Всего лишь интрижка.

Его всегда, всю его жизнь считали… «Странненьким». Болезненный ребенок, чьи родители слишком оберегали его в силу страха за мальчика, а тот был рожден совершенно не для содержания в рамках. Учителя с интересом отмечали его тягу к знаниям, считая ее желанием этих самых родителей, строгих, практически жестоких, но не позволяющих школьнику ездить на олимпиады или конкурсы. Все вокруг видели, что он намного сообразительнее сверстников, но чем дольше маленького, щупленького зяблика держали в клетке, тем более закрытым и тихим он становился, тем больше угасал. Но… Подростковый возраст не щадит никого, и мальчика не пощадил — драки, перепалки с учителями, огромное количество конфликтов, которые замалчивали в силу отличной учебы. Гневающиеся родители, чьи самые жуткие страхи начали подтверждаться — их хрупкого, нежного ребенка портят, его пытаются изжить, это не он начинает все это безобразие, его гнобят! Вот только дело в том, что их весь из себя милый и безобидный ребенок постепенно начал осознавать себя и мир вокруг себя. И то, что может делать абсолютно все, что захочет, потому что четких правил, кроме тех, что глупо придумали себе взрослые, нет. Как и, в целом, мира вокруг — пару десятков лет назад в Тейвате происходили адские катаклизмы, убившие огромнейшее количество людей, такие же, но более мелкие происходят повсеместно и сдерживаются они лишь глупыми правилами. Какой в них смысл, если люди все равно делают, что хотят? Зачем жить как-то правильно и «нормально», если у тебя есть только одна, единственная возможность испробовать абсолютно все? Или не только попробовать, а взять и сделать. С этими мыслями, уже юноша, и смог поступить в Академию Сумеру на даршан амурта. На что, в плане направления, конечно же, повлияли все те же родители. Просто взял и сделал, как и планировал — будет полезен обществу, вместо того, чтобы учиться черти-где ремеслам и по сотням тысяч раз повторять судьбу одних и тех же людей. Он будет настоящим учёным, специалистом, полезным для науки и общества! Правда, его поведение на занятиях достаточно быстро переросло в огромную кучу замечаний и жалоб. Парень горел учебой, только из тяги знать все и больше всех зубрил учебные материалы на месяцы вперёд курса, успевая знакомиться с людьми, что учатся на других факультетах. И… Через два года с начала обучения перевелся на кшахревар. Не спрашивая о разрешении семью, не советуясь с друзьями или преподавателями, просто подал документы и досдал все нужные для перевода дисциплины. Взял и сделал. И после этого поступка началась череда событий, приведших к трагедии. Молодой человек, в чьей голове собралось приличное количество информации по двум совершенно разным дисциплинам, вследствие истерики близких, начал складывать для себя новую, интересную картину. Значит он — немощный и слабый, которому ничего не помогает и он должен знать, как помочь себе самостоятельно, когда мама с папой умрут, а умирают они всю его жизнь, убиваются за его здоровье. Но почему-то учили его практически только точным клиническим картинам, строгим фактам и правильной анатомии, далее повторяя ее, но с патологиями, уже обнаруженными и тем, как тоже «правильно» лечить их. И здесь же он видит, как механизмы, что жутко увлекли его в силу знакомства с правильным человеком, точно также являются правильными, но постоянно ломаются. Постоянно выходят из строя и ты точно также должен знать, как ремонтировать их, перед этим собрав своими руками. Так почему также нельзя сделать и с людьми? Многим из них ведь можно помочь, применив правильные способы лечения или ухода, создать протезы, имплантировать механизмы, дополнить человека тем, что ему нужно, что и делают врачи для спасения пациентов. Но дело даже не в этой очевидной мысли — а зачем вообще позволять человеку начинать болеть, если можно изначально сделать его сильнее и выносливее за счет механизмов, что являются намного более вечными, чем сам человек? «Так называемые «люди» — это всего лишь очень сложные механизмы». Вот, что проповедовал с трибун оплота мудрости некий молодой человек. Если разобрать их на некие части, и эти самые части исправить, то свойства этих механизмов можно легко улучшить. Неважно, обладает ли человек Глазом Бога, неважно, каково его телосложение и владеет ли он искусством фехтования, «улучшенный человек» может обрести силы, выходящие за рамки здравого смысла…» — это стало началом конца. А далее поздние курсы учебы, экспедиции, проступки и наказания за них, при наличии