Призрачная надежда.

      После вчерашнего опустошения, когда Санеми уже истратил все возможные эмоции и просто чувствовал пустоту, Шинадзугава быстро уснул. Видимо груз в голове и на плечах дал о себе знать. Усталость съедала мозг и хотелось просто спать. Сегодня он проснулся с намерением перебрать вещи. В квартире было грязно, седовласый не убирал её уже как неделю, а учитывая, что Томиока... "Ушёл" то все две. Причин было три: 1) нужно будет выставить объявление о поиске соседа, хотя Санеми не уверен что это этично с моральной точки зрения, но сам всю квартиру он не потянет; 2) уборка должна помочь ему сосредоточиться на чём-то другом и выйти из хандры, проветриться, так сказать; 3) возможно он найдёт причину такого решения Томиоки. Санеми уже понял что с ним было что-то не то, но так и не вспомнил ни один фактор, которой мог сигналить про желание самовыпила.       Парень всё-таки взял отгул на неделю, и пояснил причину поведения. Начальница всё поняла, высказала соболезнования и отправила на больничный. Первым делом Санеми приготовил себе яичницу, стараясь не думать о готовке друга. Его мама тоже очень вкусно готовила. Санеми так-то тоже не бытовой инвалид, но у двух синеглазых брюнетов выходило явно лучше. И где только Томиока мог этому научиться? И опять мысли возвращаются к бывшему соседу. Тяжело не думать о человеке, с которым жил три года, к которому привык и который в конце концов помогал тебе, поддерживал тебя. За этими размышлениями пища была съедена. Шинадзугава встал, помыл за собой посуду и направился в часть квартиры, которую избегал последние дни.

***

      Санеми зашёл в комнату, в которую не заходил с момента приезда. Ещё вначале первого курса парни договорись по поводу быта: Томиока готовит, Шинадзугава убирает, мытьё вещей уже как выйдет, стиралку будет использовать Санеми — он и будет стирать заодно и вещи Гию, и наоборот. В такой команде все были довольны, оба сыты, квартира чистая. Именно квартира, комнаты были друг на друге, личное пространство, все дела. Санеми не хотелось бы найти... Ну презерватив например. Вообще когда седовласый заходил, то у брюнета всегда было чисто. Сейчас же здесь... Ну, хаус. Шкаф открыт, вещи скинуты, кровать криво стоит, стул перевёрнут, компьютер, судя по всему, был выключен путём вытаскивания шнура из розетки, хотя сам Томиока говорил что нельзя так выключать. Что здесь чёрт возьми произошло? Как можно было сдвинуть кровать, что тут можно было делать? Запах пыли и отсутствие свежего воздуха душили, нужно будет явно пропылесосить.       Парень прошёл вперёд и поднял расчёску с пола. Глядя на неё покрылся краской. В дни, когда Санеми напивался, он любил расчёсывать волосы Гию. Они длинные, мягкие, напоминали волосы его сестёр, так оправдывался Шинадзугава. На трезвую голову он так никогда не делал. Почему? Это странно. Почему делал это по пьяне?

...

      По пьяне всё странное кажется нормой.       Санеми вздохнул. Уборка займёт много времени. Конечно они договаривались, что седовласый не будет убирать его комнату в целях чужого комфорта, но сейчас уже всё-равно.       Сначала парень задвинул кровать, убрал некоторые шмотки на пол, никто теперь не будет ругаться, застелил кровать. Все валяющиеся на полу вещи тоже были сложены на том же полу, только аккуратно, не в разброс. Пол на пару с кроватью жалобно скрипели. Пока складывал кофту увидел что-то под батареей. Телефон. Разбитый, но рабочий. У Санеми спёрло дыхание. Томиока всегда был аккуратен с техникой, что могло случиться, что он, судя по всему, швырнул телефон с силой на пол или в стену? Устройство было с паролем, но Шинадзугаве однажды сказали пароль — день рождение племянника — 0508ХХ. Разблокированный экран был открыт сразу в чате с Сабито, и что самое главное — черновик. Гию написал сообщение и не отправил. Звучало оно... Жутко.

