Жених поневоле

      — Я кажется, знаю... — голос Шарля сорвался. — Знаю, откуда у них мой паспорт.              Макс замер в напряжении, весь обратившись в слух.              — Говори, — только и смог сказать он.              — Это произошло в прошлом месяце, — начал Шарль, и речь его, обычно быстрая и уверенная, сейчас казалась непривычно медленной, словно он боялся рассказывать. — Мне нужно было срочно вылететь в Париж, незапланированное спонсорское мероприятие. Мия позвонила, она должна была лететь со мной...              Шарль запнулся и вздохнул глубоко.              — Что было дальше? — после некоторой паузы спросил Макс, подталкивая Шарля говорить.              — А дальше я не смог поехать. Не нашёл паспорт. Всё обыскал, но его не было... Просто не было, понимаешь? — он замолчал, будто ждал реакции на свои слова.              — Не было, — Макс кивнул. — Ты уверен?              — Да-да, — быстро подтвердил Шарль. — Я всё обыскал, просто не мог поверить, что потерял документы. Паспорт всегда лежал с правами и банковскими картами в одном месте. А тут всё было как обычно, только паспорта не было. Мия примчалась мне помогать, мы вместе перерыли всю квартиру, обыскали машины... В итоге поездка сорвалась. Я решил подождать пару дней, прежде чем идти восстанавливать паспорт. У меня были дела на базе команды, я уехал туда.              — Без паспорта? — уточнил Макс.              — У меня оставались водительские права.              — Довольно опрометчиво, — Макс покачал головой.              — Я знаю, да, но с Италией открытая граница, и для поездки на базу мне не нужен паспорт, — Шарль словно пытался оправдаться. — В общем, я решил, что пара дней ничего не изменит, а когда вернулся домой, то обнаружил паспорт лежащим на столе в кабинете. Он был прикрыт ноутбуком, и я так обрадовался, что он не потерялся и мне не придётся менять документы, что даже не стал анализировать ситуацию. Но, на самом деле, паспорт не мог быть там. Ладно я, но Мия, мы вместе искали, и уж тем более в кабинете перевернули всё вверх дном.              Шарль вздохнул и замолчал ненадолго, а Макс всё стоял посреди комнаты и пытался осознать, к чему Шарль клонит.              — То есть, ты хочешь сказать... — начал Макс, но Шарль оборвал его.              — Кто-то подкинул его мне домой, Макс, — его голос снова дрожал. — Просто пришёл ко мне домой, когда меня не было, и оставил паспорт на столе, словно ничего не произошло.              — Подожди, — Макс как будто не мог поверить. — Значит, это был кто-то, у кого есть ключи от твоей квартиры? Или ключи они тоже выкрали? Но тогда они как минимум были уверены, что тебя нет дома.              — Да, — выдохнул Шарль. — Кто бы это ни был, а он точно знал моё расписание. Не учёл только внезапную поездку в Париж. Если бы не срочная необходимость лететь самолетом, я бы вообще не понял, что паспорта какое-то время не было при мне.              Макс сам не заметил, как начал нервно ходить по комнате. Его теория о том, что их подставил кто-то из близкого окружения, теперь нашла подтверждение. И этот кто-то был не с его стороны. Вероятнее всего, под удар изначально хотели подставить именно Шарля.              — Ты уже звонил Тодту? — спросил Макс, вспоминая наказ менеджера позвонить, если Шарль что-нибудь вспомнит.              — Да, сразу же, — ответил тот. — Николя попросил меня составить список людей, у кого есть доступ к моей квартире, и всех, кто заходил ко мне в последнее время и мог сделать слепок с ключей. И это... Понимаешь... Чёрт.              Шарль нервничал и не мог говорить спокойно. Вздохнув пару раз, он продолжил:              — Это все мои близкие люди. Семья, друзья. Только у них есть доступ. Ещё у пары человек из службы клининга и догситтер для Лео. Но это всё проверенные люди, они работают на меня годами... — Шарль то ли вздохнул, то ли всхлипнул. — Как я могу подозревать кого-то из них? Как, Макс?! Боже, это какой-то кошмар!              — Шарль, послушай меня, — попытался успокоить его Макс. — Это не вопрос подозрений, а вопрос твоей безопасности. Ты всё правильно сделал, что рассказал Николя. Подумай, а что если злоумышленник решил втереться в доверие к кому-то из твоих близких? Воспользовался кем-то из них, чтобы навредить тебе. Сейчас мы должны сделать всё возможное, чтобы вычислить этого человека, и таким образом обезопасить тебя и твоё окружение.              Шарль, кажется, немного успокоился. По крайней мере, когда он вновь заговорил, его голос звучал ровнее:              — Ты прав, — выдохнул он. — Я не должен так реагировать. Просто... Меня начинает трясти, как подумаю, что кто-то смог беспрепятственно проникнуть в квартиру. И это в моём доме, где множество камер, консьерж, круглосуточная охрана! Как они это сделали, Макс? Нет, я не могу понять.              — Шарль, — позвал Макс, но тот его будто бы не услышал.              — Я вызвал на завтра дверного мастера, чтобы сменить замки, — продолжал Шарль. — Но я просто не представляю, как сегодня ночью лягу в постель и усну, зная, что в любой момент сюда может прийти кто-то чужой, и даже охрана его не остановит...              В трубке повисло молчание. Слышалось лишь непривычно тяжелое дыхание Шарля.              — Шарль, собирайся, — внезапно произнёс Макс. — Я сейчас за тобой приеду.              Не раздумывая, он выскочил в коридор, полный нерастраченной нервной энергии, схватил с вешалки ветровку, с полочки у двери — ключи от машины, и вышел в подъезд. Это заняло у него меньше минуты.              — Что? Макс, зачем? — тем временем спрашивал Шарль.              — Ты не останешься там ночевать, — ответил Макс, нажимая кнопку вызова лифта. — Не тогда, когда вокруг тебя творится какая-то ерунда.              — Вообще-то она творится и вокруг тебя, — явно смутился Леклер.              Макс лишь покачал головой. Двери лифта открылись, и он шагнул в кабину, нажимая на первый этаж.              — Всё, я скоро буду, собирайся пока, — с этими словами он скинул звонок.              Макс не знал, что и думать, пока ехал до дома Леклера. Тот жил совсем рядом, но идти пешком посреди ночи не казалось хорошей идеей, так что Макс медленно рулил по знакомым улицам, при этом пытаясь привести мысли в порядок и сложить хоть сколько-то целостную картину происходящего. Кто-то однозначно пытался подставить Шарля, но зачем? Личная обида, карьерные амбиции? Кому он мог навредить? Или всё-таки Макс тоже был втянут не просто так? Его голова разрывалась от обилия мыслей, каждая из которых сама по себе не имела смысла, а целиком паззл пока не складывался.              С трудом найдя место на парковке у дома Шарля, Макс вышел из машины, махнул швейцару на входе и привычно поднялся по лестнице. Никто его не остановил — он был здесь частым гостем. При этом Макс задумался, а мог ли кто-то чужой так легко попасть в дом? Нет, постороннего бы точно не пропустили, а значит "крысу" придётся искать среди ближнего окружения.              С тяжёлой головой, полной неприятных мыслей, Макс оказался у квартиры Леклера, но стоило тому открыть дверь, как Макс тут же забыл всё, о чём только что размышлял. Если по телефону голос Шарля звучал растерянно, то теперь Макс увидел, насколько на самом деле был морально разбит его друг. Бледное лицо, тёмные круги под глазами, непривычно растрёпанные волосы — таким предстал перед Максом обычно всегда собранный и опрятный Шарль.              — Ты в порядке? — спросил Макс и, не дожидаясь приглашения, вошёл в квартиру, на ходу захлопнув за собой дверь.              Шарль сделал полшага назад, поймал взгляд Макса и в ответ только лишь покачал головой.              