Пусть кончится тень.

Они не запомнили, кто шагнул. Запомнили другое: мир исчез, а страшно не было — потому что исчезли вместе.

Морияма вырвался из сна резко — от грохота чего-то стеклянного, как будто это что-то разлетелось об стену. Рико вскочил и тут же почувствовал сильную головную боль, сопровождающуюся оглушительным звоном в ушах. Он схватился за голову. Когда Морияму немного отпустило, он наконец открыл глаза и автоматически бросил взгляд на место рядом с ним. Пусто. Но лежавшее там одеяло было смято. Куртка Кевина валялась на спинке дивана. Он тут спал. Сейчас его тут нет. Рико услышал злое бормотание Нила, а через секунду, где в проеме, кажется, мелькнула тень Дэя, разлетелся вдребезги стакан. Краем глаза Морияма уловил Ники, который уводил Джостена куда-то в противоположную сторону. Пришло время осмотреть окрестности. На полу рядом с Рико лежала кофта, в которой он вчера был, немного левее — пустая бутылка от алкоголя. Память стерта полностью с десяти часов вечера. Что было потом? Морияма поднялся и сел на край кровати, закрыв лицо руками. Сколько прошло времени? Где он находится? Рико это узнает потом. Главное что в этом помещении точно есть Кевин, Ники и Нил. Значит, он и должен здесь быть. Первое, что сделал Морияма — запер дверь в комнате. Даже мысль про то, что Рико может увидеть кого-то, а особенно Кевина или Ники, вызывала тошноту. Он облокотился на стенку, сложив руки на груди. В этот момент хотелось ненавидеть все — себя, Кевина, вчерашний вечер и ночь, этот дом. От закипающей внутри злости голова загудела с новой силой. Рико взялся за нее одной рукой и сжал волосы. Помнит ли Дэй вообще, что вчера делал? Или он был слишком пьян? Морияма надеется что все таки он забудет это. Даже в мыслях было трудно представить, что тот действительно мог поцеловать Рико. Зачем? Для чего? По пьяне, или у него все же есть какие-то чувства? Противный, тугой ком поднимался все выше. Что о Морияме подумает Аарон? Пожалеет, что отпустил его Колумбию? Потратил силы на неисправимый проект? Морияма не сможет долго молчать. Даже сейчас, непонятно в чьем доме и при каких обстоятельствах он тут оказался, возникала единственная, необходимая потребность увидеть Аарона. Заглянуть в его спокойные, светло-коричневые глаза и хоть на минуту забыться. Почувствовать тепло его руки или сжать край его кофты. Чувствовать влажный воздух на балконе.  Но Рико его предал. Допустил это мерзкое, невозможное действие со стороны Кевина. Не смог его оттолкнуть. Почему? Тело замерло само, то ли от шока, то ли от неожиданности. Считаться ли это…изменой? Рико был готов врезать со всей самому себе, но совсем вовремя, в момент когда мысли съедали изнутри, а руки уже тряслись от злости, дверь открывает Кевин. Морияма, движимый своей злостью, со всей силы размахнулся и направил удар точно в сторону стоящей в проходе фигуры. Рука прошла в сантиметре от виска Дэя и врезалась в открывающуюся дверь. Удар был настолько сильным, что она отлетела и с оглушающим звуком врезалась в стенку. Тело среагировало раньше сознания. Рука сама прижалась к груди еще до того, как по ней прошла пронзающая, доходящая до самого локтя, острая боль. Из горла вырвался не крик, а рваный, сдавленный вдох. Кевин, рефлекторно увернувшись и прижавшись к стенке, смотрел на него непонимающим взглядом. «Как же тупо» — подчеркнул в мыслях Рико, схватившись за запястье, но имел ввиду реакцию Кевина. Морияма, все еще зло шипя через зубы, развернулся и сел обратно на кровать, рассматривая свою тяжелую, пока еще белую руку, пытаясь почувствовать присутствие костяшек на ней. По звукам шагов Кевин, кажется, прошел вглубь комнаты. Когда острая боль от удара сменилась тягучей, голова также решила напомнить о себе. Или от переизбытка эмоций, или от усталости новая волна прошлась из центра точно к вискам. Рико автоматически положил туда руку и зажмурился. Когда Морияма вновь открыл глаза, он увидел перед собой сидящего на корточках Дэя, зеленые глаза которого смотрели точно сквозь Рико. — Дать тебе обезбол? — Голос его был спокойный, будто ничего и не произошло вчера или минуту назад. Этот, казалось, обычный жест заботы показался Рико до жути противным. В горле встал ком. Он сделал глоток воздуха, что бы сказать «Уходи», но вместе этого его губы выдали что-то другое. — Где…Хеммик? По тому, как на секунду померкли глаза