Второе дыхание

Пока я шастал по аптекам, чувствуя себя мародёром, но успокаивая совесть тем, что это для Нео, я услышал шаги. Снаружи. Чёткие, тяжёлые, человеческие. Определённо не зомби. Но если это люди… в нынешнем мире люди страшнее любой нечисти. Могут ограбить, пристрелить за банку тушёнки или, того хуже, связать и утащить в какой-нибудь лагерь. Я пригнулся у витрины и осторожно выглянул в грязное, наполовину разбитое окно. На улице стоял парень. Зрение у меня было не ахти, хотя за последние месяцы, странное дело, будто бы даже улучшилось. Или это просто мозг научился выхватывать важные детали из общей серой массы. Парень был в розовом. Розовая худи с каким-то дурацким единорогом, розовые кроссовки — дикое, невозможное одеяние для того, что творилось вокруг. Я прищурился, пытаясь разглядеть оружие. Пустые руки. Вообще ничего. Если на него сейчас нападут, ему хана. Хотя место было на удивление чистым. За последний час я видел только одну тварь, и та прошла мимо, даже головы не повернув. Какого хрена они вообще на меня не реагируют? Я воняю, что ли? Может, я для них как мебель — часть пейзажа? Или… Рука сама потянулась в карман куртки, где лежал скомканный листок. Тот самый документ. Может, стоит рискнуть и поговорить с ним? Идиотская идея. Но что я теряю? Зомби вряд ли умеют читать. А вот человек — может. Я выскользнул из аптеки, стараясь ступать бесшумно, и обогнул здание, выходя парню за спину. Под ногами хрустнул битый кирпич. Парень развернулся молниеносно — я даже моргнуть не успел, а в лицо уже смотрело чёрное дуло пистолета. Хорошая реакция. Я поднял руки вверх, показывая пустые ладони. — Поднимать ствол на людей — не лучший способ заводить знакомства, — сказал я как можно спокойнее. Его руки дрожали мелкой дрожью. В глазах плескался такой ужас, будто он призрака увидел. Он часто сглатывал, пытаясь справиться с паникой. — У меня ничего нет! — выпалил он. Я выдохнул. Бля. Он принял меня за мародёра. — Нет-нет, я не по этой части, — я покачал головой, стараясь, чтобы голос звучал мягче. — Я просто… поболтать решил. Давно живого человека не видел. Он выгнул бровь, но пистолет не убрал. Дуло смотрело точно между глаз. — Может, хотя бы опустишь? — я кивнул на оружие. — Дискомфортно как-то. Он сделал шаг вперёд. Дуло почти коснулось моего лба. Сумасшедший? Или просто на нервах? — Я правда тебя трогать не буду, — медленно, по слогам произнёс я. — Хотел бы убить — сделал бы это минуту назад, пока ты стоял ко мне спиной. Секунда. Другая. Я уже мысленно попрощался с жизнью, представляя, как Нео найдёт моё тело с дырой во лбу. Но парень медленно, словно через силу, опустил пистолет. Я выдохнул. Значит, не умру сегодня. Я осмотрелся. Рядом поблёскивало озеро. Умереть здесь было бы даже красиво. — Ты чего-то хотел? — спросил он, всё ещё сжимая пистолет, но уже не направляя на меня. — Я же сказал, поговорить. Он посмотрел на меня как на ненормального. В его взгляде читалось недопонимание.  