"Пожалуйста..."

5 ГЛАВА ТРИ С ПОЛОВИНОЙ ГОДА НАЗАД — За м...мной? — Тэхён запинается и не может и звука больше произнести в слух, выдох застрял где-то в районе кадыка, что слишком очевидно сейчас дёрнулся в волнении. — Да, за тобой! — Чонгук внимательно проследил за тем, как парнишка с трудом сглатывает. — Хочу пригласить тебя на свидание! — и подмигивает. — На сви...свидание? — снова заминка, карие глазища округляются максимально, словно парень видит перед собой не Чона, а как минимум НЛО. — Да, я пришёл тебя забрать отсюда! — Чон широко улыбается, ощущая тёплую негу в груди, парень слишком очевидно стесняется, а значит, Чон не ошибся — он нравится. — Заб...рать? — моргает медленно, рот от удивления приоткрывается и снова розовый язычок пробегается по пухлым губам. — Это, конечно, офигеть какая забавная игра! Ты так и будешь всё за мной повторять? — Чонгук не сдерживается и уже посмеивается в голос, потешаясь над этим очаровательным малышом. А после не выдерживает и делает пару широких шагов и подходит ближе, когда замечает, как подрагивают в смятении пальцы мальчишки. — Поверь, я тоже очень волнуюсь сейчас, — протягивает свои холодные ладони, которые ещё не успели согреться после мороза и легонько касается тонких запястий парня, — но не прийти просто не мог, боялся, что если не застану тебя и не успею познакомиться, то больше никогда тебя не увижу, малыш. — Тэхён. — тихонечко представляется, краснея щёками, отзываясь на милое прозвище. И снова Чон убеждается, что не прогадал, его симпатия точно взаимна. — Чонгук. — наклоняется чуть ближе, приближаясь к запредельно красивому лицу и морщит нос, расплываясь в широкой улыбке. — Сегодня Рождество и мне бы очень хотелось провести его с таким чудом, как ты. И прости, если напираю, но ты мне так сильно понравился, что я плохо сейчас соображаю. Если пугаю тебя, то извини, ладно? — Я… Я солгу… если скажу, что не рад. Просто это всё так… неожиданно. И мягкие, нежные губы дрогнули, искренняя, открытая улыбка во весь рот и прищуренные карие, что блестят сейчас ярче, чем зимнее, полуденное солнышко. — Согласен, я сам от себя подобного не ожидал. Но ты слишком очарователен! — Чон улыбается в ответ доброй, ласковой улыбкой, чтобы не спугнуть своим напором. — Давай съездим куда-нибудь, перекусим? Что скажешь? Тэхён молча кивает, потому что где-то в горле застрял комочек нервозности от этого мощного волнения и он не в силах вымолвить и слова, смотрит в чёрные омуты напротив и всё, чем занята сейчас его голова, это старанием вспомнить, как дышать. Чонгук убирает пальцы с запястья, что он удерживал и пропускает парнишку, чтобы тот надел верхнюю одежду и с умилением наблюдает, как на пушистые каштановые кудри натягивается та самая смешная шапка с бубоном, на стройное тело дутый синий пуховик и растекается лужицей, когда на мандражирующие от взволнованного тремора ладони надеваются мохнатые варежки. — Вызовем такси и поедем в мой любимый ресторанчик. Любишь морепродукты? — Чонгук воодушевлён настолько, что боится не сдержаться, ему до жути хочется прикоснуться к этим розовым, пухлым губам. Тэхён снова кивает и немного смелеет, наблюдая искрящийся восторг в чёрных глазах, понимая, что такая бурная реакция мужчины именно из-за него, сердце стучит, как заведённое, от счастья хочется мурлыкать. Вечер и половина