не понимает отношений между женщинами.             Сказать, что Блэк была в шоке — значит ничего не сказать. Почему-то она была уверена, что Гермиона встречается с мальчишкой Уизли. Неужели она ошиблась? Но она же сама видела их вместе, как он переживал и заботился.             — Знаешь, я думаю, что сутки без сна дают о себе знать. Если твоя гипотеза правда, то нам нужно поспать в одной комнате, чтобы это всё проверить, понимаешь? Конечно, не спорю, это будет тяжело, но почему нет?             — хорошо, а.. где мы будем спать? Не думаю, что профессор хочет спать в покоях старосты. А старосте неловко будет идти к профессору, да и будут слухи. Об этом же потом все шептать будут, нам лучше предупредить Минерву и...             — Ты называешь её по имени?.. — этот вечер не переставал удивлять Беллаатрикс.             — Да, а вы нет?..             — Эта старая кошка разрешает только тебе называть её по имени, остальным людям она это запрещает. Даже мне, хотя мы с ней ближе всего! — обиженно надулась Беллатрикс и Гермиона засмотрелась на неё.             Если раньше студентка боялась Блэк, то сейчас она заметила, насколько же профессор красивая. Её чёрные кудрявые волосы спадали на острые плечи, а лунный свет придавал им блеска и магии. Сейчас, в отражении луны, её острый профиль выглядит так чарующе, а идеальные брови немного сдвинуты к переносице в хмуром настроении.             — Гермиона? Ты меня слышишь? — поинтересовалась Беллатрикс, которая явно заметила, как девчонка перестала находиться здесь и сейчас.             — Да, конечно, так.. В чём именно заключается суть твоего плана? — Невозмутимо ответила Гермиона и улыбнулась, словно это не она засматривалась на женщину.             — Ты.. агх.. Слушай, мы можем поспать в выручай-комнате чтобы как-то проверить твою гипотезу, ну и.. мы можем проверить её по-другому, просто будем чаще проводить время вместе. Приходи ко мне после занятий, если вдруг хочешь. — Почти на одном дыхании проговорила Беллатрикс и взглянула на Грейнджер. Та сидела, уставившись в одну точку и в голове Блэк сразу всплыли моменты из сна девушки.             — Знаешь, а давай. Давай попробуем в выручай-комнате поспать. Просто, ну, я переживаю. Что, если кошмар вырвется наружу и застанет нас двоих вместе, ты только представь, что будет! Если тебя под контроль возьмёт та сумасшедшая?             — Гермиона. — Спокойно произнесла Беллатрикс и взяла девушку за руку. — Всё будет хорошо, не волнуйся. Я не какая-то слабая ведьма из маленького рода, не забывай. И кто бы нас не проклял, я разберусь и живые будут завидовать мёртвым.             — Профессор, но это опасно. Кто знает, когда мы найдём его и найдём ли вообще? Этот человек наложил на нас такое сильное заклятие. — Гермиона крепче сжала руку Беллатрикс и подползла к ней поближе.             — Я даю тебе слово — всё будет хорошо.             Между ними воцарилось мягкое молчание, образующее тишину. Впервые за это время они обе выдохнули спокойно, пока не услышали мягкие и тихие шаги в темноте у входа. Прищурившись, Гермиона разглядела силуэт кошки, который мелькнул из одного тёмного угла в другой.             В мгновение, женщина почувствовала странный прилив энергии внутри. Кожа на запястье жутко болела и жгла адским огнём, от чего Беллатрикс чуть ли не закричала. Краем уха она услышала странный голос, который шептал только одно «Грязнокровка рядом. Убей!»             Хотелось трясти головой, как собака, в чьи уши попала жидкость или живность, лишь бы выбросить эту мерзкую дрянь из головы. Прикрыв глаза на мгновение, Блэк пыталась собраться с мыслями, как вновь услышала что-то, но не смогла разобрать из-за того, что голос стал шёпотом.             — Эй, кто тут? — Поспешно крикнула Беллатрикс и поднялась со своего места, отпуская Гермиону. Голова болела и кружилась, а с ней и лицо Гермионы, которое на мгновение исказилось от ужаса или же так просто показалось?             — Профессор. Это кошка, я только что её видела! — Вскочила Грейнджер следом и схватила Блэк за руку в которой уже виднелась палочка. Девушка заметила, как дрожали руки профессора, но не могла понять, это было от злости или от страха и волнения.             — Гермиона, просто кошки не бегают в час ночи по астрономической башне, это явно не животное! Люмус Максима! — Свет из палочки озарил помещение, но уже сейчас никакой кошки и в помине не было.             — Может. Это была галлюцинация? В нашей то с вами ситуации это нормально. — С улыбкой сказала Гермиона, оглядывая пространство вокруг.             — Нет, Гермиона, это не кошка. Это кто-то другой, это должно быть анимаг. Энергия слишком сильная, неужели ты не почувствовала?             — Может это Минерва? — неуверенно отозвалась гриффиндорка. — Давайте уйдём отсюда, мы сейчас не сможем дать отпор.             — Где же храбрость твоего дома, Гермиона? Будь здесь Поттер и Уизли, вы бы побежали преследовать существо. — с наглой улыбкой прошипела Беллатрикс.             Услышав это, Гермиона опешила. Она не ожидала таких слов именно сейчас, ведь минуту назад женщина была максимально серьёзной и доброжелательной, в какой-то степени. У неё словно переключили рычаг с добра на зло.             — Профессор Блэк..             — Что, Грейнджер?             «Грейнджер», а ведь совсем недавно она называла её по имени и даже держала за руку. Почему она так резко изменилась, словно в неё вселился кто-то другой. Кто-то, кто не переносит Гермиону, магглорождённых, весь львиный факультет. Девушка смотрела прямо на Блэк и не узнавала её. Ранее такая элегантная и красивая причёска теперь выглядела так, словно её потрепал ветер. Кудри торчали во все стороны, пусть сам контур и остался как есть, но эти выбившиеся пряди придавали Беллатрикс нотку хаоса. Ониксовые глаза смотрели в карие с явным вызовом, словно она вот-вот нападёт на свою собственную студентку. Женщина легонько оскалилась, показывая белые зубы и лёгкие клыки, словно давая понять, что в любой момент может воплотить страхи девушки.             — Профессор, что с вами? Это точно вы? Пожалуйста, успокойтесь. — шептала Гермиона, оглядываясь по сторонам в поиске более безопасного выхода.             До этого женщина говорила о какой-то энергии, которую почувствовала, но ведь если бы рядом правда был какой-то человек, тем более сильный, то это бы почувствовала и Гермиона.             В мгновение, вместо вызова в глазах Беллатрикс мелькнул страх и удивление.             — Я… Гермиона, я не хотела этого говорить, клянусь!             Попятившись назад, Грейнджер направилась к выходу, боясь, что женщину снова переклинит и в этот раз она набросится на девушку.             — Гермиона, постой, я это я, не убегай! — кричала Беллатрикс в надежде остановить напуганную и бледную студентку.             Женщина сама испугалась собственной смены настроения и когда шок спал, она направилась за Гермионой, ведь если девушка будет бояться, то они не смогут проверить гипотезу, пусть она уже и трещит по швам.             «Возможно, наши кошмары и эти приступы не связаны, но если же наоборот, то это только ухудшает ситуацию» — думала Блэк, пока бежала за студенткой.             Гермиона, в свою очередь, бежала со всех ног, молясь, чтобы профессор её не догнала. Когда лёгкие уже начало жечь, девушка остановилась отдышаться, в её голове возникли образы такого же побега по лесу. Она не понимала от кого бежала, но это чувство преследования и страх объясняли лучше любых слов и картин. Грейнджер бежала от самой смерти. В голове произносились боевые заклинания и резко транс прекратился, её кто-то выдернул.             Профессор Блэк, такая же запыхавшаяся и растрёпанная, стояла рядом и крепко держала гриффиндорку за локоть.             — Гермиона, прошу, успокойся и послушай. Я не знаю, что это было, но клянусь тебе, я не хотела обижать или пугать тебя! — Осипшим голосом сказала женщина и пыталась отдышаться. Ранее бледные аристократичные щёки теперь были красными, а грудная клетка быстро вздымалась и опускалась, пытаясь дать лёгким необходимый воздух.             — Тогда что это было? Вы… Вы не контролировали себя! А если бы что-то случилось? Какого чёрта вы вообще так взбесились из-за чёртового животного? — шипела Гермиона, пытавшаяся вырвать руку из хватки Блэк, но женщина лишь сильнее прижала брыкающуюся девушку к себе, да так, что их лица находились в нескольких сантиметрах друг от друга.             — Гермиона, я клянусь тебе, я не хотела.. Я не желаю тебе зла. Прошу, просто поверь мне. Мы с тобой в одной лодке и если мы хотим продолжать, то тебя нужно обезопасить. Я обучу тебя боевым заклинаниям и помогу дать отпор.             — Ловко вы это придумали, а если во время тренировки вы меня убьёте? Если у вас опять будет этот грёбанный припадок и вы сойдёте с ума?! — Теперь очередь Грейнджер сердиться и кидаться молниями. Даже сама мысль о тренировке с психически неуравновешенной женщиной заставляет кровь леденеть из-за страха смерти.             — Если вы хотите тренировки, то хорошо, но тогда я требую присутствия профессора Макгонагалл. Я боюсь вас в состоянии агрессии, вы ярчайшая тёмная ведьма своего поколения и мне, школьнице, трудно будет противостоять вам в состоянии психа. — Проговорила уже успокоившаяся Гермиона. Беллатрикс останется лишь согласиться, ведь она вовсе не в том положении, чтобы устанавливать требования.             — Дай мне время подумать. Я не могу сказать тебе точно, стоит ли звать директора. Всего неделю, я не займу много времени.             Девушка лишь молча кивнула, понимая, что и ей нужно подумать о своём требовании. Макгонагалл заменила Гермионе родителей с которыми у неё плохие отношения и студентка не хотела заставлять пожилую женщину переживать из-за этого.             — Просто, знаешь, давай сейчас отправимся спать. Я не хочу усугублять ситуацию.             Беллатрикс кивнула и обняла Грейнджер, положив подбородок ей на макушку и прошептала:             — Гермиона, сейчас я твоя опора, не бойся. Я с тобой, не волнуйся.             — А если ты не справишься? — прошептала девушка и уткнулась носом в шею женщины, вдыхая аромат её духов и её самой. Удивительно, Гермиона думала, что Беллатрикс пахнет табаком, крепким алкоголем и чёрным кофе, но вместо этого услышала приятный запах нежных французских духов и роз.             Они простояли в обнимку около нескольких минут, но они казались такой вечностью. Обе девушки расслабились в этих прикосновениях.             — Обнимаясь с вами моя тревога уходит.. Спасибо. — Куда-то в шею прошептала Гермиона и немного отстранилась. — Пора расходиться, профессор.             — Доброй ночи, Гермиона. Всё будет хорошо, мы справимся.             Улыбнувшись, девушка быстро прижалась к Беллатрикс и так же быстро отстранилась. Студентка развернулась и направилась в башню Гриффиндора, а профессор Блэк направилась в свои покои, намериваясь поспать после тяжелого дня.