Нанами Кенто и Т/И

Утром просыпаешься от несладких гудков сообщений с недавно записанного номера. Ну, задание есть задание… Трешь глаза и тянешься к телефону. Юа прислала огромный текст, занявший три сообщения, но если (очень сильно) сократить, то получится примерно так: Цукимигаока очень благодарит тебя за то, что ты пишешь ей, приглашаешь её, но завтра, точнее уже сегодня, к её сожалению на примерно двести слов, она может в очень позднее время. Она ещё уточнила, что не стала писать вчера, потому что был вечер, и она испугалась, что ты уже готовишься ко сну. Ко всему этому одногруппница прислала ссылку на магазин. Садишься на кровати, потягиваешься, ведь сон оказался уж очень приятным. Может, ты в спячку впала?.. Да ну эти утренние мысли. Копируешь сообщения и пересылаешь Идзити. В ответ: «Нанами-сан прибудет в десять часов утра, я предупрежу его, что реакция от Цукимигаоки получена. Думаю, что будет лучше, если вы сами вдвоем обсудите дело, а не через меня». Почему такое ощущение, что Киётака иногда боится Нанами-сан?.. Нанами-сан… В голове снова этот разговор. Всё ещё есть опасения, что ты сказала что-то не так, но он… слушал. Именно слушал. Не отмахнулся, потому что бесит или неприятно, он задумался, уж это было видно. Хочется ещё раз так поговорить… Смотришь на часы: девять тридцать шесть. Вообще ты должна была быть уже на занятиях в главном здании техникума, но отгул «по уважительной причине: ученик после задания» — изумителен. Тем более ребята говорили, что сегодня только половина уроков, и то повторение, которое ты в целом помнишь. Двадцать четыре минуты в твое распоряжение. Уже двадцать три. И кстати… тело ощущается немного по-другому. / Корица в кофе в смеси с апельсиновой пастой — это что-то с чем-то. И ещё я выспался. Да, лёг вчера раньше обычного, но даже так всё равно выспался лучше, чем должен был. Может быть, избавиться от кома и поехать поздно, почти ночью, в аптеку что-то значит. И очки починены. Еще много раз прокручиваю те слова у себя в голове. Не знаю, что могло бы понравиться Т/И, поэтому взял данго — пресный десерт, идеален для дегустации соусов, по собственным ощущениям считаю, что только для этого и предназначен, потому в цилиндрической коробке ещё семь видов этих соусов. Для иностранца в самый раз. Надеюсь, она не сильно переживает. Вхожу на территорию колледжа. Помню даже свой первый раз, когда переступил порог… лучше бы никогда этого не делал, хотя вовсе не факт, что жизнь могла бы стать лучше от этого. Хотя последнее время всё не так уж и плохо. Кхм. Я всё же надеюсь, что сегодня работы выпадет не так много, но теперь это не кажется так надоедливо. В колледже Идзити объясняет ситуацию, зачитывая пересланные сообщения. Мои надежды провалились, а теперь пройдут насквозь через ядро Земли, если придётся общаться с человеком вроде Юи. Терпеть не могу работу, связанную с вынужденным общением. Но да ладно, об этом подумаю после. Может быть. — Тогда где сейчас Т/И-кун? — Около общежития, я думаю. Кстати, что у Вас над бровью?.. — Пластырь. — коротко отвечаю я. Дальше объяснять не надо. У нас есть несколько основных задач в деле: первая заключается в подтверждении или опровержении невиновности одногруппинцы Т/И (этот пункт я бы уточнил в последнюю очередь, но Т/И хотела бы узнать это в первую очередь, я думаю. Кхм), вторая — вытащить как можно больше информации. Перед выходом из дома я ещё раз просмотрел сайт и понял, что один только он мало что даст. Начиная с отсутствия фотографий и заканчивая чем придётся. Есть идея показать фото проклятий, но… Это уже будет зависеть от хода операции. Выхожу на улицу. У Юджи, Фушигуро и Кугисаки занятия, так что во дворе тихо… ᎮᎤᎷᎮ Мне в грудь ударяется чей-то лоб. Второй раз я не замечаю… — В порядке? — спрашиваю я, слегка выставляя руки вперёд, если понадобиться поддержать. — Ага, Вы как? — Т/И поправляет хватку на упаковке чего-то. — Доброе утро, кстати, как раз Вас искала. — Я только закончил разговор с Идзити и хотел обсудить это с тобой. Да, доброе утро. И перед всем хотел бы извиниться, я повел себя довольно грубо вчера. — Вторую руку кладу на край коробки, крепко удерживая, и презентую. — Данго. Пресный вкус, но в комплекте идут различные виды соусов, поэтому, также не очень хорошо зная твои предпочтения, я решил, что для не так давно приезжего это наиболее