ночи в небольшом ресторанчике проходят незаметно, их плохо скрываемое смущение, обоюдная симпатия, яркая восторженность от общения друг с другом — всё это закрутило в ошеломляющий по своей мощности водоворот взаимных чувств, которые оба даже не хотят скрывать. Обсуждалось всё на свете, они, словно, в ускоренном режиме знакомятся и рассказывают от себе, ни секунды на неловкое молчание, его просто нет в их общении. Тэхён интенсивно жестикулирует и рассказывает о своей учёбе в Академии Искусств, подробно описывая весь свой живой интерес к живописи, скульптуре и глиняной лепке в отдельности, розовея щеками от смущения, когда показывает фото своих первых картинных работ в телефонной галерее. Тут же перескакивает с темы, уже делясь смешными историями про друзей. Чонгук заворожённо смотрит и слушает, не моргая, а уже после повествует историю о своей жизни, как учился на Архитектурно-строительном факультете, как обожает проектировать здания и напрямую участвовать в построении новых сооружений, ещё пока находясь в должности менеджера, но обещает, что обязательно станет старшим в строительном отделе их офиса и тогда сможет купить мечту всей своей жизни — большой внедорожник, и обязательно будет возить непутевого малыша на учёбу, чтобы он не убился в своих захудаленьких кроссовках. Они смеются на весь ресторан, когда вспоминают момент их столкновения и Тэхён смущённо опускает глаза, что невероятно сексуально прикрываются длинными ресницами, когда Чонгук интимно приглушая голос заявил, что это не иначе, как судьба. Около трёх часов ночи, когда посетителей в ресторане уже почти не осталось, парни вышли на крыльцо, разомлевшие вкусным ужином и присутствием друг друга. Мягкий, пушистый снегопад обрушился на их головы, запорошив чёрные смоляные вихри, что так же без головного убора и вязаную шапку с бубоном. Глаза смотрят неотрывно в глаза напротив, в них сверкают искры взаимности, дыхание сбивается, когда совершенно очевидно понимают, что хотят одного и того же. Чонгук встаёт вплотную и нежно, не напирая, обнимает за талию парнишку, прижимая к себе вплотную, который смотрит на него сейчас поплывшим взглядом. А ведь они вообще не пили алкоголь. — Тэхён, я уже не смогу тебя от себя отпустить, это невозможно, моё сердце сходит с ума рядом с тобой и со мной подобное впервые. Я влюблён в тебя просто по уши. Пожалуйста, будь моим парнем. Тэхён улыбается широко и счастливо, в его глазах-магнитах круговорот мощнейших эмоций, они сияют, как звёздное небо и он молча кивает, дыхание так стремительно перехватило, сердце ухнуло сначало в пятки, а после подлетело к горлу. И снова кивает, ещё активнее и когда понимает, что невероятный, сногсшибательно шикарный мужчина теперь «его парень» и медленно, словно хищник, наклоняется сейчас к его лицу, прикрывает в одобрении веки, нетерпеливо ожидая первого поцелуя, о котором мечтал и боялся себе признаться весь вечер. Поцелуй нежный, как пёрышко, лишь несколько первых секунд, но уже после от напора и горячности двоих сначала слетает та самая шапка с бубоном, а у второго выпадает из рук телефон. Они жадно обнимаются и языки встречаются, сталкиваются, касаются ежесекундно и нет никаких сил оторваться друг от друга. Рождество связало их судьбы, их души, их сердца навечно и хочется большего, им теперь всегда будет хотеться большего.

