Язык, которым мир не говорит

Время протекало плавно и неостановимо, как река; один день растворялся в другом, и вот уже позади почти целая неделя. После совместной посиделки на студии ребята утонули в болоте собственных дел. У каждого появились свои проблемы: Коля писал какому-то парню демки, пропадая на студии с утра до ночи, а иногда оставался там на ночь, засыпая за рабочим столом. Илья погряз в ремонте своей новой съемной квартиры, а Даня старательно помогал другу, параллельно уча материал для университета. С каждым днем Данила все сильнее начинал задумываться о какой-нибудь подработке, но пока не мог найти подходящую. Последняя беззаботная суббота, в которой летний хор цикад сменился тихим шепотом, осталась позади. Теперь главный звук — это шуршание листвы под ногами, прощальное пение птиц, собирающихся в стаи, и терпкое молчание по вечерам. Осень врывается не слякотью, а хрустящим ветерком, который рвет с деревьев первые желтые листья и гонит их по асфальту, словно запуская новый виток жизни. Проснувшись ближе к обеду, Даня направился в ванную, предварительно взглянув в окно, которое до сих пор не было завешено шторами. Он обязательно их купит, но пока не до них. Спустя минут тридцать Данила устроился на мягком кухонном стуле, закинув на него одну ногу, в ожидании, когда чай наконец остынет. Голубоглазый только хотел зайти в Telegram, чтобы ответить на ночные сообщения Ильи, но телефон резко завибрировал в руках. Он ответил на звонок от друга и поставил телефон на громкую связь, а сам встал, чтобы взять с полки конфетницу. — Да? — слегка приподнимаясь на носочках, чтобы достать несчастные конфеты, сказал парень. — Дань, привет, занят? — послышался хрипловатый голос Ильи по ту сторону. — Да нет, а что? — наконец подцепив кончиками пальцев стеклянную вазочку, спросил рыжий. — Тебя слышно плохо, как будто в банке сидишь, — недовольно буркнул Коряков. — Да я конфеты доставал, говори, что хотел, — наконец взяв телефон в руки, сказал Кашин. — Тут, короче, от Коли предложение поступило, — весело проговорил Илья. — Какое? — развертывая фантик от шоколадной конфеты, спросил голубоглазый. — В клуб сегодня идем. В восемь заедем за тобой, — словно предвкушая все веселье, лепетал брюнет. — Это конечно классно, но я если сильно напьюсь сегодня, то до понедельника точно не оклемаюсь. — Да брось, когда мы еще так посидим? Тем более Коля сказал, этот клуб в тройке самых крутых в Питере, — воодушевленно говорил Коряков. — Ладно. Но я все равно пить мало буду. — Щас! Это мы еще на месте обсудим, — тихо пробормотал брюнет. — Ладно, Дань, я пойду в магазин схожу, будь на связи, если что. — Давай, — делая последний глоток чая, ответил голубоглазый и отложил телефон в сторону. До восьми еще было очень много времени, поэтому парень решил поучить какие-нибудь задачки по физике, а после начать проходить новую игру на компьютере, которую ему посоветовал Коля, когда они сидели на студии. Как раз до восьми должен был успеть.

***

Даня сидел на стуле, закинув обе ноги на компьютерное кресло. На мониторе бегал уже довольно хорошо прокачанный персонаж; ему оставалось пройти одно сражение, но не хватало полной экипировки и какого-то посоха, с помощью которого можно было победить последнего босса. Приглушенная музыка из колонок прервалась резким звонком телефона. На дисплее высветилось имя друга. Он быстро глянул на время на компьютере: 19:27. Он взял трубку и поднес телефон к уху. — Дань, мы у тебя будем через минут пять, — из динамика задним планом послышался голос Коли, который тоже, судя по всему, разговаривал по телефону. — Щас выйду к вам, — быстро сохранив данные игры, Кашин направился к входной двери, впуская друзей в квартиру. Поздоровавшись с ребятами, он пропустил их на кухню, перекинувшись парой фраз с Ильей, а после направился одевать заготовленные вещи, что покоились на кровати. Выходя из комнаты, он прихватил с собой ветровку, проверил карманы на наличие телефона и денег, пошел на кухню. — У тебя здесь очень уютно, — оперевшись об столешницу, проговорил блондин, продолжая рассматривать кухню. — Я когда первый раз сюда попал, так же сказал, — улыбаясь, подтвердил брюнет. Даня лишь улыбнулся, сказал, что он готов ехать, и все они направились на улицу, где их ждало такси.

