Ветра изменчивой судьбы

Голубое сияние, исходящее от алтаря, достигло своего пика. В его ослепительном свете силуэты Теодора и Азуриона казались нечёткими, словно размытыми в пространстве между человеческим и драконьим обликом. Их тела левитировали в нескольких дюймах над полом, окутанные вихрями энергии. Нарнир буквально подлетел к Польке, тяжело дыша от напряжения боя. — Твоё плечо! — сквозь отдышку проговорил инквизитор, беспокойно разглядывая ожог от драконьей слизи. Достав из сумки бальзам, который Полька приготовила для его собственного ушибленного плеча, Нарнир аккуратно нанёс средство на рану тифлинга. — У этой горы какая-то особая нелюбовь к плечам, — с усмешкой произнёс он, пытаясь разрядить ситуацию шуткой, но не опуская меча и держа полудраконов в поле зрения. — Сработало... сработало!!! — Полька расхохоталась, наблюдая, как самый редкий, добытый таким трудом эликсир из лунного цветка исчезает в голубом пламени. Она машинально сжала браслет на своей руке, сама не понимая, почему не смогла отдать его в качестве жертвы. — Нарнир, — позвала она, не отрывая взгляда от завораживающего зрелища. — Смотри туда. Всмотрись! Возможно, это самое невероятное из того, что ты когда-либо увидишь в своей жизни! Алтарь трансформировался, раскрывшись как гигантский кристаллический цветок. В его сердцевине парила странная субстанция, напоминающая жидкий металл бирюзового цвета. Камни, жертвы и снадобья, помещённые на алтарь, медленно растворились, слившись с этой субстанцией. В следующий момент произошло нечто поразительное: чешуя на теле Теодора и Азуриона начала отслаиваться, превращаясь в мерцающие голубые хлопья, которые поднимались в воздух и растворялись в сиянии. Под ней обнажалась здоровая, человеческая кожа. — Оно... действует в обратном направлении, — прошептала Брика. — Алтарь поглощает драконью сущность. Стражи-полудраконы, застывшие в благоговейном ужасе, внезапно начали издавать тревожные звуки. Самый крупный из них сделал шаг вперёд, его глаза метались между алтарём и собственными конечностями. — Помогите... нам... — с трудом прохрипел он, и это был первый раз, когда в его речи прозвучало нечто по-настоящему человеческое. Полька и Нарнир переглянулись. Алтарь принял их жертвы и начал исцелять Теодора и Азуриона, но что делать с остальными полудраконами? Те явно видели шанс на спасение, но у группы больше не было ценных предметов для жертвоприношения — все снадобья Польки, альбом Теодора и семейная шкатулка Азуриона уже были принесены в дар. Внезапно свет, исходящий от алтаря, сконцентрировался в тонкий луч, указывающий прямо на браслет на руке Польки. Орнаментальный меч на нём засветился в ответ. — Эй... — Полька удивлённо посмотрела на украшение. — Почему он реагирует именно на него? — Потому что это не обычный браслет, — медленно произнёс Нарнир, его лицо побледнело. — Он принадлежал моему отцу, точнее... той сущности, которую я считал своим отцом. В нём заключена частица божественной силы аасимаров. Я хранил его как единственную память о... Он не закончил фразу, глядя на трёх оставшихся полудраконов, которые с мольбой смотрели на них. За драконоподобными чертами теперь проступали человеческие глаза, полные боли и надежды. Теодор и Азурион медленно опустились на пол. Процесс их исцеления завершался — оба выглядели полностью человеческими, хотя на коже всё ещё можно было заметить лёгкий голубоватый отлив. Они с изумлением рассматривали свои руки, снова лишённые чешуи. — Мы должны решить, — тихо сказала Полька, глядя то на браслет, то на Нарнира. — Ритуал, видимо, может исцелить и их, но требует ещё одной жертвы. Один из полудраконов попытался подползти ближе, но его тело, слишком изменённое для нормального движения, лишь неуклюже заскребло по полу. — Прошу... — прохрипел он. — Я был... художником... хочу... рисовать снова... Нарнир встретился глазами с Полькой. Взгляд инквизитора был полон внутренней борьбы. — Если мы не поможем им сейчас, они останутся такими навсегда, — произнесла Брика, ковыляя к ним. — Торбен говорил, что через определённую стадию превращения назад пути уже нет. Они на грани. Высоко под потолком пещеры снова зашуршали крылья летучих мышей, словно природные обитатели тоже затаили дыхание в ожидании решения группы.