отличных знаний и практически завершенного образования личные эксперименты с различными механизмами, громкие идеи о сверхчеловеке и… Пригрозили отчислением. Нет, он не делал ничего слишком плохого, вот только на счету юноши накопилось такое огромное количество нарушений, что их больше не могли прощать или закрывать глаза за замечательную учебу и участие во всех мероприятиях и конкурсах даршана. Его идеи и заявления, особенно последнее время, прямо называли ересью и также прямо просили прекратить нести чушь, ведь он позорит заведение, бравируя свою правоту на каждой сцене. И теперь, когда парня, гениального, чьи мысли и чувства растоптали, захватило чувство настоящей злости. Той, которую он не смог до конца выпустить в школе и во время драк, любить которые он перестал, потому что стал умнее. Он самостоятельно, без всяких разрешений и статуса, позволяющего исследования принялся назло всем рыться в культиваторах всех сортов — всех, до кого сможет добраться самостоятельно. Начал исследовать механизмы, использующиеся во всем регионе, что наполнен невероятным количеством пещер и подземных ходов. Когда ловили за руку и угрожали не боялся посреди залов Академии рассказывать глупым, ограниченным людям о том, что они слишком зациклены на своих правилах и не видят мир глубже поверхностно написанных на страницах книг инструкций. И его отчислили. А после одной шумной, людной ночи, в чьей темноте слышался лязг металла, никто из знающих Зандика в лицо больше не видел его ни-ког-да. Теперь ему нечего терять, как здорово. Он едва жизнь не потерял, так какой смысл бояться хоть чего-нибудь и мучать себя этими страхами? Зачем слушать кого-то, принимать чье-то мнение к сведению, следовать инструкциям? Он просто будет делать, что хочет, просто делать, не думая о последствиях. Попасть в больницу как низший медперсонал, при наличии справки об обучении, не было сложной задачей, тем более в пустыне не хватает врачей, как удобно. По эго ударило, но это не проблема, у Зандика много времени, чтобы восстановить свое душевное равновесие. Особенно удобно делать это, когда теперь насадить тебя на вилы, убив, не получится — мамочка постаралась, потрахавшись с отцом и являясь антропоморфом. Некоторое время назад, при попытке победить одного пернатого монстра, после опасной для жизни травмы активировался ген регенерации и подохнет Зандик не скоро, правда, теперь повредились нервы и вся спина в шрамах, да потом еще и пузо распороли, красота. Как мило, что всю жизнь его ограничивали из-за практически инвалидности, что была надумана и спустя года ее не стало, как и других болячек… Но ничего страшного, он обязательно справится. И, оказывается, выносить утки за смертельно больными пациентами очень полезно для мозга — начинаешь думать о том, как же можно победить такую страшную болезнь. Как сделать из умирающего ребенка то существо, что превзойдет свою судьбу и останется жить? Найти лечение. Сумеру, несомненно, очень интересный регион, в том числе и потому, что в нем реинкарнировал Архонт и проживало приличное количество сильных магических существ. Облазив пол региона Зандик убедился в этом и думая все о том же, — идеальных, без недостатков и огрех, сильнейших версиях людей, — пришел к выводам, что раз Архонтам для получения силы достаточно получить остатки сошедших то и обычным людям, если внедрить их, можно дать огромную силу. Откуда знает о таких тонкостях сотворения силы в Тейвате? Ирминсуль и акаша — отличные источники информации, если хорошенько порыться в них. Стало слегка сложнее, когда пациенты начали жаловаться на то, что некий медбрат предлагает отчаявшимся в хосписе новое, инновационное лечение, которое прошло испытания в лабораторных условиях. И жалоб этих скопилось немало, естественно, написаны они в ярости и родственниками, с описанием действий мошенника, давящего на то самое отчаяние этим лечением, после которого люди все также, как и должны при элеазаре, скоропостижно умирают. Вот только сам Зандик четко видит, как введение останков мертвых могущественных существ влияет на выздоровление пациентов, но вызывает жуткие последствия, которые нужно как-то купировать. Выработать стратегию к этому он не успевает, поскольку был уволен за мошенничество, как забавно, почти то же самое, что и еретичество — смысл один, все считают его идеи бредом. Очаровательно, мать вашу… Сорок четыре года, без образования, не женат, безработен и более того, бездомный. Никто и не собирается признавать его и даже считать умным — он просто