Кевина, Рико понял — он попал точнее, чем кулаком в дверь. — На кухне, — глухо ответил Дэй, медленно выпрямляясь. Он казался напряженнее, чем обычно. — Приходи…если захочешь. И он ушел, оставив дверь приоткрытой. Кухня в этом доме была достаточно просторная и светлая. Рико выглянул в окно и ничего интересного там не увидел. Ники сидел за столом, что-то увлеченно листая в своем телефоне, держа во второй руке чашку недопитого кофе. Запах напитка был слишком горьким и навязчивым. Стекло было достаточно прохладное. Рико прислонил горящие костяшки к нему. — Сколько время? — Спросил Морияма не поворачиваясь от окна, скорее, он обращался к воздуху, чем к кому-то из парней. Он не хотел ни с кем разговаривать, но не может терпеть полную неопределенность. Вопрос о времени — попытка зацепиться за что-то реальное в этом мире. — Пятый час. — Пробормотал Ники, не отводя взгляда от экрана. — Эндрю до сих пор не вернулся. Неужели голубоглазому удалось сбежать настолько далеко? Рико убрал руку и развернулся спиной к окну. Голубоглазый? Нил? Насколько Морияма помнил, у Джостена были темные, карие глаза. Может, он с кем-то его путает? — Голубоглазому? — Спросил он настолько тихо, что думал никто не услышит. Но Ники каким-то образом уловил этот звук. — Нил. — Подтвердил Хеммик, наконец оторвавшись на секунду от телефона и кинув короткий взгляд на Рико. — Я сам был в шоке, когда увидел его на утро без линз. Кто знал, что он их носит? Эндрю еще в Колумбии заметил. Линзы. Маскировка? Рико почувствовал, как по спине пробежал легкий холодок. Он сам когда-то думал о таком, но быстро понял, что это полный бред и абсолютно бессмысленная трата времени. От «Воронов» не спрятаться, даже если поменять внешность. — Браво. Настоящий талант к самоликвидации. — Эндрю появился в дверном проеме словно призрак. Он стоял, облокотившись одним боком на стенку и крутя связку ключей в левой руке. — Мистер Джостен решил устроить себе квест поинтереснее: сбежал из дома с запертыми дверьми, с пустыми карманами в чужом штате. — Миньярд поймал ключи правой рукой и обвел всех по очереди взглядом. — Если вы не сядете в машину в течении пяти минут — я лично позвоню Ваймаку, сообщить, что со всеми четверыми произошел несчастный случай. Эндрю развернулся и пошел, видимо, в сторону выхода. Ники, Кевин и Рико начали собираться, словно заводные куклы. Никаких разговоров. Никаких взглядов. Только тишина, прерывающаяся только редким шуршанием. Приехали они поздно. Сил не было. Исправно работать получалось только у его обычного, аналитического ума. Как оказалось, Нил все же добрался до Пальметто, что вызвало у Рико еще больше вопросов. Как только парни перешагнули порог комнаты, Морияма проглотил пару таблеток и свалился спать. Из случайно подслушанных разговоров Кевина и Эндрю в машине, Морияма узнал, что Ваймаку категорически не нравится в чем ходит Нил и он просит завтра свозить его в торговый центр. Рико это было только на руку. Ни Кевина, ни Эндрю, ни Ники не будет в общежитие. Отличная возможность чтобы наконец поговорить с Аароном, если он, конечно, не занят. Глубоко в душе Рико все же надеялся, что этого разговора не состоится. Но та часть, что еще с «Райских сумерек» требовала этой встречи, победила. Морияма не помнил, как шагал по коридору. Как взмахнул рукой, чтобы постучать в дверь. Сейчас он сидел за кухонным столом. У Аарона. Все лишние люди уехали в торговый центр, как и обещали вчера, и Рико с Миньярдом остались только вдвоем. Аарон сам позвал его к себе, усадил за стол, налил чая. Все это время Морияма внимательно наблюдал за его действиями. Его руки пробирала мелкая дрожь. Рико сжимал горячую кружку, пальцы жгло, но он пытался не выдавать нервозности. Аарон, закончив, присел напротив и стал мешать свой чай. — Как все прошло? — Голос Миньярда прорезал воздух, он наконец поднял взгляд на Рико. Морияма, все еще не отводя глаз с пара от кружки, думал, что можно сказать сначала. Вывалить все сразу? Но «всего» слишком много. Пора сказать хотя бы что-то, но это было настолько нереально, что казалось Рико совсем разучился переделывать мысли в слова. Его голос получился хриплым, тихим, чужим. — Ужасно. Все прошло ужасно. — Морияма выдохнул эти слова. Он наблюдал за растворяющимся сахаром в стакане, который даже не знал, зачем положил. Сахар таял, как его собственная воля. Нужно было