Жених поневоле

      Шарль был прав — на другой день все возможные интернет-СМИ пестрели немногочисленными, но при этом весьма красноречивыми фотографиями, снятыми около офиса Рэд Булл.              Макс пил свой утренний кофе, прокручивая ленту в Инстаграм, смотрел на фото и даже практически ничему не удивлялся. Ни тому, как сильно прижимал к себе Шарля, стараясь укрыть его от назойливого внимания журналистов. Ни тому, как сам Шарль доверчиво прижимался и прятал лицо на его плече. Ни даже тому, какие комментарии писали под этими фото пользователи Инстаграм:              "Ферстаппен и Леклер хранят молчание, но обнимаются на людях! Это ли не подтверждение серьёзности их отношений?!"       "Леклер был в офисе Рэд Булл? Что это значит?"       "Макс так защищает своего любимого от камер, это слишком мило! Невозможно смотреть без слёз!"       "У Макса лицо, как будто он порвёт любого ради Шарля."       "Шарлю повезло, его охраняет такой ЛЕЕЕВ!"              Единственное, что на этих фото поражало Макса, был его собственный взгляд. В момент, когда он понял, что Леклер в опасности, он не оценивал свои реакции — просто схватил его, чтобы уберечь. На фотографиях же это мгновение отразилось довольно чётко: вот он идёт, спокойный и собранный, а уже в следующее мгновенье его лицо искажается неподдельным гневом, ноги сами делают шаг в сторону Шарля, а хищный взгляд сканирует окружение, чтобы наказать обидчика. Мог ли он действительно наброситься на журналиста, не подоспей охрана вовремя, Макс не знал. Был бы он на несколько лет моложе, без сомнения решил бы, что да, мог. Но с возрастом он вроде бы стал сдержаннее и на многое реагировал спокойнее. Только вот на посягательство в сторону Шарля отреагировать спокойно он не смог.              Макс вздохнул, делая последний глоток из почти пустой чашки. Ещё раз окинув взглядом незамысловатые заголовки и комментарии, он закрыл приложение и отправился принять душ. Стоило бы поторопиться, чтобы не опоздать в офис на очередное совещание по поводу их с Шарлем, он усмехнулся, незапланированной помолвки.              Макс уже собрался и был готов выходить, когда его телефон зазвонил. На экране высветился номер менеджера.              — Жак? Привет, я уже выезжаю. Что-нибудь случилось? — ответил Макс, на ходу распихивая по карманам бумажник и документы.              — Привет, Макс, да. Встреча переносится. Приезжай ко мне в офис, там всё обсудим.              — Хорошо. Но что произошло? — Макс замер с ключами в руках около входной двери.              — Появились некоторые подробности. Нужно обсудить узким кругом, без команд.              — Хорошо, скоро буду, — Макс нахмурился и кивнул.              Теперь он действительно волновался.              Компания, в которой работал менеджер Макса, располагалась совсем неподалеку. В более спокойные времена Макс предпочитал прогуливаться до офиса пешком, потому что с машинами на узких дорогах Монако порой можно было потратить и времени, и нервов гораздо больше, чем наслаждаясь приятной прогулкой. Но сегодня оставался значительный риск нарваться на охочих до сенсаций папарацци, так что пришлось ему сесть за руль.              Тем не менее, на встречу Макс приехал вовремя, а зайдя в кабинет Жака, даже не успел удивиться, что там уже находился Шарль в компании своего менеджера Николя Тодта и юриста Феррари, чьё имя и фамилию Макс, к своему стыду, так и не смог запомнить. А вот имя юриста Рэд Булл он знал хорошо. Мистер Бёрнс тоже находился в кабинете.              — Господа, пожалуйста, располагайтесь.              Жак кивнул на круглый стол в дальнем конце кабинета, вокруг которого стояли четыре кресла, а рядом место вдоль стены занимал небольшой диван. Атмосфера в офисе ощущалась намного более неформальной, чем во время встречи накануне. Более того, здесь над ними не довлели руководители команд. Однако, стоило всем участникам собрания занять места — юристы и менеджеры сели в кресла у стола, а Макс и Шарль устроились рядом на диване, — как Бёрнс взял слово и с самым серьёзным видом произнёс:              — Вчера мы, — он кивнул на юриста Феррари, — задействовав свои некоторые связи, обратились с неофициальным запросом в Мэрию Монако. Нам удалось получить доступ к документам, на основании которых в воскресенье вечером был размещён анонс о вашей помолвке.              Макс и Шарль обменялись быстрыми напряженными взглядами.              — И что? Что там было? — терпения Максу явно не доставало.              — Смею вас заверить, что документы были нами тщательно проверены, и они являются подлинными. Кто-то действительно подал заявление от вашего имени о намерении вступить в брак.              — Что? Этого не может быть, — выдохнул Шарль.              — Какой-то абсурд! — бросил Макс.              — Подождите, пожалуйста. Макс, сохраняйте спокойствие, — вступил в разговор Жак. — Что значит кто-то подал заявление? Для этого нужны документы, нужен как минимум паспорт.              — Да, именно так, — Бёрнс кивнул. — Было предъявлено два документа, и эта информация зафиксирована в протоколе подачи заявления. Паспорта на имена Макса Ферстаппена и Шарля Леклера, с них были сняты копии, которые мы также рассмотрели.              Макс откинулся на спинку дивана, в неверии покачав головой. Шарль не шевелился, только смотрел растерянно то на юристов, то на менеджеров, словно ждал какого-то разумного объяснения.              — Это не самое интересное, — продолжил юрист. — Макс, копия твоего паспорта заверена не сотрудником Мэрии. Она заверена юристом FIA, и является документом, который до недавнего времени хранился на официальном сайте Автомобильной Федерации.              Макс тут же весь подобрался. Он сел ровно, плечи его напряглись, а на лице застыло хмурое выражение.              — Это получается... — начал он, но не смог закончить фразу.              — Утечка данных, — перебил его Жак. — Месяц назад FIA прислала нам уведомление о том, что их сайт подвергся хакерской атаке, и в открытом доступе оказались некоторые документы пилотов. В том числе паспорт и лицензия Макса.              — Да, мы подозреваем, что именно этот документ и был использован при подаче заявления, — подтвердил Бёрнс. — При этом копия паспорта господина Леклера снята с подлинника и заверена сотрудником Мэрии, который, как мы считаем, и принял это заявление у неустановленных лиц, таким образом грубо нарушив законодательство Княжества Монако.              Бёрнс замолчал. Какое-то время в кабинете царила полная тишина. Каждый мысленно переваривал услышанное, пытаясь представить и разложить для себя в голове, что же в действительности произошло. В этом молчании раздался голос юриста Феррари:              — Остается главный на данный момент вопрос, — негромко произнёс он. — Шарль, где сейчас твой паспорт?              Леклер от неожиданности вздрогнул, после чего напряжённой рукой потянулся к маленькой поясной сумке, которую часто носил с собой. У него не заняло много времени, чтобы вытащить документ и показать юристам.              — Если паспорт у тебя, тогда как кто-то смог им воспользоваться? — Николя, менеджер Шарля, смотрел на него с неподдельной тревогой.              — Я... Я не знаю, — в полнейшей растерянности Леклер пожал плечами.              Макс смотрел на Шарля, пока тот нервными, неловкими движениями прятал обратно в сумку паспорт и застёгивал тугую молнию. Он буквально чувствовал нараставшую между ними тревогу, будто только сейчас они впервые всерьёз задумались о том, в какую историю угодили. Вчера они смеялись между собой, обсуждая свою мнимую помолвку, и оба до конца не верили, что это действительно произошло. Теперь же становилось ясно, что их втянули в хорошо продуманную аферу, но кому и для чего это понадобилось, было пока непонятно.              — Этот сотрудник, который принимал заявление, — Макс попытался мыслить логически. — Мы можем с ним поговорить?              — Это было первое, что мы хотели сделать, — ответил Бёрнс. — Попытались разыскать его, но он как сквозь землю провалился. На работе вчера и сегодня не появился. Дома его тоже нет. Ни друзья, ни соседи ничего не знают. Вероятно, это подтверждает его причастность к произошедшему. Понимая всю степень ответственности, он уехал и где-то спрятался. Но мы продолжим поиски и, кроме того, обратимся к FIA за информацией по хакеру, который взломал сайт. Возможно, он тоже причастен, либо передал документы третьему лицу.              — Я понял, — кивнул Макс. — А что делать с FIA? Мы не можем просто спустить им с рук утечку, тем более теперь это имеет такие последствия.              Жак покачал головой:              — Пока мы ни в чём не уверены, Макс.              — И что? Просто сделаем вид, что ничего не случилось?! — Макс снова заводился; при всём желании он не мог сохранять такое же невозмутимое лицо, как его менеджер или юристы.              — Мы непременно призовём FIA к ответу, но не раньше, чем всё проверим, — заявил Бёрнс. — Сейчас, господа, мы просим вас дать нам время, хотя бы пару дней, и пока не выносить эту информацию за пределы этого кабинета. Никто из команд, ни уже тем более посторонние не должны ничего знать. Мы обязательно обратимся в полицию, но только когда сами убедимся, что понимаем, кого и где искать.              — А как же заявление? — тихо спросил Шарль.              Всё это время он был неестественно молчалив, что тоже напрягало Макса, который не привык видеть друга таким отстранённым.              — Мы можем его отозвать? — уточнил Макс, на лету схватывая и развивая мысль Леклера.              — К сожалению, нет, — покачал головой юрист Феррари. — Технически оно составлено верно, а это значит, что по законам Княжества Монако, как только официальный анонс о скором бракосочетании состоялся, вы не в праве забрать заявление. Только по истечению десяти дней вы сможете прибыть в Мэрию и либо расписаться, либо выразить отказ от желания вступить в брак.              — Уф, — выдохнул Макс. — Это просто маразм.              — Да уж, — совсем тихо и потерянно подытожил Леклер.              Макс перевёл взгляд на Шарля. Тот казался совсем измученным и ни на кого не смотрел, будто мыслями был где-то далеко отсюда, и размышления эти не давали ему покоя. Неестественно нахмуренный лоб, сведенные между собой брови — таким Макс не видел Шарля довольно давно, так что теперь искренне за него испугался. Хотелось как-то подбодрить друга, выдернуть того из пучины тёмных мыслей, которые явно одолевали его. Не задумываясь, Макс слегка повернулся к Шарлю, протянул к нему руку и, накрыв чужую ладонь, сжал своими пальцами пальцы Леклера. Тот мгновенно среагировал и сосредоточил внимание на Максе, который только этого и ждал.              — Знаешь, Шарль, я всегда говорил, что мне не нравятся законы твоего Монако, — он усмехнулся и ещё сильнее сжал чужую ладонь. — Если бы мы действительно надумали пожениться, сделали бы это в Нидерландах!              Шарль улыбнулся, и это была почти его обычная живая улыбка. Макс тоже улыбнулся в ответ, внезапно очень довольный, что смог отвлечь Леклера от тяжёлых мыслей.              Но не только Шарль был рад этой шутке. Менеджеры и юристы тоже заметно расслабились, хватаясь за возможность посмеяться и сбавить градус напряжённости в разговоре.              — Поверь мне, Макс, — со сдержанной улыбкой произнёс Бёрнс, — и в голландских законах много странностей.              — Не сомневаюсь, — Макс поднял руки вверх, демонстрируя, что сдается и больше не собирается спорить.              — Шарль, у меня к тебе просьба, — обратился к своему подопечному Николя. — Постарайся вспомнить, случалось ли за последнее время что-нибудь странное, связанное с твоими документами. И если что-нибудь вспомнишь, сразу сообщи мне. Всё-таки мы должны понять, как злоумышленники достали твой паспорт.              Шарль на это лишь молча кивнул.              Они поговорили ещё некоторое время, обсудили юридические формальности и аспекты поведения Макса и Шарля на публике. Шарль почти всё время сидел притихший, и Макс не на шутку волновался за него. Что-то происходило с этим парнем, и Макс не мог так просто проигнорировать этот вопрос.              Как только встреча завершилась, Шарль скупо попрощался со всеми и покинул кабинет. Макс поспешил за ним.              Догнать Леклера не составило проблем. Тот медленно шёл по коридору в сторону выхода и, погруженный опять в свои мысли, даже не заметил поравнявшегося с ним Ферстаппена.              — Эй, дружище! — Макс привычным жестом опустил руку на плечи Леклера, и тот слегка вздрогнул, но посмотрел в ответ и даже улыбнулся. — Ты как? Выглядишь напряжённым.              Шарль фыркнул, но ответил, и голос его звучал уже как будто бы не так потерянно:              — Ситуация такая неоднозначная, — он бросил взгляд на идущего рядом Макса. — Не располагает быть расслабленным.              — Да ладно тебе, — ответил Макс. — Думаю, мы со всем разберёмся.              На самом деле уверен он ни в чём не был. Но уж больно хотелось хоть как-то поддержать Леклера, по которому, очевидно, эта ситуация била сильнее, чем по нему самому.              — Тебя подвезти? — спросил Макс, когда они уже подошли к дверям, но выходить не спешили, словно оба побаивались вновь столкнуться с толпой журналистов.              — Не нужно, — Шарль покачал головой. — Сегодня я сам на машине.              — Ясно, — протянул Макс.              