Макс не мог на это смотреть. Его накрыло уже знакомое желание защитить. Он шагнул к Шарлю и обнял его, почувствовав странное облегчение от ощущения горячего тела в собственных руках. Макс не знал, откуда брало начало это чувство, но он как будто знал, что пока Шарль рядом с ним, ничего плохого не может случиться. И это было самое главное.              А Шарль, кажется, разделял это чувство. Стоило ему прильнуть к Максу, как он ощутимо расслабился, выдохнул тому куда-то в плечо и замер, будто бы только в таком положении мог отпустить себя и сбросить груз давящих на плечи обстоятельств.              Они застыли на некоторое время, обнявшись. Кажется, Макс что-то тихо шептал, какие-то глупые утешительные слова, а Шарль вздыхал тихо и сжимал в пальцах ветровку на чужих плечах. Глаза Макса всё это время скользили по непривычно пустой квартире. Чего-то не доставало в окружающем пространстве, но он никак не мог уловить, что конкретно было не так. Только опустив взгляд на пустую лежанку у входа, Макс внезапно понял, чего именно не хватало. Малыш Лео, такса Шарля, не выбежал встречать гостя. Более того, нигде в доме не слышно было привычных собачьих звуков или шагов мягких лап.              Макс слегка отстранился, и Шарль поднял голову от его плеча, заглядывая в глаза:              — А где Лео? — почти шепотом спросил Макс.              Шарль нахмурился, будто не хотел отвечать, но после мгновения молчания всё-таки произнёс:              — Алекс забрала его, когда приезжала за вещами, — он с трудом вздохнул, вывернулся из рук Макса и побрёл в сторону спальни. —  Сказала, что с моим графиком я не смогу нормально о нём заботиться. И в целом, она права. Я даже о себе позаботиться не могу.              Шарль дошёл до комнаты и сел на кровать, опустив голову и пряча лицо в ладонях. Он будто не хотел смотреть по сторонам, закрывался от реальности, от бардака, в который внезапно превратилась его ещё недавно спокойная и налаженная жизнь.              Макс зашёл в спальню следом. Только теперь, оказавшись в этой комнате, он увидел наглядные подтверждения тому, что Алекс оставила Шарля. В открытой настежь гардеробной виднелись пустые полки, на столике у окна отсутствовала косметика, даже картина в рамке была снята со стены и, вероятно, тоже переехала к Алекс. На полу у кровати лежал раскрытый чемодан Шарля, но тот был почти пустой. Его владелец так и не смог собрать вещи.              Макс не знал, что сказать. Он никогда не был силён в словах и утешениях, а потому предпочитал по возможности действовать. Так что он подошёл к чемодану, осмотрел нехитрый набор из пары закинутых туда вещей и направился в гардеробную. На удивление, Макс отлично знал, что нужно Шарлю для комфортного пребывания вне дома. По роду деятельности они постоянно путешествовали, а поскольку были друзьями, то довольно часто летали одними рейсами и даже порой делили номера в отелях. Макс успел удивиться, насколько тесно они на самом деле взаимодействовали и как хорошо знали друг друга, но он не дал себе об этом думать. Важнее было поскорее собраться и вернуться вместе с Шарлем к себе домой. В полупустых апартаментах Леклера, которые раньше казались Максу весьма уютным местом, теперь совершенно не хотелось оставаться.              — Макс, брось, я соберусь, — попытался воспротивиться Шарль, когда увидел выходящего из гардеробной Макса, со стопкой вещей в руках.              — Мне не сложно, — ответил Макс, аккуратно складывая одежду в чемодан, после чего отправился в ванную и вернулся оттуда с дорожным несессером Шарля.              Осмотревшись, Макс забрал с тумбочки у кровати планшет, наушники и зарядное устройство для смартфона, сложил аккуратно поверх вещей и, наконец, снова обратил внимание на Шарля.              — Что-то ещё нужно забрать? — мягко спросил Макс.              Шарль покачал головой, встал с кровати и осмотрелся.              — Для одной ночи ты собрал слишком много вещей, — неловко усмехнулся он, глядя на чемодан, а потом снова на Макса.              Макс тем временем наклонился, чтобы закрыть чемодан, аккуратно потянул змейки, после чего поставил его вертикально на колёсики и выпрямился сам, возвращаясь взглядом к Леклеру.              — Ты можешь оставаться у меня, сколько захочешь, — ответил он, внимательно рассматривая лицо Шарля. — Честно говоря, мне будет спокойнее, если мы будем рядом, пока всё это не закончится.              — Не знаю, — Шарль поднял руки и потёр лицо. — Меня раздражает сама мысль, что какой-то придурок будет диктовать, что нам делать и как жить. Почему мы должны идти у кого-то на поводу? Изображать из себя пару, молчать о фиктивной помолвке, убегать из собственного дома, просто потому что кто-то решил, что имеет право лезть в нашу жизнь!              Шарль резко опустил руки, глядя на Макса, словно тот знал ответы. Но у Макса в голове царил такой раздрай, что он совершенно ничего не мог ответить. По крайней мере, пока он знал лишь, что надо как можно скорее свалить из квартиры Леклера. Словно пока они находились здесь, оба не были в безопасности. Будто бы интуиция или какое-то шестое чувство подталкивало его схватить Шарля за руку и утащить подальше, спрятаться от врага, лица которого они даже не знали.              — Поехали, поговорим об этом дома, — голос Макса звучал почти умоляюще.              — Дома... — фыркнул Шарль, но всё-таки взялся за ручку чемодана и пошёл в коридор. — Здесь мой дом, а я сбегаю как последний идиот.              — Ты не идиот, — вздохнул Макс.              Он шёл следом за Шарлем, на ходу выключая свет в спальне, затем торшеры вдоль длинного коридора. Шарль остановился у входной двери, снял с вешалки худи и накинул себе на плечи. Кинув последний взгляд на лежанку Лео, Шарль потянулся, чтобы выключить последний источник света — плафон около двери, но прежде чем коридор утонул в темноте, Макс успел заметить мелькнувшую во взгляде Шарля боль.              — Пойдём, — Макс шагнул ближе к двери и к Шарлю, в темноте безошибочно находя рукой его тело и слегка приобняв за талию, подтолкнул его к выходу.              Шарль вздохнул прерывисто, но поддался направлявшей его руке и потянулся к ручке двери, одновременно шагнув и оказываясь теснее прижатым к Максу. Привычное тепло чужого тела отдалось покалыванием в ладони, и Макс сжал руку, неосознанно привлекая Шарля ещё ближе к себе. В темноте коридора он почувствовал, как его лица коснулись волосы Леклера, и Макс заговорил тихо, почти ему на ухо:              — Не переживай, мы заберём у Алекс собаку. Она не имела право отбирать его у тебя.              Шарль застыл на секунду, а потом Макс почувствовал движение под своей рукой, когда тот повернулся. И пусть в темноте было ничего не видно, но Макс почувствовал на своем лице чужое дыхание, а потом движение чужой руки и лёгкое прикосновение ладони на своём плече. По телу Макса пробежала дрожь, когда Шарль тихим и чуть хриплым голосом произнёс:              — Спасибо, Макс, за всё спасибо.              Лежавшая на плече ладонь сжалась, будто жест благодарности в продолжении слов, а потом Шарль отступил и, открыв наконец дверь, вышел из квартиры. Макс встряхнул головой, отмахиваясь от внезапно накативших эмоций, и вышел за ним следом.              Добраться до дома Макса не заняло много времени. Они спустились, быстро погрузили чемодан в багажник и уже садились в машину, когда Шарль вдруг замер и пристально посмотрел на заросли кустов через дорогу. Что-то привлекло его внимание, но стоило Максу спросить, тот лишь покачал головой и сказал, что ему показалось. Когда через пару минут они, покидая парковку, проезжали мимо этих кустов, Макс окинул их внимательным взглядом, но вроде бы ничего не заметил. Шарль же вообще смотрел в другую сторону.              