сумасшедший, белая ворона в обществе, в котором все будто бы на своих местах. Знающий и понимающий больше, чем дозволено обычному человеку, действительно гениальный Зандик все также не достиг абсолютно ни-че-го. Но ничего страшного, он справится. «Даже когда учение его назвали «ересью», даже когда изгнали его навсегда из кругов жадных до знаний людей, тот молодой человек записывал свои чувства на полях собственных заметок: I. Гипотеза верна: стиль работы Академии не позволяет совершить прорыв в исследовании. II. Однако изгнание всё же сопряжено с убытками. Нужна подходящая среда для научных изысканий. И так, следуя за слухами о «ереси», первый Фатуи нашёл его… «Вас интересует только лишь «сверхчеловек»? Если ваша страна выделит мне достаточно ресурсов и предоставит достаточно времени, то я смогу даже создать вашего так называемого «Архонта». Вы спрашиваете, как?..» Посреди пустыни, там, где от горячего марева рябит в глазах, вопрошал он посланца из Снежной: Вы так же, как и те люди из Академии, назовёте меня «монстром», «сумасшедшим»? Вы так же, как люди из моих родных краёв, прогоните меня палками и вилами?.. Но… «Замечательно. В таком случае мы можем считаться коллегами». «Что касается вашего имени, предлагаю…» От удивления и от того, что данное ему имя было чересчур ироничным, молодой человек не удержался от смеха.» Что ж… Прибыв в Снежную теперь уже Доктором, Иль Дотторе, Зандик не поверил в то, что действительно может приступить к воплощению своих идей и попросить для выполнения задачи что угодно. Что он действительно подходит под описание «особенного» человека, такого же, как его новоиспеченные коллеги, что это не шутка, не обман или вовсе не его бредовый от сорокаградусной пустынной жары сон. Что он… Правда… Может просто взять и изучать все, что ему хочется, а главное условие возможности делать это — хоть как-то приносить пользу Фатуи, используя свой ум? Как-то это странно. Он, являясь самым младшим в коллективе, тем не менее, смог найти общий язык с другими предвестниками. Первый шок и самая настоящая истерика — двое из них рождены в Каэнри’ах, пережить этот факт Зандик был не в состоянии и прицепится к товарищам надолго. Следующее поражение настигло при виде самой настоящей богини — Куутар, которая в итоге оказалась, конечно, глупой, но жутко интересной. И, конечно же, Алая Ведьма, обучавшаяся в Академии Сумеру и после использовавшая разрушительную силу огня быстро стала подругой парня, интересной ему за счёт силы и образования. Карьера Иль Дотторе началась так сногсшибательно, что не поверить в его полезность и будущую важность для Фатуи стало просто невозможно — он создал глаза порчи. Да, естественно, это происходило долго — он огромное количество времени изучал алхимию, находясь под наставничеством предводителя организации, разбирался с действием останков Архонтов и других существ и гнозисом Царицы, только убедившись, что в нем заключена сила сошедшего. И по аналогии с ним, имея в наличии собственный глаз бога и, также, изучая его структуру, в гениальную голову пришла идея — можно просто создать такой же, как глаз бога артефакт, но поместив в него части мертвых божеств, а чтобы создать элементальную составляющую такой безделушки удобно использовать смесь эссенции элементальных слаймов и энергию, что скапливается в артериях земли. Ву-а-ля — артефакт работает как глаз бога, который можно выдавать солдатам, а последствия использования, что выяснились при экспериментальных использованиях, можно убрать с помощью тренировок этих самых солдат. Позже, теперь Второй Предвестник Фатуи, что получил свой номер за фантастическое открытие и оснащение передовым, доселе неизвестным оружием, воспользуется другими версиями порчи для того, чтобы и самому стать сильнее. А сразу после того, как произвел впечатление, Зандик решил, что пора заняться тем, что интересует именно его и не относится к «работе». Но все это, кажется, практически сухая история жизни одного из высокопоставленных чиновников одного из регионов Тейвата, коих в такой же трагичности сотни и тысячи, особенных людей в мире много, это просто сопливое описание ради соплей, верно? Есть ли в нем смысл, если мы не проникаемся человеком и не понимаем его? Того, почему о нем говорят, как о «монстре» или «сумасшедшем», почему он не прекращает верить в свои идеи, жить своей философией, кто вообще этот человек изнутри? Дети из гиперопекающих семей отличаются эмоциональной чувствительностью, лживостью и в сумме это можно описать, как манипулятивность. Постоянно