Я закатил глаза и полез в карман. Достал мятый листок, протянул ему. — Нашёл недавно. Думаю, тебе стоит глянуть. Он взял бумагу свободной рукой, не опуская пистолет. Начал читать. И с каждой секундой его лицо менялось. Ужас — слишком слабое слово. То, что я увидел в его глазах, было глубже. Это был экзистенциальный страх, когда рушится последняя надежда на то, что мир ещё можно спасти. — Я надеюсь, это не то, о чём я думаю, — выдохнул он. А потом начал смеяться. Нервно, истерично, взахлёб. Я дёрнулся, чтобы закрыть ему рот, но он сам спохватился и зажал его ладонью, глотая смех, превращающийся в кашель, переходящий во всхлипы. — Я сам не понимаю, что это, — честно сказал я. — Но явно то, о чём стоило бы подумать. И желательно не в одиночку. Он выдохнул, проморгался, прогоняя слёзы, и уставился на меня. — А зачем ты показываешь это какому-то незнакомцу? Я задумался. И правда, зачем? Кому я мог бы это показать? Нео начнёт паниковать, переживать, лезть в разборки, а ему сейчас лежать надо. Друзей у меня больше нет. Зомби-апокалипсис забрал всех. Коллектив кафе, постоянные клиенты, знакомые с района — все либо мертвы, либо бродили где-то неподалёку, потеряв человеческий облик. — Мне некому больше, — ответил я просто. Парень посмотрел на меня с сочувствием. — Тогда будем знакомы? — он протянул руку. Ладонь у него была узкая, но хватка крепкая. — Жираф, — я пожал её. — Душенька. Мы улыбнулись друг другу. — Слушай, — Душенька убрал пистолет за пояс, — а ты не хочешь присоединиться к группе? Совт называется. Совт. Я слышал о них. Слухи ходили разные: кто-то говорил, что они учёные, кто-то — что сектанты, кто-то — что и те и другие сразу. В принципе, я был бы не против познакомиться с новыми людьми, но… Нео. Он не привык к большому количеству народу. После всего, что случилось, он вообще с трудом доверял кому-то, кроме меня. Я мотнул головой: — Я бы с радостью, но… пока не могу. Душенька понимающе улыбнулся. У него была светлая, тёплая улыбка, неожиданно искренняя для этого мира. — Я понимаю. Если что — ты знаешь, где нас найти, — он подмигнул. И тут из кустов донеслось шуршание. Ветки раздвинулись, и наружу вышел зомби. Рваная одежда, серая кожа, вывернутая под неестественным углом нога. Он явно где-то сломал её и теперь ковылял, волоча конечность за собой. Душенька дёрнулся, выхватывая пистолет. Я перехватил его руку. — Ты с ума сошёл?! — зашипел он. — Отойди! — Погоди, — я шагнул вперёд, загораживая его собой. — Надо проверить. — Что проверить?! Ты чего удумал?! Я не ответил. Зомби был уже в метре от нас. Потом в полуметре. Он приближался медленно, шаркающей походкой, и я чувствовал, как Душенька за моей спиной дрожит всем телом. — Жираф! — выдохнул он. — Тише. Зомби поравнялся со мной. Прошёл мимо. Даже головы не повернул. Направился прямиком к Душеньке, скаля жёлтые зубы. Раздался выстрел. Тварь рухнула замертво. — Это… это что сейчас было? — Душенька опустил пистолет, тяжело дыша. — Почему он… почему он тебя не тронул?! Я молчал, переваривая увиденное. Честно говоря, я и сам охренел. — Я не знаю, — наконец выдавил я. — Они вообще перестали на меня реагировать. Раньше такого не было… или было? — я попытался вспомнить. Действительно, в последнее время я как-то уж слишком спокойно разгуливал по опасным местам. Душенька медленно присел прямо на битые кирпичи, уставившись в одну точку. Потом перевёл взгляд на меня, на бумагу в своей руке, снова на меня. В его глазах зажглось что-то странное — смесь страха и надежды. — Ты точно не хочешь пойти в Совт? — спросил он тихо. — У нас есть учёный.. Он бы мог… разобраться. Я задумался. Чёрт. Звучало заманчиво. Очень заманчиво. Если есть хоть малейший шанс понять, что со мной происходит, почему зомби обходят меня стороной… Но тут же перед глазами встал Нео. Бледный, горячий, с