Всю недолгую дорогу они провели в молчании.              — Голова раскалывается, — только произнёс Шарль и откинулся на подголовник, прикрыв глаза.              Макс подумал, что у него дома не было никаких обезболивающих, а значит Шарлю придётся страдать от головной боли.              К стыду Макса, у него дома отсутствовали не только обезболивающие. Не было у него и гостевой спальни. Вернее сказать, в изначальном плане апартаментов одна из комнат по соседству с основной спальней значилась как гостевая. Но только Макс решил переделать её под свои нужды. В итоге вместо ожидаемой кровати эта часть жилого помещения обзавелась гоночным симулятором, компьютером и другим техническим оборудованием, необходимым для тренировок, виртуальных заездов, гейминга и стриминга. Жалел ли Макс об этом хоть когда-нибудь? Ни капельки. И даже в тот момент, когда Шарль поинтересовался, где он может лечь спать, словно не знал прекрасно, что у Макса одна-единственная комната для этих целей, Ферстаппен сказал, не раздумывая:              — Можем спать вместе.              Шарль застыл посреди коридора вместе со своим чемоданом, его брови в удивлении поползли вверх, когда он сказал:              — Я, пожалуй, лягу на диване.              — Зачем? — Макс нахмурился. — У меня огромная кровать, нам хватит места.              И словно это было самое естественное из всего, что он делал, Макс забрал ручку чемодана из ладони Шарля и покатил его через прихожую прямиком в самую дальнюю комнату — в свою спальню. Шарль лишь покачал головой, не в силах спорить. Вероятно, голова у него ещё болела, а потому он поспешил достать из чемодана комплект домашней одежды, чистое белье и скрыться в ванной.              Макс не хотел смущать Шарля сильнее, справедливо полагая, что он и без того чувствовал себя не в своей тарелке, а потому пошёл в другую ванную (хотя бы санузлов в квартире было два, согласно плану), быстро принял душ, переоделся и вернулся в комнату.              В ванной у Шарля ещё шумела вода. Борясь с непозволительным желанием постучать ему в дверь и спросить, всё ли в порядке, Макс разобрал кровать, достал из шкафа второе одеяло и положил с одной стороны, а сам лёг на вторую сторону кровати. Верхнее освещение он предусмотрительно выключил, так что теперь комнату окутывал лишь мягкий свет прикроватной лампы.              Когда шум воды наконец затих, Макс уже почти дремал. Сквозь пелену окутывающего его сна он слышал, как Шарль вышел из ванной и вернулся в комнату. Макс приоткрыл один глаз и успел заметить, как Шарль подходит к постели и аккуратно ложится рядом, но на достаточном расстоянии, чтобы не потревожить. В следующий момент свет в комнате погас, и Макс окончательно провалился в сон.              Спал он на удивление хорошо, и снились ему прикосновения горячих рук Шарля, будто тот касался его лица своими длинными пальцами, проводил по скулам и губам. Будто выдыхал ему прямо в губы и прижимался своим ртом в несмелом поцелуе...              Макс проснулся резко, словно что-то с силой выдернуло его из приятного сна. Сквозь шторы уже светило солнце. Очевидно, проспал он довольно долго, а учитывая, как поздно накануне они с Шарлем легли, так и вовсе давно мог наступить обед. Стоило Максу подумать о Шарле, как он резко повернул голову в бок и чуть не вскрикнул от неожиданной резкой боли в затекших мышцах шеи и плеч.              Шарль лежал совсем рядом, почти прижавшись к Максу на его половине кровати. Кроме того, он бесцеремонно завладел его подушкой, что объясняло, почему шея и плечи Макса так нещадно ломило от сна в не самой удобной позе. Возможно, ему стоило разозлиться, но глядя на Шарля, который крепко и сладко спал, во сне обнимая максову подушку и почти зарывшись в неё лицом, Макс мог только улыбаться и уж точно не чувствовал себя раздражённым.              