приходится придумывать отмазки, вести себя максимально покладисто и удобно, скрывать многие аспекты жизни и для относительно комфортного существования потакать окружающим. И свободу Зандик нашел лишь в учебе и книжках — думать он может о чем угодно, в то время как делать многое запрещают. А ещё, в процессе панической заботы о «больном» сыне ему внушили комплекс собственной неполноценности, который очень удобно компенсировать умом, за который хвалят и уважают. Так он и рос, не особо общаясь со сверстниками, закрываясь в себе и книгах, постоянно чувствуя себя жалким и как бы бременем любимых ему людей. А те давили настолько, что он начал боятся, что родители просто ненавидят его за то, что родился и испортил им жизнь своими проблемами. Все простуды с осложнениями, частые недомогания, падения в обмороки и многое другое — ненависть к себе и этому миру за то, что ему досталась такая жизнь. Жутко скучная, почти безэмоциональная и постоянно закрытая будто в бетонную коробку. И в этой обстановке было легко вырастить нарцисса, врождённые нарушения в мозгу которого в будущем сделают его социопатом. Потому что с людьми он контактировал плохо, жалость он видел только к себе, что в его голове практически превратилось в оскорбление, эмпатии к людям и миру нет, чувство стыда с годами стало переходить в раздражение, а после и вовсе исчезло, потому что стало перманентным и привычным. Зандику стали безразличны чувства окружающих, потому что вечно обращать внимание на то, что его попрекают за мысли вслух невозможно, долгосрочных социальных связей он не создавал, находясь вечно себе на уме и имея в наличии требования родителей к тотальной аккуратности во всем. В подростковом возрасте появилась импульсивность и агрессивность, развившиеся в процессе пубертата, он ещё и гиперактивен при том, что активно вести себя ему было запрещено. Там же и началось отрицание правил и законов, что в итоге привело его к отчислению из академии — если бы он не нарушал регламент и моральные нормы ученого заведения, остался бы там, но парень считает иначе. Он не чувствует вины ни за что — эксперименты с автоматонами и попытки их программировать, незаконные экспедиции, использование людей в целях своих опытов, эксперименты над этими же людьми уже в больнице. Ему плевать. Даже на то, что рядом с ним погиб человек и возможно по его вине быстрее, чем могли умерли другие — такова их судьба. Ту девушку он бы не спас, не покалечившись и сам, дикие животные это не шутки, а больные элеазаром итак бы умерли, он чуть ли не облегчил их страдания, верно? Еще сильнее на его психику повлияли жестокие гонения и изгнание из собственного дома. Неверие в божий замысел и отрицание создания людей такими, какие они должны быть, попытки изменить их судьбу и создать сверхчеловека — серьезные в консервативной среде проступки. И самые больные люди, чьи мозги запудрили тупорылым правилами, которые якобы нельзя изменить и они правильные для каждого человека, высказали свою позицию настолько жестоко, что парень провел увлекательные недели в реанимации со вспоротым пузом. Интересный опыт — видеть, как из раны от бедра до бедра чуть не вываливаются органы, такое милое общественное явление, как самосуд дало ему отличное понимание реальности. Точнее того, что этот мир — полная несправедливости и идиотизма, незаслуженной жестокости помойка и менять его нужно самостоятельно, не думая, что все случится само. Сам не сделаешь — не сделает никто. Все будут точно также, из-за слухов и накала со стороны власти увлекаться стадным инстинктом, не разбираясь в правде. А правда у Зандика, как и у каждого человека, своя. Конечно, от психических травм, оказываемого на него давления и моральных страданий, изоляции от общества он начал постепенно сходить с ума. Самым натуральным образом — у него начались серьезные обсессии, мания преследования, он начал замечать во всем странные и несуществующие связи и смыслы. Развилась паранойя, ведь случайные события и фразы подозрительно двусмысленны, его преследуют одни и те же цифры, одни и те же слова или события, снятся одни и те же сны. И все это настолько циклично, нереально и подозрительно, что крыша капитально поехала. А пик этого «съезда» случился в тот момент, когда уже в Фатуи, после создания порчи об оружии прознали другие фракции снежной и не только. Естественно, выкрасть из резиденции еще не полностью сформировавшейся организации ученого было не особо сложно, правда к тому времени он активно готовился присвоить себе