оптимальный вариант попробовать кухню, не получив шока или отвращения. — Когда последний раз я извинялся?.. Смотрю на лицо Т/И, и оно выглядит растерянно. — Я… — она поворачивает предмет в своих руках. Я не могу прочитать надпись, это другой язык. — Я тоже хотела попросить прощения. Вчера мне показалось, что я задела в Вас что-то, чего не стоило… в общем… простите… — студентка так же протягивает вперёд. Это пластиковые корытце, на пленке сверху есть три красные семерки, ниже чеснок и зелень на фоне другой надписи. По бокам, видимо, разная информация вроде состава и производителей. Внутри… похоже на сгоревший хлеб, нарезанный маленькими ломтиками. — Это?.. — По-русски «гренки». — Грэн-кы? — Гренки. — Гринки. — Ну почти. Вы брали бутерброд с чесночным маслом, сказав, что правда любите выпечку… Это тоже выпечка в каком-то понимании. Ломтики хлеба обжариваются до корочки, перемешиваясь с чесноком. Иногда со сметаной. — Жареный хлеб со сметаной?!. — Для первого раза вкус резкий, но… Я надеюсь, что с Вами будет всё хорошо, если Вы их съедите. Только осторожнее с зубами. И приготовьте что-то от боли в животе. На всякий случай. Меня, кажется, опять заклинило. Грен-ки… Ладно. Культура есть культура… Отпускаю данго и беру грен-ки, внимательно осматривая их. При передаче они стучат о стенки глухим хрустом, напоминает звуки костра из палатки. Т/И же берет десерт. Прочищаю горло и: — Ты не должна извиняться. Я не из тех, кто молчит о неудобствах. Но… спасибо за грэн-ки, — «спасибо» звучит как-то по-новому. — Рада, что всё нормально, но тогда Вы выглядели.. — Т/И. — Угу. — … Я знаю, как я выглядел, но это вовсе не из-за чего-то… плохого. — Всё точно нормально? — Да, — без понятия, да или нет, — но я учел твои слова. Заставили задуматься. — Правда?.. Нет, по мне прошлись танком, а я подумал, что это ветерок играет с моей рубашкой. Конечно, правда. Нет, это не злой сарказм для нее в моих мыслях, скорее для себя, просто то, как она не осознает этого… ошеломляет ещё больше. — Да. И с тобой, всё точно нормально? — Ага, я даже не задумывалась об этом… — Рад слышать. — Спасибо за данго. — Судя по грэн-кам… тебя это мало впечатлит, — уголок моего рта дергается во что-то похожее на ухмылку. Предатель. Она хихикает в ответ. И уголок рта предает окончательно. Я чувствую, что ухмыляюсь, хотя и слабо. — Это из той посылки? — Ага, ребята упросили. Кстати! — вдруг выпрямляется она. — Насчет моей техники. — Да? — Я же вчера проклятую энергию того проклятия поглотила, но так как она принадлежит проклинателю, то ощущается лучше. Так вот… забыв о ней, я от неё не избавилась, и пока шла сюда поняла, что та энергия смешалась с моей собственной и в итоге привычный объем моей собственной проклятой силы в запасе больше. Как-то так. — Вот оно что… И как самочувствие? Нет ничего странного? — Только чуть бодрее, но это из-за увеличенного количества. А сама мана… Не-а, всё как обычно. — Тогда мы проведем несколько экспериментов. Часть твоей тренировки. Во-первых, использование твоей техники при обладании большей силы; возможно, если твой собственный запас наполнен переработанной энергией в твою собственную, то это как-то повлияет в целом на способности. Во-вторых, нужно проделать то же самое на проклятиях. Есть теория, что так ты станешь выносливее. — Супер! — Да, «супер». Если у меня появятся ещё идеи, то я скажу, и ты предупреждай, если у тебя тоже. А теперь Юа-кун. Её можно назвать разговорчивой? — Манера речи — да, а насчет информативности не знаю, мы общаемся только в университете. — Как считаешь, сможешь разговорить её? — со мной же получилось, пф… — Да. Её точно да. Есть детали, которым нужно уделить больше внимания? — Честно, не знаю. Мы очень ограничены информацией, так что может пригодиться всё. Повезет, если твоя одногруппница знает продавца. Напомни, во сколько ваша встреча? — Десять часов вечера. — Не уточняла почему? — Сказала, что дела. В универе сейчас конкурс на космическую тематику, она участвует. Да и в принципе многим кажется, что она предпочитает ночной образ жизни. — Место? — Спортивный парк в Син-коива. — Ясно. Вероятно, ее насторожит моё присутствие, поэтому мы будем пользоваться скрытыми наушниками и микрофонами. Если вдруг диалог выйдет на откровенные темы, которые совершенно не касаются дела, то я не буду слушать. Дашь сигнал, когда разговор