Мотылёк и Пламя: Второй эшелон

— Красавец! — радостно крикнула напарница с ноткой облегчения. — Сам в порядке? — А то! Он меня в тени вагонов даже не видел. Летел себе, летел, и вдруг почему-то бабах! Не знаешь почему? Алёна хихикнула. Из отряда вышел высокий парень в куртке с нашивкой МГУ и уважительно протянул руку Георгию. — Меня Лёха зовут, старший на аванпосте. — Жорик. Георгий Волин, МГУ, лаборатория 501. Коллега Ильи Ванина по лабе. А это Алёнка, дочь его. — Хрена себе, — изумлённо и почтительно протянул командир. — Для меня большая честь иметь с вами дело, ребят. И с вертолётом круто разобрались. В Польский движетесь, полагаю? Бензин для вашего коня найдём. Но есть проблемка одна, если с ней не разобраться — дальше не пройти. Хоть с бензином, хоть без. — В Польский, куда же еще. А что за проблема? — нахмурился тот настороженно, и Алексей в ответ махнул рукой на северо-восток. — На дороге к Зеленопольскому блокпост воткнули. Пулемёт стоит какой-то автоматический, и рыла 4 или 5 гарнизон. Конкретики не знаем, сами туда особо не суёмся. Палят во всё, что шевелится; когда им заняться нечем — ворон бьют. Патроны, видать, совсем девать некуда. — Вот блин! — ругнулась из коляски Алёна. — Не успели с Аспидом и вертушкой разобраться, теперь ещё и эти черти. На лице командира появилась смесь удивления с уважением. — С… с кем?! Вы что, Аспида вынесли? Из ваших пушек? Георгий кивнул и постучал пальцами по броне. — Да там и пушек-то не понадобилось, только граната. Алён, расскажи народу, как наваляли жиробасу этому, а я пока разведаю, что там за блокпост такой, — он зарядил в подствольник гранату. — Ребят, кто дорогу покажет? Один из нежелательных — коренастый парень в потрёпанной куртке с дробовиком за спиной — кивнул физику и махнул рукой в сторону задней части склада. Там вдалеке виднелось небольшое крыльцо и двери с тускло горящими табличками «Выход». После падения вертолёта над депо стояла безмятежная тишина. Узкая и засыпанная гравием дорожка тянулась вдоль складов, уходя куда-то вглубь сосняка. Пройдя около сотни метров, проводник остановился у края бетонного забора и указал на северо-восток, где широкая и хорошо укатанная грунтовка исчезала за поворотом. — Вон там, за холмом, их точка, — сказал парень, снимая с пояса бинокль и протягивая Волину. — Держи, пригодится. Близко не лезь, палят не думая в каждую тень. — Спасибо. Сейчас поглядим, что там за крепость такая. Махнув проводнику, который направился обратно к депо, Жорик пригнулся и двинулся вперёд, держась деревьев. Метров через двести глаза бойца выцепили удачную наблюдательную позицию — плотные кусты на возвышенности под тенью сосен. Он залёг на землю и прильнул к биноклю, наблюдая цель сквозь его мощные линзы во всех подробностях как на ладони. За стандартными мешками с песком и бетонными блоками расположились пятеро пехотинцев. Гвардосы курили и лениво жестикулировали руками, повесив автоматы кто за спину, кто через плечо. В центре аккуратного полукруга из блоков стояла грозного вида установка, явно созданная на основе типового Богомола: его головной модуль с тройной камерой ни с чем невозможно было спутать, однако вместо лёгкого пулемёта на нём красовался своим длинным стволом тяжёлый ПКМ. Вместо стандартных «ходулей» дрона этот агрегат стоял на приземлённом, увесистом с виду и явно стационарном лафете, что было логично — отдача пулемёта опрокинула бы шагоходное шасси с первых же выстрелов. Головной блок турели медленно поворачивался туда и обратно, обводя сектор обстрела стволом и озираясь своими высокотехнологичными глазами. Георгий сжал зубы и опустил бинокль. — Пятеро и эта железяка, — задумчиво прошептал он практически про себя. — ПКМ, зараза, насквозь прошьёт. Надо думать, как подойти. Пригнувшись, он скользнул глубже в лес, под укрытие плотного кустарника и теней сосен, бесшумно ступая по грязи и держа наготове калаш. Ничего не подозревавшие солдаты продолжали курить и трепаться, пока их враг подкрадывался вокруг, держась подальше от сектора обстрела турели. Подобравшись к цели сбоку, диверсант залёг за поваленным деревом в полусотне метров от точки и вновь прильнул к биноклю. Пушка вращалась влево-вправо, озирая сектор перед блокпостом, но не поворачивалась настолько, чтобы показаться Жорику в анфас своей глазастой железной мордой. Отлично, позиция вне сектора огня. Один небритый солдат лениво потянулся; другой, с сигаретой в зубах, что-то сосредоточенно оттирал тряпкой с приклада. Волин аккуратно поднял автомат, прицеливаясь в ближайшего пехотинца, и короткая приглушённая расстоянием очередь уложила его в грязь. Остальные всполошились и начали рыскать стволами вокруг, отыскивая стрелка. Боец перекатился к соседним кустам и дал несколько метких одиночных выстрелов, сняв второго гвардейца, чей бронежилет не спас от попадания сбоку. Трое оставшихся солдат заорали что-то вроде боевого клича и залегли за мешки. Они начали палить на звук второго выстрела, выбивая пулями куски коры из сосен и фонтанчики земли и не зная, что стрелок уже дальше обходит их с тыла. Турель, видимо получив от бойцов сигнал боевой тревоги, включила прожектор под стволом ПКМ и начала оглядывать сектор быстрее, но опасность уже давно находилась далеко за его пределами. Один солдафон бросился из укрытия к терминалу возле турели, видимо пытаясь перенастроить сектор обстрела, где и был сражён парой метких Жориных пуль. Двое оставшихся попытались отступить к грунтовке, но их враг был уже на территории блокпоста и метко снял и их, спрятавшись за штабелем ящиков с припасами. Наступившую после сражения тишину нарушало