живую порчу и оказал серьезное сопротивление. Пытки, вспышка крио глаза бога, несколько мертвых тел и пара часов в полутьме посреди луж крови под ногами. Интересно видеть свое отражение в крови чужих людей, что только что применяли к себе насилие. И единственное, что в такой ситуации придумал мозг, в качестве защиты — полностью перекрыть юноше осознание происходящего, началась жутчайшая дереализация и деперсонализация, из-за которой после события он просто начал считать, что все это было страшным сном. Что в густой и комковатой жидкости он видел не себя, а свою копию, что его там не было, ему это просто померещилось и на самом деле ничего не было. Что все нормально, у него не переломаны пальцы с лицом, ведёт он себя нормально, нет тремора, состояний прострации, что он не дергается от любого движения со стороны и ему не снятся кошмары. Вот теперь Иль Дотторе ожесточился достаточно, чтобы не чувствовать грани нормы и стать тем, кем его всю жизнь выставляли. Монстром. После восстановления от одной травмы, он нанес себе другую — овладел живой порчей. Создал два ее вида, — элементальную и теневую, — и ранее проводя эксперименты с элеазаром понял, что, вообще-то, человек способен совладать с попаданием в организм останков богов, это может дать человеку такую силу, что поможет справиться с неизлечимой болезнью! А значит и он справится, еще и получит неимоверную силу, раз глаза порчи получаются даже сильнее, чем глаза бога. Провел процедуру и сошел с ума второй раз. Потому что порча — то, что не возьмёт взаймы, а заберет все сразу — это были такие мучения, при которых хочется самому себе кости переломать, все до последней, чтобы перекрыть одну боль другой. Физическая боль — адская, жгучая и мучительная до такой степени, что обезболивающее не помогает, ты чувствуешь такую слабость, что боишься смерти круглосуточно, а подпитывается такая тревожность моральными аспектами. Такая сильная энергия провоцирует появление кошмаров, которые ты видишь даже галлюцинациями наяву, в голове постоянно зреют жестокие и злобные мысли, агрессию невозможно сдерживать. Потому что останки божественных существ, разделенные по всем концам Тейвата мелкими кусками, оскверненные таким образом и направленные на причинение вреда, осквернены и тяготят к мести за это осквернение. Забирают физические силы владельцев, питаясь ими во имя этой мести, помутняют здравый рассудок, заставляя совершать грехи в отместку. Но и с этим Зандик справился. Потому что, как было заметно ещё в Сумеру, исключительно целеустремленен — первым, кого он сделает хотя бы подобием сверхчеловека, будет именно он. Сначала опыты на других людях, проверка метода, а после применение его к себе. Даже если это аморально, даже если недопустимо ужасно и порицается вплоть до закона, даже если его повесят на площади за то, что сделает — плевать. Цель оправдывает средства. Но после получения в свое пользование живой порчи Зандику пришлось поумерить свой пыл, он пока не в состоянии и дальше экспериментировать над собой. И тут оказалось, что его гиперфиксации — очень полезная штука. Не отходя от последней темы он принялся проводить исследования и с увяданием, естественно выбрал именно его, Сумеру ведь его родной дом, его интересы все еще крутятся вокруг тамошних интересностей. Старался лучше понять, что это такое и как справиться с напастью, что угнетает регион, а после решил попробовать создать из образцов природной болячки оружие. Оно, скорее, считалось бы биологическим, что, как бы, тоже аморально, таким образом можно устраивать геноциды и уничтожать всех неугодных… Именно поэтому, при озвучивании, Пьеро тактично попросил Доктора не заходить настолько далеко. Очень жаль. Потом начались эксперименты связанные с аранарами, что проходили безуспешно, ведь видят их, видимо, только дети, и они как-то связаны со сном, следовательно область интереса перешла в эту сферу. Зандик пытался повысить собственную продуктивность за счет различных изменений снов путем алхимии, поднять свои когнитивные способности. В это же время, раз уж дело связано с алхимией, Дотторе не постеснялся обратиться за помощью в обучении к Пьеро, тот ведь был придворным магом Каэнри’ах! Это ведь фантастика, он точно знает огромное количество информации, как ее можно не знать живя в самой развитой стране Тейвата, погибшей от этих же знаний! И тот помог, поскольку отлично видел потенциал юноши. Его, на самом деле, видели все — его идеи действительно обгоняли время, он не боялся ошибаться, не переживал о