вернется в нужное русло. — Поняла. — Тогда увидимся на задании. Мне жаль, что ученикам приходится практически работать каждый день. — Я-то на занятия сегодня не ходила в качестве отдыха … за Вас больше переживаю. Вы ведь проклятие вчера убили, а я просто это чучело успела поймать. — Мы маги, это долг и обязанности. Вас ещё могут от чего-то освободить, а более опытных — нет. — … — она смотрит в землю, думая о чем-то, — Вы всё это время тут будете? — Да, а что? — Просто уточняю. — она снова поднимает глаза. — Ходите без очков чаще. А?.. / Расходитесь с Нанами в свои направления. Надо было его зазвать хотя бы в «Доббль» поиграть. Несешь угощения от него: светло-желтая коробочка в форме цилиндра, но к верху немного расширяется; крышечка клубничного цвета. По центру изображение данго в натуральном размере. По фотографиям сбоку указано, что в наборе присутствуют семь видов соуса, которые, между прочим, можно есть не только с этими рисовыми шариками. Прям сборничек для гурманов. До конца утра и дня занимаешься своими делами, а почти все объекты вокруг кажутся такими фотогеничными, что твоя бирюзовая камера наполняется всё быстрее и быстрее. Да что ж поделаешь, кружка хорошо выглядит… чик-паи и готово. Возьмешь на встречу с Юей, селфи сделаете, может быть. Ближе к пяти слышишь топот своих, а затем стук в дверь. Бежишь открывать. Мегуми стоит перед проходом, одной рукой блокирует Нобару с Юджи, а второй протягивает тебе листочек. — По сугаку*. У нас Яга сегодня вел, сказал, чтобы мы сделали это. Короче, домашка. Говори, если нужна помощь с переводом. Берешь лист в руки и видишь расписанную задачу: ↳Кайто и Акане решили поделить свои карманные деньги. Сначала Кайто отдал Акане ⅓ от суммы своих денег. Затем Акане, чувствуя себя неловко, отдала Кайто ¼ от той суммы, которая была у неё в этот момент. После этого обмена у Кайто оказалось на 500 иен больше, чем у Акане. ↳Известно, что если бы они проделали обмен в обратном порядке (сначала Акане отдала бы ¼ своих денег Кайто, а потом Кайто отдал бы ⅓ своих денег Акане), то в итоге у Акане оказалось бы на 700 иен больше, чем у Кайто. ↳Вопрос: Сколько иен было у Кайто и Акане изначально? — Это… — Хуже смерти, отвечаю! — возмущается Итадори из-за спины ежика. — Не так сложно. Там, понятное дело, будет уравнение. Я ещё не садился за решение, но не должно занять много времени. Надеюсь, — монотонно продолжает друг. — Это к какому? — К завтрашнему дню. Да чтоб его… — И это, — розочка толкает локтем Фушигуро в бок груди, чтобы он отодвинулся, — собирайся, мы идём гулять и детей пугать. Из груди смешок поднимается как опавшие листья на улице, — ребята умиляют. — Хорошо, хорошо, только дверную коробку мне не ломайте. Осторожно закрываешь дверь, надеешься, что «ой» Юджи был на из-за того, что ты случайно дала ему по носу. Обещают потепление, но сейчас часто дует холодом, так что выбираешь одежду, чтобы ещё накинуть сверху, а после и выходишь. Девять пятьдесят. Юи поблизости нет, значит, ещё не пришла. Кенто закрепляет микрофон с внутренней стороны твоего кардигана, который тебе дали для миссии (просто под ним его не видно, а ещё ткань очень теплая, да и смотрится неплохо. Наверное, Шоко поделилась.), на объяснения, что ты можешь и сама, он говорил, что для надежности. Но наушник закрепила уже ты. — В случае угрозы… — … звать Вас, я помню. Издалека узнаешь силуэт за блондином. — Идёт. Колдун отходит на расстояние, что теперь он незаметен. Девушка ускоряет темп, находя тебя глазами. Цукимигаока одета в кожаные, чуть выше середины бедра, шорты, но с одной стороны ткань клетчатой юбки, черно-розовый полосатый топ, на плечах вчерашняя толстовка и митенки на запястьях вместе с браслетами в её стиле, на ногах гетры. Эмо, кажется, стиль называется… — Т/И-сама-а-а-а! Ох, до чего же я рада встрече нашей небесной, видимо ёкаи и лепреконы случайно обронили на меня клочок своей удачи! Да вот только вина весом в тонны терзает меня, что я лишь в столь поздний час, когда день уже близится уступить место новому, я смогла явится… мне так жаль! — Главное, что встретились. Так расскажешь об этих толстовках? — Да, конечно, Т/И-сама. Я сегодня как раз собиралась забрать ещё одну посылку от Би даблъю.. — Я поняла, можешь не называть. Подожди, забрать посылку? — Ага. Когда оформляешь заказ, особенно впервые, тебе присылают на