Вопреки мечте тени обернуться светом

Скэриэл сидел на краю кровати, прислушиваясь к дыханию Рико, который мирно спал, не догадываясь о том, что незыблемость сна — заслуга Лоу. Ощущать себя живым после того, что Рико сделал, — противно, однако у парня нет иного выхода. Ему нужно посетить собственного информатора, чтобы достать информацию на Готье Хитклифа. Поднявшись с места, парень ощутил резкую боль, что заставило его прикусить язык в целях не зашипеть или вскрикнуть от этого. Отвращение к себе и к Королю Эвермора заполнило разум и тело. Однако Лоу не мог позволить себе роскошь в виде проявления эмоций. Впрочем, он никогда и не позволял себе подобное. Медленными шагами парень направился к выходу, а прикоснувшись к ручке двери, высвободился из злоебучей комнаты, которая порядком ему осточертела. Тихие шаги направлялись прямо к выходу. Перейдя через часть Тэцудзи, Лоу быстрее оказался бы на свободе, но это себе дороже. Как бы парень ни был уверен в своем превосходном умении вести себя тихо, он не мог гарантировать полную безопасность для себя, поэтому Скэриэл обошел территорию персонала, решив перейти через комнаты Воронов. Второй опасный объект — комната Натаниэля Веснински. У этого парня чересчур острый слух, из-за которого Скэриэл один раз уже был пойман. Но он не стал сообщать об этом Рико или Тренеру, что было странно. Хотя этот парень сам по себе очень странный.   Поднимаясь по лестнице, четвертый уже размышлял о том, как будет выкручиваться с охраной, однако прямо у двери его встретила пара голубых глаз.   — Приветствую, Призрак Эвермора, — с щедрой каплей сарказма и азарта произнес не растерявшийся Лоу.   Лицо этого «призрака» скривилось, а ведь Скэр даже поклонился ему.   — Как думаешь, сколько раз Рико выебет тебя в зад за побег? — задал он вопрос, от которого Скэриэлу захотелось поскорее избавиться от общества живого призрака. — Ах, точно. Ты ведь еще успеваешь сыпать в его еду снотворное. Уверен, за это он и вовсе лишит нас еще одной части свиты, превратив её в жалкую секс-игрушку. В этот миг Скэр осознал, насколько опасен бывает Веснински. Идти против него — завершить свой жизненный путь самоубийством. Но точно не для Лоу. — Перестань на меня так смотреть. Охраны нет, сможешь спокойно улизнуть. Ты не видел меня, а я — тебя, шлюха Короля, — на последней фразе, Натаниэль подмигнул и на его лице появилась довольно дерзкая улыбка.   После этих слов на лице четвертого вновь нарисовалась улыбка. Он пытался выглядеть спокойно перед столь неприятной особой. Веснински знает слишком много, кроме того, позволяет себе столько же. Однако Скэр найдет способ достать его. Пусть не этой ночью, но однажды он добьется своей цели. Существование его брата — отличная возможность. Они покинули Гнездо вместе, и тем не менее нападающий больше не видел этого парня. Он испарился подобно пеплу на сильном ветру.   Спустя двадцать шесть минут после столкновения с Натаниэлем, Скэриэл стоял у порога Адама. Он не мог заранее предупредить парня, а потому пришлось его будить. За дверью послышался отборный мат и грохот. По всей видимости, бренные слова были адресованы нарушителю ночной безмятежности, а именно — Скэриэлу.   — Сука, да какая мразь вламывается в такой час?! — разъяренный парень резко открыл дверь, чуть не сбив Лоу с крыльца. — Привет, — задорно улыбнулся парень. — Лоу? Ты-то чё тут забыл? Еще и в такой час… — его голос стал тише, но раздражение не спешило покидать парня, слившись воедино с некой растерянностью. — Мне тут информация на одного парня нужна. — Блять, это не могло подождать до утра?! — Ты же знаешь, что нет, — пропел парень, самодовольно проходя внутрь.   В доме стоял разгром, словно здесь никогда не убирались. Скэр осторожно обходил разбросанные вещи, переступал через пустые банки от энергетика, направляясь в самое сердце дома таких, как Адам, IT-специалистов. Проходя мимо спальни давнего знакомого, нападающиймельком заметил спящего парня. Вероятнее всего, это был Кэмерон Клебер — партнер Шерр.   Следующий за незваным гостем Адам закрыл дверь, хмуро глядя на приятеля.   — Ты знаешь, куда идти. — Хм, на хуй или за инфой? — Идиот, иди на кухню. Тебе туда вход воспрещен. — И под приличным «туда» имелось в виду то самое сердце этого дома. — Ах, ты так жесток ко мне… — Не валяй дурака!   Адам толкнул Скэриэла в обратную сторону, чтобы обсудить визит спортсмена. Лоу не было приятно ощущать на себе чьи-то прикосновения, однако он умело держался за ту карусель, на которой выдавал себя за веселого и с виду глупого парня. Однако, увы, Адам знал, насколько жестоким и хитрым бывает этот глупый идиот, ведь именно он спас их от натисков Мистера Эна.   — Ну и на кой чёрт я тебе сдался в такое время? — садясь за стол и наблюдая за Лоу, произнёс Шерр. — Готье Хитклиф. Родился четвёртого ноября, — на цифре четыре парень вдруг хмыкнул, по наблюдениям Адама, из-за собственной татуировки. — Тебе что-то конкретное нужно? — Можно номера его друзей и информацию про его семью.   Адам тяжело вздохнул, словно присутствие Лоу само по себе было головной болью.   — Чёрт, за то, что разбудил так поздно, я с тебя двойную возьму, понял? — Никаких проблем, друг мой.   Скэриэл с кошачьей улыбкой наблюдал за удалением Адама. Оплата авансом — информация авансом. Стоит парню заполучить хотя бы номера его друзей или семьи, он вполне правдоподобно сможет вывести информацию, чтобы после Готье не к чему было придраться. Глядя со стороны это можно назвать пустой тратой времени, ибо в конце концов Хитклиф узнает истину. Однако притворяться нормальным иногда так приятно. Может, их история получится более светлой, чем изначально планировал четвёртый… Вернувшись к ночному гостю, Адам протянул ему бумажку с номерами, которую Лоу не спешил раскрывать.   — Узнал общую инфу и номера его предполагаемых друзей. Папку с полными данными дам следующей ночью. Приходишь к двум, понял? — Ты же знаешь, что я тебя обожаю? — Фу, отъебись с такими «благодарностями».   Скэриэл лишь рассмеялся, а Шерр поспешил прогнать гостя, ведь, по его словам, ему хотелось спать и, в отличие от Лоу, он не страдает бессонницей и хуйнёй. На прощание Скэр передал привет Кэмерону, а после решил вернуться. Был соблазн отведать мороженого или обзавестись новыми книгами, однако в пару с данным риском шёл другой — пойматься Рико или тренеру. А что ещё хуже — новая встреча с Натаниэлем Веснински.

