Когда сгущается тьма

Понедельник. Как только закончились уроки, друзья почти бегом направились в библиотеку. Времени было мало, а книг — невороятно много. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь скрипом перьев да редкими шагами мадам Пинс. Гермиона сразу направилась к картотеке, Рон встал у раздела «История магии», а Гарри подошёл к стеллажам с табличкой «Символика. Руны. Архаика». Вскоре на их столе выросла внушительная стопка книг. Пыльные корешки, тугие переплёты, пожелтевшие страницы с узкими закладками. — И всё это нужно просмотреть? — с тоской спросил Рон. — Придётся, — тихо ответила Гермиона. — Я ещё взяла «Свод запретов ранней магии» на всякий случай. Они погрузились в чтение. У Гарри уже на третьей книге начали сливаться строки: руны казались однообразными, схемы — повторяющимися. Он методично откладывал просмотренные тома в сторону. Результатов — ноль. — Вы нашли что-нибудь? — спросил он с надеждой. — Ничего, — буркнул Рон, переворачивая страницу. — Тут одни свадебные узоры да обереги для урожая. Гермиона молчала, внимательно изучая сноски. Вдруг она резко замерла. — Кажется... тут кое-что есть. Гарри наклонился ближе. На странице «Свода запретов ранней магии» был сухой текст без иллюстраций: «Ряд узоров признан опасным и запрещён к преподаванию и применению решением старейшин. Описание изъято.» Ниже — приписка мелким шрифтом: «Материал перемещён в Запретный фонд; часть утеряна при ремонте восточного крыла». — Видишь? — Гермиона показала на крошечное «см. также». — Прямого описания нет, но термин зафиксирован. И это ещё до основания Хогвартса. Значит, традиция старше школы. — Думаешь, эти каракули... — начал Рон. — Возможно, — тихо ответила Гермиона. — По крайней мере, это не обычные руны. Мадам Пинс прошла мимо и, не останавливаясь, бросила: — Только шёпотом. Они переглянулись. Гермиона аккуратно переписала ссылки на пергамент: названия разделов, формулировки, пометку о «Запретном фонде». Рядом она сделала короткую заметку: «Искать обходные упоминания в хрониках, не в учебниках.» Гарри продолжал листать, но все страницы уже казались одинаковыми. Он закрыл книгу ладонью. Под ложечкой неприятно заныло. — Мне пора на отработку. Гермиона подняла голову: — Постарайся не провоцировать Малфоя. Ему только повод дай — и получишь третье наказание. — Я и не собирался, — сказал Гарри, хотя сам не был в этом уверен. Он быстро сложил в сумку свитки и пергаменты. Конечно, он не планировал первым задевать Малфоя... но почему-то чувствовал, что столкновение неизбежно. — Удачи, — сочувственно сказал Рон. Гарри кивнул и вышел. В коридорах уже тянуло вечерней прохладой, а по мере спуска в подземелья тишина становилась всё плотнее. У двери в кабинет зельеварения, непринуждённо опершись плечом о каменную стену, стоял Малфой. Услышав шаги, он поднял глаза — без обычной насмешки, почти отрешённо. В этот миг дверь бесшумно распахнулась. — Проходите, — прозвучал холодный голос Снейпа. Гарри шагнул внутрь, ощущая, как тяжелый воздух, пропитанный травами и химикатами, обволакивает его. — Сегодня вы поможете восполнить запас моего зелья «Противочес», — Снейп произнёс это с убийственной бесстрастностью. — Инструкции на столах. Как только каждый из вас сварит по котлу — свободны. Гарри старался не смотреть в сторону Малфоя, сосредоточившись на ингредиентах. В гнетущей тишине зазвучали щипцы, заскребли ножи для измельчения. Снейп устроился за своим столом и начал методично перебирать баночки с корешками. Гарри следовал инструкциям с почти болезненной тщательностью. Зелье должно было приобрести насыщенный тёмно-зелёный оттенок. Вроде бы получалось: цвет медленно густел, пена оседала. Оставалось добавить последние компоненты. Слева послышалось шуршание. Малфой, потянувшись через стол, будто случайно задел его локоть. Ложка в руке Гарри дрогнула, и в котёл высыпалось вдвое больше толчёных игл дикобраза, чем требовалось. Варево мгновенно вспенилось и завоняло прокисшим бульоном. Гарри резко взглянул на Малфоя. Тот стоял безучастно, его собственное зелье набирало идеальный тёмно-зелёный цвет. Гнев вспыхнул яростно и неожиданно. В тот миг, когда Малфой на секунду отвёл взгляд от котла, Гарри, будто невзначай подтягивая к себе весы, слегка толкнул пальцем мерную ложечку. Лишняя щепотка щупалец муртлапа упала в чужой котёл. Варево Малфоя зашипело, забулькало и начало густеть комковатой массой. Гарри