только жужжание сервомоторов турели — она всё так же продолжала медленно поворачиваться туда-сюда и обводить пустую дорогу ярким лучом. Диверсант равнодушно вскинул автомат и дал от бедра несколько коротких очередей в заднюю часть головного модуля. Пули, пробив тонкую броню, разворотили внутренности, прожектор погас, и через пару секунд из пробоин с напором и свистом пошёл дым с противным химическим амбре. — Даже в аккумулятор попасть умудрился. Забавно, — пробормотал Георгий, вытирая пот со лба и поправляя очки. Он бросил взгляд на безопасную теперь грунтовку и двинулся обратно к депо, где трепетал на ветру флаг МГУ, ждали товарищи и верный «Урал» — уже, вероятно, с полным баком. Возле мотоцикла стоял местный техник — щуплый парень в замызганной куртке, с растрёпанной бородой и отвёрткой, торчащей из кармана. Его руки с гаечным ключом, испачканные смазкой, ловко прикручивали к коляске небольшой, с два кулака, металлический короб с антенной и проводками. Алёна, с интересом наблюдавшая за его работой, оглянулась на скрип открывшейся двери. — Ну что там, Жор, можем ехать? — спросила она. — Канонада с улицы доносилась что надо! Или это ты ворон стрелял? Учёный, ухмыльнувшись, блеснул очками в тусклом свете склада. — Ворон, конечно, — ответил он, вытирая пот со лба. — Пять ворон в брониках и одна железная с пушкой на лбу. Дорога открыта, но что-то мне подсказывает, что это не конец веселья. Механик затянул на блоке последний болт и поднял глаза от коляски. — Ты вовремя, — сказал он, похлопав по баку. — Меня Серёга звать, инженер местный. Бак полный, хватит с запасом и до Польского доехать, и ещё на месте подружку покатать. Но я тут ещё кое-что для вас приладил, гляньте. От прикрученного на коляску странного блока к аккумулятору «Урала» тянулись провода. На самом приборе виднелись следы отпиливания, отламывания и царапины, будто его с мясом выдирали из чего-то покрупнее. — Приёмник воячий, — сказал Сергей с энтузиазмом во взгляде. — От Богомола, которого мы тут неподалёку подбили на днях. Ловит сигналы их транспондеров — маяков, что у каждого гвардейца и техники на пузе висят. Росгвардия их использует, чтоб своих в бою видеть, как на карте. Ну, типа как в авиации, только с шифром. А Богомолу вообще данные обо всех своих в округе напрямую в компьютер идут. — Интересно. А нам он что даёт? — заинтересованно спросил Георгий. Серёга кивнул Алёне, и девушка протянула ему свой смартфон. Физик с интересом глянул на предъявленный мастером экран, который отображал карту с россыпью красных точек, разбросанных по лесу и дорогам: — Ключи шифрования у них каждый день новые, — начал объяснять мастер. — Но в обратную сторону продолжают декодировать, чтобы после боя можно было найти и собрать трупы. Ваш приёмник, соответственно, ловит сигналы тех, кто погиб ещё раньше того Богомола. Пока батареи в их маяках не сели, их видно. Видишь точки? — он ткнул пальцем в экран. — Это трупы солдат или подбитая техника. Можете по пути трофеи собирать — патроны, оружие, топливо, что найдёте. Волин взял телефон и покрутил пальцами карту. Точки, мигающие в радиусе десятков километров, обозначали места, где Росгвардия потеряла людей или машины. — Нормально вообще… — протянул физик. — Ты ж партизанский клондайк открыл, считай. Серёг, ну ты гений. Техник, ухмыльнувшись, пожал плечами, его борода дёрнулась. — Да ладно, — сказал он. — Главное, чтоб полезно было. Только учтите, повторюсь: приёмник ловит только тех, кто сдох раньше Богомола. Свежие трупы, а уж тем более живых гвардосов — на приборе не увидите! Так что карта картой, а по сторонам всё равно бдите. Кивнув, впечатлённый учёный крепко пожал руку Сергею. — Разумеется. Но штука всё равно гениальная. В серию бы её, Серёг! Жестянок тут, посмотрю, много бегает, валяется небось ещё больше, а как ключи обновлять — думаю, можно что-то придумать. Как доедем, покажу Гарику. — Покажи, конечно! Там ничего сложного — блок от дрона берем как есть, плюс простая самоделка из типовых китайских плат, чтобы по блютусу на мобильник отправить. В системе определяется как автомобильный антирадар — в любой программе навигатора просто добавляет на готовую карту свои точки, как будто это дорожные камеры. — А, Серёга, забыла совсем — добавила Алёна, всё это время внимательно слушавшая разговор о локаторе. — Ты наверняка должен знать. Сергей чуть наклонил голову, заинтересованно посмотрев на девушку, и та продолжила. — Когда мы с Аспидом у подстанции бились. Башка трещала, тошнота подкатила, чуть не блеванула! Шатало меня, как пьяную. У Жорика то же самое ровным счётом. Что он, сучара, сделал? Газ какой-то пустил? А ещё: в Октябрьском мужики трепались, что эта сволота через стены за километры видит и грузовик в небо поднимает. Это правда или байки? Мастер отложил ключ, задумчиво почесал бороду и подошёл к столу в углу гаража. Порывшись в ящике стола, он вытащил какую-то много раз сложенную бумажку и снова глянул на мотоциклистов. — С башкой и тошнотой — вряд ли газ. Скорее всего, побочка от радара. У него «Перун» стоит — многофункциональный радиомодуль с фазированными антенными решётками. Когда он в режиме РЛС работает — фонит так, что вблизи мозги кипят. Вы же, небось, близко к нему стояли? А он, гадина, явно в этот момент осматривался активно — мол, кто это по мне лупит?! Вот и прихватило. Представьте, что будет, если голову в микроволновку засунуть? Ну тут примерно та же история. Алёна нахмурилась и задумчиво коснулась пальцами подбородка. — То есть это он не специально, — пробормотала она. — Побочка такая, не оружие. — Ну типа того, — добавил Волин. — Так он же и