Вода точит изумруд

Колокольчик над дверью «Сладкого королевства» звякнул, возвещая о прибытии четверки, но девочки даже не замедлили шаг. Толпа третьекурсников облепила прилавок с сахарными перьями, но Милисента, которая пришла первой – длинные ноги и полное отсутствие страха перед сугробами сделали свое дело, – решительно работая локтями, проложила путь к самому «опасному» отделу в глубине лавки. – Так, – Эшли тяжело дышала после забега, ее щеки горели румянцем. – Вот они, кислотные шипучки. На упаковке написано, что они могут прожечь дыру в языке, если жевать их слишком медленно. Кто первый? Дафна, которая прибежала позже всех сгребла с полки сразу три пачки. – Я плачу за всех, – вздохнула она, вытряхивая на ладонь горсть ядовито-оранжевых конфет. – Трейси, ты выглядишь так, будто сейчас упадешь в обморок от одного их запаха. Давай, бери. Дэвис с опаской взяла конфету двумя пальцами. – Она… она шипит. Она реально издает звуки, девочки! – Это звук твоей слабой воли, Трейси, – подначила ее Милисента, уже выхватывая свою порцию. – Посмотрите на Эшли. Она выглядит так, будто готовиться принять яд, чтобы не выдать государственную тайну. Третьекурсница действительно замерла перед прилавком, держа конфету так, будто это был бесценный артефакт. Но стоило ей поймать насмешливый взгляд Милисенты, как аристократическая выдержка окончательно испарилась. – На счет три, – скомандовала Эшли. – Раз… два… На «три» они синхронно засунули шипучки в рот. Первые две секунды стояла тишина. А потом началось. Эшли округлила глаза и начала отчаянно махать ладонью перед лицом. Милисента согнулась пополам, прижав руки к щекам, а из ее горла вырвался странный звук, похожий на кряканье. – О-о-о, – прохрипела Трейси, чьи волосы от статического электричества, вызванного конфетой, начали медленно подниматься вверх. – Она… она щиплет за мозги! Дафна стояла неподвижно, ее лицо приобрело пугающий пунцовый оттенок, а из глаз покатились слезы. Она отчаянно пыталась сохранить достоинство, но когда конфеты начали по-настоящему «взрываться» на языке, она не выдержала и начала издавать приглушенные всхлипы, которые через мгновение перешли в истерический смех. – Эшли! – прошипела Дафна, пытаясь проглотить шипящую массу. – Если я… если я потеряю вкусовые рецепторы… я заставлю тебя пробовать мою овсянку все следующее полугодие! – Сдаешься? – Эшли, у которой изо рта вырвалось маленькое облачко сизого дыма, торжествующе прищурилась. – Я все еще… держусь. Вокруг них начали собираться любопытные студенты, но слизеринки их не замечали. Они стояли тесным кругом посреди магазина, давясь смехом, дымясь и корчась от невыносимой, но такой веселой кислоты. – Все, – Милисента первая проглотила конфету и с шумом выдохнула. – Мой язык официально мертв. Следом за ней шипучку проглотила Дафна, затем – Трейси, и самая последняя – Эшли. У всех четырех девочек горели языки, они схватили с полки упаковку ледяных мышек, и моментально проглотили их. – Ух, – выдохнула Дэвис. – После такого мне определенно нужен маленький пир в нашей спальне. – Поддерживаю! – воскликнула Милисента. – Эшли, Дафна, вы с нами в замок? – Я бы лучше сходила в «Три метлы», – ответила Эшли. – Я тоже, – согласилась Дафна, которая в этот момент расплачивалась за сладости. – Тогда мы пойдем. Увидимся, – улыбнулась Трейси. – Пока, – одновременно произнесли подруги. – Ух ты, – восхитилась Эшли. – Это миндальная связь. Все девушки звонко засмеялись. Трейси и Милисента пошли в Хогвартс, а Дафна и Эшли направились к пабу. — Ну что, Дафна, согреемся? – поигрывая бровями, поинтересовалась последняя. – Или тебя уже греют какие-то определенные мысли? — Эшли, если ты продолжишь смотреть на меня как Снейп на долгопупсовское зелье, я уйду в замок, – пригрозила она. — Ладно-ладно, молчу, — Эшли подняла руки в притворном жесте капитуляции. Они прошли уже около половины пути, когда Дафна внезапно остановилась. – Что случилось? – нахмурилась Эшли, от неожиданности чуть не врезавшаяся в неё. – Черт, – Дафна хлопнула себя по лбу. – Я забыла кошелек в «Сладком королевстве». Давай я вернусь за ним, а ты подождешь меня у входа в «Три метлы»? – Хорошо, – кивнула третьекурсница, и они разошлись. Но вскоре Эшли пожалела, что согласилась разделиться. Пока они с соседками пробовали шипучки, на улице значительно похолодало, и