FATE

             

***

      

[Bad Omens — Impose]

                    Прокручивая часы в руках, Джейк варится в своей голове, как в кипящем Адовом котле, пока Сону просто смотрит в стену, на которой висят разные фотографии и грамоты так, будто они ему в самом деле интересны. Джейк не выдерживает. Резко и шумно выдыхая, он разворачивается к Сону, готовый вывалить на него целую кучу вопросов. И плевать, если они ему не нужны, плевать, если он не останется в этом мире после. Но они горят в груди и на языке его ядом.              — Рики было всего тринадцать! — изумлённо выдыхает он, склоняя голову и пытаясь заглянуть в глаза Сону, что всё также отрешённо разглядывал стену. — На шоу, ему было всего тринадцать…       — А мне пятнадцать, — спокойно отвечает Сону. — Тебе шестнадцать. Хисыну семнадцать. Мы сейчас какие-то очевидные факты называем или что?       — Как вы… Сону, ему сейчас семнадцать, — почти шипит Джейк, хмурясь в непонимании и отрицании.       — Хорошо считаешь, хён, — фырчит Сону. А Джейка прошивает всего с головы до пят. Его Сону никогда не произносил это слово так.       — Как вы можете встречаться…       — Молча. Наверное поэтому я и не стал признаваться тебе об этом до последнего? Сам как считаешь?       — Я считаю, что это вообще не моё дело в этом мире, — сдаётся Джейк, качая головой и запуская пальцы в волнистые волосы. — Но раз уж я сейчас здесь…я просто…я просто пытаюсь понять. Что здесь вообще происходит?       — А что происходило в твоей вселенной, раз тебя так удивляет эта? Сону, наконец, обращает на него снова похолодевший взор. Вслед за ним холодеют и внутренности Джейка, когда он встречается глазами с Сону. Может ли он ему сказать? Да, он назвал имена других ребят, рассказал в целом свою историю, но…может ли он говорить о взаимоотношениях в таком ключе? Не будет ли это той самой единственной вещью, о которой нельзя говорить здесь? А что вообще говорить можно? Сотня вопросов проносится в его голове всего за несколько секунд, прежде чем он, наконец, отвечает Сону.       — Там… — он тяжело сглатывает, облизывая нервно губы. — Там всё иначе. Во многом.       — Классный ответ, что уж и сказать, — хмыкает Сону.       — Я не знаю, Сону. Я не знаю, могу ли о таком говорить…       — Да ты уже о чём только не сказал. Что там такого может быть? Сомневаюсь, что мы коллективно кого-то убили перед тем, как я нашёл часы и ты скрыл это.       — Нет, конечно, — шикает Джейк, потирая сухой ладонью лицо. — Нам бы на такое и свободы воли не хватило банально.       — М? — Сону хмурится.       — Я не знаю, какие условия были у шоу здесь, но там, откуда я…считай, что мы в своего рода тюрьме. Не знаю…интернате? Редкие созвоны с родными, видели двадцать четыре на семь только рожи друг друга…нет, я люблю вас, но…только вас. И…да не то, чтобы…       — Да раздражают тебя одни и те же люди, если ты находишься с ними неотрывно в контакте, — вздыхает Сону, договаривая за Джейка мысль более смело; договаривает тише: — Особенно, если тебе приходится бороться с ними за единственный шанс стать чем-то значимым в этой никчемной жизни. Джейк поджимает губы, бросая на Сону тяжёлый взгляд исподлобья. Но Сону, опираясь руками о диван позади себя, не изменился в выражении лица ни капли. Всё тот же пустой взгляд, лишь немного суженные губы, потому что он начал кусать их изнутри.       — Да… — нехотя соглашается он, медленно кивая.       — Ну, так и что? Что там такого было? — Сону снова смотрит на Джейка безучастно.       — А как долго вы с Рики вместе?       — Год официально. Ты ответишь?       — Вы и близко вместе не были. Джейк говорит это тихо, будто боится причинить Сону боль. Но по лицу Сону вдруг так жутко растекается улыбка, совершенно не сочетающаяся с холодом карих глаз.       — Не удивительно, — фырчит Сону. — Он ребёнком был несносный и глупый. Как и я, в общем-то. В твоём мире ещё раз нам по сколько?       — Семнадцать и пятнадцать.       — Ну вот, — кивает своим же словам Сону, усмехаясь колко, но одобрительно. — Мы и начали сближаться как раз два года назад, когда столкнулись у реки, как с тобой сегодня. В мои семнадцать и его пятнадцать. Джейк едва размыкает губы, чтобы сказать Сону о том, что в его мире он весь растворён чувствами в Сонхуне. Что до Рики там и дела нет с его слепой влюблённостью и грустными взглядами со стороны. Но вдруг прикусывает нижнюю губу, сужая глаза и глядя на Сону, опустившего взгляд себе на ноги и всё ещё держащий на губах тень улыбки. А, может, это как ни крути их судьба? Тут и там. Может, после шоу всё изменится? Сону раскроет, наконец, глаза и устанет бегать за Сонхуном, влюблённым в Чонвона, а Рики упорством, но получит свой шанс на счастье? Сону рядом с ним счастливым и любимым, наконец, станет тоже? Ведь и у них с Хисыном здесь — чувства тоже. Но как тогда быть с Джеем…?       — А…       — Наконец-то! Джейк дёргается, когда распахивается резко и шумно дверь, впуская в комнатку запыхавшегося Рики, утирающего лицо полотенцем и тут же, не задумываясь, падающего на пол возле ног Сону.       — Устал?       — Да, как и всегда. Джейк замирает каменной статуей рядом с ними. Лишним и таким чужим себя чувствует, глядя на то, как Рики кладёт тяжёлую голову на бедро вытянутой ноги Сону, как костлявые пальцы зарываются в чёрные влажные волосы, ласково их перебирая. Глядя совершенно исступлённо на мягкую и искреннюю улыбку на розовых губах Сону. На то, как на мгновение лёд в карих глазах его топится, трещит и расходится, наружу выплёскивая горячий океан чувств. Сону смотрит на Рики с любовью. Сону выглядит в этот момент живым. Сону никогда не смотрел так на Сонхуна.       — Рики-я? — тянет Сону таким голосом, каким обычно зовут нашкодивших детей.       — М? — отзывается тот нехотя.       — Это некрасиво.       — Что?       — Джейк-хён тут не для мебели, — вздыхает Сону, убирая руку из волос Рики и обращая на Джейка закатывающиеся глаза.       — Оу… Джейк не обижается, на самом деле. Джейк в целом понимает, что он тут по всем фронтам чужак и незванный гость. Что в студии этой, что в жизнях их, что в жизни этой, как в другой вселенной. Он слабо и даже как-то виновато улыбается Рики, когда тот отлипает от ноги Сону и разворачивается, чтобы протянуть руку для приветствия. У Джейка ошибка восприятия в голове, когда он смотрит на широкую и жилистую ладонь, руку увитую венами и крепкие рельефы мышц, выставленные напоказ под белой широкой майкой. Рики, руку которого он жал ещё вчера, вдвое меньше. Голос у его Рики ещё совершенно не сломанный, не такой угрожающе басовитый и уверенный. Взгляд совершенно ясный, доверчивый и распахнутый.       — Сто лет не виделись, хён, — кивает Рики, пожимая крепко дрогнувшую ладонь Джейка.       — А ты вон как вымахал, — не сдерживается он от замечания. Рики усмехается беззлобно, но горделиво, утирая пот с лица и шеи полотенцем, висящим на плече.       — Что есть, то есть. Какими судьбами? Мы думали тебя уже и в стране давно нет.       — Почему? — удивлённый взгляд Джейка мечется к Сону. Тот лишь пожимает плечами, снова вплетаясь пальцами в волосы Рики, что теперь сидит между ними, откинувшись затылком на бедро Сону.       — На шоу ты говорил, что если не задастся с карьерой айдола, ты уедешь доучиваться в Австралию. И останешься там навсегда.       — О, я… У Джейка никогда таких мыслей не было. В его обычной жизни. Он всегда знал, что если не задастся с первого раза, то он попробует ещё, а уже потом пошлёт всё к черту и просто уйдёт в университет, а оттуда на обычную работу. Но покидать Сеул, в котором он обрёл такое количество друзей…ни за что. Это ж насколько ему тут всё претило и тяжело было, что он открыто говорил о возвращении в Австралию, где у него уже и знакомых-то не осталось? Почему из всех вселенных, если таковые есть, он попал именно в эту?       — Но здорово, что ты ещё здесь. Так и… — Рики крутит головой между Джейком и Сону. — Вы как тут?       — Джейк встретил меня сегодня у реки, как и мы с тобой однажды, — прыскает Сону, продолжая перебирать влажные тёмные прядки Рики. — Рассказал мне увлекательнейшую историю, достойную экранизации просто. И вот мы здесь.       — Спасибо, что хоть ты его сюда привёл, — фырчит Рики. А Джейк смущённо опускает взгляд, потому что тот так буднично берёт ладонь Сону в свою и целует самую сердцевину, что сердце щемит. — Постоянно находятся дела какие-то ведь, да?       — Ты прекрасно знаешь, почему я ненавижу ходить к тебе на занятия, Рики-я, — вздыхает Сону.       — Ещё всего год…       — Ещё три года.       — Брось, я же японец! У нас совершеннолетие и добровльные браки с восемнадцати, — негодует Рики.       — Но живёшь ты в Корее, уж извини, — цыкает Сону, щёлкая Рики по носу и глядя на него укоризненно сверху вниз. — И совршеннолетие у нас с двадцати.       — Технически, — морщит нос Рики, посмеиваясь. Его счастливый блестящий взгляд возвращается к притихшему Джейку, словно он и забыл о его существовании. — А что за увлекательнейшая история, хён? И впервые за целый день своего нахождения в этом мире, Джейк не хочет ничего рассказывать. Потому, что до дрожи в пальцах боится всё разрушить.                     