в целом не боевой, ребята говорили в Октябрьском. Специально он тебя клешнёй ловил, падла. Серёг, а насчёт слухов что скажешь? Развернув бумажку, Сергей положил её на стол, жестом приглашая почитать. Это была вырванная из какого-то журнала чуть пожелтевшая от возраста страница, озаглавленная: «Аспид: непревзойдённый страж небес Родины». — Про стены и километры — даже не смешно, — сказал он, постучав пальцем по статье. — Точнее говоря, как: запеленговать или заглушить чью-то радиопередачу, наверное, и за километр можно, особенно если взлететь повыше. Но именно увидеть, засечь цель, тем более на фоне земли — точно чушь. Обзор 360 градусов, базару нет, но только в прямой видимости. У него камеры — оптика, тепловизор, инфракрасник — плюс радиолокатор. Всё мощное — но не рентген же, чтоб стены пробивать. А клешня тянет максимум двести кило. Он сам две тонны с небольшим — какой ему, нахер, грузовик? Вот, сами почитайте. 27 года статейка, из их ведомственного журнала. Аспид: непревзойдённый страж небес Родины В эпоху, когда беспилотные технологии становятся краеугольным камнем военного превосходства, оборонная мощь Российской Федерации сделала решительный шаг в будущее, явив миру в 2027 году Аспид — тяжёлый многофункциональный БПЛА, шедевр инженерной мысли концерна «Алмаз-Антей». Этот грозный аппарат, заслуженно прозванный «небесным штабом», воплотил в себе несокрушимую волю и технологический гений великой державы, став символом её непревзойдённой мощи. С момента первого полёта прототипа в 2026 году Аспид утвердил себя как беспощадный инструмент, способный переписать правила современной войны, обеспечивая России абсолютное доминирование в разведке, координации боевых действий и контрдиверсионных операциях. Обтекаемый фюзеляж Аспида, по размерам сравнимый с легендарным бронеавтомобилем «Тигр», излучает элегантность и несокрушимую силу. Его взлётная масса в 2300 кг позволяет нести на борту сложнейшие системы — от смертоносного вооружения до передового оборудования, созданного для выполнения самых амбициозных задач. Шесть внутренних вентиляторов, работающих по мультикоптерной схеме, наделяют аппарат исключительной манёвренностью и устойчивостью, позволяя ему гордо парить над полем боя даже в самых суровых условиях, будь то штормовой ветер или снежная буря. Энергоснабжение обеспечивается передовой литий-титанатной аккумуляторной батареей, дополненной системой прямого подключения к линиям электропередач с напряжением от 0,4 до 10 кВ и любым родом тока. Эта технология позволяет Аспиду молниеносно восстанавливать силы прямо в сердце боевых действий, не завися от инфраструктуры аэродромов. Глаза и уши Аспида — названный в честь покровителя грома и молнии многофункциональный радиомодуль «Перун» — представляет собой вершину российской радиоэлектронной мысли. Эта сверхширокополосная SDR-система с фазированными антенными решётками, расположенными по всему фюзеляжу, объединяет в себе мощь радиолокатора высокого разрешения, средства радиоэлектронной борьбы и разведки, а также универсального устройства абсолютно любой радиосвязи от аналоговых переговоров до сетей Wi-Fi. «Перун» позволяет Аспиду не только видеть поле боя с непревзойдённой чёткостью, но и подавлять любые попытки противника укрыться или помешать его работе. Дополняет радиолокатор широкодиапазонная камера с оптическими, инфракрасными и тепловизионными каналами, обеспечивающая всепоглощающий контроль обстановки и разоблачение любых маскировочных ухищрений врага. Навигация, основанная на отечественной системе ГЛОНАСС, остаётся непревзойдённой даже под шквалом вражеских помех, что делает Аспид неуязвимым и для средств радиоэлектронной борьбы противника. Вооружение Аспида — скорострельный носовой пулемёт калибра 5,45 мм с независимым прицеливанием — способно в считанные секунды сокрушить живую силу врага, превращая любое сопротивление в тщетные потуги. Трюм и манипулятор с грузоподъёмностью до 200 кг открывают безграничные возможности для транспортировки грузов, включая самые опасные, без малейшего риска для целостности аппарата. Прочность конструкции трюма гарантирует, что Аспид останется невредимым даже в случаях непредвиденных ситуаций при транспортировании взрывоопасных материалов, что делает его незаменимым для выполнения сложнейших военно-логистических задач. Мозг Аспида — мультимодальный искусственный интеллект, работающий на бортовом кластере серверов с процессорами «Эльбрус» и тензорными ускорителями «Волхв» (совместная разработка Huawei и зеленоградского «Ангстрема») — поднимает машину на недосягаемую высоту. Этот ИИ, подобно древнему провидцу, анализирует обстановку, принимает молниеносные решения и координирует действия союзных сил с точностью, недоступной человеческому разуму. Аспид становится не просто машиной, а воздушным командным пунктом, ведущим войска к победе с непревзойдённой эффективностью. В операциях Росгвардии Аспид уже доказал свою сокрушительную силу, став грозным стражем, который обеспечивает абсолютное превосходство в разведке и управлении боем. Его универсальность, передовые технологии и несгибаемая мощь делают его не просто оружием, а символом непобедимости России, способным переломить ход любого конфликта и сокрушить любого, кто осмелится бросить вызов нашей великой державе. Аспид — это воплощение мощи, интеллекта и гордости, которое навсегда останется в небесах как страж порядка и безопасности. — Фу, блядь, снова чуть не вырвало, как под тем радаром, — ругнулась Алёна, дочитав, и обернулась к Георгию. — Я уже и забыла, как звучала официальная пресса, а теперь снова будут эти понты в