Глава 3 «Не/дивный новый мир»
8 ноября 2025 г., 04:11
На пути к «Чист и Лозоход лимитед», Лондон
2025, август
В машине приятно пахло и было тепло. Мягкие кожаные сиденья, тихий — действительно тихий — шум мотора. Том прежде не ездил в автомобилях, только в магловском общественном транспорте, когда был помладше, и все они тарахтели, как старые паровозы. Но сейчас он решил, что поездка была удовлетворительной. Магл управлял машиной, уставившись на дорогу тупым взглядом. На одном из светофоров он взял в руку черную коробочку, совсем плоскую, и она загорелась. Экраны Том видел раньше — на пузатых телевизорах за витринами, а этот был совершенно плоский, цветной, четкий. Мужчина тыкал пальцем, и Том различил карту. Только не статичную, а живую, с тысячей подписей мелким текстом. Магл записал пункт назначения в строку, и карта показала маршрут. Это было интересно. Глупо, но интересно. Том и прежде наблюдал за маглами, за их мышиным копошением в грязи и без удобств волшебства, но у них никогда не находилось ничего достойного его внимания. А эта карта… она была удобна только для тех, кто ходит ногами и ездит в консервных банках, но все же она показывала весь Лондон и, похоже, нынешнее местоположение. Том забрал карту из рук мужчины. Тот взглянул на Тома, сузив глаза, но ничего не сказал — он все еще был под влиянием империо. Коробочка оказалась легкой, в металлическом корпусе с отверстиями и стеклышком на обратной стороне. По примеру магла Том отдалил и приблизил Лондон. А потом вновь отдалил, и его взгляду открылся вид на всю Англию. И еще. Европа, континент, океаны — целый мир на одной карте? — Как это возможно? — спросил он. — Что? На светофоре загорелся зеленый, и машина тронулась с места. — Карта показывает весь мир и вместе с тем может сориентировать в одном городе. Как это возможно? — Просто карта, — магл пожал плечами. — В любом телефоне есть. И не только Лондон показывает — любой город. Телефон? Том не мог совместить это и телефоны. В его времени они были громоздкими аппаратами с трубкой и проводами, висящими на стенах. Об экранах речи не шло, о картах тем более. Только магловская связь посредственного качества, вроде радиоприемников. — Откуда карта знает, где мы? — Так gps же, спутники и все дела, — магл улыбнулся. Тому это все ни о чем не говорило. Но на миг он задумался о том, как это удобно — знать, кто и где находится вот так сходу. Было бы так удобно следить за всеми, если бы он получил доступ к этой технологии. А потом Том разочаровался. Как жалкие маглы смогли так эволюционировать? Их место под подошвой ботинков волшебников, а не в этих удобных кожаных креслах и не с такими знаниями в руках. Где и когда все повернуло не туда, где и когда волшебники решили, что маглы достойны такого? — То есть в теории любой может видеть, где ты находишься? — Ну, если телефон при мне, и я отправлю геолокацию. Хотя, кажется, полиция тоже может увидеть… Знаешь, я не тот, кто в таких вещах разбирается, я простой бухгалтер. — Это, говоришь, телефон. Значит, с этого звонят теперь? Зачем в одном устройстве и карта, и звонки? — Да, можно и позвонить, но это некомфортно. Я предпочитаю смски. И там не только карта, приятель, — магл усмехнулся. Проклятие проклятием, но разум человека и его привычки сохранялись. Хорошо хоть любопытство этого животного можно было подавить. — Там все, что хочешь. Еду заказать, проверить анализы, задать какой-нибудь вопрос, билеты оформить… Все, что хочешь, короче. — Задать вопрос? Кому? О чем? Это кусок металла и стекла, а не… Волшебники приложили руку, да? Подарили маглам чары… Как это гадко и низко. Том ощутил отвращение и вместе с тем, какой-то укол в груди, будто все его представления о мире и правильном лопнули. Маглы глупы и не могли уместить такую серьезную магию в устройство, помещающееся в ладонь. Все, что они создавали, было громоздкое и бесполезное — жалкая попытка облегчить их порочную