***
Рик почувствовал, как слегка трясётся военный грузовик, проезжая по потрескавшемуся асфальту на пути от водоочистной станции к лагерю на территории старшей школы Крэнволла. Лобовое стекло было слегка грязным, пыльным, но Рик всё равно отчётливо видел, куда они подъезжают в этот чудесный сентябрьский день. Яркий солнечный свет освещал группу из нескольких сотен человек, собравшихся у входа в школу. Они явно отчаянно нуждались в чём-то, поворачивали головы и смотрели на грузовик так, словно это было какое-то чудо. Выстрелов не слышно, только шум от бесчисленного множества охваченных паникой людей. — Крэнволл близко, — сказал Мерл, сбавляя скорость. — Хочешь, чтобы я въехал в толпу, или остановимся прямо сейчас? Рик хмыкнул: — Остановимся. Не хотелось бы начинать нашу встречу с автомобильной аварии. Мерл остановил военный грузовик на некотором расстоянии от основной толпы, и Рик, открыв дверь со стороны пассажирского сиденья, медленно вышел, нарочито громко стуча ботинками по асфальту. Даже привыкнув к ним за время службы в CRM, он всегда скучал по своим старым ковбойским сапогам. База Федерального агентства по управлению в чрезвычайных ситуациях выглядела измотанной. Как только Рик вышел из машины, он увидел, что к ним бегут люди, словно в надежде, что они их спасут. Толпа была огромной — такой огромной он не видел ни разу за всё время апокалипсиса. Вокруг валялись палатки, на улице везде был мусор, царил полный хаос, хотя военные изо всех сил старались держать ситуацию под контролем. Но Рик видел облегчение даже в глазах других военных, когда они заметили их прибытие. Не обращая внимания на гражданских, которые пытались к нему протолкнуться, он направился к другим военным, зная, что его люди не подпустят к нему посторонних. Всё было именно так, как описывали Мэгги и Гленн. Рик не колебался, но и не торопился. Каждый его шаг был размеренным и уверенным, как и в CRM. Он знал, что никогда не избавится от своей хромоты, но за время жизни у них она почти прошла. Приблизившись к ближайшей группе измученных солдат, Рик ещё раз сверился со своим бейджем — Уокер. Он намеренно выбрал это имя, чтобы подчеркнуть иронию ситуации. Это было имя какого-то ублюдка, которому пришлось эвакуироваться из одного из армейских зданий слишком быстро, чтобы успеть взять с собой запасную форму, и теперь это было последнее имя, которое собирался использовать Рик. Если он ничего не путает, Мерла зовут Куинн, Дэрила — Бек, Мишонн — Купер, Мэгги — Фишер, Гленна — Грей, Кэрол — Мейер, а Нигана, слава богу, просто Смит. Он увидел, как один из военных неуверенно машет ему рукой, и кивнул в ответ. — Мы ничего не слышали о подкреплении, — сказал ему тут же мужчина. — Мы слушали радио, но там уже давно ничего не слышно. — Мы получили приказ только сегодня утром, — сказал Рик. — Мы должны были отправиться в Атланту, как и большинство офицеров, но нас перенаправили сюда. Я капитан Уокер. Вы здесь главный? Другой мужчина хмыкнул: — Нет, главный Холдман. Я Джеффрис. Он внутри. Ладно, значит, внутри был по крайней мере ещё один офицер, а не только те несколько, что снаружи. Или, может быть, Холдман решил, что там ему будет безопаснее, хотя Рик не собирался делать никаких выводов о характере этого человека, основываясь всего лишь на нескольких словах. — Он проверяет, что там с заражёнными в спортзале? — спросил Рик. — Об этом говорилось на нашем брифинге. Спортзал был выделен под импровизированный госпиталь. Но остальная часть школы в порядке, так? Рик взял на себя роль старшего по отношению к Джеффрису, которому, вероятно, было чуть за двадцать, и, похоже, его это не смущало. Это хорошо. — Да, сэр, — ответил Джеффрис, подходя ближе, чтобы