кошмарах сниться… Как будто опять Гарик на Таганке чинил рацию и случайно «Победу» поймал. Сергей снова сложил вырезку и сунул её обратно в ящик, слегка улыбнувшись из-под бороды. — Ну прости, Алён, не я ж писал. Самому противно было, но как иначе подробности из первых рук о нём узнаешь. Вот такой он, Аспид этот — страшная штука, конечно, но не сверхъестественная. И как вы сами убедились — даже не непобедимая! Главное, близко к нему не лезьте, а то опять башка трещать будет. И пушки с клешнёй берегитесь. — Поняла, Серёга. Спасибо, что просветил, теперь знаем хоть, с чем воюем. — Ага, — кивнул Жора. — Но бензин и карта с барахлом пока всё же полезнее. Готовься, Алён, до Польского недалеко, но боюсь сюрпризы ещё будут. Несколько нежелательных распахнули снаружи ворота склада, и внутрь вошёл командир Лёха в своей куртке МГУ. — До Зеленопольского 18 км по главной, — сказал он, указывая на видневшуюся за вагонами грунтовку. — Счастливого пути, ребят. Тебе, Георгий, отдельное спасибо, что осиное гнездо это выбил, поспокойнее теперь. Привет всем в Польском передавайте. — Разумеется, мужики, — ответил он, садясь в седло. — И извините, что гада привели. Спасибо, что сгинуть не дали под его бомбами. И за приёмник. — Да брось ты! — Алексей хлопнул того по бронированной спине. — Сам привёл — сам и прихлопнул, никаких проблем. Алёна, усмехнувшись, похлопала по борту коляски. — Ага, Серёге отдельный респект за железку и за идею. По поводу свежих ключей идею помним, по прибытию технарям передадим. Жорик запустил двигатель кикстартером, и столпившиеся у ворот бойцы одобрительно загудели. Лихо махнув рукой, как раллийный судья, главный отошёл к столу Сергея; «Урал» рыкнул, выкатился из склада и захрустел шинами по песку и опавшей листве. Лабиринт видавших виды вагонов остался в стороне, а широкая и хорошо укатанная грунтовка в окружении безмятежно шумящего леса повела байкеров в финальный рывок на Зеленопольский. Вот и недавно поверженная огневая точка. Алёна, прищурившись, ткнула шофёра локтем: — Тот самый блокпост? Притормози? — её голос был полон любопытства. — Хочу глянуть на эту железяку. Это что у них, Богомол с пулемётом? Волин сбросил газ и заглушил мотор, остановив байк у края блокпоста. — Только быстро, пару минут, — сказал он. — И не расслабляйся, вдруг ещё шарахается кто. Они подошли к турели, и девушка с явным интересом начала её рассматривать. — Ух ты, ПКМ стоит. Там же патрон винтовочный! Как раз на мою пригодятся! — она немного осмотрела пушку в поисках хранилища боеприпасов и радостно ткнула пальцем в крышку на корпусе, где виднелась жирная маркировка «7.62×54 мм». — Во! Жора кивнул, поддел гвоздодёром лючок и с хрустом выломал, обнажив огромный набитый патронами барабанный магазин. Алёна, не теряя времени, принялась ловкими пальцами извлекать патрон за патроном и отправлять добычу по карманам куртки. — Вот это улов! На целый Сталинград хватит. — Развлекайся. А я тогда пойду немного в ящиках пороюсь. Он замер на секунду, прислушавшись на всякий случай к дороге, и подошёл к штабелю зеленоватых ящиков, где укрывался ещё каких-то полчаса назад — на их крышках и рядом на земле до сих пор лежали его гильзы. Открыв один ящик, Георгий нашёл сухпайки и оттащил несколько штук в багажник коляски. В следующем лежали автоматные патроны и несколько гранат — тоже неплохо. Прижав трофеи к своей бронированной груди, он снова направился к мотоциклу. — Жор, а у тебя как клёв? — с лёгкой насмешкой крикнула Алёна, не отрываясь от турели. — Царский! Жратва, грены, патроны. В байк накидаю — хоть не с пустыми руками придём. Вдоволь насобирав патронов из турели, Алёна вернулась в коляску и оглянулась на товарища, который как раз в этот момент погрузил за её спиной последнюю охапку трофеев и закрыл багажник. — Погнали! «Урал» всё дальше рассекал укатанный песок под рёв мотора. Алёна, устроившись в коляске, крепко держала обеими руками смартфон и поглядывала на экран, где мигали красные точки — мёртвые гвардейцы или их техника, чьи транспондеры всё ещё подавали сигнал. — Жор, впереди прямо на дороге, километра два! В указанном месте дорога сужалась, прижатая к лесу небольшим холмом. Там стоял покорёженный Geely с разбитым передком и мятым капотом, что врезался в могучую вековую сосну. Бывшие стёкла валялись вокруг машины мелкой сверкающей крошкой, двери были распахнуты, а сработавшие подушки безопасности свисали отовсюду белоснежными тряпочками. Алёна, нахмурившись, спрыгнула из коляски, держа пистолет. — Это… что? Просто тачка разбилась? — пробормотала она, оглядывая машину. — Причём гражданская. Где гвардосы-то? Показывает, вроде, прямо здесь. Жора слез с мотоцикла и подошёл к седану, внимательно, как заправский детектив, сканируя взглядом салон. Потом — удивлённо глянул в смартфон соратницы, чтобы точно исключить ошибку. — Странно. Крови внутри нет, подушки сработали, двери нараспашку. Похоже, кто-то живой отсюда выбрался. Явно гражданский. Но… пикает-то откуда? Немного задумавшись, он присел и посмотрел под днище. — А-а-а, вот вы где, уроды, отдыхаете! Вновь заглянув на водительское место, Волин выбил рычаг в нейтраль, ткнул кнопку багажника и, немного порывшись в нём, нашёл буксировочный трос. — Алён, привяжи-ка ему. Ща дёрнем. Он привязал к раме «Урала» второй конец и, дождавшись, пока напарница отойдёт и даст знак, как следует потянул. Рыча и кидаясь из-под заднего колеса землёй, мотоцикл быстро сдвинул иномарку метра на полтора. Как и ожидалось, среди месива из земли и грязных листьев валялись два задавленных пехотинца в смятых бронежилетах. — Фууу… — протянул вернувшийся