Не тот робат

Глава 56 После часовой лекции о том, что ходить в подземелья (тем более на глубинные этажи) очень опасно, что можно было хотя бы записку оставить, и что её сердце не каменное и тоже умеет переживать… Сир меня вроде бы простила. Или, как вариант, сделала вид, что простила, чтобы я убрался и дал ей отдохнуть. С неё станется. Я вышел из таверны, чувствуя себя нашкодившим котом, которого отчитала заботливая, но строгая хозяйка. Ноги сами привели меня в безлюдный переулок. Оглядевшись и убедившись, что за мной никто не следит (а за мной теперь, кажется, следили все), я глубоко вздохнул и создал портал в мир Террарии. Портал распахнулся, и я шагнул в него, оставляя позади проблемы Орарио. --- Я появился на зелёной, залитой солнцем поляне. Вокруг — только деревья, высокая трава и ни одного монстра на горизонте. Идеально. — Ну, давай, мать твою, — прошептал я, открывая меню «Гачи». Десять улучшенных круток. Почти полсотни этажей ада. Три дня без сна. Это должно окупиться. Я зажмурился и ткнул в кнопку «Прокрутить 10 раз». --- Первое. В воздухе передо мной материализовался ярко-жёлтый билет с надписью, пульсирующей голографическими искрами. «Билет в мир кино «Шазам!». Длительность пребывания: 3 часа». — Хм, — почесал затылок я. — Три часа на безумного подростка с силами богов. Интересно, что я там могу получить? Но ладно, потом разберусь. Второе. Следом за билетом, сверкнув золотым сиянием, в траву передо мной воткнулся меч. Тяжёлый, благородный, с гардой в виде расправленных крыльев и клинком, исписанным рунами. «Аскалон. Легендарный меч, зачарованный на уничтожение драконов. Из мира High School DxD». Я поднял его, взвесил на руке. Тяжеловат для меня, но… святой меч с повышенным уроном по драконам, — мысленно прикинул я. — Аврора. Ей идеально подойдёт. Она и так у нас тихая, святая, а тут ещё и меч в тему. Убрав Аскалон в инвентарь, я приготовился к следующему предмету. Третье. На траву упала хоккейная маска. Старая, потёртая, с грязными разводами и парой вмятин. От неё веяло таким концентрированным ужасом, что мурашки побежали по коже. «Хоккейная маска Джейсона Вурхиза. Носитель: Джейсон Вурхиз (Пятница, 13-е). Владелец маски получает частицу его бессмертия и неутолимую жажду мести. Снимать не рекомендуется». — Эм… — я брезгливо подцепил маску двумя пальцами и закинул в самый дальний угол инвентаря. — Нафиг. Нафиг такое счастье. Пусть пылится. Четвёртое. Вспышка света, и передо мной возникла небольшая, но очень зловещего вида вирусная бомба, а под ней вылезло описание. «Вирусная бомба (Вархаммер 40,000). Осторожно: при активации заражает всё живое в радиусе километра. Смертность — 99,9%. Биологическое оружие массового поражения». — Офигеть подарок, — пробормотал я и медленно, очень медленно поднял голову вверх. И увидел боеголовку, которая летела. Прямо на меня, разрезая безоблачное небо Террарии, нёсся баллистический снаряд. Судя по очертаниям — классическая боеголовка. С вирусной начинкой. Которая вот-вот грохнется мне на голову. Опять?! — выдохнул я, смирившись с тем, что система любит пощекотать мои нервы, и активируя выход из мира быстрее, чем когда-либо в жизни. — ПОЧЕМУ КОГДА МНЕ ВЫПАДАЕТ ЧТО-ТО ОПАСНОЕ, СИСТЕМА ПРИЗЫВАЕТ ЭТО НАД МОЕЙ ГОЛОВОЙ?! Я вывалился из мира Террарии в переулок Орарио, тяжело дыша и хватаясь за сердце. За спиной, в ином измерении, глухо ухнуло. Надеюсь, мой запасной мир переживёт это. — Чтоб ты провалилась, Гатча… — просипел я. --- Пятое. Я вошёл в другой мир Террарии — второй, запасной мир — и вошёл снова. Крутки продолжались. «Кольцо Драупнир (God of War). Легендарное кольцо, способное превращаться в бесконечное копьё. Копии можно метать и взрывать по желанию владельца. Копьё способно убивать богов». На моей ладони