почту адрес и фото места встречи. Курьер стоит там и ждет. — Платить нужно наличными? — Да, по-другому он не принимает. Умно. — А ты знаешь что-то о том, кто занимается всем этим? — Не-а, извини меня, Т/И-сама. — Не извиняйся, я смотрела его профиль, там и правда ничего нет. — Но он кажется мне добрым, я чувствую это, даже не переписываясь. — То есть с ним даже нельзя договориться о каких-то правках в одежде? — Все пожелания заказчик может сказать курьеру. — А если пожелания окажутся слишком сложными? — Не было такого, он со всем справляется. В одной из линий в комментариях люди делились нарядами, которые были изменены под них, говоря, что попросили у курьера. Я так ещё не делала, поэтому боюсь сказать не то, обманув тебя собственными мыслями. — А что за курьер? — Большинство пишут, что просто приходят на место, и около странных плюшевых игрушек лежит одежда. Нужно положить деньги рядом и уйти. Но лично я считаю, что игрушки не просто метки, а живые существа! Иначе как бы они передавали слова для Би даблъю? Встроенные динамики? Я всегда чувствую что-то потустороннее на местах встреч. — И тебе снова не бывает страшно? — Я откинула плешивый страх ради поисков сил иных! Старательно выдавливаешь улыбку, потому что помнишь «силы иные», которые чуть тебя не убили ещё до переезда в Японию… — Теперь понимаю, о чем ты говорила, — слышишь из наушника. — Расспроси об игрушках. Мысленно киваешь и продолжаешь: — А как они выглядят. — Да я покажу тебе, тут недалеко. Просто я с чего-то решила, что будет лучше сразу всё и показать, раз ты единственная, кто разделяешь мои мысли… — она уводит взгляд, будто земля очень интересная. «Разделяю, потому что знаю» — Да, это правда хорошее решение, мне очень интересно, хе-хе. Как именно они выглядят? — Как животные. Однажды мне попалась смесь котенка и крольчонка, это было так мило! Котейка с длинными ушками! — И они вообще тебя не пугали? — Нет. — Они не двигались? — Но я чувствовала, что могут. Получается, для клиентов у них более миловидный облик. Ну на этом спасибо. — Тогда отправляемся? — Конечно! — Хорошо, что мы вместе пойдём, после твоих слов я немного переживаю за тебя… — Ну что ты, Т/И-сама, я же много раз так делала… — она начинает идти, наклоняя голову так, что ее волосы прикрывают щеки, которые, между прочими, покраснели. — Только скажи адрес. — М… да, это за «Maruetsu», где там товары обычно выгружают. Пам. Какая-то нить, которая щелкает, но недостаточно сильно… безлюдное место, как тот переулок вчера. Что с этим делать — непонятно, но мысль стоит оставить. Если у Нанами не возникло ничего такого, то нужно поскорее сообщить, сделать вид, что звонишь и так далее.. — Будь наготове, я последую сзади вас на дистанции. Я могу не увидеть укэватаси басё*, тем самым вспугнув чучело, — слышится голос в ухе. Блин, ощущение такое, будто он реально за ухом шепчет… Заходите за торговый центр. Это белая стена с черным входом, рядом лежат различные тележки, роклы* и сваленные в кучу коробки. На асфальте лужицы, в них отражается свет из помещения, в котором ещё есть покупатели. Плохо, люди рядом… — А другие не могут украсть товар и всё такое? Знаю, да, японцы не такие, но меры предосторожности должны быть, верно? — Да. Я тоже думала об этом, и поэтому ещё больше убеждаюсь в своих ощущениях. — Думаешь, "курьер" убежит? Юа кивает. Оглядывается. Достает телефон и проверяет место. — Так, нам нужно… к ящику с красным скотчем. Вон он, вижу! Вперёд, Т/И-сама! Кстати, сейчас говорит уже не так… м… по-особенному. Часть образа? Сейчас неважно. Важно понять, что делать. Может удрать, если увидит, снова аннулировать проклятую энергию или, что ещё хуже, напасть на Юу. — Юа-кун, погоди! Я хочу быстро отправить голосовое сообщение кое-кому. Одногруппница останавливается, ждя тебя. Подносишь мобильник ближе, делая вид, что записываешь голос: — Хэй, ты ведь уже приехал, да? Поздновато, я волнуюсь. Приставляешь динамик к уху, будто слушая ответ: — Да, я стою около дома, тут недалеко. Вижу соседа, но он меня нет, вот засранец. Продолжай заниматься своими делами, у меня всё под контролем. Ты ведь сейчас со своей подругой, да? Держитесь вместе, — снова слышится голос Нанами, словно он стоит около твоей спины и говорит. Доносятся ли его слова до я Цукимигаоки или нет, но подобная игра не помешает. Приближаетесь к ящику с красным