*****

После Рождества Чонгук прибежал к Тэхёну на следующий же день в обеденный перерыв с огромной коробкой. Его улыбка озаряла всё маленькое пространство холостяцкой комнатушки и, казалось, он готов прыгать от восторга в ожидании, пока Ким придёт в себя от столь неожиданного визита и, наконец, распакует свой подарок. Тэхён ошалело уставился на «своего парня» и милый носик сморщился от переизбытка чувств — в уже открытой коробке лежали зимние, очень тёплые, коричневые тимберленды на шнуровке и толстой подошве, которые предназначены для зимы и они уж точно скользить не будут. В этот раз Тэхён целовал Чонгука сам, сначала часто моргал, приходя в себя, обалдев от такого внимания и заботы, а после накинулся с объятиями, позабыв про всё стеснение. Целовались, как сумасшедшие, задыхаясь от нехватки воздуха, но не отрывались друг от друга ни на минуту. И лишь в коротких промежутках, когда всё же приходилось жадно хватать воздух, Ким благоговейно шептал: — Спасибо...Спасибо...Спасибо... Парни старались видеться, как можно чаще, не смотря на подготовку к учёбе Тэхёна и работу Чона. Их отношения развивались быстро и они врастали друг в друга стремительно и глубоко. Уже невозможно было представить, что совсем недавно они были даже не знакомы. Встречи в кафе, в парке, в кино, вечерами часто встречались у Тэхёна, потому что его квартирка находилась в шаговой доступности от нужного хагвона и работы Чона. Совместные компьютерные игры, где Тэхён выигрывал лишь тогда, когда его мужчина ему незаметно поддавался, а после просмотры любимых триллеров с поеданием чего-нибудь вкусненького, что Ким готовил в ожидании Чонгука. Их постоянная, неугомонная болтовня, порой перебивали друг друга, если тема оказывалась слишком интересной и спорной. Но чтобы не происходило вокруг, где бы они не находились, чем бы не занимались, губы всегда находили губы напротив и поцелуи становились всё горячее и горячее, но парни не спешили. На день влюблённых Чонгук пригласил Тэхёна уже к себе в гости в свою двухкомнатную квартиру, где его встречал красиво сервированный стол, угощения и огромная охапка цветов, в которой лежала маленькая открытка с изображением двух сцепленных ладоней и Тэхён бегло пробежался глазами по тексту, написанному размашистым почерком и замер, медленно поднимая глаза на Чона. Его мужчина стоял напротив и молча ждал. «Я люблю тебя, малыш! Давай жить вместе!» И куча нарисованных от руки сердечек… Ресницы Тэхёна увлажнились и он прошептал тихое, проникновенное в ответ: — Я люблю тебя тоже, Гука… В ту ночь они окончательно лишились рассудка от нежности, страсти, их поглотила крепкая и взаимная любовь. Чонгук был у своего малыша первым и стоны наслаждения разносились, казалось, по всей округе. Ким и не знал, что заниматься любовью так прекрасно. Его любимый мужчина, что захватил его сердце с первой секунды в их первую встречу, оказался внимательным, терпеливым, до трепета ласковым, пока помогал постигать Тэхёну азы секса, касался везде и всюду, но с таким обожанием, что Ким только от этого терял голову, выгибаясь в крепких руках, извиваясь он наслаждения, сам тянулся за поцелуями и цеплялся за плечи любимого, вжимая его в себя. Как только Чонгук почувствовал, что его малыш уже готов, перевоплотился в горячего мачо и свёл с ума мальчишку, доводя до бешеного исступления. Их первый раз впечатал их друг в друга, жгутом стянул, сердца бились в унисон, заходясь в удвоенном ритме. Обоюдный, одновременный экстаз поглотил и закрутил в вихрь блаженства. Тэхён не смог тогда сдержать слёз, настолько было хорошо, всё тело било крупной дрожью, когда он прижимался к Чонгуку, а губы шептали без остановки: — Люблю тебя, люблю… Чон отвечал на ухо, ласково покусывая тонкую мочку: — Мой! Навсегда… Последующие пару дней даже на улицу не выходили, устроив себе выходные и постельный режим. Оба светились счастьем и расстаться даже на пару дней всегда было огромным стрессом и к концу февраля Тэхён уже окончательно перебрался к Чону, забрав все свои вещи из съёмной квартиры. Дни шли за днями, недели за неделями и уже весной состоялось весёлое знакомство с друзьями, где лучший друг Чона Сокджин заставлял всех давиться смехом от хохота, без остановки рассказывая смешные истории про их детство и студенчество и сам заходился в таком оглушающем гоготе, что вся толпа к концу вечера уже икала. Уморительных историй про Чона было так много, что не укладывалось в голове, как этот серьёзный менеджер мог быть таким оторвой в юности. Тэхён смеялся до слёз, чем сводил с ума влюблённое в него сердце Чонгука. И друзья с умилением наблюдали тот трепет, ту нежность, ту трогательную привязанность, что парочка проявляли друг к другу. Их любовь витала в воздухе, как облако, обволакивая всех вокруг эйфорией счастья. Хосок и Чимин не могли отвести глаз от этих двоих, заворожённо наблюдая, как они смотрят друг на друга, неосознанно копируют движения и перенимают повадки, перехватывают мысли, когда один не закончил фразу, за ним тут же продолжает другой. Не оставалось ни капли сомнений, эти двое теперь всю жизнь будут вместе, такая любовь не проходит, а лишь укрепляется годами. Волнительное знакомство с родителями состоялось уже ближе к лету, оба тогда впервые признавались своим близким в своей ориентации. Сначала поехали к родителям Чонгука в Пусан, а ещё через месяц к родителям Тэхёна в Тэгу. И обе семьи приняли, одобрили, наблюдая, как искренне счастливы их дети, как нуждаются в этой взаимной любви. Они не просто любят, они дышат друг другом.