***

По пути в клуб парни не замолкали ни на секунду. Коля рассказывал про сам клуб и что там происходило, когда они отмечали день рождения какого-то Давида, в подарок которому и организовали вечеринку в этом месте, и что им сто процентов понравится. Спустя сорок минут машина подъехала к трехэтажному зданию с большой неоновой табличкой «Velvet», где каждая буква имела красивый завиток. Из окон светили яркие разноцветные огни, а на улице слышались приглушенные песни. Подойдя к главной двери, где на пропуске стояла охрана в дорогих черных костюмах, перегораживая им дорогу, Даня сразу понял: двери этого клуба открываются не для всех, а дорогие машины, припаркованные возле него, уже говорят о деньгах и связях громче любых слов. — Фамилии, — строго сказал один из мужчин в костюме. Илья и Даня немного напряглись после рассказов Коли. Они переглянулись между собой и направили свой взгляд на блондина. — По черному пропуску Руслана Сергеевича, — шепотом проговорил голубоглазый, ухмыльнувшись одному из охранников, он повернулся к друзьям, давая понять, что все в порядке. Второй охранник отошел на минуты две, судя по всему, позвонить кому-то. — Они тоже? — указывая взглядом на Корякова и Кашина, спросил тот самый мужчина, который разговаривал по телефону. — Да, — спокойно ответил кудрявый. — Проходите, — хрипло ответил охранник, пропуская ребят внутрь. Даня и Илья быстро переглянулись и поспешили за Колей, который уже зашел внутрь. Все вопросы они решили оставить на потом, все-таки они пришли отдыхать. Зазвучал громкий гул голосов, смех и звон бокалов с дорогим алкоголем. Коля двигался прямо и уверенно, видимо, он и вправду часто здесь бывает. Проходя мимо незнакомых людей, которые отдавались ритму музыки, ребята оказались возле барной стойки. Данила с интересом разглядывал клуб: здесь и вправду все выглядело слишком дорого — кожаные черные хокеры, мраморная стойка, да даже, казалось бы, обычные рюмки были сделаны из дорогого хрусталя. О цене алкоголя Даня даже боялся думать, но по удивленному взгляду друга он понял, что не один сейчас чувствует себя некомфортно в этом месте. По рассказам Ильи, он часто гулял с парнями, но по клубам не ходил, был всего пару раз и то уезжал домой через пару часов, ссылаясь на то, что громкая музыка и яркий свет слишком бьют по голове. Это была одна из причин. Другая же была в том, что, напившись, он вспоминал лучшего друга, с которым тоже ходил по клубам каждую субботу в родном городе, — тогда им не мешало расстояние, хватало пройти дворы, чтобы встретиться. Это чувство нехватки родного человека в пьяной голове давило намного сильнее, чем басы в здании. Людей вокруг было огромное количество, но именно Дани не хватало на таких тусовках. С ним можно было сначала посмеяться, вспомнив очередную историю с детства, а потом под действием алкоголя рассуждать о несправедливости жизни и любви, порассуждать на глубокие и глупые темы, а потом и вовсе пьяными валяться где-то в углу одной из комнат. Но теперь, когда Даня тут, с ним, он готов ходить по клубам хоть каждый день, главное — с другом. Безусловно, Илья считал Колю другом не меньше, чем Даню. Ромадов был открытым и добрым человеком, всегда мог выручить и помочь, но вся проблема была в том, что именно с Даней они прошли всё: от песочниц до первых свиданий, от драк из-за игрушек до поддержки в настоящих жизненных боях. Он знает не только его маму, но и то, какую именно конфету он украл у неё в пять лет, чтобы поделиться с ним. У них был свой язык, который, кроме этих двоих, никто не поймёт, состоящий из коротких переглядываний, недовольного цоканья и глупых улыбок, понятных лишь им двоим. У Коли, как и у Ильи, тоже был такой человек. И им являлся Руслан. Заметив замешательство друзей, Коля улыбнулся и легонько подтолкнул их к стульям. — Чего вы стали как не свои? Никогда в клубах что ли не были? Заказывайте что хотите, тут бесплатно, если что, — последние слова он произнес шепотом, чтобы услышать могли лишь ребята. — Как бесплатно? — недоумевающе спросил Кашин, усаживаясь на хокер. — Без лишних вопросов, — говорит блондин и, уже собравшись