***

В голубых глазах сверкало море, и он с сигаретой между пальцев. Блеск сигары отражался в воде, а ноги рыжеволосого парня медленно вели его к источнику дыма. Подол его пальто легко балансировал с ветром, отчего вид человека становился эстетичнее. Мужчина, зажимавший меж губ никотиновый родник, который спешил потухнуть, уже знал, кто за ним. Это — Натаниэль Веснински. Ночное пение цикад идеально сливалось с данной атмосферой. Внешний вид Натаниэля не был столь же официален, как у его спутника. Однако существование указанного факта не мешало парням выглядеть гармонично.     — Здравствуй, Ниэль, — голос растопил тишину, и его мягкость с ноткой хрипоты приласкала слух носителя небесных глаз.   Ниэль, не Натаниэль. От этого пульс слегка зачастил. Для Натаниэля, ставшего полноценным призраком Эвермора после ухода Кевина, почти ничего не напоминало о том, что он — человек, а не мертвец, оживающий исключительно для того, чтобы стать смертельным оружием на поле. Ничего, вплоть до ран не могли убедить его в том, что он жив. Ни глубокие, ни незначительные. На приветствие спутника он не ответил. Подошел ближе, протянул руку и взглянул на красивое лицо парня. В строгом костюме, состоящем из одного цвета — черного, — этот молодой человек выглядел так, словно был не от мира сего, и довольно привычно. Последняя мысль по ясной причине заставила обладателя огненных кудрей внутренне смутиться. А Ичиро Морияма лишь улыбнулся, достав из пачки еще одну сигарету. Парень протянул ее Нату вместе с зажигалкой, специально задевая чужую руку своей. Он знал, как это важно для него: его касания и слова, чтобы Веснински ощутил себя частью этого бренного мира, а не призраком, который навечно заключен в стенах темного подвала.   — Спасибо, — коротко произнес он. — Эндриэль тебя не разбудил?   Натаниэль покачал головой, впервые за долгое время прикуривая.   — Я рад, — еще одна улыбка, адресованная Ниэлю. — Как твое само... — Ближе к делу. — Ахахах, — его приятный смех заставил Натаниэля прочувствовать новую волну облегчения. — Ниэль, ты так насторожен. Я и вправду позвал тебя поговорить и просто провести время вместе. — Поговорить про что? — Ты в курсе, что мой дед, Рёичи, отказался от идеалов Дайске, объявив всех союзников, не являющихся японцами, людьми ниже себя по статусу. После этого многие кланы отказались от сотрудничества с Морияма, а с теми, кто остался, у клана были напряженные отношения. Клан Бёрко как раз является одним из них. А мой отец истребил их 20 лет назад. Совсем недавно выяснилось, что их ребенок оказался жив. — Дело уже не нравилось Ниэлю.   Разумеется, он знал про историю клана Морияма. Его с самого детства готовили к месту правой руки подле Ичиро. Однако до части с Бёрко парень так и не дошел…   — И что? Хочешь сказать, что твой отец проебался? — Именно. И если этот мальчик захочет отомстить за свою семью, пострадает весь клан, ведь я уверен, что отец не доживет до этого момента. — И если учитывать тот факт, что ты планируешь перевернуть империю с ног на голову, возвращая старые правила Дайске, то его появление — угроза, которую нельзя проигнорировать. — Догадливые люди чаще всего долго не живут, ведь не исключен факт того, что их допустимо объявить свидетелями чего-то… тайного?   На эту «милую» шутку Нат лишь закатил глаза. Клоуном в этот раз подрабатывал явно не Веснински, пусть и рыжие волосы были именно у него.   — Кто это?  — Так называемый Готье Хитклиф. — Десятый номер Лисов… — вздохнул Нат. — Я думаю, что от него нужно избавиться. — А вы с Рико действительно братья. — К чему это? — Между бровей Мориямы проступила едва заметная складка, выражающая его негодование. Он не любил, когда Веснински упоминал Рико. — Он тоже целился в него, но его пуля попала в другого идиота. — Вот как. Что ты думаешь об этом? — Мне плевать, — равнодушно произнес Натаниэль. — Как всегда — честно и безразлично. Позволишь?   Рука Ичиро вытянулась в сторону рыжеволосого. Нат, молча докуривая сигарету, глядел в кварцевые глаза, что находились на несколько уровней выше его голубых омутов. Стоило сигарете дотлеть до фильтра, как она оказалась на поверхности дороги, усыпанной песком. Чужая рука все еще висела, в ожидании взаимного тепла. И Натаниэль дал ему это. Он коснулся руки Ичиро, а после мягко оказался втянут в объятия.   — Он жив. Абрам остался в живых… — шепнул Нат, делясь эмоциями и показывая усталость.  — Ты был прав. Он такой же живучий, как его брат.   Веснински легко ударил парня, что обнимал его. А тот в ответ лишь рассмеялся.   — Когда Кенго погибнет, ты будешь свободен.   Натаниэль не ответил, утонув в чувствах. Он ощущал себя живым, настоящим, что давало силу отогнать все те ужасные слова, что по сей день эхом раздавались в голове.   Они так и стояли, слушая шум моря и дыхание друг друга.