последствиях, тут же ликвидировал их и на самом деле был придирчив к правилам, хоть и отрицал огромную их часть. Правила у него, правда, были свои и связаны исключительно с его увлечениями, например — работа в лаборатории, что постепенно строилась в выделенном ему крыле резиденции, исключительно по санитарным и строительным нормам, все максимально технологично и, что важно, удобно. Все должно быть сделано по инструкциям, четко, все материалы для подготовки идеально вычитаны и рекомендации соблюдены, желательно учить наизусть. Все максимально эффективно, без задержек, отмазок, ему не должны мешать и тревожить его, информация только ёмкая и четкая. При его поведении, когда наблюдаешь за Зандиком, вообще кажется, что ничего не складывается — он жутко активный и хаотичный, в голову постоянно бьет молния и подкидывает новые мысли и тысячи решений, но в серьезности своих намерений он полностью организован. Организован, но импульсивен, из-за чего начинаются проблемы. И иногда взрывы. Иль Дотторе, чье второе имя — наглость, также пристал и к Капитано, как только его порывистые интересы подошли к реальному оружию, а не только магии. Через время он научился пользоваться, чем бы, подумайте? Двуручным мечом, естественно, это компенсация своего комплекса слабого и немощного, который якобы не справится с крупным оружием. А Капитано в силу своей доброты и великодушия не мог отказать — перед ним буквально ребенок с горящими глазами, готовый учиться и стараться, как здесь можно отказать и не научить его обращению с мечом? Тем более схватывает он на лету, что неудивительно — теорию прочитал и подучил ещё до того, как обратился, что несомненно приятно для учителя. Таким образом с годами Зандик мутировал в свою новую версию — теперь это молодой человек, в силу компенсаций своих моральных травм вычурно и ярко одетый, с маской на две трети лица, поскольку, конечно же, отрицает свое прошлое и то, что его считали сумасшедшим и, следовательно, глупым. Теперь это Второй Предвестник Фатуи, главный учёный и чуть меньше медик, чья репутация, конечно, оставляет желать лучшего. Смешно, что безумцем его считать не перестали, но теперь в это понятие вложен друг смысл — не ужасный еретик, которого нужно наказать и запретить выражать свои мысли, которого ненавидят, а… Странненький, специфичный парень, а гении вообще все по своему безумны, значит его особенности поведения можно опустить. Или просто перетерпеть. Ах да, особенности поведения — из-за цикла жизни Зандика, процессы в его организме текут не также, как у, например, его коллег. В его нынешние шестьдесят с копейками он выглядит на плюс минус двадцать-двадцать пять лет, да и чувствует себя также, поскольку в организме выделяются соответствующие гормоны и микроэлементы. Как он сам, проведя расследование, выяснил — поскольку его мать была антропоморфным существом, а отец человеком, в его организме произошли мутации, из-за которых цикл человеческой и нечеловеческой жизней наложились друг на друга. Когда регенерация активировалась ему было как раз двадцать три года, с того момента он слабо изменился физически, а также на теле застыли шрамы, полученные до ее проявления, вывод — стареет он примерно в десять, если не больше раз, медленнее, чем среднестатистический человек. Это не значит, что его обходят моральные кризисы и что обойдет кризис долголетия, какой происходит у многих существ, ведь мозг человека предполагает этапы взросления. Которые, особенно в обществе, ты видишь и находясь в коллективе проживаешь, а около тебя ещё и начинают поколениями умирать люди, с которыми ты пережил многое… Но это начнет происходить позже, сейчас жизнь продолжается, даже если технически парню можно спокойно идти на пенсию по возрасту, живя в обществе таких же долгоживущих существ он не особо переживает об этом. Поскольку Иль Дотторе успел укрепиться в организации и на своем месте, Пьеро смог поручить ему одно из крайне важных заданий в Инадзуме, на которое тот практически с радостью согласился — там, вообще-то, тоже много интересного, в том числе останки различных интересных и могущественных монстров, можно будет пустить в оборот. События в Татарасуне это отдельная тема, поскольку примерно в этот момент жизни Зандик впервые настолько четко осознал, что может прямо вредить людям. Не своими экспериментами, не своими творениями, что является издержками использования оружия, а напрямую. Потому что это полезно или… Ему интересно это сделать. Как мило, около производства, на которое, применив алхимию