стоять там было невыносимо. Кончик носа девушки стал красным от мороза, на щеках проступил румянец, и она лихорадочно растирала руки друг о друга. Ее взгляд все чаще возвращался к двери паба. Может, ну его, и подождать Дафну в тепле? – Ты выглядишь так, будто либо замышляешь великое открытие, либо побег в тепло. Эшли обернулась. В нескольких шагах от нее стоял Седрик, закутанный в черно-желтый шарф. Чтобы собраться с духом и ответить, ей понадобилось несколько секунд. – Я просто думаю, что сливочное пиво – это единственный аргумент, удерживающий меня от того, чтобы превратиться в ледяную статую прямо здесь. Как ты можешь стоять здесь так спокойно? Ты что, наложил согревающее заклинание и не поделился? – с притворным возмущением спросила Эшли. – Чистая выдержка и предвкушение, – усмехнулся хаффлпаффец, делая шаг вперед, чтобы заслонить ее от порыва холодного, колючего воздуха. Слизеринка мысленно отметила, какой он благородный. – Но если ты настаиваешь на спасении, я знаю кратчайший путь. – Веди, чемпион, – хмыкнула Эшли. – Но учти, если там не будет свободных мест у камина, я заставлю тебя пересказывать мне главу по Травологии в качестве компенсации. – О, это жестокая угроза, – рассмеялся Седрик. – Придется постараться, чтобы найти лучший столик. Они переступили порог паба, и в лицо сразу ударила волна тепла, смешанная с гулом голосов и звоном бокала. Седрик ловко лавировал между студентами, а Эшли шла за ним, пока старшекурсник наконец не заметил столик в самом дальнем углу, прямо под лестницей. – Кажется, удача на моей стороне, – заметил Седрик, помогая Эшли снять пальто. – Глава по Травологии отменяется? – Только если ты угостишь меня сливочным пивом, – ляпнула Эшли. Затем она осознала, что была куда богаче, и могла сама за себя заплатить. Но Седрик, кажется, не возражал, и направился за напитком. Девушка тем временем села на стул и глубоко вдохнула. Через пару минут хаффлпаффец вернулся с двумя кружками, над которыми поднималась шапка пены. – Спасибо, – Эшли смущенно улыбнулась и сделала глоток. Она тут же почувствовала, как приятное тепло карамели разливается по телу. За окном снова повалил снег, скрывая за белой пеленой очертания деревни, но внутри, в этом маленьком круге света, было спокойно. В этот момент, среди шума толпы и скрипа снега, Хогвартс с его уроками и обязанностями казался очень далеким. Для Эшли существовал только этот вечер, сливочное пиво в кружке, и парень, сидящий напротив. Седрик только успел поднести кружку к губам, как над столом проплыл длинный, расшитый серебром шарф, едва не зацепив пену сливочного пива. – Только посмотрите на эту картину, – раздался голос Теодора. Он стоял, прислонившись к деревянной балке, и, скрестив руки на груди, с полуулыбкой наблюдал за Эшли и Седриком. – Золотой мальчик Хаффлпаффа и наша Эшли, спрятались в самом темном углу, словно замышляют свержение министерства. Рядом с ним, эффектно стряхивая снежинки с идеально уложенных темных волос, стояла Дафна. Она выглядела так, будто только что сошла с обложки модного журнала, а не пробиралась сквозь метель. – Оставь их, Тео, – подруга грациозно отодвинула свободный стул и села. – Седрик просто пытается украсть ее у нас хотя бы на один вечер. Признайся, Диггори, ты специально выбрал это место, чтобы мы вас не нашли? – Я недооценил ваши детективные способности, – ответил Седрик, немного недоуменно глядя на подошедших слизеринцев. Эшли заметила это и поспешила объяснить: – Это Дафна Гринграсс и Теодор Нотт, мои друзья. – Рад знакомству, – кивнул хаффлпаффец. – Мы тоже, хотя идти за вами по сугробам было сомнительным удовольствием, – Тео опустился на стул рядом с Дафной и посмотрел на Эшли своим проницательным, чуть усталым взглядом. – Эшли, если он начнет пересказывать тебе учебник по Травологии, просто моргни дважды. У меня в кармане припасен «Блевотный батончик» от Уизли, я устрою диверсию, и мы сбежим. – Не слушай его, – Дафна закатила глаза. – Тео, лучше принеси нам сливочного пива. – Для тебя все что угодно, – слизеринец собрался встать на одно колено, но Дафна решительно воспрепятствовала этому, слегка пнув его ногой. При этом от внимания Эшли не укрылось, что она слегка покраснела. Теодор изобразил печальное выражение, с преувеличенным трагизмом положил руку на сердце и отправился к прилавку. Вскоре он