Никто из них не сдвинулся с места. Шарль смотрел на Макса, словно хотел и не решался что-то ему сказать, а Макс не знал, как дать понять, что готов помочь и выслушать.              — Может, выпьем кофе? — внезапно предложил Макс. — Тут на углу есть кофейня.              — Ну да, — закатил глаза Шарль. — И завтра снова вся жёлтая пресса напишет, что видели нас на свидании.              — Точно, ты прав, — нахмурился в свою очередь Макс, но вдруг заулыбался широко, словно его осенило. — Подождешь меня здесь?! Всего пять минут! Никуда не уходи, я быстро!              И он умчался обратно по тому же коридору, откуда они только что пришли. Шарль не успел ничего сказать, лишь стоял и моргал вслед Максу, раскрыв в немом удивлении рот. Макс тем временем добежал до другого конца коридора, свернул на лестницу, поднялся на этаж выше, где, как он помнил, находился маленький автомат с кофе. Наверняка, на вкус это была редкая муть, но сейчас гастрономические ценности не имели значения. Вопрос состоял лишь в том, чтобы удержать Шарля и попытаться разговорить его под любым предлогом.              Пока кофейный автомат шумел, разливая по двум стаканчикам чёрный кофе со сливками, Макс успел купить в соседнем автомате шоколадный батончик известного бренда. Он знал, что Шарль с детства такое любил. Никому не рассказывал о своей слабости, но очень любил. Так что Макс разумно решил, что кофе и шоколад смогут помочь расслабиться и разговорить такого скрытного монегаска.              Макс действительно вернулся через пять минут. В руках он нёс два стаканчика с кофе. И пусть он предусмотрительно закрыл их крышечками, всё равно опасался разлить. Шарль при виде Макса только лишь рассмеялся.              — Серьезно, Макс? Кофе из автомата? — с улыбкой он протянул руку к одному из стаканчиков.              — Трудные времена требуют трудных решений, — Макс лишь пожал плечами, однако, был рад видеть, как хмурое лицо его друга немного расслабилось. — Это тоже тебе.              Он достал из кармана шоколадку. Шарль в удивлении поднял брови, но забрал и шоколад, а потом посмотрел прямо на Макса:              — Ты знаешь, как сгладить даже самый паршивый день, — искренне поблагодарил он. — Спасибо.              — Не за что, — бросил Макс, хотя внутренне был безумно собой доволен. — Выйдем на улицу? Может нам повезёт и там не ждёт толпа фотографов.              Шарль в ответ только кивнул.              В этот раз им действительно повезло. Вероятно, резкая смена места встречи сбила с толку навязчивых журналистов, а потому на улице их никто не ждал. Вздохнув с видимым облегчением, Шарль последовал за Максом, который уверенно повёл его чуть в сторону от офисного здания. Там, на пересечении двух улиц расположилась маленькая уютная площадь. В центре неё сверкал на солнце брызгами фонтан, а вокруг стояло несколько скамеек, скрытых от глаз прохожих апельсиновыми деревьями и живой изгородью из пышных растений. В эти ещё довольно ранние утренние часы площадь была практически пуста, так что Макс и Шарль присели на одну из отдалённых скамеек с видом на фонтан.              Шарль временно отставил свой стакан и принялся открывать шоколадку. Макс наблюдал за ним, но пока ничего не спрашивал. Он отпил свой кофе и довольно хмыкнул. На удивление напиток из автомата оказался довольно сносным. Шарль тем временем откусил большой кусок батончика, запил его большим глотком из своего стакана и, наконец, посмотрел на Макса с благодарной улыбкой.              — Видела бы тебя твоя команда, как ты уплетаешь шоколад, — по-доброму усмехнулся Макс.              — Даже не думай кому-то рассказывать! — шутливо пригрозил Леклер, откусывая следующий кусок. — И вообще, мне сегодня можно сладкое. У меня было тяжелое утро.              Он заметно сник. Дожевав шоколадку, благо та была совсем маленькой, Шарль сделал ещё глоток кофе, после чего выбросил в мусорку фантик и снова замер, уставившись на фонтан. Макс сидел рядом тихо, не давил, он ждал и, наконец, дождался. Шарль глубоко вдохнул и на выдохе отчаянно произнёс:              — Александра ушла от меня.              — Что? — Макс резко повернулся к нему. — Как ушла? Почему?              Шарль горько усмехнулся и посмотрел Максу в глаза.              — А ты как думаешь, почему? Жених ты мой новоявленный, — Шарль издал странный звук, то ли смех, то ли стон. — Она не поверила в то, что я не собираюсь выходить за тебя замуж. Представляешь?              