Сквозь сон или губительные грёзы

До Каменора оставалось совсем немного, но даже с тем, что они срезали путь, к намеченному времени добраться не получилось. Небо было усыпано звёздами, а прохладный ночной ветерок приятно холодил. Если не считать тот факт, что за Эванджалиной охотится всё королевство с целью её убить, здесь можно сказать, было чудесно. Девушка шла с Гретавой и Ксавьером, пока Арвин шёл впереди всех. Он выглядел спокойным, хотя совсем недавно он был готов придушить любого, кто попадет под горячую руку. Эва старалась не обращать внимания на его поведение, списав всё на то, что Арвин просто нестандартный человек. К тому же, это был сон, где все реалии искажены. Вскоре тропинка вывела их к деревушке, но с ней что-то было не так. В домах не горели огни, на улицах не было людей, ни единой живой души – вокруг стояла тишина настолько глубокая, что становилось жутко. – Что здесь произошло? – с опаской спросил Ксавьер, вглядываясь в тёмные дома. – Мара. Её тёмная энергия везде, – ответила Гретава, ощутив сущность мрачной владычицы. Парни напряглись, инстинктивно схватившись за оружие. Атмосфера в деревне была подавляющей, словно Мара всё ещё витала здесь, насмехаясь над ними. Всё живое, к чему она прикасалась, умирало: деревья высохли, растения сгнили. Пропало пение птиц, лай собак, даже кошек, которые обычно гуляли сами по себе, не было – Мара выжала всю жизнь из этого места, оставив лишь пустоту. Живот Эванджалины скрутило от отвращения к тому, что сделала тёмная королева. Мысли о том, что Мара – её клон, её двойник, её отражение, не давали покоя. Неужели она способна на такие ужасы? Способна отнимать жизни? «Ты отняла у них!» – пугающая мысль выбила воздух из лёгких. Эва понимала, что это были не её собственные мысли; Мара пыталась её запугать, вывести на эмоции и впитать их. И всё же в этом утверждении была часть правды: шифтинг стал для Эвы развлечением, спасением, но что, если посмотреть со стороны мира сна? Она словно была кукловодом, а все вокруг – её куклы. Играть с жизнями, с эмоциями других… Чего ради? Для веселья, которого не хватало в реальной жизни. Кто же в итоге большее зло? – В церкви горят огни, – вдруг вырвал Эву из раздумий голос Ксавьера. Все повернулись в сторону церкви, возвышавшейся над деревней, самого высокого здания здесь. Свет проникал сквозь цветные стёкла, освещая вход. Арвин решительно направился ко входу в церковь, за ним последовали Гретава и Ксавьер. – Стойте, – воскликнула Эванджалина, привлекая их внимание. – Вы что, серьёзно туда идёте? – А что не так? – непонимающе спросил Ксавьер. – То, что это единственное освещённое место в абсолютно пустой деревне, где недавно была Мара. Что может быть подозрительнее? – саркастично ответила Эванджалина. Арвин удивлённо приподнял бровь, но проигнорировал её опасения и, не замедляя шага, поднялся по ступеням. Эва закатила глаза, не решаясь идти вслед за остальными, но оставаться одной в такой жуткой деревне тоже не хотелось. – Чёрт! – выругалась она про себя, поднимаясь по ступеням и догоняя остальных. Войдя последней в святилище, Эва осмотрелась. Это было единственное место, где не ощущалось жуткой и подавляющей ауры Мары. «Неужели она избегает святых мест?» – подумала Эва. Возможно, в святых местах её сила ослабевает, или же она просто брезгует ими. Осторожно шагая между рядями и прислушиваясь к любым изменениям вокруг, Арвин держал руку на рукояти меча. Он был готов отбить любое нападение – как и все в их отряде, за исключением Эванджалины. Она знала, что не сможет защитить ни себя, ни других; в бою она лишь мешала. Её главная цель – просто избегать опасности, чтобы не погибнуть и не позволить Маре получить могущество, которое та жаждет. Неожиданно из тени на Арвина напал неизвестный. Эванджалина не успела среагировать, как началась драка. Ксавьер спрятал её в