Механическая осень

Все началось с приглашения Малфоя выпить вечером по бокалу вина, что означало — Люциус как обычно надерется виски, а Северус будет цедить кофе, а потом укладывать друга спать. — Что сегодня на повестке дня? Обсудим последние сплетни? — предложил Люциус. Он расслабленно сидел в кожаном кресле, в бокале позвякивал лед. Его поместье только снаружи выглядело старинным и чопорным. Пространство внутри отражало суть хозяина. Просторная гостиная со вторым светом утопала в растениях, каждое из которых вырастил сам Люциус. Ласковые орхидеи почти переплетались с домашними черри и кактусами, монстеры делили соседство на полу вместе с фикусами. Буйство зеленого цвета не затронуло лишь одну стену. На ней висела картина Жан-Мишеля Баския. Люциус мог купить любую живопись, но никто и подумать не мог, что он предпочел безумного граффитчика из Нью-Йорка Микеланджело. — Благословенный Люциус. Гроза волшебного мира. Если бы кто-то знал, какой же ты сплетник, — протянул Северус. — Ой, да ладно. Я тебя слишком хорошо знаю. Стоит тебе услышать отменную сплетню, как ты будешь умолять меня ее рассказать. — Умолять? — приподнял бровь Северус. — Спорим на бокал виски, который ты выпьешь за мое здоровье, что я услышу твои мольбы еще до полуночи. — Меня не интересуют сплетни. — Ну раз ты так уверен, почему бы не поспорить, — он протянул руку, но Северус не спешил ее пожимать. — А что я получу, если ты проиграешь? Ты и так выпьешь бутылку виски, так что спорить на это нет смысла. Люциус задумался. — Месяц не буду пить. — Это похвально, но мне что с того? — не впечатлился Снейп. — Хм. Никаких пари целый год. — Удивительная самоотверженность с твоей стороны. Или глупость, — мастер зелий наконец пожал Люциусу руку. Конечно, Малфой старый змей, и спорить с ним рискованно, но не в этом случае. Умолять… Серьезно? Люциус только хмыкнул и сделал большой глоток из бокала. Он откинулся на роскошный диван и, разглядывая потолок, сказал словно в пустоту. — Как весело мы проводили время… Помнишь, как кутили в Риме. До утра танцевали на техно-рейве в Берлине. А теперь что? — А тебя не смущает, что я чуть не умер? — поднял бровь Северус. — Ну не умер же, — легкомысленно закатил глаза Люциус. — Тебе нужно было лучше стараться держать себя в руках, и не пришлось бы превращаться в унылого старика. — И это говорит человек, которого едва не отправили на поцелуй дементора — Я хотя бы не делаю вид, что исправился. Снейп холодно глянул на Малфоя. Энергичный саркастичный Люциус был прекрасным собеседником. При этом редко удавалось увидеть его настоящее лицо. В глазах не отражалось ни горечи, ни радости. Он словно прятался за бесконечными масками. В министерстве за маской избалованного тирана, дома притворялся равнодушным аристократом, со Снейпом вел себя как легкомысленный придурок. Но если у большинства людей за масками ничего и не скрывалось, то в Малфое безусловно таилась глубина. Только вот показывать он ее не стремился. Впрочем, то же самое можно было сказать и о Северусе. Только его маска — холодная отстраненность, чтобы никому и в голову не пришло смотреть в бездонную пропасть. — Неужели тебе нечем заняться в жизни, кроме как мечтать о техно-рейве? — У меня и так есть всё, о чем только можно мечтать. Но мне скучно. — Люциус отпил из бокала. — Невообразимо скучно. — Я думал, что после того суда ты возьмешься за ум. Люциус пожал плечами. — Я отдаю свои долги обществу. В прошлом месяце целое состояние пожертвовал на исследование последствий Круциатуса. — Но это же твоя травоцевтическая компания по производству лекарственных средств, — хмыкнул Северус. — Ты просто вложил деньги, чтобы получить больше прибыли. — Но пока прибыли нет, это можно считать благотворительностью, — Люциус неотразимо улыбнулся и поправил светлые волосы. Когда-то эти глаза сводили Снейпа с ума, но в юности для страсти не было места, а когда его накрыло безумием после воскрешения… Воспоминания приходили всполохами. Кажется, они с Люцем не только танцевали и летали на метлах, но ему страшно было заглянуть в собственную память, а Малфой упорно делал вид, что ничего не было. И Снейп бы поверил ему, да только тот уж больно настойчиво пытался его споить. Камин нагрел воздух в комнате и на его бледной коже чуть проступил румянец. Северус выпил обжигающий