Вода точит изумруд

Оставшиеся дни первой недели Эшли в Хогвартсе прошли без происшествий. Пенси Паркинсон бросала в ее сторону косые взгляды, Драко Малфой награждал ехидными комментариями, а профессора хвалили и начисляли Слизерину баллы за ответы Эшли на уроках. Эшли нравилось в Хогвартсе, все предметы она понимала без особых трудов, и только уроки защиты от темных искусств казались ей странными. После неудачного занятия с пикси профессор Локхарт лишь рассказывал о своих многочисленных подвигах и разыгрывал сценки из своих книг. Чаще всего в постановках принимал участие бедный Гарри Поттер. Эшли с сожалением отметила, что новый профессор защиты ничуть не лучше предыдущего. Разнообразие в будни учеников должен был внести отбор в команды по квиддичу. Эшли с нетерпением ждала этого события и на протяжении нескольких дней делала упражнения, чтобы привести себя в форму. В утро, назначенное для отбора, она была абсолютно уверена, что попадет в команду. Однако, придя на поле для игры в квиддич, Эшли обнаружила там слизеринца, которого совершенно не ожидала увидеть. – Малфой? – удивленно спросила она. – Эверт, – с ухмылкой отозвался он. – Не ожидал тебя здесь увидеть. – Взаимно, – сквозь стиснутые зубы парировала Эшли. Малфою что, не хватает славы, что он решил влезть еще и в квиддич? – На какую позицию собираешься пробоваться? – поинтересовался он. Эшли колебалась, стоит ли отвечать. – Ловец, – все-таки ответила она. – Какое совпадение, я тоже. Правда, исход уже ясен, – снисходительно добавил Драко. – На твоем месте я бы не была так уверена, – холодно парировала Эшли. – Это вызов? – Малфой вскинул брови. – Что ж, я его принимаю. – Отлично, – уголок губ Эшли дернулся в опасной ухмылке. Она не могла проиграть Малфою. Не в этот раз. *** Вечером в гостиной Слизерина капитан команды Маркус Флинт объявлял итоги отборочных испытаний. Многие ученики были наслышаны, что Эшли и Драко боролись за роль ловца, поэтому практически все диваны и кресла были заняты. В составе команды не было других изменений, кроме как ловца, а его объявляли в последнюю очередь. Эшли, немного волнуясь, сцепила руки в замок и положила на колени. Роковой момент настал. – И, наконец, ловец, – Флинт сделал небольшую паузу для большего эффекта. – Драко Малфой. Послышались аплодисменты, а Эшли метнула в сторону Драко убийственный взгляд. Он выглядел настолько самоуверенным, что ее ярость закипела еще больше, и Эшли подошла к Флинту. – Это нечестно, – прошипела она, пока остальные осыпали Драко поздравлениями. – Я поймала снитч и заслуживаю роль ловца, а не Малфой! – Не буду врать, – хмыкнул Флинт, – ты играла лучше, но отец Малфоя предложил нашей команде 7 Нимбусов 2001. Если твой сможет достать такие же к ближайшей игре – место твое, а так… – Я не думала, что вас так легко купить, – Эшли предприняла последнюю попытку восстановить справедливость. – Добро пожаловать в реальный мир, Эверт, – Флинт пожал плечами, прежде чем присоединиться к другим игрокам команды. Глядя старшекурснику вслед, Эшли стиснула зубы. *** Со временем победа Малфоя стала раздражать Эшли меньше, чем в самом начале, но прощать его и Флинта она не собиралась. В ее голове зародился гениальный план мести, но для его исполнения нужно было ждать до ноября. Поэтому Эшли решила временно отвлечься от этой ситуации и сосредоточиться на учебе. Рассказывать родителям об инциденте она не стала и сообщила, что в последний момент передумала пробоваться в команду. Их, кажется, это объяснение удовлетворило. Вечерами Эшли подолгу засиживалась в библиотеке вместе с Гермионой. Иногда к ним присоединялась Джинни Уизли, которая поначалу относилась к Эшли с недоверием, но вскоре они стали неплохо общаться. Дафна ничего не говорила Эшли по поводу ее дружбы с гриффиндорцами, но было видно, что она недолюбливает их. Сентябрь пролетел незаметно, а вместе с октябрем пришли холод и сырость. В Хогвартсе началась эпидемия простуды: вся школа кашляла и чихала, и целительница Мадам Помфри была постоянно занята в Больничном крыле. Болевшим она раздавала «Перечное зелье», которое действовало мгновенно. Взглянув на Джинни, которая выглядела вялой и замученной, Эшли тоже почувствовала, как ей стало