*****

*1 сентября 2022* — Гука, закрой глаза и не подсматривай, я долго выбирал, голову сломал, что же тебе подарить, но уверен, тебе понравится. — низкий голос Тэхёна съезжает на шелестящие полутона, когда он сначала целует пушистую, любимую смоляную макушку, подходя к Чону со спины, а после медленно затягивает повязку, что закрывает его любопытные чёрные омуты. Усаживается на любимые, крепкие накаченные бёдра и слегка покачивает своими, дразня. — Я сейчас, пожалуй, сначала тебя распакую, как часть подарка, ммм? Как на это смотришь? Уж слишком ты говоряще ко мне прижимаешься, малыш. — Чон посмеивается, но дыхание уже учащается, тяжелеет, потому что такая близость с его мальчиком каждый раз выносит мозг и сердце, хочется немедленно сжать в объятиях и затискать. Тэхён хихикает себе под нос, но не поддаётся на провокацию, аккуратно водружая на татуированное запястье свой подарок, торопится, чувствуя, как его парень заводится, сидя под ним. — Это что, часы, да? Дай посмотреть, Тэ… — Ну Гука, подожди, я ещё не закончил. — Ким ускоряется, щёлкая замком и на своём запястье. — Вот теперь можешь смотреть. Стягивает повязку, восторженно наблюдая за распахнутыми обсидианами, они сейчас блестят, словно бриллианты при искусственном освещении. — Вау… Тэ… — Чонгук затихает, восхищённо рассматривая часы на своей руке и переводит взгляд на тонкую кисть своего малыша, что тянет её к лицу Чона, чтобы тому лучше было видно. — Парные часы Tissot, всё лето на них копил со студенческих, скажи классно, да? — Тэхён не в силах сидеть спокойно, то и дело покачивает бёдрами, наблюдая, какой эффект произвёл своим подарком. — Тэ, это самый лучший подарок, который мне вообще когда-либо дарили, это невероятно круто, мне очень нравится. — и целует, впиваясь в губы, жадно сминая сначала верхнюю, после уже покусывает нижнюю и мычит, когда слышит тихий, хриплый стон малыша. — Хотя нет, самый лучший подарок в моей жизни — это ты, чудо моё. Спасибо, родной, спасибо, что любишь меня. Серебрянные браслеты часов постукивали всю ночь, соприкасаясь, когда парни любили друг друга, сплетаясь конечностями и прижимаясь телами.