рассмотреть людей Рика. — Могу я спросить, сколько вас? Рик улыбнулся: — Тридцать, включая меня. Я приказал некоторым помочь с контролем толпы, раз уж у вас с этим проблемы. Толпа действительно начала напирать, выкрикивая вопросы и требуя ответов. Люди были в отчаянии и страхе, но Рик не обращал на них внимания. Пока что не обращал. В конце концов, ответив на один вопрос, ему пришлось бы отвечать и на другие, а у него была миссия, которую нужно было выполнить. Когда Джеффрис услышал, сколько человек прибудет в качестве «подкрепления», на его лице отразилось облегчение. Рику стало почти жаль парня, особенно учитывая, что в прошлый раз он, скорее всего, погиб. — Хочу поговорить с Холдманом, — заявил Рик. Он не спрашивал, а просто сообщил Джеффрису, что собирается сделать. — На инструктаже нам дали план, и, поскольку остальная часть школы свободна, нам не нужен конвой. Возьму с собой офицеров Бека и Смита. Полагаю, вы сможете разобраться здесь с остальными моими людьми? За главного офицер Куинн. Мерл. Рик никогда бы не оставил этого человека за главного, если бы тот не был единственным, кроме него, человеком с военным опытом. А ведь у него был настоящий военный опыт ещё до апокалипсиса, так что он легко мог найти общий язык с кем-то вроде Джеффриса и, возможно, даже подружиться с ним на почве общих интересов. В конце концов, Рик предполагал, что военная служба в CRM сильно отличается от той, какой она была до того, как мир канул в бездну. Почему Рик взял с собой Дэрила и Нигана? Ну, он предположил, что это двое самые сильные на вид, и они с легкостью справятся с уничтожением всех заражённых. Потому что, если быть честным? Такие люди, как Мэгги, Тара и Гленн, выглядели слишком юными, чтобы быть настоящими офицерами. Кэрол не производила впечатления грозной воительницы, и хотя обычно это было преимуществом, сейчас им нужно было показать свою силу. И Рику на всякий случай нужна была Мишонн оставшаяся здесь, чтобы присматривать за Мерлом. — Да, сэр, конечно, — ответил Джеффрис, поворачиваясь к Мерлу, стоявшему рядом с Риком. Молодой солдат слегка побледнел, но сохранил невозмутимый вид. Хорошо. Рик вышел из машины и направился прямиком к главному входу вместе с Дэрилом и Ниганом, не обращая внимания на недоумённые, подозрительные и полные надежды взгляды других солдат. Пока их пропускали, остальное не имело значения. Двери ещё не были заперты, но за ними внимательно следили двое солдат. Они смерили их взглядом, после чего один из них открыл двери и пропустил их. Рик слышал крики людей снаружи, которые тоже хотели попасть внутрь, но их голоса стихли, когда двери за ними закрылись. Мужчина выдохнул, хотя и пытался держать себя в руках, стараясь выглядеть как можно более спокойным и собранным, хотя на самом деле всё это его порядком нервировало. — Знаешь, — с усмешкой сказал Ниган. — Приходить в старшую школу? Это как возвращаться домой. Я преподавал в таком же месте. Рик до сих пор не мог понять, как этому невыносимому человеку удалось стать учителем в прошлой жизни. Он, Дэрил и Ниган шли по длинным пустым коридорам. Рик вёл их тем же путём, по которому они с Карлом шли всего несколько дней назад, когда лагерь был в гораздо лучшем состоянии. Когда они подошли к спортзалу, Рик услышал стоны людей, явно испытывающих боль. У него внутри всё сжалось, он уже собирался что-то сказать, когда они свернули за угол, но внезапно прямо ему в лицо уставился пистолет. Рик тут же поднял руки, пытаясь успокоить Дэрила, и краем глаза заметил, как тот потянулся к винтовке, готовый действовать как можно быстрее, чтобы спасти Рика. И, к удивлению Рика, Ниган тоже выглядел напряжённым и встревоженным, его рука лежала на кобуре. Рик посмотрел