тяжело дышать из-за забитого носа. После того, как старший брат Джинни, Перси, заставил ее принять зелье, Эшли и сама направилась к целительнице. Некоторое время ощущения были ужасными, но впоследствии девочке значительно полегчало и она не пожалела, что все-таки выпила снадобье. Тридцатого октября Эшли исполнилось тринадцать, и родители прислали ей заранее заготовленные подарки. Также Эшли поздравили Дафна и Гермиона, но Нелли даже не потрудилась написать ей письмо. Впрочем, Эшли не расстроилась, так как сама не писала сестре с момента отъезда в Хогвартс. Зато Седрик, с которым она поддерживала хорошие отношения, поздравил ее на словах. В день Хэллоуина Эшли проснулась с не меньшей радостью, чем на день рождения. Гермиона и Дафна рассказывали ей, что на праздники Хогвартс украшают великолепно, и это не было преувеличением. Украшения Большого зала действительно впечатляли: под потолком висели летучие мыши, а тыквы с вырезанными глазами были настолько огромными, что казалось, в них мог поместиться человек. В честь праздника столы факультетов сдвинули вместе, но Эшли все равно заняла привычное место рядом с Дафной. Гермиона вместе с Роном ушли из зала довольно быстро, а Джинни вообще не было, но Эшли была слишком увлечена едой, чтобы беспокоиться об этом. Только отсутствие Гарри Поттера показалось ей подозрительным. Но он наверняка сейчас вместе с Роном и Гермионой. Эшли практически не видела их раздельно, кроме как в библиотеке. К концу праздничного ужина Эшли постаралась попробовать как можно больше блюд и в итоге так наелась и наговорилась с однокурсниками, что хотела лишь одного – оказаться в своей постели в подземельях. Ученики начали вставать со своих мест и направились к выходу из Большого зала. Эшли и Дафна последовали за ними, и обнаружили в коридоре целую толпу. Царила зловещая тишина и все что-то высматривали впереди. – Что там случилось? – недовольно спросила Эшли у Седрика, стоящего неподалеку. Он был выше ее почти на голову и потому видел, что происходило впереди. – Тебе лучше не видеть, – ошеломленно отозвался юноша. – Перестань, я уверена, там нет ничего страшного, – отмахнулась Эшли и протиснулась вперед. Когда она оказалась в первом ряду, то первым делом заметила «золотое трио», затем кошку завхоза Филча, миссис Норрис, подвешенную за хвост, и в самом конце угрожающую надпись на стене. Она гласила: «Тайная комната снова открыта. Враги наследника, трепещите». – Враги наследника, трепещите! – громко процитировал надпись Малфой, а затем добавил: – Вы следующие, грязнокровки! Услышав Малфоя, сквозь толпу пробрался завхоз Аргус Филч, и, увидев свою кошку, стал обвинять Гарри в ее убийстве. Возможно, он смог бы причинить мальчику вред, но вмешался директор, и приказал всем разойтись. С собой он позвал только учителей, а также Гарри, Рона и Гермиону. Следуя за старостами, студенты молчали, но как только они оказались в своих гостиных, начались разговоры. Эшли и ее соседки направились прямиком в спальню. – Кто-нибудь знает, что такое Тайная комната? – спросила Трейси. Дафна, Пенси, Джессика и Милисента покачали головами. – Кажется, я читала о ней в «Истории Хогвартса», – вспомнила Эшли и принялась искать нужный том в чемодане. – Хоть где-то твои книги действительно пригодились, – фыркнула Пенси. – Если тебе неинтересно, я не заставляю тебя читать, – парировала Эшли и положила увесистый том на свою кровать. Паркинсон замолчала, а девочки тут же столпились вокруг Эшли и принялись читать нужную статью. В начале текста не говорилось ничего нового для них. Школу Хогвартс основали четыре величайших мага и волшебницы всех времен: Годрик Гриффиндор, Салазар Слизерин, Хельга Хаффлпафф и Ровена Ревейнкло. Сначала они жили в согласии, но затем Салазар захотел, чтобы детей, поступающих в школу, подвергали строгому отбору. Он хотел, чтобы волшебные знания передавались только чистокровным семьям. Между Салазаром и Годриком произошел крупный конфликт, и первый решил покинуть школу. Далее текст содержал новую, и самую главную информацию. По легенде, перед своим уходом Салазар создал в Хогвартсе тайное убежище, названное Тайной комнатой. Открыть комнату мог только подлинный наследник Слизерина. Также