скотчем, но и там никого нет. Может быть, внутри? Да, он там, ты видишь знакомую ауру через доски (зачем доскам скотч, кстати?). Юа снимает верх и заглядывает внутрь. — Ой, в этот раз тоже симпатичный! — она достает оттуда мешочек, внутри которого, вероятно, какая-нибудь кофта, и вкладывает деньги. — Посмотри! Сердце неприятно бьет по позвоночнику, ты делаешь несколько шагов вперёд и наклоняешься… ₴Ⱡ₳₱₴₴ ฿₳₥₴!! Мощный толчок по грудине, выбивающий воздух из легких, хотя по ощущению из всего тела, ноги заплетаются, чтобы не свалиться на землю. Ты не успеваешь разглядеть ровно ничего — чучело уносится за угол. Выругалась ты или нет, Юа всё равно не поняла. Направляешь проклятую энергию к ногам, подкрепляя дыхание. Срываешься с места и следуешь за шлейфом чужой силы. Пытается скрыться, а не растворяется, значит, нужен хозяину. — Нанами-сан, видите его?! — кричишь в микрофон. — Да, забегает в магазин! Черт, черт, черт, черт!! Ужасные понедельники, ужасные вторники! — Т/И-сама, что случилось?! — я Цукимигаока догоняет тебя. — Как оно выглядело?! — Щенок с крылышками! А что в итоге.. — Потом! — Т/И, у входа! — предупреждает маг из динамика. Оббегаешь ТЦ, видишь напарника, и вы оба вноситесь внутрь. — Куда? — В отдел детских товаров. — Хитрюга… — бубнишь под нос и вместе с Кенто стремишься к отделу. — Юа сказала, что это щенок с крылышками. Колдун кивает. В «Maruetsu» невысокие потолки и стеллажи, но этого, блин, достаточно, чтобы потеряться! А ведь ещё уточнено, что он «petit»! Зеленые полки с разноцветными продуктами ребят в глазах, как свет от фар, задеваете людей локтями, но на объяснения нет времени, по очереди только кричите: «Сумимасэн!» — Преследуй, а я попробую обогнать, закроем в клетку! — говорит Нанами и сворачивает за угол. Взгляд находит маленький промежуток с игрушками и наборами конструкторов. Вот он! Виляет между ног покупателей, сбивая их. Да чтоб его! Подхватываешь беременную женщину под локти и помогаешь восстановиться на полу, не выслушав благодарности продолжаешь погоню, но уже не видишь чучело. А? Слышишь краем уха голос одногруппницы и охранника вдалеке: — Мы потеряли собачку, сообщите, пожалуйста, по всему магазину! Моя подруга и ее парень сейчас по всему помещению носятся за ней! Молодчина (только почему парень?)! Через две минуты слышишь вежливую японскую речь, разносящуюся по маркету: «Дорогие посетители, просим посодействовать: в магазин забежала небольшая собака рыже-черного цвета с крыльями на шлейке. Если вы найдете животное, пожалуйста, позовите охрану или приведите к охране, мужчине в сером костюме, девушке в кардигане или девушке в полосатой кофте. Спасибо за понимание». Замечаешь, как некоторые люди начинают шебуршать, оглядываясь и переговариваясь между собой. Только бы проклятие никого не ранило. / «Дорогие посетители, просим посодействовать: в магазин забежала небольшая собака рыже-черного цвета с крыльями на шлейке. Если вы найдете животное, пожалуйста, позовите охрану или приведите к охране, мужчине в сером костюме, девушке в кардигане или девушке в полосатой кофте. Спасибо за понимание». Рискованно, но теперь цель вряд ли покинет здание. Наверняка Цукимигаока сообщила. Консервированная кукуруза, хлопья, овощи… алкоголь, хозтовары проносятся мимо. Слышу из наушника: — Я потеряла его..! Голос опять будто у самого уха, каждый раз вздрагиваю. Из людей, чтобы я был не против, ко мне последний близко подходил только Хайбару лет одиннадцать назад… непривычно сейчас. Но пока что не об этом. Скорей всего, "щенок" побежит к вентиляциям и прочим возможным выходам. Их тут не так много. Периферическим зрением улавливаю подъем чего-то небольшого. "Шлейка с крыльями", очень удобно. Проклятие взмахивает ими, поднимаясь вверх. Метнуть меч, что ли? Нет, много внимания. Выставляю руку в сторону, под неё попадается пачка чипсов. Ну, подойдет. Разделяю правое крыло на десять отрезков, выбираю слабое место в соотношении семи к трем и бросаю. Цель теряет координацию и равновесие, падая вниз с соответствующим грохотом, упаковка рядом с более мягким. И вдобавок слышу скулеж. Проклятия могут издавать такие звуки, да, видимо так, но… не сейчас. — Мама, тут собачка! — маленький ребёнок тянет мать ближе к этому монстру. — Стой, не трогай! — громко останавливаю его. — Мой пёс не любит чужих, иногда может укусить. — Слышишь, не