жизнь. — Волшебники? Айтишники крутые, конечно, но без магии. Зайди там… Ах, — магл забрал телефон из рук Тома и нажал на полосу со значком лупы. — Вот тут, вводи свой запрос. Том вернул телефон себе и не сообразил сразу, что делать. Любой вопрос? Он ввел свое имя, и по экрану побежали слова. Бессмысленный текст с разбором слова на составляющие. Что-то о скандинавском короле, Булгаков и Пратчетт, компания французских вин, Mort в фольклоре… «Возможно вы имели ввиду Вольдемар». Том фыркнул — все было бредом и бессмыслицей, но мелкий шрифт сообщил о сорока тысячах результатов. Маглы… Последним предложением было указано: «Если я могу помочь чем-то еще, уточните запрос». Интеллект? Душа в коробке? Том осмотрел телефон еще раз, намереваясь заметить руны или следы магии, но ничего не было. — Кто это? — Что значит «кто это»? — улыбка магла показалась Тому неприятной. Он вообще весь был какой-то отталкивающий: полноватый полуазиат с редкими усами и рубашкой в уродливый мелкий узор. — Просто ИИ-помощник. Они сейчас везде. Иногда раздражает даже, но в целом… — Помощник? Том задумался. Все равно что уменьшить эльфа и всюду носить его с собой. Но эльфы глупые. Тому не нравилось теперь абсолютно все, что его окружало, ведь он не мог понять это место, этот новый мир, это все. Быть слабым — глупо. Не знать или не понимать чего-то — тоже глупо. Следовало разобраться. — Что еще он может? Мужчина по пути рассказал ему о всяких магловских мелочах, о том, что телефоны у всех, что в них и работа, и личная жизнь, и развлечения. У Тома не нашлось аналогий с волшебным миром, зато он убедился, что Статут еще действует, и маглы не в курсе того, кто их настоящий хозяин.Где-то в центре Лондона
2025, август
Том вышел из машины, стер память маглу и внушил, что тот ехал домой. Телефон сунул в карман мантии, проводил взглядом автомобиль, а потом перевел его на заброшенное здание «Чист и Лозоход лимитед». По фасаду, где должны были быть витрины и вход в Мунго, была развешана защитная сетка. Он подошел ближе, надеясь, что за магловским сооружением обнаружит вход в больницу. Волшебники наверняка что-то придумали. За сеткой увидел витрины, прошел вдоль здания, чтобы найти нужный манекен. Но его не было. Вообще манекенов не было. Только пустые, местами разбитые витрины. Том остановился и осмотрелся. Злило, что ничего не выходило так, как он того хотел. Центр Лондона. То и дело проезжали машины, сновали туда и сюда маглы. Дальше планов не было, и он решил просто пройтись и поразмыслить. Машины претерпели серьезные изменения, обрели массовость. Том решил, что маглы разбогатели, он не заметил даже мусора на улицах, и бедняков было совсем немного. Магловская мода тоже переменилась — исчезла, как он решил. Каждый проходящий мимо человек не был похож на предыдущего, хотя прежде все они казались однородной массой. От того, что он видел теперь, ему было тошно. Если бы еще утром он попытался представить себе, что будет с миром через восемьдесят лет, никак не представил бы этого. Он предположил бы, что Лондон стал бы центром всего волшебного мира, Пожиратели из новых поколений следили бы за тем, чтобы маглы и грязнокровки не смели поднимать взглядов от земли… нет, не смели подниматься с колен; всюду висели бы плакаты с его лицом и приказами… нет, истязаемые тела недостойных животных. И в воздухе пахло бы не выпечкой, а агонией и пеплом — остатками тех, кто не покорился его воле. От запаха выпечки все же скрутило желудок. В последний раз Том ел за завтраком. Он даже приукрасил мысленно, выставляя свое положение более бедственным: «За завтраком восемь десятков лет назад». Неподалеку оказалась кофейня, так было написано на входе. Его встретило приятное теплое освещение и интерьер, как в дорогих манорах, только осовремененный. Меньше контрастов, принтов, и цвета спокойные. И он поразился тому выбору, что был на прилавках и за стеклом. Такое разнообразие, какого даже на Хогвартсовских