и под псевдонимом проник Доктор, оказался… Просто мальчик, которого нашли на пляже и по доброте душевной привели жить и работать на благо острова… Который ни читать, ни писать, ни даже расчесываться нормально не умел. В возрасте, на глаз, лет шестнадцати. А также некоторые практически центральные лица производства относились к Кабукимоно особым, бережным и излишне дружелюбным образом… Зандик не устоял — в то время, как мальчик, как и остальные спали провел некоторые манипуляции, благодаря которым чуть в обморок не упал на месте — он не живое существо. После этого началась всем известная череда событий с аварией на Татарасуне из-за использования костного мозга, инцидент с черным газом, ликвидация Нива Хисахидэ, попытки Кабукимоно обезвредить печь… И очередной шок от того, что он вообще выжил после этого — Эшер многое сделал для того, чтобы мальчик потерял все, что у него было. Наставника, друзей, город, в котором его приняли и веру в этот мир. Поскольку когда тот, на кого ты равнялся и кто принял тебя несмотря на искусственную природу преподносит такой гнусный подарок, как чужое сердце, чтобы загладить вину за предательство — душа рвется на части. А чужая в это время ликует от предвкушения — Иль Дотторе, только оказавшись в Снежной, крутился около Пьеро как бешеной, чтобы он срочно направился в царство вечности и привел в Фатуи настолько ценный кадр. Он успел найти ещё и золотое перо, указывающее на происхождение милого ребенка, поэтому одного только аргумента что это детище электро Архонта хватило, чтобы принять решение завербовать и несчастного парня. А у Дотторе в это время ни капли чувства вины или страха за то, что его личность раскроют при встрече — да он убьется, если не сможет поизучать такое!!! До этого он работал только с мертвыми богами, и то, их силу тяжело контролировать, а что будет, если развить способности этой куклы Архонта, буквально ее ребенка?! Все, у Зандика снова потек чердак — новая волна исследовательского интереса окатила с головой, он не успокоится, пока не промоет главнокомандующему мозги тем, что тот просто обязан притащить в Фатуи эту прелесть.

***

Фатуи — все еще не до конца сформировавшаяся организация, что активно ищет новых людей в свои ряды. В данный момент во главе Фатуи находится шесть человек — Пьеро, Капитано, Иль Дотторе, Коломбина, Пульченелла и Синьора, они все заслужили свои титулы Предвестников и являются доверенными лицами Царицы. На испытательных сроках или в процессе получения званий находится еще некоторое количество людей, а также их активно разыскивают по всему Тейвату, чтобы завербовать самые выдающиеся личности в свою фракцию. В данный момент, в полном составе проводится так называемое совещание предвестников, во время которого они все могут поделиться своими мыслями, идеями или внести инициативы. А также высказаться с докладами о своей деятельности, чтобы коллеги были в курсе ситуации, правда… Это больше похоже на непринужденную беседу коллег за чаем, в которой, кстати, могла бы участвовать и Архонт, но в этот раз Царице не удалось присутствовать. К счастью, потому что кое-кто как обычно выделился. Зандик, как совершенно нормальный человек, не мог не закуситься со своей подружкой прямо посреди собрания, между ними завязался спор на тему элементальной магии и частично алхимии. — Дотторе, ты можешь заткнуться, если не разбираешься в теме?! — Синьора начинает капитально злиться, поскольку в свое время обучалась на даршане спантамад и именно там овладела пиро магией. — Управлять двумя сразу глазами бога возможно, такие случаи были зафиксированы, почитай статьи, прежде чем орать на меня! — Не управлять одновременно, а просто создавать вспышки, ты тупая?! Управлять двумя сразу силами можно только с двумя разными по механике артефактами или если есть врождённая сила плюс ещё что-то! — Доктора не тревожит наличие в зале еще четырех человек, не особо располагающее к использованию грубых выражений. — И то! Нужно будет элементальное зелье пить, чтобы хоть что-то получилось! — доказывает чуть ли не с пеной у рта. — Да какое тебе зелье, ты в алхимии не разбираешься, как и в магии в целом, вообще молчал бы, не позорился, — недовольно садится ровно и отворачивается от коллеги, чтобы дальше не слушать его. — Ты понимаешь, кого этим оскорбила, дура? — мигает взглядом на Пьеро, который, вообще-то, и учил его перечисленным направлениям, точнее дал первичную базу. Тот совершенно спокойно пьет чай, игнорируя дурь подопечных. — Сам ты дура, меня или тебя с