вернулся, и все четверо чокнулись своими кружками. За столом завязалась непринужденная беседа, длившаяся около получаса, во время которой Дафна постоянно поправляла заколку и смотрела в карманное зеркальце. Затем Седрик взглянул на свои наручные часы и напомнил, что пора возвращаться в замок. Третьекурсники согласились, и, распрощавшись с ним, направились в замок. До Хогвартса Тео, Дафна и Эшли шли втроем, а затем Дафна намекнула парню, что дальше они пойдут вдвоем. Теодор не стал возражать и отделился. Эшли удивленно вскинула брови: – И зачем ты его прогнала? – То, о чем я хочу поговорить, не предназначено для слуха парня, – заявила Дафна. – Ты меня заинтриговала, – усмехнулась девушка. – И о чем ты хочешь поговорить? Подруга огляделась, а затем, схватив её за локоть, оттащила за статую, которая теперь хорошо скрывала их от чужих глаз. – С каких это пор ты гуляешь с Диггори? – спросила Дафна, с победным видом ухмыляясь. Эшли застонала и откинула голову назад, облакачиваясь на стену. Это она так решила отомстить ей за то, что она выпытывала её, кто ей нравится? – С каких это пор ты гуляешь с Тео? – парировала Эшли. При звуке этого имени Дафна едва заметно вздрогнула и бросила непроизвольный взгляд в ту сторону, в которую он пошёл. — И что мне до Нотта? — подруга постаралась вернуть голосу привычную холодную скуку, но Эшли уже поймала эту секундную панику в её зелёных глазах. — Да так, ничего, — Эшли принялась разглядывать свои ногти, пряча торжествующую улыбку. «Попалась! Чистокровная выдержка дала трещину!» — Просто подумала, что Тео вчера на игре задал очень… специфический вопрос. И смотрел на тебя так, словно заранее знал, что Амортенция в твоем котле пахнет старыми пергаментами, морозным воздухом и дорогими чернилами. Я права? Щеки Дафны мгновенно вспыхнули ярким румянцем, который она попыталась скрыть, уткнувшись в свой шарф. — Эверт, ты невыносима, — прошипела она, сердито глядя на Эшли. — Ничего подобного. Тео просто… зануда. И вопрос у него был дурацкий. — Конечно-конечно, — третьекурсница весело подмигнула ей. — Именно поэтому ты сегодня выбирала заколку полчаса, а сейчас косишься в ту сторону, в которую он ушёл. Дафна замерла, осознав, что ее полностью рассекретили. Она обреченно выдохнула и уткнулась лицом в ладони. — Если ты проболтаешься Пенси или Малфою, я прокляну тебя сглазом летучих мышей, Эшли. Я серьезно. — Могила. Слизеринцы умеют хранить секреты своих лучших подруг, — девушка мягко коснулась ее руки. — Но признай: он классный. Хоть и бука. – Классный... – тихо повторила Дафна, затем кашляла и сказала уже громче: – Но мы встретились случайно, и он предложил проводить меня до «Трех метел». А теперь рассказывай, что у тебя с Диггори. – НИ–ЧЕ–ГО, – по слогам произнесла Эшли. – У меня та же ситуация. Я стояла около входа в паб, ждала тебя, и ужасно замерзла. Потом подошел Седрик, мы разговорились, и он предложил зайти погреться. Это все. – Тебе нравится Диггори, – Дафна не спрашивала, а констатировала факт. – Нет! – тут же возразила Эшли. – С чего ты вообще это взяла? – Когда ты сидела с ним в «Трех метлах», ты смущалась и улыбалась. А еще ты все отрицаешь. – Он на два года старше, – упрямо процедила слизеринка. – То есть, если бы вы были ровесниками, ты бы не отрицала свои чувства? – Даф, перестань, – Эшли толкнула подругу локтем. – Мы уже дошли до гостиной. – Ничего, мы вернемся к этому разговору позже, – подмигнула подруга. Эшли в ответ тяжело вздохнула. Девушки назвали пароль и вошли в гостиную. Не задерживаясь, они направились в спальню, в которой уже сидели все их соседки, и поставили пакеты с покупками в шкафы. – Эшли, тебе пришло письмо, – сообщила Трейси и кивком указала на тумбочку. Третьекурсница нахмурилась: кроме дня рождения она всегда получала почту на завтраке. Она села на кровать и принялась с недоверием рассматривать конверт. Письмо было адресовано Эшли Элис Эверт, и это только усилило ее подозрения. Кто мог подписать письмо так официально? Не выдержав, Эшли разорвала конверт. Уважаемая мисс Эверт, Я вынужден сообщить Вам, что Ваша мать, Элизабет Эверт, была убита сегодняшним вечером. Её тело было найдено в окрестностях особняка. Расследование передали управлению мракоборцев. Примите мои соболезнования, Кингсли Бруствер Падая на пол, Эшли почувствовала, что теряет сознание.