*****

*30 декабря 2023* — Малыш, ты дома? — голос Чонгука такой громкий, кажется, возьми он хоть на одну ноту выше, на потолке полопаются светодиоды. Тэхён вылетает из кухни, как ошпаренный, и несётся в коридор, вытирая по дороге ладони полотенцем. — Что случилось? Ты чего кричишь? Чонгук стоит в коридоре и с томлёной нежностью рассматривает своего малыша в кухарском фартуке и густой, лохматой копной на голове, подвязанной шёлковым платком. И дыхание спирает от мощной волны умиления, когда родная моська смотрит взволнованно, карие максимально распахнуты в беспокойстве, а по всей квартире разносятся божественные ароматы праздничного ужина. — Хозяюшка моя, я хочу подарить тебе подарок прямо сейчас, — переминается с ноги на ногу и выдаёт всю зашкаленную степень своего нетерпения, — но нам нужно спуститься на улицу. Накинь пуховик. — Гука, напугал, блин, я уж думал, что-то случилось! — Ким часто дышит и моргает через раз. — Ты что, хочешь подарить мне снеговика? Родная, шкодная улыбка озаряет лицо и Чон широко улыбается в ответ, в немом обожании морща нос. — Ну до чего же сильно я люблю твою улыбку, Тэ… — чмокает в губы и хватает за руку. — Хватай пуховик и пошли, нам срочно надо вниз! И Тэхён, как рыба, выброшенная на берег, открывает и закрывает рот, уставившись на новенькую серебристую Infiniti, на крыше которой от сильного ветра болтается ярко-красный бант. — С днём рождения, малыш! Трепет в голосе пускает мурашки по коже Тэхёна, а в голове вереницей бегут вопросы от шока. — Это… Это м… мне? Машина? Мне? — запинается на каждом слове, а сам уже шмыгает носом, ошалело уставившись на своего парня. — Гука, но это же безумно дорого! — Безумно дорого моему сердцу — это ты, родной. А всё остальное для меня неважно! Ещё раз с днём рождения, Тэ! И сильный ветер, и крепкий мороз в минус пятнадцать, и распахнутый пуховик не мешают Тэхёну гореть сейчас в объятиях своего самого замечательного и заботливого мужчины.

*****

*14 февраля 2025* — Малыш, пусть мы не сможем сделать это официально, но всё же, стань моим мужем хотя бы вот так, словесно! А? Хочу, чтобы все видели, что ты занят и только мой! Чонгук стоит на одном колене, вытягивая вперёд руки, что слегка подрагивают сейчас в ошеломительном волнении, крепко сжимая в руках белого цвета бархатную коробочку, в которой сверкают два обручальных кольца из белого золота. — Скажи «Да», пожалуйста! — шепчет и моргает часто, улыбается, чтобы скрыть свой усиливающийся с каждой секундой мандраж. Тэхён не может и не хочет сдерживаться, слёзы хлынули из глаз одним сплошным потоком, мгновенно разъедая гладкую кожу, отчего маленькие, красные пятнышки появляются на щеках от нахлынувшего смятения. Сердце трепыхается в груди, как бешеное, словно сорвалось с цепи и бьётся под рёбрами, голова закружилась от бури эмоций. Счастье накрыло с головой и всё, что он может, это только кивать без остановки, наблюдая, как Чонгук встаёт с колена и медленно, очень нежно надевает кольцо сначала на безымянный палец Тэхёну, а второе протягивает ему и тихонько шепчет: — Я люблю тебя, мой муж! — смакует это новое для них слово и сам промаргивается, не в силах оставаться спокойным, наблюдая, как дрожит подбородок его малыша, а губы приоткрываются, жадно хватая воздух. Тэхён усердно натягивает кольцо на палец, жмурится, стряхивая с ресниц новую партию счастливых слёз. — Я люблю тебя тоже, Гука! И поднимает глаза, карамель сейчас потемнела, словно сахар подожгли на костре, смотрит проникновенно и больше не может говорить. Лишь просит тихим хрипом одно единственное: — Пожалуйста, люби меня, Гука… Сейчас же… И Чонгук любит. Как всегда. Горячо, ярко, неистово. До звёзд перед глазами. Любит так же, как и Тэхён. Все сильнее и сильнее с каждым днём.