пирах он не встречал. Девушка за прилавком порекомендовала мясной пирог, а потом потребовала оплату. В небольшой кофейне было немного людей, так что Том не пренебрег магией: убедил девушку расплатиться за него. Черный чай подали в бумажном стакане, кусок пирога в бумажном пакете. Том счел это типичным магловским мусорным решением, но голод в целом велел закрыть на это глаза. Он сел на один из диванчиков у окна с видом на главную улицу и понаблюдал за маглами, пока ел. Эмоции стихли, время не давило и не вынуждало действовать неосмысленно и спешно. Том позволил себе расслабиться на миг, будто был в своем убежище, а не в центре Лондона. Еда оказалась сносной, желудок полным, и Том достал телефон. Решил изучить эту магловскую приблуду, может, найдутся указатели на Мунго. Он поискал информацию о здании «Чист и Лозоход лимитед». Статья сообщила о том, что с десятого года оно закрыто на ремонт. Автор статьи рассуждал о том, почему оно стояло нетронутым сотню лет, он удивлялся тому, что оно не рассыпалось в пыль, и, разумеется, тотальному уровню коррупции. Едва ли магл мог понять истинную суть вещей. Попробовал поискать фамилии своих сторонников, но, не удивительно, ничего полезного не нашел. Уточнил, что такое gps и спутники и ужаснулся тому, что маглы побывали на луне и протянули свои грязные лапища к другим планетам. И поиск, честно говоря, навевал тревожность Тому — от каждой статьи расходились сотни дополнительных веток с информацией, а за ними еще и еще. В его ладони, как он расценил, оказалась самая полная библиотека магловских знаний, тысячи исследований, миллионы мнений. И от этого голова шла кругом. На миг Том подумал, что маглы очень достойно проявили себя в этом, но сразу эту мысль пресек. Он ощутил на себе чей-то взгляд. Напротив за соседним столиком сидела девушка. Очень ухоженная, но все равно магл. Впрочем, Том не пренебрег шансом: он очаровательно улыбнулся ей и выпрямился. — Добрый вечер, мисс. Быть может, вы могли бы мне помочь? — он указал на свой телефон. — Никак не могу разобраться. Она смущенно опустила взгляд. Ресницы выглядели, как у старшекурсниц на балу, длинные и нереалистично густые. Как умело маглы перенимали черты волшебников… — Очень милый подкат, — сказала она и пересела за его стол вместе со своим стаканчиком кофе. — Так старомодно — знакомиться в кафе. — Но ведь вы не против, — он понизил голос, упрямо глядя в ее глаза. Редкие девушки не увлекались его внешностью, и он был прекрасно об этом осведомлен. — Нет, не против, — ее щеки порозовели, но она то и дело смотрела на него в ответ. — Меня зовут Эмма. Вас? — Том, — он протянул ей руку. Она сдержанно рассмеялась, но вложила свою в его. Том поцеловал тыльную сторону ее ладони — легчайший трюк аристократических мальчишек, какой Том подцепил от товарищей еще в школе и нашел его практичным. — Рад знакомству. — Чувствую себя глупо, — призналась она и заняла руки стаканчиком. — Так с чем у вас возникла проблема, Том? Честно, если скажете, что у вас в контактах недостает моего — я сразу разочаруюсь. Глупая магла… Он показал ей экран и спросил прямо, не намереваясь продолжать бессмысленный флирт, ведь она уже мечтала о нем. — Мне сказали, что в телефоне можно найти панораму любого места в мире, это так? Девушка рассмеялась, будто он спросил самую глупую вещь на планете. Том не поморщился, продолжил улыбаться, удерживать очарование на лице. — У вас не только подкаты милые, но и сам вы. Вы в курсе? На миг он все же взглянул в потолок, но потом вновь посмотрел на нее с прежней настойчивостью. — Так меня обманули или..? — Вы наверняка какой-то пранкер, да? Что-ж, просто откройте гугл-мэпс, там все есть. Том протянул телефон ей, видел, как она не хотела его брать, но взяла. В телефоне ориентировалась явно лучше него, а он наблюдал и запоминал. Пара нажатий, и она открыла изображение улицы, где они были прямо сейчас. Том выхватил телефон, чтобы взглянуть