трогай зверушку. А что у него на спи.. Ох! — проклятие с рыком пробегает мимо женщины. — Извините, меня он тоже не любит! — вновь ускоряю темп. Да как же это всё закалебало! Притягиваю край пиджака с микрофоном ко рту и говорю: — К выходу, лучше выгнать паршивца из здания. Тут мало места и много людей, я даже не могу воспользоваться оружием. — Поняла! Собака продолжает рычать, покупатели стали шарахаться. Да ну чтоб весь этот чертов день! Ладно, неважно. Выбегаем на улицу, пёс несется к дороге, но пугается мимо проезжающего автобуса и останавливается, но с трудом. Хвост прижат. Как-то это слишком… естественно. Т/И оказывается в метре от меня, преграждаю путь локтем. — Подожди.       Медленно подхожу к проклятию, всё больше сомневаясь, что это проклятие. Животное недоверчиво оборачивается на меня. Во рту появляется неприятный осадок. Щенок дворняги, либо я не узнаю породу, сидит на асфальте. Его ноги несколько искривлены, на шерсти спины около перьев запеченая кровь и торчащие нитки. Из пасти, сшитой по углам, торчат купюры. Навожу камеру телефона — на экране эти нити не видны, всё остальное да. Глаза животного измучены. Протягиваю ладони вперёд, щенок рычит, но не отходит далеко, кажется, ему больно. Мне удается приподнять его и увидеть на животе ту самую метку, а грудь стягивают что-то вроде шнуров, продетые изнутри. — Т/И-кун… проклинатель, которого мы ищем — изверг. — Мне стоит попробовать коснуться его? — Да. Но когда пальцы студентки приближаются, все узы на щенке скручиваются, он громко скулит. Т/И одергивает назад. Вздыхаю. — Мы доставим его Шоко. Возможно, ей удастся извлечь всё это. — Т/И-сама! Т/И-сама! — Цукимигаока приходит к нам. — Что только что было?! — пытается отдышаться. Девочка смотрит на меня. Киваем друг другу и достаем наши удостоверения. — Нанами Кенто, маг первого уровня Токийского магического техникума. — Т/Ф Т/И, студент первого курса Токийского магического техникума. — В мире от негативных эмоций людей появляются враждебные духи — проклятия. Их способны видеть не все люди, но те, которые могут и имеют проклятую силу называются магами и обучаются в специальном учреждении. Девушка хочет что-то сказать, но Т/И останавливает ее, говоря: — Позже, у нас миссия. Прости, что ты оказалась втянутой во всё это, но спасибо, что помогла. Да, возможно, ты тоже сможешь поступить в техникум. Но это только обсуждается. Пожалуйста, теперь иди домой и никому ничего не говори о случившемся. Я напишу тебе. Юа хлопает глазами, сдерживая кучу слов и эмоций, но признательно улыбается и разворачивается, идет в сторону автобусной остановки. Одновременно выдыхаем облегченно. / Идзити заработался и уснул прямо в кабинете, у остальных ассистентов отговорки, так что вы добираетесь своими силами. На автобусе. Время близится к двенадцати ночи. К счастью, транспорт не так набит, как изначально мог. Пробираетесь в конец, где меньше всего пассажиров и садитесь вместе около окна. Щенок переодически рычит из-под пиджака Нанами. — Мне кажется, ему стоит прикрыть глаза, — предлагаешь ты. — Хм… да. Кенто развязывает галстук, его ткань, словно змея, скользит по лацканам* и спускается вниз к пальцам блондина. Воротник рубашки, всё время придерживаемый галстуком, разошелся, оседая по сторонам. Вид сразу стал… не таким деловым. Показавшаяся кожа шеи словно так и дает дышать всему образу, кадык уже не такой строгий и напряженный, хотя виден теперь лучше. Перестаешь разглядывать мага и смотришь на его руки и зверушку. Он аккуратно оборачивает галстук вокруг морды пса, используя в качестве повязки. Стараясь ничего не задевать, затягивает узел, но не так, чтобы это могло навредить ещё больше. Вспоминая предыдущие "работы" кукловода становится не по себе. Те животные… Да, изначально все чучела были живыми, вряд ли проклинатель будет копаться в трупах, но даже он сам убивает их, то, что сделано с этим песилем… мерзко во всех смыслах. Даже думать не хочется, как эти нитки были проведены по всему телу существа, и какие ощущения они причиняют. Тем не менее Нанами выглядит спокойно. Пластырь уже снят, под ним небольшая полосочка темнее тона лица. Смотришь на свое запястье, но блондин опережает: — Стоит поменять пластырь. Грязь накапливается. Точно… ты как-то и забыла. Ну, ладно. Достаешь ту самую коробочку с динозавриками и переклеиваешь старый на новый. К хватке попадается аскорбинка. Ты уже съела пару таблеток (вкусные, что поделать), но это даже не половина. Приоткрываешь и протягиваешь к напарнику. — Будете? — А?.. — он словно выходит из собственного царства мыслей. Секунды четыре он просто смотрит, а затем его брови расслабляются. — Можно две штуки?       