считалось, что внутри комнаты жило ужасное чудовище, подвластное только наследнику Слизерина. – Вы верите в эту легенду? – поинтересовалась Милисента спустя минуту молчания. – Не знаю, – ответила Дафна. – Если Тайную комнату действительно открыли, то значит, наследник Слизерина вернулся в школу. По идее, он должен учиться на Слизерине, а на месте преступления застали Поттера, Уизли и Грейнджер. Они все гриффиндорцы, и я не думаю, что кто-то со Слизерина мог оказаться там раньше них и сбежать. Вы заметили, чтобы кого-нибудь из наших не было на пиру? Девочки ответили отрицательно. – А мне кажется, это все чушь, – заявила Джессика. – Просто Поттер и его дружки услышали эту легенду и решили запугать нас. – Нет, я в это не верю, – заступилась за гриффиндорцев Эшли. – Они бы не стали нападать на кошку Филча. На это способен только сумасшедший. – Ты просто общаешься с Грейнджер, поэтому защищаешь ее, – возразила Пенси. – Я согласна с Джессикой. Если бы Тайная комната существовала, ее бы давно обнаружили. – Я слышала еще одну легенду, – неожиданно сказала Трейси, и все взгляды устремились на нее. – Тайную комнату уже открывали пятьдесят лет назад. Кажется, тогда умерла грязнокровка. – В любом случае, нам нечего бояться, – заявила Милисента. – Мы все чистокровные. – Вот именно. Это не наши проблемы, – поставила точку в разговоре Пенси. Девочки были слишком уставшими, чтобы продолжать спорить, поэтому погасили свет и заняли свои кровати. Соседки Эшли погрузились в забвение практически сразу, но она сама не могла уснуть несколько часов. Ее мозг совершенно отказывался выключаться и строил разные теории по поводу произошедшего. Похоже, отделаться от мыслей о Тайной комнате будет не так просто… *** Эшли проснулась, задыхаясь от ужаса. Ей не хватало воздуха, ее легкие, казалось, перестали функционировать. Она лежала с беззвучным криком на губах, но не могла произнести ни слова, потому что не понимала, что видела. Спустя мгновение она даже не помнила, что вызвало у нее такой страх. Но это определенно было чем-то жутким, потому что она не боялась от кошмаров с тех пор, как ей исполнилось шесть. Она уяснила, что глупо бояться того, что ты увидел во сне, если ты волшебник. Но теперь Эшли как будто снова оказалась маленькой и беспомощной девочкой, которая боялась темноты и монстров под кроватью. Эшли отчаянно пыталась вспомнить, что она видела, но не могла. В конце концов, обессилев, она бросила взгляд на часы. Два часа ночи, время поспать еще есть. Эшли закрыла глаза, и, уснув на этот раз, не увидела снов вообще. Но где-то в глубине ее сознания все еще была часть, сотрясающаяся от увиденного кошмара. Эта часть Эшли понимала, что ее могло напугать только одно – будущее, которое должно случиться в ближайшее время. *** Следующие несколько дней в Хогвартсе только и говорили, что о Тайной комнате. Мистер Филч устроил себе наблюдательный пункт в коридоре, надеясь, что виновник вернется на место преступления, но студенты старались не появляться там. Многие говорили, что завхоз заслужил свои страдания, и что миссис Норрис все равно никто не любил, но Эшли была не из их числа. Она знала Филча не очень долго, и он, конечно, был противным, но по ее мнению, все же не заслуживал таких мучений, и уж кошка тем более. Джинни Уизли была согласна с Эшли, и стала еще более мрачной и отреченной, чем раньше. Эшли беспокоило состояние гриффиндорки, но когда она спрашивала у Джинни, чем она так расстроена, та ссылалась на миссис Норрис, что было не очень убедительно. Одним из вечеров Эшли делала домашнее задание в библиотеке вместе с Дафной и Трейси. Девочке все-таки удалось уговорить подруг пойти с ней, так как Гермиона теперь проводила все свое время вместе с Гарри и Роном, и Эшли была вынуждена сидеть одна. Слизеринки негромко переговаривались под строгим взглядом мадам Пинс, когда «золотое трио» приблизились к ним. – Привет, Эшли. Можно тебя ненадолго? – уточнила Гермиона, поглядывая на Трейси и Дафну. – Да, конечно, – отозвалась Эшли, и, кивнув соседкам, встала из-за стола. Гриффиндорцы отвели ее вглубь библиотеки, настороженно огляделись и только тогда заговорили. – Скажи, Эшли, что ты думаешь о наследнике и его поступках? – серьезно