лежало тяжёлое, тёплое золотое кольцо с рунами. Я повертел его, и оно послушно вытянулось в длинное, идеально сбалансированное копьё. Я взмахнул — и рядом с первым возникла точная копия. — Охренеть, — выдохнул я, возвращая кольцо в исходное состояние. — Это… это я Брунгильде подарю. Моя валькирия точно обрадуется такому подарку. Шестое. В воздухе материализовался… набор нижнего женского белья. Оно было полупрозрачным, сотканным из тончайших, переливающихся на свету нитей. «Эротическое бельё из паутины божественного паука. Прочнее стали, легче пера, приятнее шёлка. Носительница получает +5 к харизме и +10 к желанию партнёра его снять». — Хм-м-м, — протянул я, с интересом разглядывая белоснежные, почти невесомые кружева. — Это девочкам отдам. Пусть сами разбираются, кому какое. Там, глядишь, и мне что-то перепадёт вечерком. Седьмое. Коробка. Внутри — ровно шестнадцать пробирок с розоватой, перламутровой жидкостью. «Зелье увеличения груди. Постоянный эффект. +1 размер за каждое зелье. Накапливается». — Эм, да, — я задумчиво почесал подбородок. — Бесполезно. Хотя… можно толкнуть это Локи. Уж она-то точно не откажется от такого подарка. Представляю её лицо, когда она узнает, что может стать ещё пышнее. Хитрая лиса будет в восторге. Восьмое. Книга. Старая, потрёпанная, с выцветшими буквами на обложке. «Пособие для криворуких блондинок: как стать мастером скрыта. От чайников до мастодонтов этого дела. Автор: некто Майра». — Блондинок? — я покосился на книгу. — Ну, Айс — блондинка. Обязательно надо подробно изучить, — задумчиво протянул я, смотря на книгу. Девятое. Я даже поперхнулся. Передо мной, занимая половину поляны, возвышалась золотая статуя. Метров десять в высоту. Огромный, нелепый, но невероятно детализированный хомяк с глазами размером с голову взрослого человека. Глаза были сделаны из чистейших, кроваво-красных рубинов. Под статуей висела табличка: «Самое жалобное существо во всей мультивселенной». — Да ёлки-палки, — простонал я. — Куда мне это? Во дворе поставить? Пугать прохожих? Гестия обрадуется… наверное. Так что мне от неё достанется. Я кое-как запихнул статую в инвентарь, молясь, чтобы она не выпала в самый неподходящий момент. Хотя по идее не может, но почему-то возникало такое чувство, что она что-то сопрёт прямо сейчас. Десятое. Последнее. Самое главное. В руке у меня оказался небольшой, но увесистый шприц-ампула с красной жидкостью, в которой, казалось, плавали звёзды. «Кровь святого Доминика Торетто. Эффект: на один час вы становитесь способны нарушать законы физики так, как вам вздумается. Машины ездят по вертикали? Легко. Семь жизней? Пф. Вы можете игнорировать гравитацию, трение, инерцию и даже здравый смысл. Главное — верить в семью. И не забывать про нитро». — Эм, да, — выдохнул я, осторожно убирая ампулу в самый надёжный угол инвентаря. — Вот это уже серьёзно. Час абсолютной власти над реальностью. Надо будет применить с умом. И желательно — в самом безнадёжном бою. И желательно в другом мире. --- Вернувшись в Орарио, я насвистывал какую-то весёлую мелодию, неспешно прогуливаясь по вечерним улочкам. Настроение было отличное — крутки отбомбили на славу, инвентарь ломился от сокровищ, а впереди маячил ужин и, возможно, даже прощение от всех обиженных сторон. Но не успел я отойти от переулка и на сотню шагов, как меня окликнули. — Привет, Вали! — раздался приятный, чуть хрипловатый женский голос. Я обернулся и увидел её — Гефест. Богиня-кузнец собственной персоной. Беловолосая девушка с пышными формами и любопытным, чуть прищуренным взглядом своего единственного глаза. Второй был скрыт под аккуратной повязкой, что придавало её облику налёт загадочности и суровой красоты. — Госпожа Гефест? — удивился я. — Вы что-то хотите от