Макс покачал головой, не в силах оторвать от Шарля взгляд. Он смотрел оторопело, словно не мог принять очевидное.              — Честно говоря, нет. Не представляю.              — Она ждала, что я сделаю ей предложение, — Шарль отвернулся, взял в руки почти пустой стакан и принялся нервно крутить его в пальцах. — А я всё тянул, чего-то сомневался. И вот мы оказались здесь, заложниками этой ситуации. А моя девушка вместо того, чтобы понять и поддержать, поверила слухам и бросила меня. А я ведь действительно собирался сделать ей предложение...              — Мне жаль, — тихо произнёс Макс.              Он не знал, что можно сказать и как помочь в данной ситуации. Отчасти он и сам являлся причиной проблем Шарля, но ничего поделать пока было нельзя. Им велели молчать и ждать, а Александра ждать явно желания не имела.              — Да ладно, — Шарль махнул рукой. — Может оно и к лучшему. Как бы мы жили с ней, если она уже сейчас мне не верит? Это был бы брак, построенный на постоянном контроле и недоверии. А я так не хочу.              Макс в ответ только кивнул.              Они посидели ещё немного, допили каждый свой кофе и, когда на площади начали постепенно собираться прохожие, незаметно вернулись к стоянке у офиса. Никто за это время их не побеспокоил, никто ни разу не подошёл. Макс даже не заметил ни одного заинтересованного взгляда в свою сторону и был этому несказанно рад. Всего лишь полчаса спокойной прогулки, но именно этого ему сейчас так отчаянно не хватало.              — Спасибо, что выслушал, — с улыбкой сказал Шарль, прежде чем сесть в свою машину. — И за кофе, и шоколадку. Тоже спасибо.              Макс не мог не улыбнуться в ответ, глядя на улыбающееся лицо Шарля. Да, тот не выглядел счастливым, как обычно, и всё-таки его черты заметно расслабились, а во взгляде, бывшим с утра абсолютно безжизненным, сейчас горел хоть и слабый, но всё-таки огонёк.              — В любое время, ты же знаешь, — ответил Макс.              — Знаю, — кивнул Шарль и вдруг шагнул к Максу, неловко обняв его.              Макс замер на мгновение, но тут же положил руки на спину Леклера, слегка поглаживая. Их объятие длилось всего несколько секунд, когда Шарль отстранился и, не оборачиваясь, пошёл к своей машине. Макс проводил его взглядом и лишь потом сел за руль и направился в сторону дома.              Впереди у Макса был длинный день. Не смотря на творившийся в его жизни бардак, он не планировал нарушать режим тренировок. Более того, у него была запланирована онлайн-встреча с его виртуальной командой. Были и другие дела, которые требовали к себе внимания, пока до отъезда в Бразилию было время в целую неделю.              Макс отправился в зал. Он был на беговой дорожке, когда вдруг подумал, что кто-то слишком удачно подал заявление и устроил его с Шарлем помолвку. Ровно в то время, когда не было гоночных уик-эндов, когда оба они были в Монако, а собирались вылететь в Бразилию одним рейсом вечером пятого ноября. Мог ли тот, кто это организовал, об этом знать? Если да, то значит имел доступ к расписанию, как минимум, одного из них. Тогда этот человек был либо из близкого окружения, либо из команды — при том той части команды, которая работала непосредственно с гонщиками, а это не так много человек.              Подозрения крутились в голове Макса, но пока он не мог чётко выделить кого-то конкретного. Однако, стоило ему завершить тренировку и вернуться домой, он позвонил Бёрнсу и высказал свои мысли по этому поводу. Юрист внимательно выслушал его и обещал принять информацию к сведению. Большего Макс сделать пока, увы, не мог, а потому сосредоточился на своих личных делах и вопросах его виртуальной команды.              Было уже довольно поздно, часы показывали без четверти полночь, когда Макс наконец решил, что с симулятором на сегодня покончено. Он вылез из кресла, отключил питание компьютера и подумывал отправиться в душ, а после лечь спать. Но планам его не дано было сбыться.              В полуночной тишине его квартиры вдруг зазвонил телефон. Макс глянул на экран — ему звонил Шарль.              — Алло? Шарль? — Макс ответил не раздумывая.              — Макс, ты не с-с-спишь? — тихий голос на том конце неприкрыто дрожал. — И-и-извини, что так п-п-поздно.              — Шарль, тебя плохо слышно. Что произошло?!              Макс замер в напряжении, весь обратившись в слух.              — Я, кажется, з-знаю... — голос Шарля сорвался. — З-знаю, откуда у них мой п-п-паспорт...