мокрой тряпкой на лбу. — Блин, — я подскочил. — Мне бежать надо! Я спрошу у Нео, и, возможно, мы придём. — Нео? — Душенька прищурился. — Это мой… очень хороший парень. Я почувствовал, как щёки нагрелись. Но Душенька лишь понимающе кивнул, без тени осуждения. — Стой! — крикнул он мне в спину, когда я уже рванул прочь. — А документ? — Себе оставь! — махнул я рукой, не оборачиваясь. Я бежал так быстро, как только мог, перепрыгивая через коряги и ямы. Чёрт, чёрт, чёрт! Нео меня убьёт. Если, конечно, не убился сам, пока меня не было. Я подлетел к дереву, открыл рот, чтобы позвать Нео, и тут же захлопнул. Лестница! Я оббежал ствол, вскарабкался наверх и рванул дверь. И застыл. Нео лежал на полу. Не на кровати, не на лавке — на грязном деревянном полу, скрючившись, подтянув колени к груди. Крылья неестественно подвернулись под тело. — Нео! — я рухнул рядом на колени, начал трясти его за плечи. — Ты в порядке?! — Ай! — он дёрнулся, поморщившись. — Плечо… Больно же! Я помог ему подняться, практически на руках перенёс на кровать. — Что случилось?! Почему ты на полу? — Упал, — буркнул он, отводя глаза. — Это я понял! — рявкнул я. — Но что ты там делал?! Нео тяжело вздохнул. Под глазами залегли тени, губы потрескались. — Тебя искать собирался. Ты зачем ушёл, Жираф? Я же просил! Я молча поставил на пол пакет с лекарствами и принялся выкладывать содержимое: антибиотики, жаропонижающее, бинты, антисептик. — Лекарства принёс. — Но я же просил… — Ты болеешь, — перебил я жёстко. — А я нет. Поэтому я хожу, а ты лежишь. — Я не болею, — упрямо набычился он. — Я сказал, болеешь! Значит, болеешь! — Я не слабак! Я цокнул. Что за детский сад? Спорить с больным, у которого температура, — занятие бесполезное. Я смешал порошок с водой, протянул ему стакан и таблетку. — На. Пей. Он взял, посмотрел на меня исподлобья. Сделал глоток и скривился: — Горько. — Нео, пей давай. — Не хочу. — Нео. Он упрямо мотнул головой. Я вздохнул. Ладно. Не хочет по-хорошему… Я забрал у него стакан, сделал большой глоток, чувствуя, как горькая жидкость обжигает язык. Подошёл вплотную, положил ладони на его горячие щёки и прильнул к губам. Он дёрнулся, попытался отстраниться, забился в моих руках, но я держал крепко, вливая лекарство ему в рот. Несколько бесконечных секунд — и он сдался, сглотнул. Я отстранился, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Вот так бы сразу. Нео сидел, опустив глаза, щёки его пылали ещё сильнее, но теперь уже не только от температуры. — Ты же… можешь заболеть, — выдавил он тихо. Я выгнул бровь. Серьёзно? Сейчас его волнует только это? — Я же здоровый, как бык, — фыркнул я. — А ты лежи давай. Я зевнул, прикрывая рот ладонью. Усталость навалилась внезапно, тяжёлым одеялом. Несмотря на то, что на улице был день, глаза слипались сами собой. Я улёгся рядом с Нео, поверх одеяла. Он что-то бормотал — про то, что я заболею, что он меня предупреждал, что я дурак и вообще… Но рука его нашла меня, и обняла за грудь, притягивая ближе. Я чувствовал его тепло, его неровное дыхание, биение сердца. — Спи, ворчун, — прошептал я, проваливаясь в сон. Пусть он выздоровеет. Пусть этот кошмар когда-нибудь закончится. Пусть Душенька разберётся с этим документом. Пусть всё будет хорошо. Но в глубине души, там, где обычно прячутся самые страшные мысли, я знал: хорошо уже не будет никогда. Будет по-другому. А как — покажет только время.