Жора. — Ну, всё понятно. Кто-то гнал в Зеленопольский, а эти умники попытались остановить. Ну и получили по заслугам. Тачку, правда, жалко, пусть и китайская. — Ему без вариантов было, Жор. Застрелили бы, если б не задавил. Жизнь дороже. Алёна присела у тел с отвращением на лице и обыскала их быстрыми точными движениями, отправив в мотоцикл ещё пару магазинов к калашу и россыпь гранат. Жора ещё раз обошёл место аварии: — Полагаю, все выбрались и свалили пешком. Надеюсь, до Польского дошли. — Хорошо, если так, — сверкнула глазами Алёна, убирая смартфон в карман. — Погнали дальше, немного уже. Волин, отвязав трос, закинул в «Урал» и его. Поддав газу, они продолжили путь, и ещё километра через три на карте показалась новая точка. — Жорик, ещё одна, — сказала она, её голос перекрикивал рёв двигателя. — Прямо по курсу, недалеко. Может, ещё трофеи. По метке у дороги располагался крохотный хутор — три покосившихся дома среди заросших бурьяном дворов, да пара сараев с дырявыми крышами. Тишина стояла гнетущая, окна домов зияли пустотой, а следы на песке и грязи давно стёрлись. Место выглядело покинутым, но точка на дисплее явно указывала на один из сараев с обшарпанными дощатыми стенами и приоткрытой покосившейся дверью. Байк остановился у края хутора. Георгий привычным движение спрыгнул с седла и перехватил автомат. Алёна вылезла из коляски с пистолетом в руке, сверилась с телефоном и указала дулом на сарай. — Там, — коротко бросила девушка. — Идём аккуратно. Жора осторожно заглянул в приоткрытую дверь и медленно открыл ее стволом, вызвав мерзкий скрип давно не видевших масла петель. Внутри пахло сыростью и старым деревом, а в углу, на земляном полу, стоял ящик с эмблемой Росгвардии. Сверху лежал, судя по всему, тот самый пехотный транспондер — коробочка с тонкой петлей из ремешка. — Заначка, похоже. Видать, для своих солдафоны оставили, и маяком пометили. Грамотно. — А вдруг заминировано, — насторожилась Алёна. — Может, не будем рисковать? Волин вернулся к «Уралу», вытащил буксировочный трос от Geely и максимально аккуратно привязал к ручке ящика. Подруга, держа пистолет, уже отошла подальше, следя взглядом за ярко-рыжим канатом с блестящими фликерами. Отойдя на безопасное расстояние, за угол сарая, Георгий чуть пригнулся и дёрнул. Ящик выехал на улицу, не вызвав ничего страшнее громкого шуршания по земле. — Чисто, — выдохнул он, и поддел гвоздодёром скрипучую крышку. Внутри лежала небольшая коробка с пистолетными патронами и новый бронежилет. Алёна схватила коробку патронов и закинула её в коляску мотоцикла: — О, опять моё! Не зря возились. Осмотрев жилет, Жора вытащил из него несколько новеньких пластин и принялся переснаряжать броню комбинезона, одну за одной выбрасывая пострадавшие за их долгое и опасное путешествие. Обновив защиту, он обратил внимание и на транспондер — плоскую коробочку размером с пачку сигарет, с небольшим подвесом из тонкого ремешка. — Алён, надо бы забрать. Помнишь, что Серёга в депо про ключи говорил? Если найти способ их обновлять, можно кроме трупов и действующие войска видеть. Этот, конечно, старый, но технарям в Польском любое железо не повредит, если возьмутся за проект. Чем больше подопытного хлама, тем лучше. — Но, Жор, он же координаты транслирует. И вояки его так же, как и мы, видят. — Ну это мы сейчас поправим. Георгий вытащил из коляски чемоданчик с инструментами — тот самый, от старого хозяина, который приметил ещё у бандитского селения. Порывшись внутри, достал кусачки, аккуратно подцепил подвес транспондера — узкий кожаный ремешок — и, прищурившись, откусил его с обеих сторон. Хруст металлического тросика внутри кожи подтвердил догадку: — Антенна в подвесе, так и знал. Неплохое решение. Всё, теперь точно не настучит. Алёна с озарением на лице сбегала к мотоциклу и вскрыла один из сухпайков, положила коробку с продуктами обратно в багажник, и вернулась с его внешней оболочкой — металлизованным пакетом камуфляжной расцветки. — Жор, держи, заэкранируем давай ещё! — О! Отличная идея. Уважаю как физик. Жора убрал маяк и отрезанную антенну в пакет от сухпайка, плотно закрутил горловину и, наконец, отправил свёрток в мотоцикл. — Готово. — Проверь, пропала метка? Достав смартфон, Алёна взглянула на экран и удовлетворённо кивнула. Выбросив из-под заднего колеса шмат грязи, путники отправились вперёд, оставляя за спинами покинутый хутор. Больше вблизи дороги отметок не появлялось. Несколько штук по прежнему моргало где-то вдалеке — однако они были уж слишком не по пути, да и ранее собранных припасов за спиной Алёны на ухабах побрякивало столько, что хватило бы ещё километров на сто. Лес, окружавший дорогу, постепенно редел, и впереди показалась очередная деревушка — как и все уже пройденные, она лежала в абсолютном запустении. Вдоль грунтовки раскинулись покосившиеся избы и сараи, всё так же поросшие мхом крыши и мрачно зияющие оконные рамы. Дорога петляла, извиваясь заправской змеёй и заставляя тормозить на поворотах. Байкеры внимательно осматривали округу в две пары глаз, однако ничего похожего ни на врага, ни на припасы, ни даже на одинокую ворону видно не было. Когда до последних изб оставалось каких-то пару сотен метров, из-за их углов с обеих сторон дороги с рёвом выскочили два «Тигра». Бронемашины Росгвардии зловещей тёмно-зелёной окраски, визжа покрышками, синхронно остановились поперёк пути капот в капот, образовав глухую баррикаду. Позади раздались оглушительные взрывы, и несколько сосен, с треском рухнув, завалили обратную дорогу. Облако пыли и листвы поднялось в воздух, а вой сирен на броневиках болезненно пронзил