***

10 июня

Tomiyu в 15:39 Черновик:Сабито нашёл он нашёл опять

***

      Гию всегда придерживался знаков препинания, всегда писал с точкой. Это сообщение вот вообще ничего не даёт, кто он? Что нашёл? Волнение возрасло. Может за ним велась слежка? Это хороший шанс прочитать переписку с Сабито, и возможно тогда он поймёт что было с Гию. Правда загвоздка в том, что парень никогда не писал о чувствах, только говорил по телефону или в жизни. Да и читать всю переписку звучит как хреновая идея, учитывая, сколько Накамура и Томиока переписывались. Парень интереса ради глянул сколько сообщений... Ну, в принципе, в шок он конечно впал, но такое вполне ожидал.

...

      Шинадзугава вздохнул и положил телефон на подоконник. Взгляд упал на небольшую белую баночку. Это снотворное, синеглазка всегда плохо спал. На первом курсе седовласому приходилось чуть ли не насильно в кровать тащить. В конечном итоге он отправил Гию к доктору, который выписал рецепт на таблетки. Баночка была почти пуста, учитывая что её открывали чуть ли не каждый день, не удивительно. Сколько Томиока тратил на покупку снотворных он и знать не хотел. Возможно, Шинадзугава попробует выпить их, если состояние не улучшится. Отложив и баночку, парень подошёл к шкафу. Хвала богам, там не всё так плохо, судя по всему эти шмотки были выброшены с одной полки, остальные аккуратно лежали не тронутые. Хоть что-то хорошо. Немного подумав, Санеми решил сложить на эту полку все вещи. Позже он позвонит Цутако по их поводу, всё-таки это её брат и ей решать что с вещами делать. Перебирая и складывая эти вещи, Санеми заметил одну клетчатую кофту. Точнее шестиугольную, жёлто-зелёную. Старая кофта Сабито, судя по детским фоткам — его любимая. Но в старшей школе Накамура вымахал так что ужас, больше эту кофту носить не смог и Гию зачем-то её забрал. Почему-то воспоминания о разнице в габаритах между Санеми и Томиокой вызвали у первого улыбку. Его маленькие руки, что очень даже не плохо таскали его за волосы, когда он сразу не вставал после предупреждения. Эту кофту он отдаст Сабито, может она уже и не нужна парню, принадлежала изначально ему. Шинадзугава снова взглянул на шкаф. Не хочется прощаться с Гию... С его вещами.

***

      Вещи были перебраны, в комнате уже чище чем было. Санеми обратил внимание на компьютер. Томиока всегда сидел за ним, либо играя, либо жалуясь на задания преподавателей, либо впадая в шок от заказчиков. Гию был мало эмоциональным, и любая его эмоция вызывала смешок у Шинадзугавы. Что-то было в этом. Синеглазый смешно злился, ну или злился как все, просто из-за его вечно безэмоционального лица выглядело забавно.       Парень снова обратил внимание на телефон. Встав с кровати и взяв его, он вышел с комнаты, предварительно открыв окно. Вернулся на кухню и сел за стол, попутно включая и проходя разблокировку. Зашёл в заметки, листая их. Судя по всему, Гию их использовал обычно для записи заданий на парах, списка продуктов и в закреплённом сообщении почты и пароли. Хотя были странные заметки, какие-то числа, возможно чей-то номер, просто какие-то случайные слова, короче обычные заметки. Самое интересное был недописанный стих: С ним так спокойно, его приятно слушать. Сердце эмоциями полно, Все их готов отдать. Быть может мы сможем       И стих прервался. Он был детским что-ли... Может невинным. Про кого он писал? Судя по дате это было полтора года назад. Не сказать что стих хороший, ну и Гию не писатель. Томиока всегда было тяжело выплёскивать эмоции, особенно в сообщениях. В начале знакомства у них из-за этого было много ссор. Удивительно как всё поменялось. Немного посмотрев на эту писанину, Санеми вышел с заметок. Дальше парень хотел залезть в галерею. В ней было не так много фоток. По большей части это фотки с домашней работой. Но и фотки с его лицом тоже были. Шинадзугава всегда считал друга красивым, пусть сам парень и говорил что он обычный, седовласый считал по-другому. Селфи вообще не было, обычно его фоткали другие люди. Ну, просто потому-что. Зато совместных фоток было пруд пруди. С Мицури, с сёстрами Кочо, с Сабито, с какими-то подростками, у одного парня были бордовые волосы и шрам на лбу, и второго ярко жёлтые волосы, у одной девочки чёрные волосы с коричневым на конце, у второй короткие чёрные с синим градиентом; ещё какая-то девушка с голубыми глазами, её имени он уже не помнит; и конечно фото с Шинадзугавой и их группой. Гию редко смотрел прямо в камеру, либо куда-то в сторону либо закрывал глаза. Его не учили как фоткаться и куда смотреть?       Его внимание привлёк видеоряд. Судя по дате — конец второго курса, успешная сдача экзаменов. Ребята пьяные, где-то ночью или поздним вечером в парке. Судя по всему купили мороженое.