спросила Гермиона. – Он явно ненормальный, – не задумываясь, ответила Эшли. – Напасть на беззащитную кошку – это ужасно. – Но ради достижения цели человек может совершить многое, – возразила второкурсница. – Особенно если этот человек – слизеринец. А целью наследника вряд ли является миссис Норрис. Его настоящие враги – маглорожденные. Как думаешь, на кого из них он мог бы напасть? – Я не знаю… – неуверенно пробормотала Эшли. – А почему вы спрашиваете? Повисла неловкая тишина, во время которой гриффиндорцы переглянулись. – Потому что ты - слизеринка, – наконец сказал Гарри. – Мы подумали, что ты можешь рассуждать, как наследник. – И что ты можешь знать его личность, – подхватила Гермиона. – Если бы я знала, кто наследник Слизерина, я бы сразу же рассказала учителям! – возмутилась Эшли. – А может быть, ты молчишь, потому что сама являешься наследником? – внезапно заявил Рон. – Что? – вспылила Эшли. – Я – наследник? Да вы издеваетесь! Почти вся школа считает, что это Гарри напал на кошку! – Как удобно, – заметил Рон. – Пока все подозревают Гарри, ты можешь спокойно убивать маглорожденных. – Миссис Норрис не убили, а превратили в камень! – Эшли повернулась к Гермионе. – И я ведь с первой нашей встречи говорила, что не имею ничего против маглорожденных! А теперь вы подозреваете меня, просто потому, что я чистокровная и учусь на Слизерине!? Эшли с трудом сдерживалась, чтобы не заплакать от гнева и обиды. – Прости, Эшли, я не верила, что это ты, но мы обязаны были проверить… – умоляюще произнесла Гермиона. –Я думала, что ты не такая, – выплюнула Эшли. – Но ты, как и остальные, повелась на стереотипы, что все слизеринцы плохие. Видимо, Пенси права, и мы никогда не сможем нормально общаться с другими факультетами. Вы постоянно будете ждать от нас предательства. Слизеринка резко развернулась и быстро направилась к выходу из библиотеки. – Эшли, подожди… – прокричала Гермиона ей вслед, но Эшли уже не слушала. Она также не обратила внимания на Трейси и Дафну, зовущих ее, и выскочила из помещения. Эшли стремительно мчалась по незнакомым коридорам, поворачивая из стороны в сторону и случайно задевая учеников. Когда на ее пути совсем не осталось людей, она больше не смогла бежать и опустилась у стены, потому что у нее уже горели легкие. Свернувшись калачиком и прижавшись к холодному камню, она плакала и размышляла. Эшли злилась на Гарри, Рона и Гермиону, на их несправедливые обвинения, злилась на себя, потому что попала на Слизерин, и потому что была такой слабой. «Хватит плакать, – повторяла она себе, но не могла остановиться. – Если тебя найдут в таком состоянии, это будет унизительно». Эшли продолжала всхлипывать и надеялась, что студенты не проходят в этом коридоре, но все ее надежды разрушил голос: – Ты в порядке? Она моментально вытерла слезы и глубоко вздохнула, прежде чем оторвать руки от лица. С другого конца коридора на нее встревоженно смотрел Седрик Диггори. –Эшли? – удивился хаффлпаффец. – Все нормально? – Да-да, я в порядке, – торопливо отозвалась она, поднимаясь с пола. – Я просто немного заблудилась… – Ты плакала? – прервал ее Седрик. – Пожалуйста, не ври. «Прекрасная из тебя вышла актриса» – мысленно укорила себя Эшли, но все же сдалась и кивнула. Она вновь села на пол, и Седрик опустился рядом с ней. – Что случилось? – спросил он. – Гермиона, Гарри и Рон думают, что я – наследник Слизерина. – Но ведь это не так? – осторожно уточнил Седрик. – И ты туда же! – Я верю тебе, Эшли, но я должен был спросить, – пояснил Седрик. – Ты можешь все мне рассказать. Эшли беспомощно положила голову парню на плечо и разрыдалась. *** Проснувшись следующим утром в спальне Слизерина, Эшли смутно помнила произошедшее прошлым вечером. Она помнила, как не пошла на ужин, жалуясь Седрику, и как он довел ее до подземелий, но без деталей, скорее всего, от стыда. Встав с кровати, Эшли твердо решила, что перед завтраком она поговорит с Седриком и извиниться за свою истерику. Дойдя вместе с Дафной до входа в Большой зал, Эшли не пошла внутрь под предлогом, что ей нужно было отлучиться в туалет. Она облокотилась на одну из массивных колонн и стала ждать Седрика. Тот появился в компании других хаффлпаффцев, но увидев