ближе, девушка стала совсем не важна. И заброшенный универмаг покрытый уродливой сетью, и исторические здания, и витрины, и плакаты рекламы… Все то же, что он видел сам, своими глазами на улице, только днем. Все еще не колдофото — изображение было абсолютно статичное, — но в сравнение с тем, что Том видел в своем времени, это был шаг далеко вперед. И самое главное — это было до тошноты полезное изобретение: с его помощью он мог увидеть любое место в тончайших деталях и аппарировать туда без какой-либо проблемы. — Ох, Мерлин… — он и сам удивился, что ребяческий восторг сошел с его губ. Девчонка рядом все улыбалась, но ему было все равно. — Ты такой чудной, — сказала она, — будто впервые в интернет вошел. Том поднял на нее взгляд, лукаво улыбнулся и склонился чуть ближе к ней. — Так и есть, — заговорил тише. — Быть может, ты научишь меня еще каким-то фокусам? Мне говорили, в телефоне можно «вообще все». Хочу уметь все. Девушка зарделась и прикусила губу. Каждый ее жест вызывал неприязнь. Нет, ее существование вызывало это чувство. — Пожалуй, я могу показать пару фокусов, только если дашь свою инсту. Боже, — она опустила лицо в ладони, а потом кокетливо взглянула на него сквозь пальцы. — Ты такой симпатичный, что я сама превращаюсь в тех идиотов, что просят контакт. — «Инсту»? Девушка подняла голову, на ее лице мелькнуло недоумение. — Ну, да, инстаграмм, типа того. Постой, ты серьезно? Ты из какой-то секты сбежал? Теперь это стремно… — «Стремно»? — Том улыбнулся ей чуть шире, чтобы его обаяние ее душило. — Никаких сект, красавица. Я просто… учился в частной школе, и многое мне было недоступно. — Значит, все-таки секта. Так и знала, что таких идеальных парней просто не существует. — Уверен, ты можешь это исправить. Например, начни урок с этой «инсты» и дальше. Она указала на одну из иконок и оказалось, что аккаунт уже был создан и жил. Только девушка хотела возмутиться «лжи», как телефон в руке Тома завибрировал, а на экране высветилась крупная надпись «Жена» и две иконки. Он еще не успел понять, что это, когда магла уже поднялась из-за стола с таким недовольным лицом, что, думалось, была готова его ударить. Том нажал на кнопку блокировки экрана на телефоне, надеясь, что это отключит и вибрацию. Помогло. — Вот же придурок, — сказала девушка, ее голос стал истеричным и еще более неприятным, чем прежде. Она принялась ругаться и рассказывать, как он ей понравился и каким «уродом» оказался, но Том перестал обращать на нее внимание, потому что его взгляд встретился со взглядом аврорши вошедшей в кофейню, той самой Авалин, что он бросил среди улицы. Удивительным он счел то, что она даже не выглядела злой, скорее… Он заметил в ее глазах знакомый блеск. Но различил его лишь тогда, когда она подошла ближе к его столу и заулыбалась. Том припомнил день, когда на втором курсе на уроке ЗоТИ уложил Вильгельма на лопатки заклинанием третьего курса. До того дня он держался особняком, предпочитал обходить Риддла стороной, но с того дня… Том видел в его глазах звериную преданность, привязанность и уважение «по праву сильного». Неужели? Авалин Грин взмахнула палочкой, но воздействия заклинания Том не заметил. Заметил лишь то, что ее палочка, которую он отобрал, все еще была при нем. Авалин деловито подошла ближе и заткнула маглу, которая даже не замечала ее, как и девушка за прилавком. Том укорил себя за то, что сам не воспользовался маглоотталкивающими чарами. Всему виной стресс. — Перекусил? — игриво спросила Грин. — Мое предложение еще в силе, если тебе интересно. — Как нашла меня? — Том откинулся на спинку дивана, принимая позу такую, будто ситуация была в его руках. Палочка, по крайней мере, уже была. — Обязательно расскажу, — ее, думалось, ни капли не смутила угроза еще одного проклятия. — Но, может, на улице? Или ко мне? — Так сильно хочешь мой Маховик? — Хочу. Страха в ее глазах и жестах не было. Только крепкая убежденность и то самое, что было в лицах его последователей, когда они попадались на крючок. Как же приятно. — Мне нужно в больницу, — сказал он, бросив взгляд за окно. — Начнем с этого? Авалин закивала, все так же диковато улыбаясь, и протянула ему руку. Том поднялся сам и стер пару минут — чтобы не утруждаться — памяти магле, и второй. Авалин хмыкнула и применила другое заклинание — невербальное, с неизвестным для Тома назначением. Но, главное, не во вред ему.Мэрилебон-роуд, Лондон