***

      — Санемиии, чего ты закрылся мм? — Гию лучше не давать алкоголь, он начинает ко всем клеится, становится слишком любвеобильным, разговорчивым — причина по которой он обычно не пьёт, но тут был повод.       Санеми повернулся и у него на носу было мороженое.       — Ты... ХАХА — Гию начал звонко смеяться, а бухой(судя по всему) в хламину Шинадзугава ничего не понимает. — Дурашка, кто так ест.       Брюнет, продолжая посмеиваться, вытер нос соседу. Итак красный от алкоголя Санеми стал ещё краснее от стыда. Гию перевернул камеру на себя и приобнял Шинадзугаву улыбаясь. У него была милая улыбка. На этом видео закончилось.

***

      Санеми не заметил как улыбается, при этом щёки чуть налились красным. Да... Было время. Парень положил телефон на тумбочку и пошёл в ванную. Нужно умыться и начать забывать о Гию. Такое, конечно, тяжело забыть.       Войдя в ванную комнату и включив кран, парень умыл ею своё лицо. Холодная вода чуть освежила и уняла жар в щеках. Взгляд скользнул к зубным щёткам. Одна теперь стоит без дела, но выбрасывать её не хочется. Погуляв ещё взглядом, он увидел шампунь. Любимый шампунь Гию, женский. Санеми никогда не понимал почему женский, но с тем то что он вкусно пах не спорил. От Томиоки всегда вкусно пахло после мытья волос. В голову закрались самые потаённые воспоминания. О том как они иногда мыли друг другу волосы, когда один из них был голым в ванной. Один из дней запомнился очень хорошо.

***

      День был ужасным, погода на улице была морозной, на парах завал сразу у двух. Но сейчас, когда Санеми аккуратно чесал намыливая волосы Томиоки было спокойно.       — Как пары? - как всегда монотонно спрашивал брюнет.       — Та это пиздец, опять математица валит. Ещё и классуха доёбывает. Блять, как будто я не знаю что у меня там по какому-то предмету выходит.       — Так а ты будешь исправлять?       — Та пытаюсь, этого ж препода вечно нет нигде, в каком он корпусе вообще ходит, чёрт старый.

...

      — А у тебя как? — уже расслаблено спросил седовласый.       — Преподша по черчению опять звезду словила. Вот скажи мне, зачем программисту эти чертежи рисовать? Тем более как она придирается к каждой мелочи.       — Чё, настолько плохо?       — Мягко сказано, я уже три раза один и тот же чертёж несу а ей всё не так.       — Вот сучка.       — Не то слово.       — Ёбанная пизда?       — Ну уже лучше.

***

      Такое странное чувство. Это... Не выглядит правильным. Но им было так спокойно вместе... Приятно... Санеми ставит шампунь на место и уходит.