***

                    

[Twenty One Pilots — City Walls]

                    — То есть… — тяжело и шумно выдыхает Рики, упираясь руками в паркет и глядя на всё, что у них получилось. Потому, что Джейк всё-таки рассказал. Джейк рассказал всё, включая даже те детали, которые умолчал для первого рассказа Сону. Всё, чего не знает ещё Хисын. И, возможно, ему всё же повезло с возрастом Рики, с его характером и свободным временем после мастер классов. Потому, что вместо того, чтобы испугаться и не поверить, он первым побежал в зал, в котором только что проводил занятие и криком начал звать оттуда Джейка и Сону. Джейк думает, что больше всех из них повезло именно Сону с таким Рики, но он старается отодвигать эти мысли подальше, не сейчас. Но не может не согласиться с тем, как идеально они в этой вселенной друг другу подходят. Как ярко сияет рядом с Сону Рики и как оживает рядом с Рики Сону, говорящий, что в жизни его всё — как четырёхлетний день сурка без единой радости. Джейк понимает теперь, насколько для Сону эти отношения дороги, раз уж он настолько настойчиво их защищает и скрывает. И Джейку так страшно в моменте, что, вернувшись в свой мир, он случайно разрушит этот? Джейку, по правде говоря, даже немного обидно, что, если он вернётся, он не узнает — как у них здесь дела? Но пока, они втроём сидели на полу танц.класса с десятком испысанных бумажек вокруг, со старинными часами, лежащими посредине, пустыми коробками из-под дешёвой доставки…и пытались понять, что вообще произошло и как вернуть Джейка обратно. Пытливый и сообразительный ум Рики за пару минут собрал какую-то одному ему понятную систему, которая преобразовалась затем во все эти схемы, что лежали перед ними. Джейк смотрел на него такого и неизбежно видел ребёнка, заинтересованного в очередной головоломке или прохождении какой-то супер интересной игры. Жаль, что всё происходящее игрой вовсе не было.       — Тебя не потеряют дома? — тихо говорит Сону, поворачиваясь к Джейку, пока Рики снова и снова перекладывает листы.       — Я написал маме, что вернусь поздно, потому что пошёл прогуляться с друзьями. Хоть какой-то плюс от совершеннолетия здесь, — прыскает печальным смешком Джейк. — А тебя?       — Я сказал маме, что останусь у Рики, — поводит плечами Сону, прикладываясь губами к трубочке молочного коктейля. Брови Джейка приподнимаются в удивлении, но он не успевает ничего спросить, Сону дополняет сам: — Да, она в курсе. Нет, она не против. У нас всё чудесно в этом плане, к счастью. Мама на Рики разве что не молится.       — Мама что-то написала? — распахнув тёмно-карие глаза, резко разворачивается Рики, глядя на Сону. Тот лишь бросает в него фломастер и качает головой.       — Научись подслушивать, глупый. Я сказал ей, что переночую у тебя.       — Отлично, — Рики будто даже не планировал вникать в их разговор, потому что почти сразу продолжает, хмуря густые брови: — Мы знаем, что Хисын в твоей вселенной и у нас здесь — вот это всё. Джейк усмехается, подползая ближе и глядя на исписанные листы в саомй верхушке своеобразного круга. Рики было лень перечислять все совпадения и отличия, что там перечислены, так что Джейку приходится прочесть их бегло про себя, чтобы кивнуть, согласовывая верность написанного. В обеих вселенных: Хисын связан с музыкой, Хисын добрый и сопереживающий, Хисын имеет чувства к Джейку. И множество других деталей ещё. Рики ставит едва заметные галочки зелёным фломастером на каждом листе.       — Теперь… — Рики ровняет два других листа. — У нас есть Пак Джей. Который в нашем мире — известный инфлюенсер, а в твоём…будущий айдол?       — Так и есть, — вздыхает Джейк, пробегаясь глазами по множеству пунктов на листке из своего мира и почти пустоте в это. — А мы вообще ничего о нём не знаем ещё?       — Если тебе не лень будет потратить всю ночь на чтение и просмотр его интервью и соц.сетей, то мы много чего узнаем, — чешет затылок Рики. — У меня завтра выходной. Я смело.       — Я всё равно на целый день с тобой, — снова безучастно жмёт плечами Сону, болтая меж губ трубочку. — Могу помочь. В одного это всё перебирать, можно крышей поехать.       — Да я уже ей еду… — бормочет Джейк. Потому, что концентрироваться сложно. Думать о шестерых оставленных им людях там, одновременно общаясь с ними же здесь. Не забыть ни единой секундочки мира своего, но вникать во все детали мира этого. Смотреть на такого совершенно другого Сону, которому ничто в этом мире неинтересно, кроме Рики и покоя, когда как его Сону, маленький и любопытный, пугливый и смешливый авантюрист, и был тем, кто изначально эти часы и нашёл…       — Дальше, — обрывает его грузные мысли своим задумчивым басом Рики. — Ты. По характеру ничего неясно, но в жизни изменения на лицо. Ставим галочки и идём дальше или всё-таки какие-то детали добавить?       — Пока оставь, — машет рукой Джейк, опускаясь глазами на листы ниже. — Пак Сонхун. В вашем мире всё ещё не найден.       — Но мы ведь составили списки всех возможных никнеймов для него и другого парня. Найдём. Вся ночь впереди.       — Ян Чонвон, да, — кусая щёки изнутри, проговаривает Джейк. Его взгляд переходит к листкам Сону.       — Почему у меня так мало написано? — хмурится Сону, склоняя голову и обгрызая трубочку. Джейк замечает это и едва успевает остановить себя, чтобы не вытащить пластик из острых зубов. Это вообще-то его привычка, за которую все на шоу над ним подшучивают.       — Мы ещё не дописали, — бубнит Джейк, беря в руки фломастер и словно нехотя дописывая.