сесть рядом с Данилой, как телефон в его кармане слабо завибрировал. — Я сейчас. Начинайте пока без меня, — громко протараторил голубоглазый, для того чтобы слова могли перебить громкую музыку, и устремился в сторону туалета. Как только Даня повернулся обратно к другу, на месте Ильи уже не оказалось. «Да уж, ему и так не очень уютно, так они его еще и одного оставили». — Чего грустный сидишь? Хочешь выпить чего-нибудь? — раздался спокойный мужской голос за стойкой. Даня поднял взгляд, чтобы разглядеть того, кто прервал его ругательства в адрес друзей. Немного сощурив глаза из-за резких вспышек света, Данила увидел перед собой молодого парня, который, судя по всему, являлся барменом. Темно-русые волосы слишком хорошо сочетались с его черным костюмом, а мягкая улыбка лишь дополняла полный образ. Его серые глаза смотрели на Даню, а руки мастерски крутили шейкер, добавляя в него разные жидкости. — Друзей жду, — кратко ответил голубоглазый, продолжая следить за движением рук бармена. — Согласись, просто ждать скучно, — парень ловко перелил нежно-розовую жидкость в бокал, закинул два кусочка льда, словно баскетбольный мяч в корзину, а после одним движением резко раскрутил бокал, который, подобно монетке, раскрутился на месте, издавая не очень приятный звук соприкосновения с мраморным столом. Парень криво улыбнулся и подтолкнул напиток кончиками пальцев Даниле. Изумленный и растерявшийся Даня сначала и не понял, что напиток остановился возле его кисти. Немного помедлив, он бросает на русого непонимающий взгляд; тот в свою очередь одобрительно кивает, давая понять, что напиток сделан специально для него. Взяв бокал в руки, Данила пару секунд смотрит на плавающие кубики льда, а после резким движением выпивает весь алкоголь. По горлу разлилось густое, обволакивающее тепло, а на языке тут же остался сладковатый привкус, который немного снял внутреннее напряжение. — Так-так, Александр, моего друга очаровать хотите? — раздался резкий голос справа от парня. Перед ним словно по щелчку пальца появились Коля и Илья. Даня лишь покосился сначала на Колю, который так нагло ухмылялся, сидя на стуле, а потом перевел взгляд на самого бармена. Нахмурив брови домиком, Даня хотел уже ответить другу, но только он собрался возразить, как его перебил парень за стойкой. — Николай Вячеславович, так что же вы сразу не сказали, что он с вами? Я смотрю, парень один сидит, скучает, подумал — надо помочь расслабиться. — Вы где так долго были? — буркнул Кашин, ставя стакан на гладкую поверхность. — Я же тебе сказал, что покурить пойду, — непонимающе посмотрел брюнет. — Ты, наверно, из-за музыки не услышал. — Так ладно, давайте уже пить, — опять перебив диалог, заявляет блондин. — Вы что будете? — развернувшись в сторону ребят, спрашивает кудрявый, но, заметив растерянный взгляд друзей, Ромадов решает брать все в свои руки. Все-таки предпочтения Ильи он очень хорошо знает, да и Дани тоже уже успел запомнить. — Саш, мне и Илье «Лонг-Айленд Айс Ти», только мне с холодным чаем и вместо лимона лайм положи, а Илье — с колой и лимоном. А Дане — сладкое что-нибудь. Эту, как ее, «Пина коладу» замути. Пока по легкому пойдем, а там посмотрим, — на одном дыхании пролепетал Коля и кинул довольный взгляд на изумление парней, он лишь подмигнул им. — Понял, сейчас сделаю, — ответил парень и направился к нужному алкоголю для напитков. — А почему я об этом клубе в первый раз только сегодня услышал? — спросил Коряков, рассматривая инвентарь для напитков, который лежал возле него. — Он открылся в начале лета, ты тогда в Казани был, — спокойно ответил Коля. — И, тем более, ты все равно с нами по клубам не любишь ходить, — грустно выдохнув, дополнил блондин. После короткого диалога все трое парней уставились на бармена. В его серых глазах горел настоящий огонек пламени, когда он подбирал бокал, словно художник, выбирающий кисть для решающего мазка. Его руки двигались с такой скоростью, что превращались в размытое пятно; он одним быстрым движением взметнул шейкер вверх, и он, вращаясь, описал в воздухе серебристую дугу, прежде чем снова оказался в его ладони. Все его движения были настолько выверены до миллиметра, что казалось, все это было не процессом, а настоящим утонченным танцем. Уже спустя пару минут он смотрел на готовые коктейли с прищуром, оценивая оттенки, прежде чем с удовлетворением кивнуть и поставить их перед ребятами. Коля первый попробовал свой напиток, изобразив удовлетворенную улыбку, давая понять своим друзьям, что их долгожданная тусовка началась.