Эшли, отделился от друзей и направился к ней. – Привет, Седрик, – чувствуя себя немного неловко, сказала Эшли. – Привет, Эшли. Как ты себя чувствуешь? – спросил юноша, и Эшли на мгновение забыла, что собиралась сказать. – Нормально. Намного лучше, чем вчера. Я как раз хотела поговорить о прошлом вечере. Я извиняюсь за свое поведение. Мне не стоило загружать тебя своими проблемами, и из-за меня ты пропустил ужин. Больше такого не повториться, – стараясь не выдать свое волнение, произнесла она. – Тебе не за что извиняться, Эшли. В том, что мы иногда проявляем слабость нет ничего стыдного. – Возможно, так считают на Хаффлпаффе, но точно не на Слизерине, – резче, чем нужно, ответила она, а затем смягчилась. – Но спасибо, что выслушал меня. Возможно, мне и вправду стало легче. И, пожалуйста, не рассказывай никому о моей истерике. – Я и не думал распространяться об этом, – заверил ее Седрик. – Это останется между нами. – Хорошо, – Эшли удовлетворенно кивнула. – А сейчас, мне нужно идти, пока мои подруги не начали волноваться. – Да, конечно. До встречи. – Пока. Войдя в Большой зал, Эшли села рядом с соседками. Девочки, казалось, не были встревожены ее отсутствием, чему Эшли только обрадовалась. На протяжении всего завтрака за столом Слизерина велись непринуждённые беседы, пока «золотое трио» не подошло к нему. – Смотрите, кто здесь, – протянула Дафна, скептически оглядывая гриффиндорцев. Эшли тем временем забрала свою сумку с учебными принадлежностями и направилась к выходу из зала. – Эшли, нам нужно поговорить с тобой, – остановила ее Гермиона, мягко схватив за руку. – Я так не считаю, – холодно ответила Эшли, продолжая путь к классу Трансфигурации. Обида заглушила ту ее часть, которая хотела выслушать Гермиону. – Мы с Гарри и Роном хотим извиниться за то, что стали обвинять тебя без доказательств. Мы верим тебе, честное слово. – Просто Гермиона – маглорожденная. Мы переживаем за нее, – добавил Гарри. – Ладно, – вздохнула Эшли и все же остановилась. – Извинения приняты. Вы хотели поговорить о чем-то еще? – Да. У нас есть предложение, – Гермиона понизила голос. – Я слушаю. – Эшли, ты ведь теперь не меньше нас хочешь узнать, кто наследник Слизерина? – Да, разумеется. К чему ты клонишь? – Мы с мальчиками подозреваем одного студента, – объяснила Гермиона. – И кто же это? – Драко Малфой. – И почему вы решили, что он – наследник? – спросила Эшли. Она не хотела никого обвинять просто так, даже Малфоя. – Вся его семья – выпускники Слизерина, – вставил Рон. – И ты же слышала его в день Хэллоуина: «Вы следующие, грязнокровки». – Да, слышала. И у меня есть еще информация. В прошлый раз Тайную комнату открывали пятьдесят лет назад. Тогда в школе учился отец Малфоя, верно? – Точно, – кивнул Гарри. – Если Люциус Малфой открывал Тайную комнату, то Драко тоже знает, как это сделать. – Но это только наши предположения, – напомнила Гермиона. – Мы должны быть уверены, что Малфой виновен. Для этого мы хотим проверить его. – И каким образом? – поинтересовалась Эшли. – Ты же слышала, как профессор Снейп рассказывал об Оборотном зелье на одном из уроков? – уточнила Гермиона. – Конечно. – Я собираюсь сварить Оборотное зелье, чтобы мы превратились в каких-нибудь слизеринцев. Тогда Малфой расскажет нам все, что мы хотим знать. Но нам понадобиться твоя помощь. Ты сможешь достать форму Слизерина и провести нас до гостиной? – Да, смогу. Если Малфой действительно наследник, я сделаю все, чтобы он получил по заслугам, – с уверенностью заявила Эшли. – Отлично. Когда зелье будет готово, мы предупредим тебя. – Договорились. Буду ждать от вас новостей. Увидимся. Эшли поспешила в класс Трансфигурации, а гриффиндорцы направились в противоположном направлении. До начала урока оставалось несколько минут, когда слизеринка влетела в кабинет и заняла место рядом с Дафной. – Я уже начала думать, что ты опоздаешь. Что эти гриффиндорцы хотели от тебя? – поинтересовалась Дафна. – Ничего особенного, – отмахнулась Эшли. – Гарри и Рон… просили меня показать им свое сочинение по истории магии. – Они что, настолько тупые? – фыркнула Дафна. – Тогда мы точно разгромим их в завтрашнем матче по квиддичу. В класс вошла профессор МакГонагалл и урок начался.