рядах, пока Арвин парировал молниеносные удары противника. Незнакомец обладал поразительной техникой боя – его действия были продуманы до мелочей, каждая атака точна и стремительна. Но Арвин, выросший с мечом в руках, успевал блокировать все удары. – Довольно! – воскликнул Арвин, нанеся сокрушительный удар и выбив меч из рук нападавшего. – Кто ты? Отвечай немедленно, – потребовал он, холодный металл в его голосе заставил Эванджалину вздрогнуть, а тысячи мурашек пробежать по телу. Неизвестный вышел из тени, показав себя в свете церковных ламп. Нападавшим оказалась девушка. Чёрные волосы с красными прядями, повязка на правом глазу придавали ей зловещий шарм. Она стояла в кожаной одежде с длинной курткой, в кольцах и медальонах, что усиливало её опасный вид. Левый глаз у неё был красным как кровь, а на руках виднелись бинты. Усмешка расползлась по её лицу, ей явно нравилась реакция окружающих. – Повторяю, кто ты? – снова спросил Арвин, пронзая её взглядом. – Кэтрин, – представилась девушка с высокомерной улыбкой, чуть поклонившись. – Теперь ваша очередь, сеньор. – Арвин, – ответил он отстранённо. Кэтрин удивлённо вскинула бровь, её ожидания явно не совпали с тем, что она увидела. Переведя взгляд на остальных, она задержалась на Эванджалине, и её усмешка тут же сменилась злобной гримасой. Кэтрин схватила свой меч и направилась к Эве. Арвин встал у неё на пути, блокируя проход. – Пропусти, или клянусь девой Марией, я разорву всех здесь на куски, а её первой! – произнесла Кэтрин, пытаясь оттолкнуть его. Эва в ужасе попятилась назад. Дикий гнев Кэтрин был направлен прямо на неё. Ксавьер заслонил её собой, не позволяя Кэтрин приблизиться. – Прочь с дороги! – бросила Кэтрин угрожающе. Ксавьер не собирался отступать, но Кэтрин не была терпелива. Она нанесла ему удар по голове тупой стороной меча и пнула его, отчего он упал. Эва тут же подскочила к нему и опустилась на колени рядом. – Ксавьер! – она осторожно положила его голову себе на колени, осматривая повреждения. Кэтрин на мгновение замерла, но снова нахмурилась. – Ты ответишь за то, что сотворила! – злобно выплюнула она угрозу. – Она не Мара! – только Кэтрин замахнулась мечом, как её удар блокировал Арвин. – Она не Мара, – повторил он спокойнее. – С чего мне верить тебе? Я своими глазами видела, как она вторглась в эту деревню и превратила всех в миазм, не пощадив даже детей, – прошипела Кэтрин. – Это была Мара, её двойник, а перед тобой Эванджалина. Не она совершила это зло, – сказал Арвин. Кэтрин рассмеялась, как если бы услышала самый нелепый анекдот. Но, глядя на то, с какой нежностью Эва заботилась о Ксавьере, сомнения закрались в её душу. – Пресвятые угодники, так это правда? Как же тебе не повезло родиться с такой рожей, как у неё, – грубо сказала Кэтрин, с едва заметной усмешкой, но в её взгляде мелькнула тень сомнения. – Оставим эту тему, лучше расскажи, что случилось с Каменором, – спросил Арвин, внимательно следя за её реакцией. – Что случилось? Мара прошлась по нему со своими приспешниками, чтоб её, – выругалась девушка. Её манера речи и стиль одежды вызывали сомнения в её благих намерениях, и она напоминала скорее разбойницу, чем спасительницу. – И как же ты осталась в живых? – Арвин посмотрел на неё с недоверием. – Я только что вернулась с плавания. Как только добралась сюда, было уже поздно, – её голос звучал жёстко, но в нём чувствовалась печаль. – В деревне были твои близкие? – тихо спросила Эванджалина, её сердце сжалось от осознания чужой боли. – Моя семья, – ответила Кэтрин, и в её голосе прозвучало столько горечи, что у Эванджалины перехватило дыхание. Гнев Кэтрин был понятен. Мара отняла у неё самое дорогое, и ничто теперь не остановит её на пути к мести. Наступила тяжёлая тишина. Каждый из них думал о том, что случилось в деревне и о возможных ужасах, пережитых её жителями.