***

Спустя два часа, когда алкоголь уже полностью контролировал все действия, личное пространство перестало существовать — все были частью одного целого. Незнакомые люди обнимались, как родные братья, за минуту до этого не зная друг друга. У выхода все те же охранники с каменным лицом выводили под руки двух парней, которые всё ещё пытались о чём-то спорить. Воздух был густым и липким, пахшим сладкими сиропами, перегаром, дымом, парфюмом и потом. Трое друзей, отдавшись ритму музыки, танцевали вместе с незнакомцами, а после каждой песни направлялись к Александру за очередным напитком. Их разговоры в этот вечер были веселыми и откровенными. Все трое делились своими проблемами и переживаниями, а после вместе придумывали решения. Когда Даня и Илья зашли в туалет умыться холодной водой, а Коля в это же время показывал какой-то девушке и ее подругам дорогу на выход, они, поддавшись спиртному в крови, разговорились на личные темы в попытке унять внутреннюю боль и переживания. — Илюх, я так устал от всего, — прикрывая лицо руками, говорит голубоглазый в завершении своего монолога. — Ну чего ты раскис? Дань, я всегда рядом, если что — говори, мы сразу придумаем, как проблему твою решить, — Илья криво улыбнулся в попытке поддержать друга. — Знаешь, просто тебе нужен любимый человек. Если он правда будет искренне тебя любить, тебе будет намного легче, — искренне говорит Коряков. Данила лишь немного задумавшись, уставился на пол. — Дань, — спустя пару минут тихо позвал брюнет. — М? — все так же продолжая разглядывать плитку, отзывается парень. — У меня вопрос есть, — немного замешкавшись, пьяно говорит Коряков. — Какой? — повернувшись к другу, спрашивает рыжий. — Вот если бы ты с кем нибудь из бойцовского клуба переспать мог, то с кем бы ты это самое? — теребя край кофты, серьезно спросил брюнет. – Мне вот Марла всегда нравилась. Коряков всегда умел перевести тему с грустной на до абсурдности глупую. От неожиданности вопроса Данила косится на друга, еще раз прокручивая в голове вопрос. Илья как лучший друг Данилы еще в двенадцать лет узнал о его ориентации. Кашин всеми силами пытался скрыть это, он очень сильно боялся потерять друга, а еще больше — боялся отвращения в его сторону. Но когда проницательный Илья прямо спросил о том, нравятся ли ему мальчики, деваться было некуда. И с опаской он лишь слабо кивнул, не поднимая красные глаза на друга. Тогда Корякова лишь волновало то, что Даня плачет. Потому что в глазах Корякова Даня всегда был примером мужества, храбрости и стойкости, а тут он плачет потому, что боится осуждения со стороны лучшего друга. Илья крепко обнял друга и пытался его успокоить, говоря: «Какая разница, кто тебе нравится, ты же мой друг. Главное, чтобы тот, в кого ты влюблен, тебя не обижал». После этого Данила растрогался еще сильнее и прижался к Илье, пытаясь остановить слезы. В тот вечер Илья поволок Данилу в гости, напоил его вкусным чаем и отдал свою шоколадку. — Еблан что ли? Ты где таких вопросов начитался?, — первое, что говорит голубоглазый, а после, немного поразмыслив на эту тему, добавляет: — Ну в детстве я всегда по Тайлеру сох, поэтому с ним думаю. Они пару секунд смотрят друг на друга, а после, чуть ли не падая, начинают громко смеяться. Как только они успокоились и отдышались, в туалет ворвался запыхавшийся Коля. — Я вас по всему клубу ищу, — пытаясь прийти в себя, говорит Ромадов. Их пьяные разговоры так и останутся в этом туалете ночного клуба. Их проблемы никуда не ушли, но, выговорившись друг другу, они смогли унять ноющую боль, что тревожила их все это время. Утром они уже ничего не вспомнят, но сейчас, когда они находятся под действием алкоголя, им стало намного спокойнее.

