Ты мне друг или я хочу тебя трахнуть?

Он сам превратился в ночь, почти бесшумно ступая по тонкой полоске асфальта перед многоэтажным домом. Кое-где на полу валялась штукатурка. Из окон на улицу падал грязный жёлтый свет. Остановившись за углом, достав пистолет из-за пояса, он точным и быстрым движением привинтил глушитель. Объект показался из подъезда минута в минуту, как он ожидал; ещё одно точное движение, и на подъездой дорожке — уже труп, истекающий кровью. А на диване — Баки, задыхающийся и только что проснувшийся от кошмара. Его словно прижало глыбиной к дивану, и тяжесть сдавила грудь, не позволяя дышать. Едва справляясь с ней, он сел. Провёл живой ладонью по лицу. Он никогда не привыкнет просыпаться вот так. Никогда не привыкнет ощущать, как задыхается, словно горло сжимает мёртвой хваткой его же собственная рука. Когда сердце перестало колотиться в висках и дыхание хоть немного успокоилось, Баки протянул руку за телефоном и набрал номер. — Привет... — Баки, что случилось? — Я не... Локи, я... — Ты дома? — Да. — Сейчас буду. И Локи завершил вызов первым. Поэтому Баки тупо пялился в горящий экран своего телефона несколько секунд, пока около дивана не появился Локи. Он сел рядом, а Баки, отбросив телефон, наклонился головой на его плечо. — Мне просто... снова приснился кошмар. Приобняв Баки, Локи погладил его по правому плечу. — Часто снятся? Баки покивал. — Но... я... я всегда остаюсь с ними один на один. — Это необязательно. Расскажешь? — Очередной мёртвый человек, смерти которого я не хотел. — Баки горько усмехнулся Локи в плечо. — Звучит, как будто это обыденность какая-то. Подняв голову, Баки вздохнул. Попытался выдавить из себя улыбку — вышло с трудом. Локи смотрел в серые глаза, и у него улыбнуться получилось. — Тебе часто снится прошлое? — Угу. Иногда — прямо прошлое, иногда какая-то смесь из воспоминаний и бреда полного. Иногда — просто бред. — А хорошие сны бывают? Уголок рта Баки дёрнулся. — Бывают. Ты снился на днях. — Это когда я у тебя остался? В ответ на игривое движение бровью Баки пихнул Локи в плечо, а тот коротко рассмеялся. — Хочешь, расскажу, о каком сне мне недавно рассказала Любовь? Баки кивнул. — Я прилетел к ней на громадном единороге, а потом подарил его ей, и она летала над Асгардом. Рассмеявшись, Баки спросил: — А единороги существуют? — Ага. А следующим вечером я сделал для неё огромную иллюзию прямо в небе Асгарда: меня и её на единороге. — Локи на секунду виновато поджал губы. — Потом пару дней весь интернет кричал об НЛО и прочей нечисти. Наконец-то улыбнувшись, Баки смотрел в голубые глаза Локи. В темноте очертания его фигуры словно слегка размывались по краям, но глаза, улыбку Баки видел хорошо. Локи поднялся с дивана и потянул его за собой. — Одевайся, пойдём. — А? — Единорога смотреть пойдём. Не потрудившись переспросить, Баки сменил домашние штаны на джинсы и натянул толстовку. На самом деле, он бы не удивился даже, если бы Локи взял и показал ему настоящего единорога — но тот, поднявшись вместе с Баки на крышу, сотворил в тёмном небе удивительную иллюзию: изумрудный, сияющий единорог плыл по нему, как Санта-Клаус на оленях в детских мультиках. Он мотал головой, перебирал копытами, и Баки смотрел завороженно, будто спал всё ещё. Спустя какое-то время единорог ускакал вдаль. И словно не исчез даже, а правда ускакал — и когда-нибудь вернётся. Баки посмотрел на Локи: тот наблюдал с гордым удовлетворением. Снова окинув взглядом небо, Баки обратил внимание на тонкую полоску света на востоке. В голову пришла идея. — Теперь — моя очередь. — Тоже единорога покажешь? — Не