говорить дальше. Нужно было выдавить хоть единственное «потому что». — Нил сбежал. — Это было единственное, что Рико было легче всего признать. — Он идиот. Я хотел ему помочь. Но потом я был занят… — Голос сорвался. Занят. Занят поцелуем. Занят алкоголем. — Занят. Он повторил это два раза, что прозвучало еще неувереннее и вызвало больше подозрений. Аарон ничего не сказал. Он сделал глоток и поднял на Рико взгляд. Не осуждающий, а ожидающий. Морияма также отпил из своего стакана, тянув время как мог. — Я видел, как Ники вывел Нила на середину танцпола. Как…поцеловал. Это было ужасно. — Морияма сам не знал какому событию была предназначена последняя фраза: Нилу с Ники или ему с Кевином. Эти слова дались еще тяжелее. Чем ближе они подходили к самому страшному, противному признанию, тем голос сильнее начинал непроизвольно дрожать, но Рико держал себя в руках. Пытался держать. — Дэй. Потом. Он пришел. Он…он взял за руку меня. Боже… — Пауза. Аарон поймет. Он уже понял. И он ждет продолжения. Морияма резко поставил кружку на стол. Злость на себя, на Кевина, на всю ситуацию пришла неожиданно резко. — Я пустил его. Я позволил. Я…я урод. Я все испортил, Аарон. Я ушел. Я ушел к барной стойке и напился. Рико чувствовал, как в груди все сжалось. Он задержал дыхание. Сидеть за этим столом стало настоящей пыткой. Сознание сузилось до тихого тиканья часов, ожидая выговора, осуждения чего угодно. — Ты выпил до или после? — От голоса Аарона Морияма чуть не вздрогнул, но сдержался. Голос Миньярда прозвучал тихо. Рико не смог разобрать эмоции. — Я ушел после. После всего. У меня не было другого выхода. Я знал. Я помнил, что ты мне говорил не пить. Глоток горячего чая. Но вместо теплой, согревающей волны прошла леденящая, колющая. Пустота, вина, стыд — все это перемешалось и встало комом в горле. — «Пустил». Он применял силу? Чай в кружке кончился, Но Аарон продолжал сидеть на месте и смотреть на Морияму поверх своих очков. Что ответить? Дэй, собственно, не применял физическую силу. Он спокойно подошел, не вцепился со всей силы в запястье, а аккуратно дотронулся. От этих мыслей стало настолько тошно, что хотелось вырезать их из памяти. Но если Рико скажет правду, то это будет звучать как добровольное согласие. Кевин скорее применил силу шока и поймал неожиданный момент. Но как правильно это сказать Аарону? — Силу? Физическую…нет. — Взгляд метнулся по столу, избегая Аарона. — Он использовал момент. Мою…неготовность. Я был не в том месте и не в то время, чтобы сообразить что-то. Он подошел, когда я уже был…не там. В голове. — Рико поднял на Аарона мокрый от стыда взгляд. — Это произошло как несчастный случай. Он просто пришел. Аккуратно взял. Почти нежно. И от этого еще противнее, понимаешь? Меня не заставляли. Меня обманули. Миньярд медленно встал из-за стола и, захватив кружку Рико, отнес их в раковину. Аарон облокотился двумя руками на стол и заглянул в глаза Мориямы. — Пойдем. Рико медленно встал, все еще не решаясь начать зрительный контакт, и двинулся за Миньярдом. Они прошли вглубь комнаты и присели на диван. Аарон аел так близко, что Морияма почувствовал запах его духов. От этого внутри все сжалось еще сильнее. Казалось вина задавит его здесь и сейчас. В это мгновенье. — Зачем ты мне это все рассказываешь? Ждешь приказа? Наказания? Или ты пришел чтобы…я помог это понять? Этот вопрос заставил Рико задуматься. Зачем? Зачем появляется эта резкая, колющая потребность все выложить Миньярду? Он мог соврать. Не говорить ничего вовсе. Почему именно Аарону хочется рассказать все, как было? Почему рядом с ним присутствует покой и доверие? Почему Рико не боится показаться грязным или сломанным, а наоборот, сам это показывает? Рико зажмурился, как будто слова причиняли настоящую, сильную физическую боль. Они резали изнутри, но лились наружу. — Потому-что ты единственный, кто не соврет в ответ. — Морияма выдохнул и за этим вздохом пошло отчаянное, честное признание. — Когда я нахожусь рядом с тобой, я вспоминаю кем я являюсь на самом деле. Я не требую от тебя прощения. Только ты можешь сказать правильное решение. Пошлешь меня, простишь — не важно. — Морияма перевел уставший, выстраданный взгляд на Аарона, который также тихо сидел и смотрел в глаза Рико, внимательно слушая. — Потому что все, что ты делаешь — очень важно для меня. Я не хочу, что бы тратил свои силы на