уши. — Сука!!! — рявкнул Жора, резко крутя руль и поддавая газу. Слегка пробуксовав по песку на повороте, «Урал» направился к ближайшему сараю на правой стороне деревни — низкому строению с мощным, коренастым срубом, но ржавой прохудившейся крышей. Мотоцикл влетел внутрь, оттормаживаясь в заносе по земляному полу. — К обороне!!! Засада!!! Не дожидаясь полной остановки, Георгий спрыгнул с седла, прямо в прыжке перехватывая свой автомат, и укрылся за дверным косяком. Алёна чутко застыла у разбитого окна, прислушиваясь и держа двумя руками пистолет. Десять рядовых гвардейцев с АК-74 суетливо высыпали из «Тигров». Шестеро заняли позиции за броневиками, используя их как укрытие, и взяли сарай на мушку. Остальные четверо рассыпались по сторонам, мелькая тенями среди заборов, и рассредоточились во дворах. Пятеро спецназовцев, в чёрных бронекостюмах и с «Абаканами», двигались чётко и слаженно: трое, пригнувшись, двинулись к сараю с флангов, обходя дома, а двое остались возле машин. Издавая топот и металлический лязг, ещё из-за нескольких домов один за одним выскочили четыре Богомола: два дрона пошли прямо к сараю, нацелив стволы на вход, а другие два явно решили обходить с флангов. Сирены броневиков неожиданно смолкли, сменившись грубым командирским басом. — Граждане! Вам предоставляется последний шанс сдаться живыми законным властям Российской Федерации! Немедленно бросить оружие и выходить по одному с поднятыми руками! Первым выйти водителю мотоцикла! Пассажиру мотоцикла оставаться в помещении! — Блядь, — прошипел Жора, оглядывавший позиции через щели в стенах, когда рупоры заткнулись. — Полный комплект притащили. Видать, совсем из-за Аспида озверели. Пехота. Богомолы. И… по ходу, спецназ Росгвардии. В чёрной снаряге, я такую до этого только на ФСО видел, в бункере. Очень крепкая — про пистолет вообще забудь, с калаша пробивается херово, если только не в башку. Их или гранатами надо, или с винтовки твоей. И выучка тоже, сука, спецурная — натурально терминаторы, блядь. Алёна, прижавшись к стене у окна, кивнула, её глаза сузились, а пальцы сжали рукоять пистолета. — Поняла, Жорик, — ответила она, оборачиваясь к мотоциклу и набирая в куртку побольше гранат, пока броневик продолжал: — Вы окружены подразделением особого назначения войск Национальной Гвардии Российской Федерации при поддержке ударной беспилотной группы! Ваш единственный шанс остаться в живых — немедленно бросить оружие и сдаться! — У Вовки спросишь, пиздун, — гневно прошипел под нос боец — сколько таких «особых» под Арсеналом осталось. Когда встретитесь. Темнота внутри сарая давала обороняющися отличное преимущество. Алёна осторожно выглянула за край окна оценить позиции врагов. Заметив мелькание фигур через щель в окне сарая, она быстро вернула за пояс пистолет и схватила винтовку, прильнув к прицелу. Выцелила сквозь узкую щель между бронированными корпусами «Тигров» головы двух гвардейцев в балаклавах. В сарае гулко громыхнул один меткий выстрел, через секунду другой, и солдаты рухнули за машинами. Остальные рядовые, заметив падение товарищей, запаниковали, ответив яростным боевым кличем и отчаянной пальбой из калашей. Пули застучали по стенам сарая, но толстые брёвна сруба — да ещё и под острым углом — неплохо держали натиск, поглощая попадания с глухим стуком. — Минус два! — Молодец! — рявкнул Георгий, почти перекрывая канонаду голосом, прищурил взгляд за очками и прицелился в лязгающий прямо к сараю Богомол, который угрожающе нацелил на вход свои пушки. Ещё мгновение, и глухо вылетевший ВОГ-25 рванул у шасси дрона, разворотив его ноги. Робот задёргался, рухнул и замер в грязи, напоследок вышибив из дороги искорёженной механической лапой шмат грязи. Второй Богомол, шедший следом, тут же затрещал пулемётами, поливая свинцом вход сарая. Пули врезались в косяк, выбили щепки, и Жора с руганью перекатился за ржавые бочки в углу сарая, звякнув бронёй об их металл. — Сука! Шустрые твари! — прорычал он, заряжая в подствольник следующую гранату. Не отрываясь от окна, Алёна заметила боковым зрением мелькнувшую тень. Спецназ в чёрных бронекостюмах пытался отточенными, скрытными движениями подкрасться к сараю с флангов. Прищурившись, девушка быстро взяла на мушку обходившего дом слева. Выстрел вновь гулко ударил по ушам, и мощная винтовочная пуля прошила элитный бронекостюм, словно старую газету. Боец вскрикнул и рухнул в сырую листву, двое других тут же залегли и прицелились в сарай из своих «Абаканов», но выстрелов пока не последовало. Волин вновь выглянул из-за бочек и заметил, как ещё два робота, зловеще поблёскивая линзами объективов, пробираются по флангам вдоль стен домов всё ближе. Подствольником орудовать было неудобно, и он, чертыхнувшись, вытащил РГД-5, выдернул чеку, привстал на мгновение и метнул подарок ещё одному из дронов. Лимонка рванула прямо перед мордой Богомола, разворотив его пулемёты и разбив камеру. Ослеплённый робот дёрнулся, заскользил по мокрой листве ногами шасси, побежал и на полном ходу врезался в соседнюю избу. Ударившись своим бронированным лбом об старые, но всё ещё крепкие брёвна, он упал, дёрнул пару раз сервомоторами и замер. Укрывшиеся за броневиками пехотинцы всё также продолжали портить шквалом своих пуль стену сарая, видимо надеясь в конечном итоге всё же разрушить преграду. Жора пригнулся и перекатился от бочек к другому окну. Переведя дыхание и выглянув через щель, он прицелился в одного из стрелков возле капота «Тигра» и дал короткую очередь из автомата. Меткие попадания в грудь и шею отправили солдафона, который успел лишь что-то прохрипеть, на вечный отдых около