2025, август
Авалин утянула его на другую магловскую улицу хлопком аппарции. Ночной ветер тут же уколол все тело морозом, кончики пальцев окоченели так, будто Том оказался по меньшей мере в Сибири посреди зимы. — Так откуда ты, il mio sole? — спросила Авалин, двинувшись к крыльцу ближайшего здания. Оно было кирпичное, грязноватое и исписанное любительскими рисунками. — Из тридцатого? Или дальше? Том зашагал за ней следом. — Не твое дело. — Будет проще помочь тебе со всем управиться, если я буду… — Нет, не будет. Я дам тебе Маховик, когда разберусь с делами. Сам. — Сам, сам, — передразнила она, оглянувшись через плечо. Она была на пару лет старше, но вела себя отвратительно по детски. Такие теперь авроры? — Знаешь, было бы вежливо с твоей стороны представиться. Том пораскинул мозгами и решил, что стоит скрыть от нее как можно больше. И свое время, и имя… Его, честно говоря, лучше сменить на другое, раз Волдеморт в этом времени мертв, и верх одержали все те, против кого он собирался бороться. Том остановился и достал телефон, разблокировал как раз в тот момент, когда надпись «Жена» опять высветилась на экране. Что с этим делать, он не знал, но Авалин уже оказалась рядом и смахнула красную кнопку. Он повернулся к ней и подметил, что Грин подступилась очень близко, так близко, что он ощущал касание ее куртки к своему плечу и запах перегара. Эту сумасшедшую он очаровывать не собирался, а потому взглянул на нее хмуро. Не злился, лишь давал понять, что с ним так нельзя. — Украл телефон у магла? — спросила она, будто не замечала его нескрытой неприязни, и взглянула на экран телефона. — О, так еще и на магловской сети висишь, давай исправим. Она не дожидалась его согласия или несогласия, просто выхватила телефон и принялась, что-то вводить, перемещаться между изображениями снова и снова. Том скрестил руки на груди. — Что ты делаешь? — Шутишь? Ух, похоже, что-то серьезное случилось, раз ты не разбираешься в такой банальщине. — С чего ты взяла, что что-то случилось? — спросил он, но сразу понял, что сглупил. Это же было очевидно — в ее голову и мысли не могло пробиться о том, что он прибыл сюда из прошлого. Маховики так не работают. Общественно известные Маховики, по крайней мере. Он и сам, когда увлекался этой темой в начальной школе, читал исключительно о том, что скачки возможны только назад — после десятка книг с этой информацией его интерес к ним и поутих. Авалин подняла взгляд от экрана на него. В голубом искусственном свете снизу ее лицо виделось театральной маской. — Не хочешь говорить, и не надо, — она протянула ему телефон. — Пытать тебя я не собираюсь, только немного беспокоюсь. Война будет, да? Мне тоже выгодно, чтобы ты все исправил, если ты тут за этим. Но только в том случае… Она умолкла и сощурилась, оглядывая его лицо. Том не смутился, позволил, но все же подтолкнул: — В каком? — Если ты не на стороне Министерства. Теперь смолчал Том. Пока не разобрался, что тут у них происходит, кто она такая, не спешил озвучивать свое мнение. Сторону Министерства он принял бы исключительно за должность Министра. Но вдруг Авалин лишь проверяла? Пока было ничего не ясно — он решил молчать. — Мальчишка-silenzioso, — она закатила глаза к низкому небу. Свет фонарей ложился на ее кожу золотом. Том отметил, что оттенок был приятный, но это не отменяло ее нелепости. — Одного круцио было мало? Авалин усмехнулась, прямо взглянула в его глаза, но теперь все же отступила на шаг. — За