***

В этот раз тренировка была куда хуже любой другой, причиной тому было настроение команды или то, что Ваймак сегодня как с цепи сорвался, никто не знал. Наступил долгожданный перерыв, и Готье выдохнул. Все лисы сразу разбежались кто куда. Готье не обратил внимания на сокомандников, потому что его внимание привлёк знакомый голос.   – Хитклиф! – на входе поля стояла девушка. – Оливия? Ты разве не должна быть на занятиях? – Готье подошёл к блондинке.   Брум поспешно протянула ему бутылку воды и полотенце.   – Должна, но я сбежала. Тебя же по-другому не достанешь! Совсем про друзей забыл, — Светловолосая в шутку ударила парня в плечо.   Вдруг мимо них пробегали голкиперы Лисов, и Оливия с улыбкой помахала им. Готье был в шоке, когда девушка получила ответное приветствие. Рене, мягко улыбнувшись, тронула подругу по плечу в приветствии, а Эндрю отсалютовал пальцами в привычной манере.   — Ты можешь с ними говорить? Нет! Что больше меня удивляет — это то, что они тебе отвечают! Ладно, Рене, но Эндрю!? Откуда ты вообще их знаешь? — немного срываясь на крик, сказал юноша, анализируя лицо Оливии. — Да... Я познакомилась с Эндрю на лекциях по истории, а потом он познакомил меня с Рене, — сказала Брум, будто это обыденный день. — И так-то я тут не ради дружеской беседы. Готье, про тебя пытаются достать информацию.   Последнюю фразу девушка сказала чуть тише, потому что знала большую часть Лисов и их "прикольные" методы решения проблемы.   — Информацию? Ты уверена, что это того стоит? Про меня каждый день узнают информацию, потому что я состою в самой скандальной команде экси, — скептически сказал Хитклиф. — Это был Ворон, — просадила зеленоглазая.   У Готье перехватило дыхание. Ворон? Он же не хочет использовать информацию против команды?   — Ты уверена? — не то чтобы Хитклиф не верил своим друзьям, но Вороны до сих пор звучали как какой-то мифический зверёк. — Он пытался через Оливера узнать про тебя. Ты же знаешь моего брата и как он по ним фанатеет. В общем, как я поняла, он рассказал про тебя всё, что знает, язык у него явно без костей. И да, мне это рассказал Леон, а не Оливер, поэтому при моём брате молчи в тряпочку, — монолог девушки закапывал Готье всё глубже и глубже в землю.   Светловолосый стоял как вкопанный, пока девушка не щёлкнула перед его глазами пальцами.   — Эй, впадай в ступор в другом месте. Я не хочу, чтобы Лисы потом допрашивали моего брата, — просадила Брум, всовывая, наконец, другу бутылку воды и полотенце. — У меня тренировка закончится через полчаса. Мы сможем прогуляться? — обрёл голос голубоглазый. — Если ты не против прогулять пары, — мягко улыбнулась Оливия. Её волосы отражали солнечный свет, от чего она стала напоминать лучик солнца.