колеса. Алёна тем временем вовсю следила через оптику за следующим крадущимся спецназовцем, который почти сливался своей снарягой с тенью дома. Боец был едва виден даже в прицеле, затрудняя точный выстрел, поэтому она вытащила из куртки гранату, примерилась и со звонким выкриком метнула её через окно. Взрыв в метре от бойца разорвал в клочья его броню и уничтожил на месте, а трое его сослуживцев при виде этого зрелища немедленно отступили к «Тиграм». К сараю подобрался ещё один робот и вновь со знакомым стрекотанием осыпал вход в сарай градом пуль, вышибая из косяка ворох щепок. Одна пуля, видимо, срикошетив, ударила Жорика в плечо. Бронепластина в комбинезоне выдержала, но треснула со зловещим хрустом, вынудив бойца снова ретироваться за бочки. — Больно, блядь! — рявкнул он, в то же время подмечая, что этот Богомол уже встал гораздо удачнее для поражения. Резко привстав, Георгий вскинул автомат в сторону уже почти подобравшейся к самому сараю машины и бабахнул ВОГом. Взрыв прямо под шасси разнес дрон на куски — металл и электроника красиво разлетелись по сторонам, и через долю секунды несколько крупных обломков робота глухо попадали на землю. — Во салют, а! Получи, сука! Оставшиеся враги, похоже, начали активное наступление на укрытие. В авангарде пошёл последний уцелевший Богомол, лязгая по грунту механическими ногами и не сводя со входа взгляд своих камер. Следом, чуть пригнувшись и бесшумно ступая тренированными движениями, прильнув к прицелам АН-94, шли три бойца спецназа. Пальба из-за бронемашин вновь усилилась, продолжая портить брёвна, и от внутренней стороны стены начала понемногу отлетать кора. Алёна вновь оглядела в прицел броневики, заметила ещё двух уязвимых солдат и уже привычно выщелкнула и их, чуть уменьшив поток пуль по истерзанному срубу. Сарай понемногу превращался из позиции в ловушку. Георгий выругался, сорвал с пояса гвоздодёр и метнулся к заколоченному окну на задней стене. С хрустом и скрежетом он начал выламывать одну доску за другой, откидывая их резкими взмахами инструмента в стороны, пока, наконец, не рявкнул, проделав узкий проход: — Алён, сюда! В окно! Валим, пока не зажали! С этими словами он выхватил из подсумка ещё одну гранату и швырнул в уже опасно подошедший ко входу дрон. Граната звонко ударила по объективам, дезориентировав его на секунду, отскочила чуть в сторону и разорвалась примерно в метре. Богомол с искорёженными ногами повалился немного набок, хаотично дёргая ими в воздухе с истеричным визгом сервомашинок, и отключился. Увидев потерю последнего робота, приблизившаяся спецура влупила длинные очереди прямо во входной проём, но партизаны уже выскочили через заднее окно. Перебежав через засыпанный песком двор, они укрылись за стеной соседнего дома, что мерзко скрипел на ветру старыми досками. Алёна осторожно выглянула из-за угла, заметила в окне сарая лихорадочное мелькание подствольных фонарей на «Абаканах» обыскивающих помещение спецназовцев и сняла одного, стоило ему лишь на мгновение высунуться из проёма. Двое оставшихся немедленно выбежали из сарая обратно, чего Георгий только и ждал: в сарае мотоцикл, внутрь кидать гранаты нельзя. Как только между бойцами снаружи и «Уралом» внутри оказалась крепкая стена сруба, он немедленно отправил подствольную прямо им под ноги, перевернув наконец эту страницу схватки. Оставшиеся за броневиками пехотинцы отчаянно пытались палить из-за кузовов, справедливо опасаясь при этом снайперского огня Алёны и стараясь высунуть из-за укрытия только автомат. Жора зарядил в подствольник ещё один боеприпас, прицелился из-за угла в зазор между стенами, и отправил гранату в стоявший капотом к нему «Тигр». От взрыва машина красиво вспыхнула и начала быстро разгораться, пламя и дым взметнулись вверх, а ударная волна откатила второй «Тигр» на метр назад, заодно разбив стёкла. Окончательно деморализованные и слегка контуженные взрывом солдаты побросали автоматы и ринулись в лес. Алёна тут же вскинула винтовку и быстро вынесла двоих бегущих, Жора поддержал парой точных коротких очередей — и, наконец, всё было кончено. Тишину после схватки нарушал лишь шелест леса и потрескивание горящего «Тигра». Бойцы переглянулись, переводя тяжёлое дыхание и с трудом улыбаясь друг другу. Гулко лопнула от жара шина броневика. Волин поправил очки. — Отбились… Надеюсь. Проверь, не шевелится ли кто, и собираем маяки. Вернувшись в сарай к «Уралу», он вновь вытащил из коляски чемоданчик с инструментами, достал кусачки и бросил их Алёне. — Собери с пехоты, — сказал он. — Как и тогда, откуси антенны, чтоб не трещали. А я пойду с жестянок наковыряю. Та кивнула, вернула снайперку за спину и двинулась обходить тела с пистолетом в руках. Присев возле первого гвардейца, она расстегнула его разгрузку, обнажая плоскую коробочку на груди под формой. Аккуратно откусив с обеих сторон ремешок вокруг шеи бойца, сложила маяк и антенну в карман. Повторив то же самое ещё с двумя поверженными, Алёна в итоге собрала и обезвредила три ценных прибора. Георгий с верным гвоздодёром в руках по очереди перешёл к трём более-менее уцелевшим дронам — кроме того, что разлетелся от гранаты в бесполезные клочья — и принялся за разборку. Поддев разошедшийся стык в погнутом взрывом корпусе, он нашёл внутри и выкорчевал радиомодуль, аналогичный прикрученному к коляске, обрезал провода. Полностью отключённый от схемы робота обесточенный блок явно не представлял опасности. То же он проделал с двумя другими Богомолами, отправляя блоки в подсумок один за одним. Металл одного был слегка испещрён осколками, хоть и не пробит. Добывшая последний маяк Алёна