такое в Азкабан сажают, между прочим, — она вздернула подбородок, это опять отослало его куда-то в школьные дни, и уперла руки в бока. — Но я тебя не сдам, если этого не повторится. Ты мне на свободе интереснее. Если бы еще говорил побольше и не огрызался, думаю, мы бы отлично сработались. — Мне это не нужно. — Зато нужно мне. Это было невероятно удобно, но Том набивал себе цену, а потому покачал головой: — Прикрывать меня нет нужды, я… — он хотел сказать «скроюсь от аврората», но прервался. Том оставил ее без сознания на тротуаре и уехал на другой конец разросшегося города, а Авалин все равно его нашла. Маглы сильно преуспели в этой их поддельной магии, так с чего он взял, что волшебники не сделали шаг вперед? Может, и не так просто скрыться теперь? Он заявил прямо, решив, что сила решает, с такими, как она: — За банальное укрытие меня от закона Маховик ты не получишь. Служи мне, помоги разобраться со всем, и тогда я его одолжу. — «Служи»? Ну и словечки, — она окинула его взглядом. Возможно, хотела снисходительным, но не вышло. — А, знаешь, буду. Буду служить, это не проблема. Но сперва скажи, как далеко твой Маховик может? — Далеко собралась? — опять не ответил прямо, мало ли, что она задумала. Вдруг за пра-пра-дедом хочет вернуться? — Ты невыносимый, il mio sole. «На двух стульях не усидишь,» — слышал такое? Я не стану помогать тебе за пустые слова и красивое личико. Поняла уже, что ты секретничаешь, но, будь добр, оставь детские игры деткам. Том ясно ощущал, что его окклюменция не дает сбоя, но Авалин отчего-то все равно была в его голове. Не на самом деле, конечно, но тот факт, что стандартный подход дал сбой, выбивал его из колеи. Может, и не глупая вовсе? Нет, все-таки глупая. Но он уступил, чтобы интерес в ее глазах не померк: — Лет на восемьдесят хватит. Так далеко собралась? — Восемьдесят? — она вскинула брови и приоткрыла рот. — Ты серьезно? Восемьдесят — это же… Это же… Non è possibile! Non ci credo! Том стоял на месте, сжимая в руке телефон, а она прошагала взад-вперед перед ним, зарыв пальцы в волосы. Этот Маховик был за рамками, он и сам понимал, но ее реакцию понять не мог. Авалин вдруг остановилась и взглянула на него. Он ожидал увидеть в ее глазах прежний восторг и беспечное веселье, но застал страх. Густой и четкий страх, который, казалось, в любой миг мог обрести кровь и плоть и зажить своей жизнью. Она шагнула ближе к нему, вторглась в его пространство, как обыкновенно делал он с другими, и ухватилась за его плечи. — Если когда-нибудь встретишь мою сестру, — сказала она тише, — никогда-никогда не упоминай об этом. Никогда. Пообещай мне. Тому было все равно на нее, на ее сестру, на все, но он кивнул — ложь была в его крови, сколько он себя помнил: — Обещаю. Хорошо. Ни слова. Ни слова правды не сказал, пустые звуки, но ей хватило, и она отпустила его. — И о том, почему я вообще помогаю, ни слова. Обещай мне, что все дела только между нами. Обещай, что дашь воспользоваться Маховиком. Обещай мне это, и я… буду тебе служить. И он пообещал. И она поверила.«Заброшенная» самаритянская больница для женщин, Мэрилебон-роуд, Лондон
2025, август
Это была все та же больница святого Мунго, какую Том запомнил, только в ином здании. Старый универмаг сменился на старую магловскую лечебницу, которую переделали под волшебную. Уродливые мантии целителей, бездушная привет-ведьма за стойкой, прокаженные всяческими недугами волшебники, которые и на людей то не походили. Он бывал в больнице лишь однажды, — когда навещал Мальсибера после того, как Лестрейндж превратил того в щепки, — и теперь различий почти не находил. Разве что прежде было шесть этажей, а стало пять. Нужный Тому — «Недуги от заклятий» — перебрался в подвальное помещение. Авалин сказала ему, что проверит голову, «Неплохо меня приложил,» — или что-то вроде того, и ушла, а Том отыскал свободного целителя. Это была среднего возраста женщина в отвратительной