Он подставляет ладонь, наклоняешь пачку, и из неё падают две витаминки. Хоть напрямую и не касаешься его, но всё равно чувствуешь то тепло. Он быстро кладет их в рот, слышится небольшой хруст, а после аскорбинки уже остаются под языком, рассасываясь.       Ты ничего не спрашиваешь, просто ждешь, пока доедете до нужной остановки. Но он нарушает тишину первым: — К пятнице надо будет сходить к Гиллимар-сан. Расследование временно перейдет ей, — тон неожиданно слишком вымотанный, но серьезный. — Ясно. — Я поговорю с Ягой-сэнсэем, чтобы зачислить твою одногруппницу. Скажи, она будет снова делать покупки через сайт? — Мне кажется, даже больше, раз она видела всё это. — Напиши, желательно прямо сейчас, чтобы ни в коем случае не смела. Она посодействовала нам и узнала о "курьерах", так что подверженна угрозе. — Она правда ничего не говорила о том, что пойдёт за заказом. — Верю. — Кстати, если через них… — взглядом указываешь на испуганное животное, — кукловод может общаться с клиентами, — делаешь голос тише, — то он ведь сейчас слышит, да? — Я завязал голову так, чтобы уши тоже были прижаты, так что можно общаться спокойно. Но да, говорить тише не помешает. — Если я попробую проделать тот трюк сейчас, то проклинатель поймет и сделает щенку больно вновь… — Верно. Давит на жалость. Самое отвратительное, что кто-либо может делать с кем-либо. Но пока у нас есть возможность, я не хочу пользоваться чужими жизнями, даже если в приоритете стоит именно это, — оглядывается на бедолагу под пиджаком. — Вы любите животных? — Что?.. — Кенто сутулится. — Да не сказал бы… просто он живой. Ещё живой. — Его губы едва поднимаются. — Вы хотите поговорить об этом подробнее? — Нет. Просто я не живодер.       Не продолжаешь. Только убираешь аскорбинку и пластыри обратно, но случайно нащупываешь листочек с задачей. Блин, ну вот вообще не хочется..! Ещё около девяти минут проходят в молчании, пока пытаешься решить эту колыбельную Сатаны. То ли башка не варит, то ли на задаче проклятие… вообще не идёт, не-а. — Нужна помощь? — вдруг предлагает Нанами. — Ну… если честно, то да. Ты отдаешь ему бумажку, держа ее кончиками пальцев. — Ручка есть?       Роешься у себя и находишь карандаш. Блондин перехватывает и начинает что-то черкать. Проходит приблизительно две минуты и десять секунд. Край листа касается твоего локтя. — Вы… — Решил. О как. — Я расписал действия на обратной стороне. Говори, если почерк непонятный. Смотришь на угловатые цифры и буквы, иногда их стороны длиннее нужного, словно стрелы. Быстро пробегаешься глазами по записям: они очень внушительные*, куча действий (как только они сюда поместились?). Но ответ уже есть: четыре сто к Кайто и три сто у Акане. — Ого… Спасибо большое, Нанами-сан! Очень сильно выручили! Хех, так быстро решили ещё… — не можешь сдержать улыбку. Правда он, кажется, остается равнодушным. /       У меня чуть дыхание не перехватывает. А я думал, что вот-вот засну. Быстро, но плавно, чтобы выглядело естественно, отворачиваюсь. Животное едва тёплое около моего живота. В воспоминаниях проносятся первый курс, побег, работа в офисе, начальник баран, пекарня, возвращение сюда… чтобы чувствовать себя живым и нужным. Честно, говоря так, ощущаю себя подростком, ха, будто не… Хм… А я ведь и не помню каково быть им… подростком, ребенком… как-то даже странно, хотя вовсе не забыл рыбалки с дедом. Опять грязну в мыслях, бесит. Сбежать, боясь психов, бесцельно зарабатывать деньги, вернуться, потому что одно «спасибо» было ценнее всего остального. Или я увидел себя более ценным? Просто сейчас я даже никого не спасал, а… решил задачу. Да. Круто. łКруто…ł И поэтому мне улыбаются, меня благодарят. Если бы на моем месте был бы кто-то другой, то благодарили бы другого, что логично, но я тут. Т/И и до этого много раз говорила «спасибо», причем тоже искренне, просто… да черт его знает, просто мне приятно, что с меня не тупо списали, а заметили, что я умею. Фушигуро-кун тоже бы справился довольно быстро. В горле ком, как мягкий