Вставать не хотелось, но следовало проверить телефон и хотя бы узнать, сколько времени. Макс потянулся и привычно нащупал на тумбочке смартфон. Разблокировав экран, он с удивлением отметил, что проспал не так и много: часы показывали 10 утра. А вот что напрягло Макса, так это несколько пропущенных вызовов от отца. Йос обычно редко звонил сыну, предпочитая встречаться и обсуждать дела лично, так что, если он позвонил, а тем более так рано, да ещё и несколько раз, значит это было что-то срочное.              Макс глубоко вздохнул, бросил взгляд на безмятежно спящего рядом Шарля и, стараясь не концентрироваться на чувстве острого сожаления, что не может полежать рядом с ним ещё хоть какое-то время, встал и вышел из спальни, прикрыв за собой дверь.              Он направился на кухню и первым делом включил кофемашину. Пока она делала своё дело, Макс присел у стола, разблокировал телефона и набрал номер Йоса. Откладывать разговор не имело смысла. С тех пор, как началась вся эта история с помолвкой, с отцом он не разговаривал, а значит тот имел некоторые вопросы.              Прошла пара гудков, когда на другом конце сняли трубку:              — Макс, какого черта происходит? — Йос Ферстаппен никогда не славился вежливостью и приятным нравом. — Можешь мне объяснить?              Макс лишь закатил глаза. Он давно научился не обращать внимание на грубости отца.              — И тебе доброе утро, папа, — с сарказмом произнёс он. — Что я должен объяснять? О чём ты говоришь?              — Ты ещё спрашиваешь?! — взвился Йос. — Ладно эти дурацкие слухи про твою помолвку с чудаком из Феррари! Это глупости, думал я, можно понять. Но что я увидел сегодня?!              От пренебрежительных слов отца в адрес Шарля Макс поморщился.              — Что ты увидел? — без особого интереса спросил он.              — Знаешь, сын, я всё ждал, когда же ваши команды соизволят выпустить пресс-релиз, где расскажут, что это всё дурацкие сплетни или какой-то тупой розыгрыш, — Йос перевёл дыхание, чтобы продолжить. — Но вот уже три дня, а от команд тишина. И сегодня утром я понял, почему.              Он многозначительно замолчал.              — Почему? — скупо спросил Макс.              В этот момент дверь спальни открылась и в коридор вышел сонный Шарль. Увидев Макса на кухне, он пошёл в его сторону, но заметив в его руке телефон, вопросительно нахмурился.              Макс прикрыл рукой динамик и на грани слышимости произнёс:              — От-е-е-ец…              Шарль понимающе хмыкнул и, кивнув, поплёлся в ванную.              Йос тем временем продолжал:              — Потому что вы живёте вместе, вот почему! — вспылил он. — Видимо, слухи не врут, и ты действительно связался с мужиком?! Да ещё с кем? Пилот Феррари!              Последние слова он выплюнул с таким пренебрежением, словно говорил не об одной из старейших и уважаемых команды Формулы-1, будто бы Шарль не был одним из лучших пилотов на решётке, да и вообще одним из самых удивительных в жизни Макса людей.              Это не было открытием, как Йос относился к Шарлю, как бесился всю жизнь из-за их дружбы, но сейчас это задело Макса как никогда. И если поначалу он ещё хотел рассказать отцу, что всё это было чьим-то дурным розыгрышем, то после таких высказываний он передумал оправдываться.              — Да, ты прав, — кивнул он. — Мы живём вместе. И знаешь, у нас всё замечательно!              Он с силой сжал смартфон, так что костяшки пальцев побелели.              — Рад за вас, — зло и совершенно нерадостно прошипел Йос. — Надеюсь, твоя карьера не скатится на такое же дно, как карьера твоего птенчика из Феррари!              С этими словами Йос бросил трубку.              Макс отнял от уха телефон и бездумно смотрел на него несколько секунд.              — Что, тяжелый разговор? — незаметно вернулся Шарль и сел рядом.              