лимонной мантии. «Ханна Лонгботтом» — было указано на ее бейдже. «Инста» в телефоне оказалась удобной штукой — Том назвался Каем Эвигом — такое имя было у того магла. Почти оскорбительно грязное имя, но Тому было не в новинку называться тем, кто вызывал лишь отвращение. — Полагаю, я проклят, — сказал он, когда целительница проводила анализ тела. — Вы не ошибаетесь, — закивала она, ее голос был мягкий, почти вводящий в транс. — Проклятие есть, вижу. Мороз по коже, верно? Он кивнул, а она продолжила водить палочкой вдоль его груди и слегка нахмурилась. — Это нехорошо… Не могу разобрать окончательно, но, кажется, есть повреждение души. Других симптомов нет? — Только холод. — Ничего не болело? — Не припоминаю. — Удивительно, — она вернулась к своему столу и принялась что-то записывать. — Чтобы подобрать контр-проклятие к порче на замерзание живьем, мне потребуется пара месяцев. Могу предложить стазис, чтобы не усугублять ваше состояние? — Это довольно долго. — О, не переживайте, в таких случаях полагаются оплачиваемые отпускные. — Дело не в отпускных, это лишь не вяжется с моими целями в Англии. Нет возможности это форсировать? — Хм, думаю, можно решить быстрее, — сказала она, взглянув на него. Глаза у нее были добрые, до тошноты. — Если бы вы принесли предмет, через который передалось проклятие, я бы управилась намного скорее — за неделю или две. Есть такая возможность? Том прикусил внутреннюю сторону щеки. С этим были проблемы, учитывая обстоятельства. Он прикинул шансы на то, чтобы отыскать тот злополучный фиал через более чем половину века, и расценил их, как незначительные. Но соглашаться на стазис было неразумно — это лишило бы его двух месяцев, которые можно было потратить на поиски Маховика. — Сколько у меня времени? Лонгботтом поджала губы и провела пером по округлому подбородку. Том заметил, что чернил на столе не было. — Думаю, конечности начнут отказывать как раз месяца через два, если ничто не усугубит проклятие. Потом еще месяц-другой походите или полежите, если не повезет, и все — летальный исход. В вашем возрасте не стоит запускать здоровье так сильно. Как целитель, я все-таки рекомендую стазис. Том почти не двигался, когда она упомянула смерть. Это было слишком. Он уже умер в этом времени, даже имея на руках крестраж, и повторять этого никак не хотелось. Он никогда и никому не признался бы, но сейчас ему стало дико страшно. Кожу вдоль позвонков оцарапали когти жадной до его жизни смерти, и он поелозил на кресле, пытаясь согнать наваждение. Тогда его нагнала мысль еще более ужасающая: если Волдеморт мертв, значит, дневник уничтожен. Значит, прямо сейчас… Он опустил руку на грудь, сделал вид, что поправляет рубашку, но на деле попытался понять, что внутри него изменилось. В день, когда он отсек часть своей души, в груди рвалось и трещало, и первобытная боль разъедала все внутри него. Он старался не допускать таких мыслей, но не сдержал себя в тот единственный раз и предположил, что, если кто-то доберется до его крестража и уничтожит его, Тома непременно настигнет кара еще более суровая, чем при его создании. Но различий в состоянии образца себя из сегодняшнего утра и сейчас он не нашел. В груди было спокойно, в голове тихо, он нервничал и бесконтрольно глупил сегодня, но это было неудивительно, ведь внешний мир на него давил, а не душа. Он даже не смог сопоставить временные отрезки, решить, считается ли уничтоженный крестраж здесь тем же самым, что перед походом на работу Том оставил дома. Он, откровенно говоря, в этой теме был, как рыба на суше. И этот вопрос стал еще одним в растущем списке тех, какие непременно стоило решить. — Откажусь, благодарю, — сказал он совсем тихо. Взяв себя в руки, откашлялся: — Я поищу ту безделушку. Ханна Лонгботтом неодобрительно покачала головой, но спорить не стала. — Ваше право, мистер Эвиг. Я в любом случае буду ждать, что вы придете. И желательно своими ногами, договорились?