с глухим удовлетворением наблюдал за последствиями своей мести. — Ты с ума сошёл, Поттер! — выдохнул Малфой, сжимая край стола. Снейп поднял голову и оказался рядом в два шага. — Вы уже закончили? — он окинул оба котла ледяным взглядом, и его губы искривились в гримасе отвращения. — Отвратительно. И если от вас, Поттер, я ничего иного не ожидал, то вы, Малфой, сумели меня разочаровать. Зелье Гарри плюнуло брызгами тёмно-зелёной жижи, а у Малфоя масса схватилась так густо, будто прилипла к стенкам. Снейп, побледнев от ярости, прошипел: — Отмывайте котлы. Немедленно. — Но, профессор… — попытался возразить Малфой. — Довольно, — отрезал Снейп, даже не удостоив его взглядом. По лицу Гарри расползлась довольная улыбка. Мытьё котла не сулило ничего приятного, но мысль о том, что брезгливый Малфой с его манией чистоты будет возиться с вонючей остывшей массой, согревала изнутри. — Зачем ты это сделал? — прошипел Малфой, с отвращением берясь за скребок. — Совсем рехнулся? — Ты первый начал. — Я тебя даже не касался. — Локтем толкнул. — Тебе показалось. — Конечно. И лишние иглы дикобраза в моём котле — тоже мне показались? — Поттер, — тихо бросил Малфой, — если бы я хотел по-настоящему навредить, твой котёл уже расплавился бы. — Тишина, — раздался ледяной голос Снейпа из дальнего угла. — Я прекрасно слышу ваш лепет. Они на миг умолкли. Скребки заскрипели по меди. Гарри нахмурился, вглядываясь в подсохшие брызги на стенках своего котла. А вдруг Малфой и правда не хотел? Может, это действительно была случайность... Но он тут же отогнал слабую попытку оправдания — слишком хорошо знал привычки Малфоя. — Ты просто не смог справиться с элементарным зельем, Поттер, — снова прошептал Малфой. — А теперь ищешь виноватых. «Мальчик-Который-Выжил» — громкое имя, а зелье как у первокурсника. Терпеть не можешь, когда у кого-то получается лучше. — Заткнись, — сорвалось у Гарри громче, чем он планировал. Снейп медленно поднял глаза, на секунду задержал на них взгляд и снова погрузился в изучение корешков. Малфой наклонился так близко, что слова прозвучали прямо у уха, едва слышно: — Или ты просто любишь тратить моё время? Щёки Гарри вспыхнули, уши покраснели. Он и сам не понимал, почему реагирует так остро, но сквозь зубы выдавил: — Только в твоих фантазиях, Малфой. Взгляд Малфоя скользнул по его лицу, задержавшись на вспыхнувших щеках. Будто удовлетворившись этой реакцией, он медленно отступил. — Тогда признай: проблема в тебе, — уже ровно произнёс он. — И ни в ком больше. Гарри промолчал и сильнее надавил на скребок. Пальцы заныли, но он упрямо не поднимал глаз. Время от времени он чувствовал на себе чужой взгляд, и от этого неловкость лишь нарастала. Щёки пылали, и он боялся, что Малфой это заметит. А если тот и правда задел его случайно? С любым другим Гарри счёл бы это досадной неловкостью и сразу забыл. Но с Малфоем любое сомнение тут же оборачивалось одной мыслью: умышленно. Наконец, оба закончили. Снейп, не утруждая себя прощальными речами, коротко кивнул в сторону двери: — Свободны. Они направились к выходу почти одновременно, и в ту же секунду Гарри заметил на краю соседнего стола раскрытую книгу. На её полях на мгновение будто проступил знакомый извилистый знак. Малфой тоже замер, но тут же резко отвернулся, словно обжёгшись. Снейп молча подошёл и резким движением захлопнул книгу, подняв облачко пыли. Его тёмные глаза на мгновение задержались на Гарри, затем на Малфое. — Вон. Оба, — отрезал он, не оставляя места возражениям. Гарри вышел в коридор, но сердце продолжало учащённо биться. Он тоже это видел? Знал о символе? И если он безобиден, зачем Снейп так спешил их выпроводить, словно скрывая улику? Мысли путались, а подозрение лишь крепло. В этот момент рядом раздался сухой голос Малфоя: — Я же говорил не совать нос, куда не следует, Поттер. — И, не дожидаясь ответа, он скрылся в направлении подземелий. В ту ночь Гарри долго ворочался. В голове навязчиво крутились две мысли: таинственные знаки и… Малфой. Во-первых, он явно что-то знает. Во-вторых — эта его фраза. «Или ты просто любишь тратить моё время?» Она засела в памяти неприятным эхом, будто скрывая иной смысл, который Гарри не мог разгадать. И ещё Снейп. Его резкость, та поспешность, с которой он захлопнул книгу… Они оба что-то знают. Возможно, даже заодно. С досадой отогнав подозрения, Гарри наконец провалился в неглубокий, беспокойный сон.