Макс поднял на него глаза — тот улыбался и смотрел с какой-то несвойственной для него в обычной жизни заботой и теплотой. Может быть, дело было в непривычной обстановке совместного с Шарлем утра, или тот всегда был таким мягким и притягательным после сна, Макс не знал. Только вот приятное чувство, шевельнувшееся у него в груди, явно не было обычной его реакцией на появление рядом с ним монегаска.              — Ты же знаешь моего отца, — пожал плечами Макс и отвернулся, стараясь скрыть смущение от собственных внезапных ощущений. — Он решил, что мы живём вместе, а я так хотел его позлить, что даже не стал этого отрицать.              Шарль рассмеялся, и Макс не смог ничего поделать, а только вновь посмотрел ему в глаза.              — Ты не обижаешься? — добавил он.              — Я? — Шарль искренне удивился. — Нет, это же твой отец. Тебе решать, как с ним общаться. Кроме того, боюсь даже представить его гнев сейчас. Он же всю жизнь меня ненавидит.              — Да брось, — Макс смутился, ему часто бывало неловко за поступки своего отца. — Просто он... Немного не понимает нашей дружбы.              Шарль фыркнул, прежде чем ответить:              — Да, я помню его это "Макс, вы в конкурирующих командах, вы соперники и должны ненавидеть друг друга!", — передразнил Йоса Шарль.              Макс рассмеялся. Он прекрасно помнил, как всё детство выслушивал от отца нечто подобное.              — Он так старался нас поссорить, — улыбался Макс. — А всегда получалось наоборот.              Шарль лишь покачал головой.              — А твоя семья? — спросил Макс. — Что они сказали по поводу нашей внезапной помолвки?              — Ничего особенного, — ответил Шарль. — Маме я рассказал правду. Даже если команда нам запретила, от неё я не могу скрывать. А братья искренне смеялись надо мной. Даже прислали букет синих роз с поздравлениями.              — Синих роз? — Макс вытаращился на Шарля.              — Да, — тот рассмеялся. — Представляешь лицо Алекс, когда она это увидела? Тогда она окончательно решила, что между нами всё кончено.              Макс тоже посмеялся, но как-то скованно. Чувство вины опять накрыло его, будто на нём лежала хоть какая-то доля ответственности за то, что случилось.              — Мне всё-таки жаль, что так вышло, — уставившись в стол, произнёс он.              — Да ну, прекрати. Мы уже говорили об этом, — начал Шарль, но вдруг замер с открытым ртом, так и не закончив фразу.              — Что? — Макс поднял на него глаза.              — А откуда твой отец взял, что мы живём вместе? — задался резонным вопросом Шарль. — Я переночевал у тебя всего одну ночь, а он уже об этом знает?              Макс выпрямился и весь напрягся. Он сразу не подумал об этом, но теперь вопрос, озвученный Шарлем, заставил его нервничать. Он посмотрел на телефон, потом на Шарля и опять на телефон.              — Подожди-ка, — попросил он и принялся проверять уведомления.              Среди десятков оповещений было ещё одно, отмеченное как важное, но из-за звонка отца Макс не обратил на него внимания. Ткнув иконку мессенджера, он открыл список диалогов и выбрал непрочитанный. Это были сообщения от юриста команды. Бёрнс писал:              "Доброе утро, Макс, просмотри это." — к сообщению прикреплялось несколько ссылок.              Макс никогда не мог похвастаться даром предвидения, но сейчас, нажимая на первую ссылку, уже примерно знал, что там увидит. И он не ошибся.              "Макс Ферстаппен и Шарль Леклер на романтической прогулке в парке", — гласил заголовок первой статьи. Незамысловатый текст украшали несколько фотографий, на которых Макс и Шарль сидели на скамейке около фонтана и пили кофе. Макс мысленно отметил, что момент был пойман крайне удачно — на фото они смотрели друг на друга и мило улыбались, а учитывая контекст того разговора и их общее настроение, словить это было совсем не просто.              — Шарль, посмотри, — позвал Макс, и тот придвинулся ближе. — Бёрнс прислал.              — Боже мой, — выдохнул Шарль, стоило ему лишь бросить взгляд на фото. — Как кто-то умудрился это снять? Там же совершенно точно никого не было! Мы сидели одни, людей было мало... Да на той аллее даже негде было спрятаться!              Шарль с трудом оторвался от рассматривания фотографий и посмотрел на Макса. В его глазах застыл неподдельный шок.              — Что там ещё? — спросил он, когда Макс закрыл первую ссылку и кликнул на вторую.              На этот раз открылся пост в Инстаграм. Всего три тёмных кадра, на которых, однако, отчетливо виднелись две вполне узнаваемые фигуры: вот Макс и Шарль выходят из дома последнего, у Шарля в руках чемодан; вот они стоят у машины, Макс помогает погрузить вещи в багажник; на третьем фото они уже около дома Макса, заходят в подъезд, Шарль везёт за собой чемодан, Макс придерживает перед ним дверь.              — Твою мать, — выругался Макс.              Он ещё раз бессмысленно прокрутил фотографии в карусели, будто бы что-то на них могло вдруг измениться, после чего нажал на описание: "Леклер переезжает к Ферстаппену — под покровом ночи и с минимумом вещей." Ниже шли комментарии, и там творился сущий кошмар. Кто-то радовался, что они теперь живут вместе, кто-то писал, что это напоминает побег. Были и разумные люди, кто сочувствовал столь яростному вмешательству в чужую личную жизнь.              — Макс, — тихо позвал Шарль. — У меня паранойя, или за нами всё время следят? Не может же быть таких совпадений...              Голос Леклера дрогнул. Макс повернулся и перехватил его взгляд, полный неподдельной тревоги.              — Пожалуй, я позвоню Бёрнсу, — вместо ответа на вопрос произнёс Макс.              Найдя в справочнике номер юриста, он нажал на вызов и включил громкую связь. Бёрнс ответил практически мгновенно, не успел пройти первый гудок.              — Макс, привет, ты посмотрел ссылки? — раздался как всегда спокойный и собранный голос.              — Да, мы с Шарлем посмотрели, — ответил Макс, и его голос звучал и в половину не так уверенно. — Нам кажется, за нами следят. Ладно снимки днём в парке, но ночью, возле наших домов? Даже самые отбитые папарацци не станут караулить нас круглосуточно.              — Ты прав, и вам вероятно не кажется, — подтвердил Бёрнс. — У меня есть информация, но нужно ещё кое-что проверить. Я подъеду позже к вечеру, и мы поговорим. Хорошо?              — Да, конечно, — согласился Макс. — Но что делать нам?              — Пока оставайтесь дома. Шарль же с тобой, я правильно понимаю? — уточнил Бёрнс.              — Да, мы решили, что Шарлю стоит оставаться у меня, пока мы не узнаем, кто и как получил доступ к его квартире.              — Отлично, так даже лучше для нашей стратегии.              — Стратегии? У вас есть стратегия? — Макс усмехнулся, мысленно проведя параллели с подготовкой к гонке и обсуждением стратегии с гоночным инженером.              — Да, я расскажу при встрече. А пока по возможности оставайтесь дома, — попросил Бёрнс. — К вам будет приставлено наблюдение, но без особой необходимости не стоит никуда выходить. Если это сталкер, а мы не исключаем такой возможности, то это может быть небезопасно.              Заручившись согласием Макса и Шарля, Бёрнс отключился.              — Страте-е-еджия... — на итальянский манер протянул Макс и посмотрел на Шарля, улыбнувшись. — У них есть страте-е-еджия...              — Главное, чтобы их страте-е-ги были не такими, как в Феррари, — в тон ему ответил Шарль.              Они обменялись многозначительными взглядами и рассмеялись. Возможно, это был нервный смех, а может быть, они не до конца всерьёз оценивали ситуацию, но Максу снова казалось, что пока они с Шарлем рядом, ничего плохого с ними точно не произойдёт.