***

Готье сам не понял, как оказался в парке. Казалось, он никогда так быстро ещё не бегал. Парень пытался отдышаться под задорный смех Брум.   — Я и подумать не могла, что тебя так интересует информация, — девушка вытерла слезу, которая образовалась от смеха. — Так что пытались про меня узнать? — пробормотал Хитклиф. — Ничего особенного, как я полагаю. Просто, кто ты, что ты любишь, как справляешься на тренировках и так далее. В общем, самые занудные вопросы, — Оливия задумчиво посмотрела в небо. — Может, они собирают информацию про соперников, чтобы потом воспользоваться ей?.. Хотя зачем им знать всё настолько подробно? — Да чёрт их знает, — выругался юноша, по большей части из-за отдышки. — Ты знаешь, как он выглядел? — Леон рассказал, что это был парень с чёрными волосами и цифрой на скуле, — вернулась девушка из раздумий. — Свита... — сказал парень для себя. — А какая цифра, не знаешь?   Брум отрицательно помотала головой.   — Где Оливер? Опять прогуливает? — перевёл тему Хитклиф. — Его опять заперли дома, надеяться, что он не сможет так видеться с Леоном, — усмехнулась зеленоглазая и начала прогуливаться по парку, а вслед за ней побрёл Готье. — Само собой, они очень ошибаются. — А я так надеялся с ним встретиться, — расстроено выдохнул парень. — Я в большей степени нахожусь здесь из-за него. Он устроил истерику, потому что понял, что натворил, и пришлось мне, как героине-спасительнице, успокаивать его. — Как ты узнала о причине истерики Оливера, если вы не говорили на эту тему? — Знаешь, с моим братом всё до безумия просто. Сложить информацию Леона и истерику брата не так уж сложно, — закатила глаза девушка.   Хитклиф мягко улыбнулся, его сердце кольнула совесть.   — Эй! Не вини себя, слышишь? Просто Оливер у нас паникёр, когда дело касается близких ему людей, — ухмылка девушки сменилась искренней улыбкой, в которой читались беспокойство и забота. — А ещё, могу я остаться у тебя сегодня на ночь? Не пойми неправильно, я хочу возвращаться домой. Тем более, оставлять брата в этом проклятом доме — самоубийство. Но я обещала ему, что убежусь в твоей безопасности и что лисы тебя не трогают. Сам понимаешь, совсем недавно рассказывал нам, что они — придурки и уроды, а теперь за уши не оттащить от них. — Все хорошо. Ты можешь остаться, — монолог Брум прервал мягкий голос Готье. — Уверен, никто не будет против, тем более монстры сегодня уезжают в Колумбию. — Они тебя не трогают? Если хоть пальцем попробуют пошевелить в твою сторону, я Эндрю качерышку сломаю на следующем спарринге, — слова девушки выглядели сурово, но внешность портила большую часть её безрассудства, скорее всего, это произошло из-за людей вокруг. — Нет, все хорошо, — мотает головой юноша. — В таком случае, зайдем в магазин и купим вкусняшек на ночёвку? — Ещё спрашиваешь?   Друзья мирным шагом направились в магазин, рассуждая на глобальные темы по типу: "Будь я карасём, вы бы продолжили со мной дружить?".

***

 

Уже несколько часов они обсуждали фильм со старшекурсниками в комнате девушек. Повсюду разбросан попкорн из-за неосторожных действий Мэтта, подушки и одеяла. Монстры уехали, и наконец лисы дышали с облегчением. Возможно, вся атмосфера лопнула бы, как пузырь, будь тут Сэт, но, как ни странно, он тоже ушёл. Лисы и Оливия смеялись, шуточно боролись, осуждали макияж (хотя большую часть разговора Хитклиф и Бойд молча слушали девушек), ребячились и наслаждались присутствием друг друга.   Веселье прервал звонок. От него сразу веяло холодом и отчаянием. Гудки шли, и Эллисон подняла трубку.   — Да, что такое, Сэт? — с запалом ответила она. — Что?..   Она застыла, как мраморная статуя, чертовски красивая, но жестоко брошенная. На её плечах словно образовался груз, непосильный такой хрупкой девушке. Каждая её мышца напрягалась, а пальцы впились в телефон. Её дыхание участилось, в глазах после шока появилось отчаяние.   — Я поняла... Скоро буду, — с явным комком в горле произнесла девушка.   Отложив телефон, она посмотрела на оставшихся Лисов. Готье заметил, как её тушь немного потекла, то ли от пота, то ли от... слёз? Рене мягко взяла подругу за плечо, а Оливия, чуть помедлив, тоже оказала жест привязанности, притянув кисть Рейнольдс в свою хватку.   — Элисон, что-то случилось? — прервала тишину обеспокоенная Дэн. – Сэт... Он... – голос девушки дрогнул, а её тело начало дрожать.   Уайлдс сразу обняла подругу, словно поняла всё, что хотели до неё донести. Мэтт и Готье переглянулись, явно пытаясь найти ответы на вопросы друг в друге. В комнате раздался ещё один звонок, на этот раз это был телефон Даниэль. Бойд сразу взял трубку, и теперь уже он ошарашенно застыл. Хитклиф непонимающе переводил взгляд то на подруг, то на друга.   – Сэт умер, – сказал Мэтт, будто сам не верил в только что сказанное. – Какого... – тихо произнёс Готье и тут же перевёл взгляд на девушек.   Реакции Бойда и Хитклифа хватило лишь на то, чтобы они обняли подруг в попытке защитить от горькой правды.