Хрустальное сердце

Воздух в помещении был холодным и пах озоном, металлом и чем-то ещё — сладковатым и химическим, словно в операционной. Локи пришёл в сознание медленно, сквозь туман боли и тошноты. Каждая клетка его тела горела, словно его изнутри пропитали кислотой. Чёрная энергия, которую он поглотил, бушевала внутри, чужая и враждебная, постоянно пытаясь разорвать его асагардскую форму изнутри. Он был прикован. Не наручниками или цепями, а силовым полем, прижимавшим его к металлической стене. Перед ним в полумраке стояла фигура в тёмных доспехах — тот самый, что похитил его. Шлем был снят, открывая лицо — бледное, с жёсткими чертами и холодными, безразличными глазами. Это был МОДОК. — Стабилизация прошла успешно, — произнёс МОДОК, его голос был ровным, лишённым эмоций, как у машины. — Уровень ассимиляции — 73%. Примечательно. Большинство испытуемых не выдерживало и 20%. Локи попытался усмехнуться, но получился лишь хриплый выдох. —Озарён... твоим одобрением... — прошипел он. — Собираешься... ликовать? Или сразу... приступишь к пыткам? — Пытки — неэффективный метод добычи информации, — парировал МОДОК. — Мозг лжёт под болью. Мне нужны... чистые данные. — Он сделал шаг вперёд, и в его руке появился тонкий, похожий на скальпель инструмент, светящийся синим светом. — Ты — аномалия, Локи. Источник магии в мире, где ей не место. Ключ к силам, которые не подчиняются грубым законам физики. — Разочарую... — Локи выдавил из себя, чувствуя, как холодный пот стекает по вискам. — Я... не в настроении... давать уроки. — Тебя не спросят, — МОДОК поднёс инструмент к виску Локи. — Я извлеку каждое воспоминание. Каждое заклинание. Каждый секрет магии, который ты носил в себе тысячелетия. Ты станешь... библиотекой. Живым учебником. А твоё тело... — его безразличный взгляд скользнул по Локи, — ...идеальный катализатор для моих экспериментов. Артефакт был лишь началом. Приманкой, чтобы заставить тебя поглотить мой маркер. Своего рода... целеуказатель. Локи закрыл глаза, пытаясь отгородиться от неизбежного. Он думал не о себе. Он думал о Питере. Глупом, благородном мальчишке, который, наверное, сейчас винит себя. «Не вини себя, паучок, — пронеслось в его сознании. — Это была моя игра. Я просто... недооценил другого хищника». Острая, жгучая боль пронзила его разум. Синий свет инструмента МОДОКа вонзился в его сознание, вырывая клочья воспоминаний. Залы Асгарда. Лицо Тора. Тысячи заклинаний, выученных за века. И... тёмная фигура в маске, смотрящая на него с решимостью в карих глазах. Локи закричал. Но это был не крик физической боли. Это был крик души, которую рвали на части. --- В Башне Мстителей Питер стоял перед командным центром. На огромном экране светилась схема — всё, что они смогли восстановить о существе и незнакомце. Совершенно ничего. — Мы не можем его найти, Питер, — Тони развёл руками. — Ни энергетического следа, ни тепловой сигнатуры. Они просто испарились. — Нет, — твёрдо сказал Питер. Его лицо было серьёзным. — Он не испарился. Они забрали его. И я знаю, как его найти. Все посмотрели на него. — Артефакт, — сказал Питер, указывая на свою грудь. — Он был приманкой. Маркером. Локи впитал в себя ту же энергию, что и я. Только в его случае это был яд. Яд, который они могут отследить. И... я могу его чувствовать. — Что? — Брюс нахмурился. — Питер, это опасно. Мы не знаем... — Я знаю, — перебил его Питер. Его голос не дрожал. — Я чувствую его. Слабый... болезненный... но он есть. Как нить. — Он закрыл глаза, концентрируясь. — Он страдает. Стив обменялся взглядом с Наташей. — Это может быть ловушка, Питер, — тихо сказала она. — Знаю, — повторил Питер, открывая глаза. В них горела решимость, смешанная с болью. — Но я всё равно пойду. Он спас меня. Теперь моя очередь. Он посмотрел на Тони. —Мне нужна твоя помощь. Чтобы усилить сигнал. Чтобы проложить путь. Тони долго смотрел на него, затем тяжело вздохнул. —Ладно, малыш Паук. Покажи нам, куда идти. Но если это окажется ловушка... — Тогда мы будем готовы, — закончил за него Стив, и в его голосе прозвучала стальная уверенность. — Мы идём вместе. Питер кивнул, и впервые за долгое время на его лице появилось нечто, отдалённо напоминающее надежду. Они не простили Локи. Они не доверяли ему. Но он был их. И они не бросают своих. Даже если эти «свои» — боги обмана, которым на роду написано предавать.