глоток кофе, и потянул за верхнюю пуговицу. Микродвижение не укрылось от Люциуса, он задержал взгляд на секунду дольше, чем нужно. Но Снейпу не хотелось сегодня с этим разбираться. — Нарцисса вернулась? — Cлышал про Поттера? — Люциус проигнорировал вопрос. — Не переводи тему. Люциус встал и подкинул полено. Огонь лизнул подарок и заискрился от удовольствия. — Нарцисса всегда возвращается. У чистокровных волшебников не приняты разводы. А что она ненавидит меня, ну что ж. Это мой подарок для нее. Намного проще ненавидеть другого, чем самого себя. В комнате воцарилось молчание. Они могли молчать целый час, каждый погрузившись в свои мысли, но приятное чувство близости — что молчишь не один — наполняло это время смыслом. — Так что с Поттером? — Северус первым прервал тишину. Люциус оторвался от раздумий, глянул на него и захохотал. — Ну вот и пошли мольбы, — от смеха Люциус с трудом выговаривал слова. Он щелкнул пальцами и перед ними появился домовик. — Что вы желаете, сэр? — учтиво поинтересовался он. — Бокал для моего друга. Мы будем пить виски, — домовик с хлопком исчез. — Я не буду с тобой пить. — Ты проспорил. Северус фыркнул. — Я не буду с тобой пить. Это просто светская беседа. Не хочешь — не отвечай. И сотри эту ухмылку с лица. Но Люциус и не собирался. Домовик вернулся, держа на серебряном подносе тончайший бокал из старинного стекла. — Ваше виски, сэр, — поклонился и исчез. Люциус щедро налил виски и придвинул к Снейпу. Тот не притронулся. — Не говори ерунды. Мне не настолько интересен Поттер, чтобы из-за него… — Он пропал. Северус удивленно посмотрел на друга и чуть придвинулся вперед. В нос ударил еле уловимый запах дорогого виски, но он предпочел его проигнорировать. — В смысле? — Уже полгода не появляется в аврорате, в квартире тоже. По магическому полю найти невозможно. Сам знаешь, если человек не использует магию, засечь его невозможно. — Есть еще вариант. Если человек умер. Люциус не стал отрицать. — Новость держится в строжайшей тайне. Сам понимаешь, глава аврората потерял национального героя. Если это всплывет, полетят головы. — Зная Поттера, он просто начал маяться в аврорате, и решил слинять. — Сначала я тоже так подумал, но потом Министр шепнул кое-что еще. Оказывается, Поттер весь год был не в себе. Это тщательно скрывали, но он не оправился после войны. Приходил на работу пьяный, хамил, перестал выходить на контакт даже с друзьями. — Почему ты рассказываешь сейчас? — Северус почувствовал, что дыхание чуть сбилось, но голос оставался скучающим. — Вчера выяснилось, что Поттер пропал, чтобы… Как бы выразиться поприличнее… предаваться любви за деньги. — Поттер прекрасно проводит с проституками. Стоит за него порадоваться, — усмехнулся Северус. — Нет. Ты не понял. Это с ним хорошо проводят время. За деньги. — Что? — на долю секунды с Северуса слетела непроницаемая маска. — Это какой-то бред. — А вот и нет, — покачал головой Люциус. — Я видел в омуте памяти. Люциус встал с дивана. Он не спеша подошел к столу с граммофоном и вытянул с полки альбом Tricky – Maxinquaye. Уголки красного конверта потрепались, что подсказывало: пластинка пользовалась в этом доме популярностью. Гостиная наполнилась тягучими звуками трип-хопа. Люциус вернулся на свое место и словно задумался о чем-то, подергивая ногой в такт. Северус наблюдал за ним, тяжелая тень словно омрачила его лицо. Наконец Малфой продолжил. — Он берет чужую внешность. Вот почему его не могли найти. Оборотное зелье. Каждый раз — разные личины. И только вчера он ошибся. Выбрал неподходящую личину. — Чью? Люциус выдержал паузу чуть дольше, чем нужно. — Твою. Малфой посмотрел Снейпу в глаза, он точно знал, какой эффект произвел. А Снейп точно знал, что не услышит больше ни слова. Он подвинул к себе бокал виски, поднес стекло к прохладным губам и сделал глоток. Жидкость обдала жаром, страстной волной прокатилась по всему телу. Алкоголь молниеносно ударил в голову. Северус словно впервые услышал, как трещит камин. Почувствовал запах дыма, кофе, виски, легкий шлейф лемонграсса от парфюма Люциуса. Комната вдруг стала просторнее. Ярче. Он вдохнул полной грудью, и где-то внутри разжалась струна. Он сделал еще глоток. — Где? Люциус улыбнулся едва заметно, но в глазах промелькнул хищный огонек. — Ну вот. А ты говорил — не интересно.