на сурового мужчину, стоявшего перед ним с пистолетом в нескольких сантиметрах от его лба, и перевёл взгляд на его униформу и бейдж на груди. Холдман. Мужчина предположил, что они нашли командира. — Вы лейтенант Холдман, да? — спокойно спросил Рик. — Капитан Уокер. Но, учитывая обстоятельства, можете звать меня просто Рик. Потому что, по правде говоря, капитан Уокер звучало нелепо, учитывая контекст. Это как Капитан Америка, только у ходячих. — Вообще-то старший лейтенант, — ответил Холдман, и напряжение в его плечах немного спало, но он по-прежнему не опускал пистолет. — Повышение по службе. Моего командира убили. Рик кивнул: — Нас направили сюда по приказу вышестоящего командования, чтобы мы помогли справиться с ситуацией. У нас есть опыт борьбы с подобными явлениями, и мы можем сделать так, чтобы этот лагерь не пал, как многие другие. Мы можем предотвратить распространение инфекции, убедиться, что никто из людей снаружи не заражён, а затем наконец-то впустить всех внутрь. Ну, технически они были все заражены, но… Холдман выглядел растерянным: — Откуда знаете, как всё это делается? — Брифинг от Центра по контролю и профилактике заболеваний, — заявил Рик. — У нас появились новые рекомендации по работе с заражёнными и их идентификации. Если вы позволите нам заняться этим, уверяю вас, мы сможем взять ситуацию под контроль. — Думаете, сможете взять это под контроль? — резко спросил Холдман. — Я старался изо всех сил, видит бог, я так старался, но надежды нет. В спортзале полно народу, может, сотня заражённых, некоторые нападают на других, и нам приходится их сдерживать. Медсёстры стараются изо всех сил, но лекарства нет. Лекарство это пуля в голову. — Впустите нас. Меня, Бека и Смита. Уведите медсестёр и другой медицинский персонал. Если вы это сделаете, обещаю, что инфекция не распространится за пределы той комнаты. Потому что они собирались убить всех тех людей. Некоторые из них, судя по всему, уже превратились в ходячих, если их удерживали из-за агрессивного поведения. Рик видел, что Холдман колеблется, разрываясь между желанием довериться им и чувством отчаяния, которое он тоже явно испытывал. Наконец он бросил пистолет на пол и открыл дверь в спортзал, позвав медицинский персонал. Казалось, что настал их звёздный час.***
Ниган думал, что поход в спортзал станет для него глотком свежего воздуха из прошлого, но нет. В спортзале воняло дерьмом, рвотой и гнилой плотью — запахи, которые никак не ассоциировались у Нигана с его преподавательской деятельностью. Все трое вошли в широкие двустворчатые двери, дождавшись, пока уйдёт весь медицинский персонал — его было немного: три медсестры и семь сотрудников Федерального агентства. Врачей не было, их, вероятно, отправили в более важные места. Воняло ужасно, но когда двери за ними закрылись, и Ниган оглядел больных, страдающих людей вокруг, а также нескольких ходячих, привязанных по рукам и ногам, и тех немногих, кому плохо ампутировали конечности, его охватило спокойствие. — Мы с этим разберёмся. Быстро и эффективно. Без лишнего шума, не нужно поднимать панику, — сказал Рик, доставая нож из-за пояса. Дэрил сделал то же самое, и Ниган последовал их примеру, глядя на других людей. Их было много. Некоторые держались на ногах, но все они лежали или едва сидели на школьных скамейках. Было видно, что все они страдают, но большинство ещё живы. Дышат. — Никакой пощады, да? — спросил Ниган, крепче сжимая нож в руке. — Это милосердие, — мрачно произнёс Рик, подходя к первому из заражённых — молодой женщине, которая лежала на боку и тяжело дышала. Он замахнулся ножом и вонзил его прямо в глаз, проткнув череп, и та тут же перестала стонать. Однако их всё ещё окружали