выпрямилась и гордо оглядела поле брани. Жора всё ещё ковырялся в третьем дроне, позвякивая и похрустывая ломаемым металлом. Дорогу перегораживал уцелевший «Тигр», слегка откатившийся от взрыва, но всё ещё немного мешавший проехать. — Жорик, я быстро, — крикнула она и, не дожидаясь ответа, метнулась к бронированной машине. Дверь со стороны водителя была приоткрыта. Девушка проскользнула в пахнущую гарью и порохом кабину. Ключ торчал в замке зажигания. Она завела мотор, воткнула заднюю, «Тигр» вздрогнул и медленно откатился метра на три, освобождая проезд. Георгий как раз обрезал провода в последнем поверженном Богомоле, когда напарница вернулась из-за баранки броневика, и глянул на освобожденную дорогу: — О, мысли читаешь. Транспондеры? — Три штуки, антенны откушены. Поехали, пока новые не прилетели. — Смотри, хорошо запакуй. Эти же новые, их телефоном не проверишь. Алёна вынула из багажника металлизованный пакет, в котором уже лежал первый маяк, добавила остальные, убрала добычу обратно и ловко заняла своё место в коляске; Жора завёл байк и запрыгнул в седло. Мотоцикл, мерно тарахтя, аккуратно выехал задним ходом из истерзанного сарая. Щёлкнула передача, и экипаж с рыком рванул вперёд по освобождённой грунтовке, оставляя за спиной и деревушку, и дымящийся «Тигр», и поверженных солдафонов с роботами. За поворотом километров через пять, среди голых деревьев, показались два покосившихся дома с провалившимися крышами и заросшими бурьяном дворами. Сразу за ними — белый дорожный знак на металлическом столбе. Без единой царапины, он сиял на фоне серой разрухи и подёрнутого ржавчиной столба, щеголяя свежей и блестящей краской. Уход за знаком явно имел для кого-то большое значение. [ ЗЕЛЕНОПОЛЬСКИЙ ] — Жорик! Смотри! — радостно взвизгнула Алёна, перекрывая рёв мотора. Она вскочила в коляске, вцепившись в борт одной рукой, а другой махая в воздух. — Знак! — Ураааа! Дома!!! — восторженно заорав, подхватил Георгий. — Газу, Жорик!!! Как под триумфальную арку! — Газу, говоришь? — водитель громко взревел мотором. — А знак-то белый! Шестьдесят! — Ааа, fuck the system! — с воодушевлённым хохотом ответила подруга. «Урал» с рёвом пронёсся под знаком, шины взвизгнули, оставляя чёткий след в песке. Впереди, примерно в километре, уже виднелись первые крыши посёлка городского типа — малоэтажки и трубы котельных; но вдоль дороги пока тянулись только заросшие огороды, покосившиеся заборы и пустые участки, где когда-то росли яблони. Ни души, ни машин, только ветер гонял поднятую мчащимся байком пыль. Мотоцикл влетел в черту застройки Зеленопольского, где грунтовка сменилась заросшим травой потрескавшимся асфальтом. По сторонам тянулись низкие кирпичные дома в два-три этажа, их облупленные фасады и заколоченные окна соседствовали с покосившимися заборами частного сектора. Байкеры, крепко держась, мчали вперед по главной улице посёлка, радостно сверкая глазами, несмотря на пыль и усталость. Дорога вывела к воротам воинской части в центре посёлка. Массивные стальные створки были украшены стандартными армейскими звёздами, а чуть выше них красовались самодельные, выкованные из арматуры, эмблемы МГУ. За воротами виднелись казармы, ангары и железнодорожный тупик с поездами: первым эвакуационным составом с Казанского и ещё парой незнакомых вагонов. Георгий сбросил газ, подъехал к воротам и пару раз посигналил, эхо полупустого посёлка пару-тройку раз повторило его протяжный клич. Лязгнув засовом, ворота приоткрылись. Двое бойцов с иноагентскими нашивками на рукавах камуфляжных курток шагнули навстречу. Коренастый партизан с автоматом за плечом широко ухмыльнулся, а его товарищ радостно махал рукой. — Жора! Алёна! — крикнул коренастый. — Добрались! Добро пожаловать в МГУ-Зеленопольский! — И вам салют! А мы ещё и не с пустыми руками! — отозвался байкер, сияя взглядом за очками. Он пожал протянутые руки и похлопал бойцов по плечам. — Ага, с кучей трофеев, — подтвердила подружка, привставая в коляске. — Где Гарик? Худощавый боец, хохотнув, указал на приземистый гараж в глубине части, рядом с казармами. — В штабе все, — сказал он. — Загоняйте мот и бегом к ним! Волин кивнул, вновь завёл мотор и аккуратно заехал в гараж, где пахло машинным маслом и металлом. Алёна, забрав из коляски винтовку и повесив её за спину, гордо пошагала впереди. Миновав внутренний двор части, путники вошли в штаб — старое, но добротное здание с советским интерьером внутри. За заложенным картами столом их ждали Игорь, Илья и Аркадий. Худощавый и седой Разумовский вскочил первым, его глаза загорелись, когда он увидел вошедших. — Живы! — рявкнул он, его голос дрожал от радости. — Черт побери, живы! Доехали! Обойдя стол, он крепко обнял Жорика, хлопнув по спине, затем сгрёб в объятия Алёну. Следом вперёд шагнул Илья, пожал руку Георгия с усталой улыбкой, а потом тепло обнял дочку. — Алёнка, молодец, — сказал он тихо, его голос был тёплым. — Горжусь тобой. Магнитский с чуть высокомерным видом, но искренней радостью в глазах, суховато обменялся рукопожатиями с путниками, глянул на часы и жестом пригласил всех: — Как раз 20 минут до общего ужина. За мной, спокойно хоть перекусите с дороги. Столовая части, расположенная в соседнем здании, встретила их запахом горячей еды и кофе. Длинный стол, накрытый потёртой скатертью, был заставлен мисками с гречкой, тушёнкой и хлебом, а в центре красовались жестяные кружки с дымящимся кофе. Несколько солдат, суетившихся у плиты, радостно кивнули прибывшим. Один, с закатанными рукавами и половником в руке, подмигнул Алёне: — Садитесь, герои! Обед с пылу с жару, и кофе крепкий, как ваши нервы!