пластилин, перемешанный с водой. Вкус так себе. Хочу открыть рот и сказать что-то. Поговорить об этом. Я не знаю почему. Этого не должно быть. Сдавливаю челюсть, что она почти болит. Сглатываю, слюна ощущается более вязкой. «Ходите без очков чаще». Да, да, так легко говорить. Хотел вздохнуть мысленно, но это слышно, к счастью, не громко. С такими, как она, очки лучше вообще не снимать, идеальный вариант — приклеить их к коже. Глаза — зеркало души и бла-бла-бла… не хочу я, чтобы душу, какой бы она ни была, видели. И так в прошлый раз наболтал, сам потом и огреб. Я хочу быть понятным, объяснить другим то, почему я поступаю так или иначе. Обычно это удобнее, помогает. Кто-то либо затыкается, либо кивает, либо называет душнилой, но отстают. И она подтвердила, что "обычно", а не "всегда", причем именно так. Если моему мозгу опять дискотеку сделают, то я, честно, выпрыгну в окно. Пока что к такому не готов. И всё же… Ком проваливается внутрь, но оседает там, а не исчезает. Вместо слов, я делаю кое-что другое, нарушая главные принципы японского менталитета. Я кладу руку ей на макушку и ерошу волосы. Не быстро, а нормально, но длится не долго. Поводить ладонью по волосам туда-сюда и отпустить. Коротко говорю, будто объясняя свое действие: — Обращайся, если ещё что-то будет непонятно. Моя рука снова возвращается в исходное положение, локоть на колене, кисти свисают. Телефон достать, что ли? Дура-а-а-ак… Понимаю, что она замирает. Поворачиваю голову. — Ага… — бубнит Т/И. Кончики ушей слегка розовеют. Мои, наверное тоже. Отворачиваюсь, мы не смотрим друг на друга. Ну, белобрысый так делал с Юджи, например. Думаю, это относительно нормально. — Я сделала всё, что могла. Извлекла леску, нити и так далее, постаралась подлечить обратной техникой, но не рассчитывай на срок больший, чем два дня. Он всё равно был на пределе, — говорит Шоко, закуривая. — Метка? — Осталась, но активной проклятой энергии не чувствую. Ну, тут опять к Т/И-кун. Желательно сейчас, потому что сомневаюсь даже насчет утра. — Вряд ли уже будет толк. Пусть уснет спокойно. — Тоже верно. Добряк ты, Кенто, я уже боялась, что эта черта пропала. Ха, помнишь, как в две тысячи шестом ты полез на дерево, чтобы.. — Помню. Не продолжай. — Жалко фоток не осталось с того момента, такое бы показать можно было… — Не надо. — Ты как всегда — зануда. Стоим молча на улице около входа в морг. Смотрю на её сигарету, она замечает и спрашивает: — Будешь? — Не брошу, а зубы делать дорого. И тебя слишком часто нет на рабочем месте, чтобы лечиться у тебя. Она глухо смеется, впрочем, как и всегда. — Даже сейчас ты не сможешь объяснить работу обратной техники? — Ну-у… вжух туда, вжух сюда, повторить действие по мере необходимости и всё готово. — Ничем не лучше. — Ну вот и не спрашивай. — Ты хотя бы помнишь момент, когда научилась этому? — Меня задолбал ободранный заусенец. Почему спрашиваешь? Если проблемы со с здоровьем, то так и скажи. — Нет, я в порядке. Но я хотел бы, чтобы студенты научились этому. — Н-да, если бы нам нормально объясняли как, может, выжило бы тоже больше… — Яга-сэнсэй тут? — Про Юу хочешь спросить? — Да. — Завтра уже иди к нему. — … — Домой щас? — Да. — А я в бар хотела. — Мне к Яге, не забывай. — Тогда одна поеду. — Удачи. — Ага, пасиб’. Мне снова нужно идти к остановке, а там на электричку. Такси надоели. Всё надоело. Прохожу мимо общежития и слышу воодушевленные голоса: — Офигеть, мы тут уже с ума посходили! — кричит Юджи. — Я тоже запарился, в итоге плюнул, — тише говорит Фушигуро. — Т/И, ты наш ангел! — Кугисаки. — Да говорю же, Нанами-сан решил. За две минуты, кхм. — Я куплю ему цветы и поставлю памятник!! — ещё громче заявляет Итадори. — Даже скинуться могу, — снова Кугисаки. Они смеются и облегченно выдыхают, потому что я решил задачу. Главное, чтобы меня не заметили.       Да и вообще, пусть идут спать. Поздно возвращаюсь домой, но мне не нужно заниматься домашними делами, и это снимает небольшой груз с плеч, который я не ощущал так явно до этого. Переодеваюсь. Иду на кухню за чаем (опять хочется чай) и вспоминаю про грен-ки. Я оставил их на столе. Открываю. Специфический запах бьет в нос в разы больше. А на вкус… удивляет ещё больше. Но… мне нравится. Может, не самое лучшее сочетание с чаем, но пусть будет. Моё сочетание. Около грудной клетки температура кажется выше. Там тепло.