неисправимый проект. Не хочу, чтобы ты жалел об этом. Хочу что бы знал, на что идешь. Раньше я не до конца понимал, что такое «важный человек». Теперь я знаю. Ты изменил мой мир. Ты — моя самая большая ценность. Рико замолкает, исчерпав весь запас своей честности. Воздух стал густым, тяжелым. Стало трудно дышать. И тогда, уже почти шепотом, он говорит самое важное. Уже не глядя на Аарона. Морияма смотрел на свои руки. — Я должен сказать тебе еще одну вещь. — Он сжал кулаки, чувствуя, как по спине ползет холод. — Неделя. Осталась неделя. Неделя до того, как меня вернут обратно. — Пауза. Горло перехватывает. — Я не мог сказать тебе раньше. Я не чувствовал, не замечал как быстро летит это время. И как оно важно для меня. Рико наконец поднял взгляд на Аарона. От чего-то он был спокоен, будто предвидел это. Морияма выдавил последнее, что только смог. — Ты — мое все. А я…становлюсь твоей потерей. И ты должен это знать. Чтобы решить…стоит ли привыкать. Или лучше сразу отучить себя от этой привычки. Аарон тяжело вздохнул. Немая пауза повисла в воздухе, давая Миньярду переварить сказанное. Прошла минута перед тем, как Аарон сказал следующее. — Я знал. Ты сказал мне это тем вечером. Рико резко отвел взгляд в пол, пытаясь вспомнить когда это было. В голове вспыли картинки, как Морияма уложил Аарона спать, как сидел рядом и шептал в темноту. Он не спал? Он все это слышал? И он не ушел. Не отдалился. Он признался ему следующим вечером в чувствах. Почему? Для чего? Аарон аккуратно взял Рико за подбородок и повернул на себя. — Тебе не нужно быть идеальным. Тебе нужно просто быть. Не важно в каком месте или в каких обстоятельствах. Я никогда не буду жалеть о том, что сделал или сделаю. — Аарон провел ребром ладони по лицу Рико, убирая вылезшую прядь за ухо. — Я не вижу смысла и не хочу даже пытаться отучить себя. Это требует времени, которого у нас отняли. Она требует эмоциональных затрат, которых мы не можем себе позволить. Я хочу кое-что узнать. Подумай сам, не пожалеешь ли ты об этом? Жалеть? Это слово отразилось оглушающим эхом. В голове возник образ. Образ самого себя и своей жизни. Ворон. Приказ. Холодный взгляд, оценивающий полезность, а не лицо. Вечное чувство, что он — инструмент в чужих руках. Острый, удобный, расходный. И на фоне этого — Аарон. Не тот, что анализирует и строит планы. А тот, что сейчас сидит рядом. Который поправил ему волосы не для того, чтобы он лучше видел цель, а просто потому что они ему мешали. Который спросил, не будет ли ему, Рико, жалко. Морияма сжал край кофты. Кофты Аарона. Как и тогда, на балконе. В горле встало чувство, будто он сейчас заплачет. Не от жалости к себе. От ослепительной, нереальной ясности. Вот он. Единственный человек во всем его долгом, невыносимом и жестоком пути, который видит в нем…не короля. Не ресурс и не угрозу. Он видит Рико. Сломанного. Неправильно. И говорит, что он нужен. Просто потому что он ЕСТЬ. И тогда ответ появился не просто из мыслей, а из всей этой ситуации, из самой сути. — Жалеть? — Голос получился хриплым, но без тени сомнения. — Жалеть я буду только о том, что не пришел к тебе раньше. Что пробыл столько времени будучи никем. А теперь…теперь, когда у меня наконец-то есть то, чего у меня не было всю жизнь, у меня это отбирают. Рико опустил свой взгляд на свою руку. — Не хочу терять ни минуты нашего времени. Ты дал свой ответ. Рука Аарона, та, что поправляла волосы, проскользнула к затылку Рико. Движение вышло не резким, но решительным. Миньярд грубо потянул Морияму на себя, сокращая последние сантиметры между ними. Когда их губы соприкоснулись, Рико забыл обо всем. Он чувствовал только запах Аарона, который теперь не давит, а окружает. Тепло его кожи и нежные прикосновения. В полной тишине он слышал только стук своего сердца. Было чувство, что Рико упал в пропасть. Но на этот раз это было не страшно. Это было необходимо. Он перестал думать. Все мысли растворились в этом моменте. Время остановилось. Миньярд толкнул Морияму назад и навис над ним. Мягкие поцелуи обсыпали шею. И в последний момент, пока сознание окончательно не уплыло в этом моменте, Рико успел подумать, что так, наверное, и чувствуют себя дома — когда ты падаешь, а тебя ловят. И пока длилось это падение, для Мориямы не существовали ни вчера, ни завтра. Существовала только эта бесконечная, безопасная секунда настоящего.