Академии выперли? — ухмыляется, смотрит на Зандика и глупо усмехается, видя ожидаемую реакцию. — Заткнись, овца, это произошло не из-за учебы! — истерично выкрикивает, после чего Субретка, сидящая с другого бока от него, прикрывает уши. — Тише, ребята, успокойтесь, — всё-таки встрял главнокомандующий, поскольку ему, в отличии от все тех же некоторых, неловко присутствовать при криках. — У нас есть более важные темы для обсуждения. Да, Доктор? — давно знает всех присутствующих, а потому знает, как общаться с ними, например с Дотторе — отвлечь на другую тему, это максимально легко сделать. — Что? — поворачивает голову на Пьеро, пока Розалина хихикает над чужой вспыльчивостью. — Ты так и не рассказал товарищам о том, что узнал в Инадзуме, — намекает на то, о чем ему все уши прожужжали по приезде из командировки. Зандик тут же загорается, но сдерживается, повернувшись на Восьмую. — Ну, я могу рассказать, если никто не будет перебивать меня, — смотрит на подружку, пока та цокает и отводит взгляд в сторону, как бы показывая, что все, молчит. И Дотторе прорывает. — Короче! — это значит, что болтать он будет долго. — Во-первых, операция проведена успешно, печь выведена из строя, — это все, что он хочет сказать про задание от Фатуи. — Во-вторых, на острове Ясиори я нашел огромное количество полезных для создания глаз порчи составляющих и буду подавать документы на поездку в экспедицию, чтобы исследовать местность еще более тщательно, а когда мы наладим коммуникации с Инадзумой нужно будет придумать, как изъять с острова нужные компоненты, таким образом можно будет беспрепятственно обучить и снарядить еще больше элитных солдат! — очень доволен собой, тараторит, пока говорит и к словам активно жестикулирует. — И в-третьих, я сейчас сознание потеряю, — хихикает после слов, становится неловко от того, что он не сдерживает эмоции и иногда говорит писклявым и визгливым тоном. — Я нашел там искусственно созданную куклу Вельзевул, у него в вещах было золотое перо сёгуна и при проверке магией он не показал признаков живого существа, нам срочно нужно привезти его сюда, потому что если его создала Вельзевул, то скорее всего по своему подобию, а значит у него есть огромный потенциал стать суперским оружием и ее копией, возможно, даже более сильной! — и коллеги оказались действительно удивлены, что Док видит по лицам. — Я не мог сам завлечь его по понятным причинам, надо кого-то слать, пока он никуда не делся и находится в подавленном состоянии, — говорит еще быстрее, поскольку пошел активный мыслительный процесс, дышать почти не успевает и слегка проглатывает некоторые звуки в словах, очень вдохновляется, поэтому разговаривает так, чувствует эйфорию. — Там произошла катастрофа и много кто умер, а он долгое время жил там, как я узнал, поэтому пока он в трауре надо тащить его сюда и предлагать все выгодные для него условия, он точно будет полезен, сто процентов! — своими словами обращается к Пьеро, поскольку такие решения принимает именно он. И умолчал, что самостоятельно убил одного из самых близких Кабукимоно людей, чтобы создать ему почву для того самого траура. — Мы же можем проголосовать об этом сейчас? — снова завелся Дотторе, но его прервали. — Разве возможно так просто найти человека и пригласить, если вокруг него сложились подобные обстоятельства? — начинает Капитано, как стратег, сразу анализируя ситуацию. — Тем более сейчас, когда нас могут начать подозревать в диверсии, действовать нельзя, — даже если предвестник работал под прикрытием, это не значит, что при первом же появлении в регионе его будет невозможно приплести к ситуации. — Я тоже говорил об этом, — вздыхает Пьеро. — И это не единственная проблема. Если найти его сейчас, мы рискуем тем, что он обратится к создательнице и расскажет о том, что сразу после трагедии ему предлагают предать своего Архонта, — логичные рассуждения прерываются истерикой, которая, вообще-то, не прекратилась. — Да она его выкинула в какое-то промышленное село, значит он ей не нужен, куда он пойдет?! — его снова перебивают, потому что иначе Зандика не заткнуть. — На мой взгляд наиболее подходящим решением вопроса будет, для начала, организовать слежку, — Пьеро обращается к Капитано, поскольку тот лучше разбирается в подобных операциях и может проконсультировать. — Вы правы, — кивает Первый, продолжая обсуждение, пока Иль Дотторе с тяжелым и полным разочарования вздохом понимает, что никто не хочет слушать его аргументы и получит найденную интересность он, похоже, не скоро.