***

Спустя еще пару часов коктейли заменились разноцветными шотами, а спустя еще пару часов — и вовсе заменились на водку. Алкоголь уже полностью проник в организм, вытесняя весь здравый смысл. По телу разлилось томное тепло, будто изнутри кто-то зажег мягкий золотистый свет. Мир вокруг потерял резкие углы, стал обтекаемым и дружелюбным. А речь друзей была настолько плавной и небрежной, что все мысли обрывались, не успев сложиться в четкие предложения. Время уже давно перевалило за полночь. Коля и Илья уже настолько сильно напились, что не могли здраво мыслить; в какой-то момент им стало настолько душно и плохо, что они решили выйти на улицу. Данила же сидел за стойкой и пил обычный сок, пытаясь прийти в себя. Он выпил намного меньше шотов, чем друзья, но пол под ногами все равно настолько непозволительно быстро плыл, что голова кружилась, а ноги казались ватными. Вдруг Даня почувствовал чью-то руку на своем плече. Медленно подняв голову, он встретился взглядом все с тем же Сашей. — Я позвонил Руслану Сергеевичу, он сейчас приедет и отвезет вас всех домой, — спокойно проговорил парень, немного замявшись, а после наклонился к Кашину и попытался донести до его пьяной головы заманчивое предложение. — Слушай, Дань, ты там вроде насчет подработки говорил. Я понимаю, что ты сейчас не в том состоянии, но все же. Нам в клуб нужен второй бармен, людей в некоторые дни слишком много, а ты мне просто приглянулся. Улыбнувшись, Саша протянул ему сложенный листочек с номером телефона. — Ты подумай на трезвую голову, если за — позвони мне, я обговорю с начальством по поводу твоей кандидатуры, он против точно не будет. У тебя на обдумывание неделя есть, — пролепетал бармен и изобразил странную улыбку. Если бы Данила не был настолько пьян, он сразу понял бы, про какого Руслана идет речь, и точно бы зацепился за двусмыслие слов «ты мне просто приглянулся». Но сейчас же, когда им двигал алкоголь, он просто взял бумажку и сунул в карман. Он хотел было уже что-то ответить, но телефон Саши издал тихую мелодию. Данила пытался разглядеть абонента, но буквы в телефоне настолько сильно раздвоились, что он не смог разглядеть имени. Парень взял трубку и уставился на гостя. — Да. Коля и Илья на улице, Даня тут сидит. Нет, только эти трое. Хорошо, понял. Он убрал телефон и обратился к голубоглазому. — Там за вами приехали. Иди на улицу, там черный Maybach на парковке стоит, — спокойно сказал русый и подмигнул Даниле. Парень лишь кивнул и в попытке сориентироваться молча направился на выход. Проходя мимо такого же большого количества народу, как было в начале, когда они приехали, Даня вышел на улицу мимо все тех же охранников и направился искать нужную машину. Почему-то именно в этот момент остатки алкоголя дали о себе знать, и он, споткнувшись о собственные ноги, врезался в какого-то прохожего. — Сука! — тихо выругался рыжий и поднял затуманенный взгляд на незнакомца. Перед ним стоял размытый силуэт молодого парня в черной осенней куртке. Наконец подняв глаза на его лицо, Данила немного напрягся, когда шатен посмотрел на Даню. Казалось, что он уже видел этого человека, его черные как ночь глаза казались уже знакомыми, но он попросту не мог знать этого человека, ведь за эту неделю он познакомился только с Колей. Когда прохожий рассмотрел Даню, на его лице расплылось настолько сильное недоумение, что он резко отшагнул назад. Он просто стоял и рассматривал Кашина, а его губы почему-то изобразили очень странную улыбку, что Даню