меня? Она приблизилась, и на её губах заиграла добродушная, почти тёплая улыбка. Для богини кузнечного дела она выглядела на удивление… мягкой. Но я-то знал, что за этой мягкостью скрывается несгибаемая воля и руки, способные выковать что угодно — от подковы до легендарного артефакта. — Да, хотела бы, чтобы ты пошёл со мной, — сказала она. — В мою личную кузницу. И ещё раз показал, как ты куёшь оружие. Мне очень интересна твоя техника. Она… необычная. Я уже открыл рот, чтобы ответить, как вдруг услышал за спиной торопливые шаги. Кто-то бежал — быстро, тяжело дыша, но при этом с какой-то механической, нечеловеческой целеустремлённостью. Я обернулся. Передо мной стояла Айс Валенштайн собственной персоной. Но это была не та идеально собранная, холодная Айс, которую я привык видеть. Её одежда была слегка чумазой, кое-где порванной, волосы растрепались, а нагрудник — её прекрасный, явно дорогой нагрудник — был сильно повреждён, со следами глубоких царапин и вмятин. — Нашла тебя, — сухо, буднично произнесла она, глядя на меня своим обычным, ничего не выражающим взглядом. — Ох ты ж ты… — выдохнул я. — Ты что, с 50-го этажа сюда бежала? — Да, — бесстрастно кивнула она. — Эм, — я моргнул. — И что ты хочешь от меня на этот раз? — То же, что и в прошлый, — ровно ответила она. — То есть — понять, как я быстро становлюсь сильнее, и чтобы я сделал тебе оружие? — уточнил я, пытаясь поймать хоть тень эмоции на её лице. Айс слегка задумалась. Это было заметно только по микроскопической задержке перед ответом — она будто сканировала варианты, выбирая самый оптимальный. — Да, — наконец сказала она. За этим диалогом с живейшим интересом наблюдала Гефест. Её единственный глаз перебегал с меня на Айс и обратно, и в нём горело неподдельное любопытство. Кажется, она только что стала свидетельницей чего-то очень редкого и интересного. — И ты не отстанешь от меня, пока не узнаешь, как я становлюсь сильнее, и не сделаю тебе оружие? — уточнил я на всякий случай. — Не отстанешь? Айс снова кивнула. Молча. И твёрдо смотря на меня. Я перевёл взгляд на Гефест. Та приподняла бровь — единственную, которая у неё была — и усмехнулась. — Похоже, у тебя появился хвостик, Вали, — заметила она. — И, судя по виду, хвостик очень настойчивый. Я вздохнул. — Ладно, — сказал я, глядя на Айс. — Тогда пошли. Оба. Разбираться будем по пути. Гефест довольно кивнула и развернулась в сторону своей кузницы. Айс молча пристроилась с другой стороны, заняв своё привычное место «хвостика». Я шёл между богиней-кузнецом и ледяным сталкером, чувствуя себя главным героем странного, абсурдного, но почему-то очень увлекательного приключения. Гестия меня убьёт, — в сотый раз подумал я. — Но, чёрт возьми, как же это весело. --- Зайдя в личную кузницу Гефест, я едва не присвистнул от восхищения. Это было не просто помещение — это был храм ремесла. Стены увешаны полками с инструментами, каждый из которых явно был не обычным: молоты из сплавов, которых я никогда не видел, щипцы с гравировкой, светящейся в полумраке, напильники, сделанные из зубов неизвестных чудовищ. В углах громоздились заготовки — слитки металла, переливающиеся всеми цветами радуги, кристаллы размером с голову, какие-то законсервированные в смоле органы монстров. Гефест, не тратя времени на экскурсию, подошла к полке с аккуратно разложенными слитками, выбрала один и протянула мне. Затем взяла стул, уселась напротив и уставилась на меня с неподдельным, жадным интересом. Айс молча встала рядом с Гефест, сложив руки на груди, и тоже уставилась. Два прожигающих взгляда — один любопытный, второй абсолютно бесстрастный — скрестились на мне. Я вздохнул, принял слиток и активировал Атамарную ковку. Материал в моих руках ожил. Я чувствовал его структуру, его слабые