Ким Сону 2020 \ Ким Сону 2022

Милый, игривый, застенчивый, но яркий, светлый, счастливый, пугливый, влюблённый, упорный \\ Холодный, сломанный, безучастный, уверенный, спокойный, влюблённый

Операция на лёгкие, незначительные аллергии \\ Перелом позвоночника и последующие психологические травмы

Влюблён в Сонхуна \ В отношениях с Рики

Дома живёт с родителями и сестрой \ Живёт с мамой и сестрой

Семнадцать \ Девятнадцать

Первый кто нашёл часы \ Первый, кто узнал о них и потрогал

      — Теперь вроде бы всё… — Джейк защёлкивает фломастер и даже не смотрит на Сону, сидящего рядом и читающего эти заметки. Ему, если честно, немного не по себе за вторую строчку. Конечно, Сону сам диктовал и согласовывал, но ощущения от этих слов мрачные. Особенно учитывая, что Сону их поддержал и не оспорил. Джейк дописал при нём сейчас лишь последние три пункта, но Сону фырчит явно не из-за них, перечитывая сейчас всё заново.              — Что ж там за Сонхун такой…       — Он очень хороший… — начинает Джейк, но его с усмешкой обрывает Рики.       — Ага. Только влюблён в парня, который в отношениях с Джеем.       — Зато у тебя всё стабильно, — хмыкает Сону, глядя на Рики. — Ты в любой вселенной влюблён в меня.       — Потому, что ты — моя Мэри Джейн, — горделиво вздёргивает подбородок Рики, стоя на коленях на полу и упирая руки в бока. — Это неизменная константа. И я люблю тебя в любых вселенных. А вот ты…       — А вот я даже в этой вселенной до последнего не рисковал давать тебе шанс.       — Ой, это всё из-за возраста, — машет рукой Рики. Джейк мгновенно смотрит на Сону, что прячет натянутую улыбку за стаканчиком с коктейлем, хотя глаза его направлены на вытянутую ногу. У Джейка одновременно горячо и холодно в груди. Рики любит Сону в любой вселенной, несмотря ни на что, и ставит единственной проблемой возраст. Когда как в этой Сону явно считал причиной своё здоровье. Но всё же дал им с Рики шанс. Кажется, Джейк знает, что первым делом сделает, как только вернётся. Сразу после того, как обнимет Хисына.       — Ян Чонвон, — бормочет Рики, крутя в руках белый лист. — Слушай, Джейк-хён? А может…может он на кого-то особенно похож? Ну, чтобы мы знали хоть кого приблизительно ищем в соц.сетях.       — На сына Чонгука и Юнги, — кивает Джейк. Ловит на себе два искренне изумлённых взгляда. — Что? Но это правда так. Только…только черты лица в моем мире у него ещё такие детские, округлые…здесь ему уже восемнадцать. Думаю, он неплохо так изменился.       — Вряд ли прям, как я, — хмыкает Рики. — Сону-хён вон только исхудал, как смерть ходячая. А так — всё тот же.       — Скажешь тоже, — цыкает Сону. И вот тут Джейк бы, конечно, поспорил…       — Нишимура Рики, — припечатывает Рики, хлопая ладонью по своим листкам. — И вот, круг замыкается.       — А из совпадений у нас, только наши отношения и то, что я всюду первый, кто касается этих странных часов.       — В фильмах — это может быть важнейшим якорем.       — Да, только вот мы не в фильме.       — Только вот в обычной жизни люди и между мирами не путешествуют, — вздыхает Джейк, глядя на всю эту «эко-систему» на листах.       — На кого похож Сонхун? — изгибая бровь спрашивает Рики, хватая из коробки остатки картошки фри и запихивая их в себя. И Джейку приходится крепко задуматься. Потому, что ни на кого. Из них вообще, кроме Сону и Чонвона, нет на кого-то похожих. Так уж странно сложилось. И Джейк напрягает, как может свой уставший за сутки мозг, чтобы придумать хоть какой-то подходящий вариант. Но его попросту — нет.       — Ни на кого, — сдаётся он, выдыхая. — Могу только нарисовать шутливый скетч.       — Или можешь максимально точно описать, а Рики зарисует, — указывая ладонью на младшего, говорит Сону. — Он прекрасно рисует, как оказалось.       — Талантливый человек — талантлив во всём, — разводя руками, Рики шутливо кланяется, улыбаясь. — Можем попробовать. Но сперва, давайте найдём Чонвона. Сону-хён? Начнёшь пока смотреть интервью Джея? Нам нужно заполнить его лист.       — Без проблем. Перетащить мне кресла-мешки сюда?       — Конечно. Сону неуклюже устраивается на двух мешках животом вниз, подгибая к себе здоровую ногу и укладывая ровную другую поудобнее, прежде чем втыкает в уши наушники и отключается от них с Рики. Они же, оставаясь вдвоём, притягивают к себе лист с возможными никнеймами и открывают все возможые соц.сети сразу с телефонов и планшетов. Рики серьёзен настолько, будто экзамен на поступление сдаёт, Джейк же борется со сном и усталостью, потирая глаза ладонью. Пытаясь понять: почему эти двое вообще решили помочь ему так легко и просто? И, может, судьба заключается как раз в том, что в любом из миров они найдут общий язык друг с другом? Если, конечно, друг друга найдут в огромной стране.       — Я даже не спрашиваю, почему вы мне верите и помогаете. Но ты не удивился тому, что я пришёл сегодня с Сону, — говорит вдруг тихо Джейк, пробивая первую пару никнейов, но не глядя в сторону Рики. — Почему?       — Если скажу тебе, что настолько зациклен на заработке денег и самом Сону-хёне, ты мне поверишь? — усмехается тихонько Рики, зачеркивая первый никнейм.       — Возможно. Но вряд ли.       — А зря. В большем, это правда одни из причин.       — А в меньшем?       — Я не сразу тебя узнал, — вздыхает Рики. — Без обид, но…хочется, если честно стереть однажды все воспоминания о том шоу. И, видимо, у меня получается, потому что, пройди ты по улице мимо, я бы вряд ли узнал тебя вот так мельком. Не в тебе дело.       — В травме от шоу?       — Ага. Сону-хёна травма не обошла физически. Но никто не говорил о том, что мы все не пострадали морально. Но… — Рики зачеркивает очередной никнейм и поворачивается к Джейку с лёгкой улыбкой на губах. — Не об этом же мы сейчас, да? Какие у тебя результаты? Джейк откладывает эти обсуждения и мысли в самый дальний ящик своего мозга. Который, быть может, не откроет больше никогда, потому что исчезнет отсюда. А, быть может, откроет однажды, если придётся задержаться, общаясь с ребятами до последних минут. Судьба не обошла их и здесь, в каждой из вселенных оставив глубокий след от пребывания на шоу в сердцах и душах.       — Ничего пока, — мотает головой Джейк. — Но вариантов осталось не так много.       — Зато много соц.сетей. Не кисни, хён, — поддевает его плечом Рики. — Не думаю, что Ян Чонвон или Шип Гарден — такие уж расхожие имя и никнейм. Не говорю уже о других тут написанных.       — Хотелось бы верить. И у них уходит добрых полчаса ещё. Сону устаёт вздыхать и выписывать на листик факты о Джее, Джейк устаёт зачеркивать соц.сети и никнеймы, Рики устаёт сидеть в три погибели и ложится на полу на живот. Когда именно Сону вдруг неожиданно вскрикивает «О!», поднимая на Джейка и Рики внезапно удивлённый взгляд распахнутых карих глаз и выдёргивая наушник.       — Я понятия не имею, как это объяснить, — говорит он, кое-как садясь на кресле-мешке и отключая наушники от телефона. — Впрочем, как и всё, что происходит. Но, вы только послушайте! Это интервью от декабря прошлого года. Рики и Джейк сползают со своих мест ближе к Сону и прикипают глазами к экрану мобильного, что тот разворачивает для них. На экране заметно возмужавший, аккуратно накрашенный и с уложенными светлыми волосами Джей — сидит на высоком стуле на фоне обычной белой стены и отвечает на вопросы фанатов из твиттера.       — Эм…что я смотрю во время еды? — он смеётся. У Джейка сжимается сердце. Улыбка — всё та же. — Вообще-то, очень вредно смотреть что-то вовремя еды, но все мы это делаем, да? Ам…в последнее время, я всё чаще смотрю одного летсплейщика. Вы, вероятно, его не знаете, он совсем не раскрученный, но мне очень нравится его эмоциональность. Поищите его ник на твиче, он супер лёгкий — Jung One. Эй, парень, если тебе это передадут, знай, ты классный! Не бросай это дело… Джейк отключается, теперь уже глядя сквозь телефон и пропадая в своих мыслях. Пока они перебирали все возможные варианты имени, прозвищ или никнеймов, которые Чонвону давали на шоу в его мире, тут всё оказалось так просто и одновременно сложно, что желудок в узел скручивается. Чон Уон. Не уан, как это должно произноситься. А именно так, как это было бы идентично с его настоящим именем. Сказанное сейчас этим Джеем, как молнией прострелившее Джейка. Потому, что это то, как Джей начал называть Чонвона в последние дни. Потому, что даже здесь — их связь, как ни крути, но никуда не делась даже если и совсем другая. И какая же злая всё-таки эта стервица — Судьба.       — И правда похож! Джейк промаргивается, слыша как в его сознание врывается басовитый хохот Рики. Тот показывает Сону экран уже своего мобильного, Сону кивает и соглашается, переводя слегка обеспокоенный взгляд на совершенно потерянного Джейка. Рики передаёт мобильный ему, медленно и на вытянутой руке. Дрожащими пальцами Джейк берёт телефон, глядя на такое родное и одновременно чужое лицо на экране. На глубокие из-за широкой улыбки ямочки, на совсем непривычные спадающие на лоб тёмные прядки волнистых волос, на заострившиеся черты лица, оставшегося при этом всё таким же милым, хоть уже и не по-детски очаровательным.       — Это он… — срывается с губ Джейка неровный шёпот. И глаза его оторваться от позврослевшего, активного и яркого Чонвона не могут, впитывая каждый жест, каждый звук звонкого смеха или эмоционального вскрика. Рики говорит что-то про то, что нужно зайти на профиль, найти аккаунты и списаться с ним, если он здесь. Джейк кивает невпопад, наблюдая за тем, как хотя бы у кого-то из них такая спокойная, далёкая от сильной публичности жизнь. Глядя на то, как искренне счастлив Чонвон, проходя их любимый и уже такой старенький овервотч. Впоминая, как ещё вчера он плакал в туалете в руках Джея, потому что уже не хватало сил…       — Пока Джейк-хён там на что-то любуется, — фырчит Сону, — я всё нашёл… У Джейка пропадает всё. На мгновение зрение, на добрую минуту слух и ощущения. Он каменеет и не слышит Сону и Рики, даже голоса Чонвона, хотя видит, как его губы двигаются, как складываются в улыбку. Потому, что Чонвон снимает наушники, отвлекаясь от экрана из-за открывшейся в комнату двери. Потому, что Чонвон протягивает руку и сплетает свои пальцы с чужими, выглядя при этом так счастливо, что хватило бы осветить всю чёртову жизнь Джейка с лихвой. Потому, что человек, которого Чонвон просит показаться в камеру, склоняется к нему, лениво улыбаясь и целуя в самую ямочку на щеке, тот, из-за которого у Джейка в ушах шуметь начинает сердце.       — Я тоже нашёл… — чуть живой шепчет он, кладя и почти роняя телефон на пол между ними тремя.       — Ну, всё, показался, иди давай, — Чонвон хихикает, отпихиваясь и оказываясь в камере теперь в одиночку, надевая наушнки с кошачьими ушками обратно. — Итак, потерпим ближайшие пятнадцать минут сотни сообщений о том, как же мне повезло с мужем, да. Но мы продолжаем играть…       — А? — растерянно тянет Рики. Джейк, не отрываясь смотрит на Чонвона, что как ни в чём не бывало, продолжает играть. — Мужем?! Ему же… — он оборачивается на листки. — Восемнадцать!        — Рики! — шикает Сону, дожидаясь, пока Джейк скажет ещё хоть что-то.       — Пак Сонхун, — сухим горлом произносит тот. — Его...муж — Пак Сонхун. Мы нашли их всех. Его потерянный взгляд находит два совершенно ничего не понимающих и таких же растерянных. За один день, Джейк нашёл их всех. Круг почти замкнулся.