немного смутило. — Извините, — быстро перебил Данила и уже сделал шаг вперед, как справа от него послышался пьяный крик. — О, Руслан! Ты как вообще сюда попал? — из угла вышел Коля и Илья. Подойдя к шатену, кудрявый буквально повис на нем, обнимая и неся какой-то несвязный бред. Илья лишь пьяно улыбнувшись, поздоровался с Русланом за руку. Сейчас они втроем были слишком пьяные, чтобы осмыслить происходящее. Но судя по пьяно качающемуся из стороны в сторону Коле и Илье, Данила выглядел очень даже презентабельно, но его заторможенная речь и действия все же выдавали его. Смотря на всю эту картину, Даня не мог осознать всего происходящего в пьяном угаре. Он пытался сконцентрироваться на шатене, который все так же смотрел на него, немного содрогаясь от холода. Вроде на улице не так холодно, по крайней мере Даниле в ветровке было даже жарко, а возможно, на него просто так действует алкоголь. Все его размышления о погоде перебили его друзья, которые наконец заметили его присутствие. Видимо, в таком состоянии они не могли ничего видеть дальше своего носа. Коля отцепился от друга и перевел свой одурманенный взгляд сначала на Даню, потом обратно на Руслана; немного прищурившись, он сделал такое непонимающее лицо, будто бы ему сейчас снится бредовый сон. Сейчас его пьяный мозг не мог собрать точную картину происходящего. — А вы уже познакомились, что ли? — так же недоумевая, спросил изумленный Илья. — В каком смысле? — в глазах Руслана играло настолько большое непонимание происходящего, что ему на пару секунд показалось, что это именно он сегодня напился в клубе, а не его друзья. — Это же Даня, друг Ильи, — пытаясь донести такую понятную, по его мнению, мысль до друга, отвечает Коля. Его речь была такой уверенной, будто бы он пытается объяснить элементарную вещь. И в этот момент на лице Руслана появилось еще большее непонимание; его лицо исказилось в такой непонятной гримасе, как будто его только что окатили ледяной водой. Он уставился на всех троих друзей с таким пренебрежением и недоверием, словно они его разыгрывают. Тушенцов уже хотел что-то сказать, но все его мысли перебил Коля; он уже еле стоял на ногах, казалось, что вот-вот и он упадет прямиком на одной из обочин. — Руслан, отвези нас, пожалуйста, домой и желательно побыстрее, а то я уже не могу, — ласково протянув имя друга, попросил блондин, облокачиваясь о такого же уставшего и пьяного Илью, и прикрыл рот рукой, — видимо, ему становилось еще хуже. После такой наглой речи Коли глаза шатена подобно спичке мгновенно загорелись в опасном пламени злости, но в этом пламени можно было разглядеть своеобразное проявление заботы. Он сразу же забыл о замешательстве, что было пару минут назад, и зло уставился на друга. — Я и приехал за вами, придурок. Вот какого хуя ты так сильно нажираешься каждый раз? Ты забыл, как в прошлый раз мне в салоне наблевал? — с пренебрежением сказал Тушенцов, доставая из кармана ключи от машины. Он глянул в последний раз на всех троих и вымолвил тихое: — Пошлите, — буркнул себе под нос шатен и, шагнув к Коле, схватил его за капюшон кофты, направился к машине. Видимо, состояние друга все же подействовало на него. Илья непонимающе глянул на них, но все же последовал за ребятами. Ромадов и вправду чувствовал себя с каждой минутой все хуже и хуже, но это не мешало ему нести несуразный бред по пути к машине. Данила немного постоял на месте, в попытке полностью вникнуть в происходящее, а не улавливать все отрывками. Немного потупив в