совсем. Пошли. Спустившись с крыши на парковку, Баки уселся на мотоцикл. Локи сел позади. Обнял Баки, и тот завёл мотор, сорвался с места — прямиком в утро, что вот-вот появится на свет. До набережной они доехали довольно быстро. Припарковавшись, Баки призывно мотнул головой и первым двинулся к ограждению, за которым — вода. А на горизонте рыжеватая полоска совсем уверенной стала. Резала синеву ночи, пробивалась сквозь неё, как мачете в джунглях. Баки наклонился, упираясь в ограждение набережной руками. Повернул голову, когда Локи встал рядом, и даже кивнул в сторону рассвета, как будто об этом нужно было говорить. Локи улыбался. Невесомо, легко, мягко. Баки подумал вдруг — дурак, надо ему где-то посреди стекла и бетона солнышко показывать, что он там не видел? Но Локи смотрел так завороженно, что Баки даже показалось: они здесь — не просто так. Простояв там, пока солнце не округлилось, перестав прятаться за горизонтом, они нашли круглосуточную кофейню. Купили по кофе и булочке; Локи — какую-то кислятину с вишней, зато в кофе, как обычно, сахара насыпал; Баки взял крепкий и чистый и булку с шоколадом. Они вернулись на набережную. Уселись на скамью, что позволяла повернуться к рассвету лицом, и ели неспешно. — Как ты эту кислятину ешь вообще? — не выдержал Баки где-то на середине булки. Усмехнувшись, Локи протянул ему вишнёвую булку, и Баки аккуратно откусил от неё. На удивление, она была вкусной и не кислой вовсе. В знак благодарности Баки протянул Локи свою шоколадную булку, и тот откусил от неё немного. — Надо будет нам как-нибудь состряпать вишнёвый пирог. Или купить. — Баки глотнул кофе. — Состряпаем. Доев булку, Баки откинулся на спинку скамьи. — Это лучше, чем мой единорог, Баки. — Да ладно. Почему? — Потому что это не иллюзия. С улыбкой Баки повернул голову к Локи. А он — тоже, и тоже улыбался. Убрал кончиком пальца крошки от булки со своих губ. Сделал глоток кофе. Первые прохожие появились слишком рано. Да и кофе закончился скоро. Они поднялись со скамьи, и Баки заключил Локи в объятья. Сказал тихо: — Спасибо. — И тебе. Отпустив, Баки печально ухмыльнулся. — Иногда мне кажется, что это нечестно. Я могу позвонить в любую минуту, и ты, волшебник, тут как тут. А если... если я буду тебе нужен? Локи потрепал его по плечу. — Тогда я приду к тебе. Ухмыльнувшись снова — светлее теперь, — Баки кивнул. Вернулся домой на мотоцикле, но спать больше не лёг. Вечером в чате Мстителей случился переполох: Боб отправил ссылку на новость про гигантского единорога в небе над Нью-Йорком. По сообщениям Баки понял, что они настроили оборудование для проверки внеземных вторжений, но результат был отрицательным; читая переписку с улыбкой, он не стал раскрывать им тайну существования единорогов в небесах, которую знали только трое: Баки, Локи и Любовь. А чуть позже Елена написала ему, что в субботу в семь вечера в Башне намечается пижамная вечеринка. Баки ответил лаконичным: «?», и Елена уточнила, что он приглашён. Баки ответил: «Приятно, но немного не мой тип тусовок. Я стар». «Локи будет», — пришёл ответ. Баки отправил смайлик «палец вверх». Разумеется, он не поедет на эту вечеринку. Пусть развлекаются — едят сладкую вату, плетут друг другу косички, или что там ещё делают на пижамных вечеринках. Баки понятия не имел. И представлять Локи в пижаме не хотел. К тому же, он знал, что тот спит в штанах: то чёрных, то зелёных. Нет, разумеется, Баки не поедет на эту вечеринку. Он это твёрдо решил. Тем более, у него тоже пижамы нет. Однако, в субботу в начале девятого вечера он вышел из лифта в Башне и зашёл в гостиную.