места, его потенциал. Моя воля вливалась в металл, перестраивая его атом за атомом. Сначала я вытянул форму — длинный, изящный клинок, полуторный меч рапировидной формы. Не тяжёлый рубящий, а колющий, быстрый, смертоносный. Я уплотнял структуру, делая его максимально прочным, но одновременно — максимально острым. Лезвие звенело, откликаясь на каждое моё мысленное усилие. Затем перешёл к гарде. Я сделал её как у сабли — изогнутой, закрывающей всю руку от чужого клинка. Усилил крепления, добавил рёбер жёсткости там, где это было нужно, и облегчил там, где можно было сэкономить вес. Рукоять я обмотал кожей, но не простой — я вплёл в неё тончайшие металлические нити, чтобы меч никогда не скользил в руке. И наконец — финальный штрих. Я облегчил меч до предела, сохранив при этом всю его прочность. Он должен был петь в воздухе, а не вязнуть. Через пару минут (а для стороннего наблюдателя — через пару секунд плавных, сосредоточенных движений) я закончил и протянул меч Гефест. Она приняла его, как принимают священную реликвию. Её единственный глаз загорелся восторгом. Она вертела клинок в руках, подносила к свету, проводила пальцем по лезвию (аккуратно — порезаться можно было даже от лёгкого касания), а затем подошла к столу с какими-то приборами и начала проверять его с помощью артефактов. Один измерял твёрдость, другой — остроту, третий — магическую проводимость. — Восхитительная работа, — выдохнула она наконец, с сожалением возвращаясь на стул. — И, боюсь, не факт, что я смогу её повторить. Твоя техника… она уникальна. — Она вздохнула. — Жаль, что ты уже в семье Гестии. Если бы не это, я бы забрала тебя к себе не задумываясь. — Можно мне посмотреть? — вмешалась Айс, протягивая руку. Гефест передала ей меч. Айс приняла его, взвесила на ладони, затем сделала несколько пробных взмахов в стороне, проверяя баланс и то, как он лежит в руке. Её лицо оставалось бесстрастным, но она не спешила возвращать оружие, что уже было показателем. Пока Айс изучала клинок, Гефест снова повернулась ко мне. — Ты раньше упоминал, что умеешь зачаровывать вещи, — сказала она с интересом. — Можешь показать? На этом же мече? Я хитро прищурился. — Хм, я не помню, чтобы об этом упоминал, — протянул я. — Но вообще — да, могу. Я забрал меч у нехотя расставшейся с ним Айс, положил на наковальню и начал наносить руны. Они вспыхивали одна за другой, вплавляясь в металл и исчезая в его глубине, оставляя лишь слабое, едва заметное голубоватое свечение вдоль лезвия. — Закончил, — сказал я, поднимая меч. — Добавил зачарование «Шок». При ударе цель будет получать разряд молнии, вызывающий судороги и сокращение мышц. Противник на секунду застынет, а то и выронит оружие. Идеально для дуэлей. Я взмахнул клинком, и по лезвию пробежали синие искры, с треском рассыпаясь в воздухе. Гефест смотрела на это с таким выражением, будто я только что изобрёл колесо заново, но сделал его из чистого золота. — Впервые вижу такое, — тихо сказала она, принимая меч обратно. — Обычно магическое оружие делают из магически насыщенных материалов или с помощью магии насыщают предмет магией, а потом только куют. Но чтобы так… зачаровать на готовом предмете уже после ковки, да ещё и с таким эффектом, тем более материал не был магическим. Она замолчала, разглядывая клинок под разными углами. — Ты не просто кузнец, Вали, — наконец произнесла она. — Ты художник. Опасный, гениальный и, кажется, сам не до конца понимающий свою силу. Я скромно пожал плечами. — Стараюсь. Айс, стоящая рядом, перевела взгляд с меча на меня. В её жёлтых глазах мелькнуло что-то… неопознанное. Может, уважение. Может, ещё более жгучее любопытство. А может, просто блик от лампы. — Я хочу такой же, — сухо сказала она. — Я знаю, — вздохнул я. — Я знаю.