звуки, доносившиеся от других людей. Ниган собрался с духом, выбрал ряд коек с заражёнными и быстро, прежде чем они успели понять, что происходит, ударил первого из них ножом в голову. Если бы они были более человечными, то поговорили бы с каждым выжившим, сказали бы им что-нибудь доброе, утешили бы их перед смертью. Но у них не было на это времени, учитывая, сколько там было людей, и они не собирались рисковать, чтобы утешить тех, кто всё равно погибнет. — Это я решил ждать, — небрежно бросил Рик, глядя куда-то вдаль, и проткнул голову очередного заражённого. — Некоторые из них сейчас погибнут, потому что я сделал выбор. — Сейчас не время для нравоучений, — огрызнулся Дэрил на мужчину. — Я не о своих моральных принципах, — сказал Рик Дэрилу. — Просто я кое-что понял. Нигану хотелось застонать. Серьёзно, эти двое препираются, как супружеская пара. Но Ниган боялся открывать рот, думая, что от запаха его стошнит, поэтому просто продолжил протыкать черепа заражённых. Одна из них встретилась с ним взглядом и посмотрела на него со страхом в глазах. Ниган видел укус на её щеке и то, как она горела в лихорадке. Он знал, что она уже мертва, но то, как она посмотрела на него, когда он безжалостно её убил, немного потрясло. Если бы ситуация была иной, любой, кто увидел бы, что они делают, счёл бы это злодеянием. Возможно, так и будет, даже с учётом обстоятельств. Ниган вспомнил математические выкладки Гленна. Если один человек в среднем убивал пять ходячих в минуту, то втроём они убивали пятнадцать за это время, тридцать — за две минуты, девяносто — за шесть. То есть им потребовалось бы чуть меньше десяти минут, чтобы уничтожить всех ходячих в спортзале. Только вот это были ещё не ходячие. Они не двигались, но были ещё живы и испытывали боль. А это означало, что они могли работать быстрее, какой бы ужасной это ни звучало. К шестой минуте они расправились со всеми. Закончив с последним из своего ряда, Ниган глубоко вздохнул, его грудь тяжело вздымалась, пока он осматривал окрестности. Около сотни трупов с ножевыми ранениями в голову. Все трое стоят там с окровавленными ножами — свежая кровь, не чёрная и гнилая кровь ходячих. Нигана поразила космическая ирония того, что он совершает массовое убийство вместе с Риком и Дэрилом. Ниган заметил, как Рик приобнял Дэрила, и отвёл взгляд, на мгновение окинув взглядом зал, прежде чем его взгляд остановился на чём-то в углу. Там было несколько коробок с выброшенным спортивным инвентарём: баскетбольные мячи, ракетки для бадминтона и тенниса, скакалки. Но Нигана заинтересовало только одно: там, среди прочего инвентаря, лежала чистая деревянная бейсбольная бита. Он сглотнул. Мужчина оставил свою биту, но знал, что с ней ему будет гораздо удобнее, чем с ножом или пистолетом. Поэтому Ниган подошёл к ящикам, взял биту, ощупал гладкое, прочное дерево и сделал пробный замах. — Хэй, Рик! — крикнул Ниган мужчине, который всё ещё обнимал Дэрила. Рик резко поднял голову и на мгновение замер, увидев биту. — Разреши мне принять эту милую леди в семью? Обещаю не обматывать её колючей проволокой. Рик вздохнул, закатив глаза: — Если сделаешь что-то, что навредит нам, я тут же засуну эту леди очень глубоко. Этого разрешения Нигану было достаточно. Он вытер нож о какую-то тряпку, лежавшую на одной из скамеек, и засунул его обратно за пояс, а биту оставил в руке. — Так, — сказал Ниган, подходя к ним. — И как ты собираешься объяснить это лейтенанту-придурку? Рик фыркнул: — Честно говоря, я буду удивлён, если он после моей речи в коридоре будет ожидать другого исхода. Что ж, в этом Рик, скорее всего, был прав.***