одну точку, он все же направился вслед за ребятами. Прямо перед клубом стояла черная припаркованная машина. Дойти до нее было чересчур сложной задачей, а усадить Колю в машину — задачей со звездочкой. Голубоглазый всю дорогу спотыкался о собственные ноги и буквально кричал какой-то шансон, что играл сегодня в клубе. Но после громких ругательств Руслана, который все это время мечтал бросить друга в какой-нибудь клумбе, он все же послушно сел на заднее сидение, перед этим споткнувшись о порог Maybach'а. Илья же в свою очередь, чтобы не попасть под горячую руку, быстро проскользнул с другой стороны машины и сел к Романову. Данила устало моргая глазами, уставился на Руслана, который все это время акцентировал свое внимание только на блондине, но после того как Коля благополучно уселся в салон, шатен, опомнившись, перевел свой усталый взгляд на рыжего. — Садись, холодно же, — уже намного добрее сказал Тушенцов. Данила в свою очередь легонько кивнул и сел вперед. В салоне приятно пахло каким-то морским одеколоном. Этот еле уловимый запах свежести и чистоты хоть на немного, но помог Дани прийти в себя, но спустя пару секунд в нос ударил горький аромат сигарет, и он будто бы снова опьянел. Но судя по тяжелым вздохам Коли, на него этот запах действует намного хуже, чем на Данилу. Оба парня одновременно развернулись назад, чтобы проверить состояние друга. — Окно открыть? — тяжело вздохнув, спросил шатен. — Да, Руслан, только быстрее, пожалуйста, — извиваясь на черном кожаном сиденье, промычал блондин. Заведя машину, Руслан наполовину открыл его окно и поправил зеркало дальнего вида, чтобы он мог видеть друга. Коля почти наполовину высунул голову в окно, жмуря глаза. Илья в это время уже мирно спал, склонив голову к окну и время от времени вздрагивая. Взглянув на всю эту картину, Даня слабо улыбнулся; сейчас он тоже держался из последних сил, чтобы не уснуть. — Тебе куда? — тихо спросил Руслан, внимательно рассматривая профиль Кашина. — А? — Даня резко развернулся в сторону шатена, и его взгляд зацепили татуированные руки, которые слабо сжимали руль. Маленькие черные рисунки выглядели как клеймо, как вызов, брошенный всему миру. Так странно, ведь по дороге он даже не заметил татуировок. — Да я у Ильи останусь, да и ехать до меня долго, — пытаясь как можно связнее сказать, произнес Данила. — Хорошо, — мягко сказал шатен, а после, словно пытаясь подобрать правильные слова, посмотрел в голубые глаза. — Слушай, а ты… — договорить ему не дала рука Коли, которая начала тормошить его рукав. — Руслан, — тяжело промычав имя друга, он еще раз дернул его за ткань. — Помоги мне на улицу выйти, мне плохо, пиздец. Я если еще раз тебе в машине наблюю, ты меня убьешь, — на последнем издыхании умоляет блондин. Руслан быстро выскакивает из машины, открывает дверь другу и, взяв его за шкирку, уводит с парковки в безлюдное место. Данила лишь непонимающе поморгал глазами, тяжело вздохнул и, облокотившись об окно, решает прикрыть глаза на пару секунд, но буквально сразу же проваливается в сон. Он потерял счет времени; лишь когда водительская дверь громко хлопнула, он приоткрыл глаза. — Спи, я разбужу, как приедем, — устало сказал шатен, когда заметил сонный вид младшего. Он легонько нажал педаль газа и выехал с парковки. Данила благодарственно промычал и тут же снова закрыл глаза. Возможно, ему показалось, но он услышал тихий смешок слева, но сейчас это не имело никакого значения. Сейчас главное — побыстрее добраться до дома Ильи.