Рик захлопнул за ними дверь спортзала, заглушив тишину, которая была громче любого всхлипа. Сотня человек. Да, они были больны, но они были живы и пришли в лагерь в поисках помощи. Хуже всего было то, что Рик ничего не чувствовал. Он сказал Дэрилу правду: его не беспокоила его собственная мораль, он просто осознал, каким человеком стал. Особенно если учесть, что некоторые из этих людей могли бы получить помощь до того, как их укусили, если бы Рик решил действовать раньше. Но что есть, то есть. — Капитан Уокер, — кивнул Холдман, оглядывая его с головы до ног. Рик чувствовал, что его взгляд прикован к следам крови на его руках, хотя работа с ножом была аккуратной и эффективной. — Что там произошло? Рик сделал глубокий вдох. Он расправил плечи и посмотрел мужчине прямо в глаза, не стыдясь и не скрывая того, что сделал. — Старший лейтенант Холдман, — кивнул Рик. — Как вы и сказали, лекарства нет. Инфекция распространяется через укусы заражённых, возможно, через царапины, и через несколько дней все умирают от лихорадки, если только вам не удастся сразу же ампутировать укушенную конечность. Единственное, что мы могли сделать для заражённых, — убрать их, чтобы инфекция не распространилась на здоровых людей. У Холдмана сжались челюсти: — Вы что, там всех убили? Рик посмотрел ему прямо в глаза: — Да. Это милосердие и единственное, что мы можем сделать, чтобы обезопасить этот лагерь. И это подводит меня к следующему пункту: нужно убедиться, что в школе больше никого нет, а потом начать принимать людей, но только после того, как мы проверим их на наличие укусов и царапин. Я хочу организовать два контрольно-пропускных пункта, один для мужчин, другой для женщин, где их будут осматривать по отдельности. Холдман, похоже, был по-настоящему шокирован, и Рик воспользовался этим, чтобы продолжить. — Если кто-то не согласен на это, он может провести 24 часа в изоляции в одном из заброшенных классов, чтобы через время проверить, нет ли у него повышенной температуры. Если человек не согласится ни на осмотр медсестрой, ни на проверку моими людьми, тогда его не пустят. Слишком много незнакомых людей, даже один заражённый может заразить десятки других. Холдман провёл рукой по лбу. На его лице читались усталость, отвращение и даже страх. Но он всё же сдержанно кивнул: — Хорошо. Вы проявили инициативу и, похоже, знаете, что делаете. Рик кивнул: — Мне нужно, чтобы мои люди помогли зачистить здание. Идём, — сказал он, жестом приглашая Дэрила и Нигана следовать за ним. Ниган лениво помахивал своей новой битой. Боже, мужчина надеялся, что не пожалеет об этом решении. За пределами школы по-прежнему царила паника, но, похоже, Вато справлялись с контролем толпы, и даже те, кто шёл пешком со стороны водоочистных сооружений, уже прибыли. Рик заметил Мерла, который мило беседовал с Джеффрисом, и был искренне поражен тем, как хорошо этому человеку удаётся сливаться с толпой. Рик подошёл к Мэгги и Гленну, которые стояли в стороне от толпы, а также к Мишонн, которая была в нескольких шагах от них. — Мы зачистили спортзал, — сказал Рик, зная, что троица поймёт, что он имеет в виду. — Я хочу, чтобы вы втроём вместе со мной проверили остальную часть школы, чтобы убедиться, что там безопасно. Прежде чем продолжить путь, Рик повернулся к Мерлу: — Справишься сам? Мерл кивнул: — Ничего сложного. Замечательно. Рик повернулся к Холдману: — Оставайтесь здесь. Можете поговорить с Куинном. Я, Смит, Бек, Грей, Фишер и Купер обеспечим безопасность школы. Убедившись, что Холдман готов сотрудничать, Рик с пятью своими людьми вернулся в школу, надеясь, что Мерлу удалось сохранить всё в целости снаружи. Тем не менее оставалась причина, по которой Кэрол не взяли с собой. Если снаружи что-то пойдёт не так, она всегда сможет сделать то, что будет нужно.