Пусть кончится тень.

Не внезапность ухода делает его страшным. А знание, что ты смотришь на мир и прощаешься с ним.

Через сон просачиваются первые лучи солнца. Открыв глаза, Рико на секунду потерялся, но, увидев знакомый стол, сразу узнал это место. Комната Аарона. Аарона и Ники. Хеммик был тут? Он заметил появление еще одного человека в комнате? Естественно. Миньярда рядом не было. Рико медленно сел, оперевшись руками в диван. Ники сидел за столом, держа в руках кружку кофе. Заметив движение, он повернул голову и посмотрел на Рико. — О, ты наконец проснулся. Аарон скоро прийдет. Его будничный, непринужденный тон звучал как конец. Конец их общего с Аароном времени. Рико аккуратно пододвинулся к краю, встал на ноги и вытянулся во весь рост. Он сверлил Ники осуждающим, неуверенным взглядом. Видел ли он, что они с Аароном лежали в обнимку? Морияма надеялся, что Аарон просто ушел чуть позже. Проблем ни Миньярду ни себе зарабатывать не хотелось. Когда Хеммик почувствовал на себе тяжелый взгляд, он простодушно оглянулся по сторонам. Поймав взгляд Рико, Ники будничным, сонно-любопытным тоном удивленно посмотрел на него. — Что? — Хеммик развел руками и, будто прочитав мысли Мориямы, ответил. — Ну, я не стал будить вас вчера. Вы так… сладко смотрелись. Как два щенка в одной конуре. — Ники пожал плечами, будто рассказывал о погоде. Рико этот факт абсолютно не понравился. Эти слова полностью обесценивали то самое, невероятное чувство, называя его «сладким зрелищем». Внутри вскипела неконтролируемая злость. Не такая сильная, но ее хватило для того, чтобы быстрым шагом дойти до стола и, ударив по нему рукой, грозно прошипеть. — Слушай сюда, пес. — Ники резко развернулся. Рико резко указал на него пальцем. — Если из твоего рта вылетает хоть одно слово про то, что ты видел, ты будешь собирать свои зубы по всему Пальметто. Ты меня услышал? Тяжелая пауза. Ники не отвечает. Его рука, держащая чашку, замерла на весу. Он просто смотрит. В его глазах проскальзывает шок и переоценка. Он явно не ожидал увидеть такой резкости. Морияма не дождался его ответа. Он оглянулся на входную дверь, проверяя, не зайдет ли кто нибудь, а потом резко двинулся в сторону ванны. Дело сделано. Граница установлена. В зеркале на него кривился собственный оскал. Не просто злость — профессиональная неприязнь к угрозе. Ники превратил ту ночь — единственную по настоящему тихую за всю его жизнь — в утренний анекдот. Но дело было не только в этом. Слова имеют вес. Они быстро распространяются. И быстро распространяться и для Эндрю. А там — холодный расчет, неприязнь и давление на Аарона. Создавать ему проблемы было единственным, чего Рико боялся на равне с возвращением в Гнездо. Потому что Аарон был его единственным напоминанием, что во всех существует человечность. И если эта система признает Рико как фальшивку… Он сжал кулаки, чувствуя, как по венам пробегает знакомая, холодная волна. Морияма мысленно уже видел, как сжимаются его пальцы на горле Ники. Не в ярости. С ледяной точностью. Ради единственной цели — сохранение тишины в той комнате, где ему разрешили просто спать. Дверь сзади с тихим скрипом открылась. Морияма замер, оперевшись руками на раковину. В проеме показался Аарон. Он прошел внутрь, аккуратно закрыл за собой дверь. Рико наблюдал за ним через отражение в зеркале. За его плавными движениями. Наблюдал как Аарон подошел ближе, плавно обвил руками его талию, прижавшись всем телом к его спине. Миньярд положил свою голову на плечо Рико, прижавшись щекой к месту, где бьется пульс. Горячее дыхание ложилось Морияме на ключицу, успокаивая. — Все на своих местах. Он уже забыл. А я никогда. Аарон на миг прижался сильнее. Уголки губ Рико расплылись в легкой, усталой, но искренней улыбке. Раздражение сменилось на честную, усталое, но искреннее счастье. Миньярд рядом. Остальное потом. Аарон ослабил хватку, проведя линию по талии, он снял правую руку и потянулся к себе в задний карман. В его пальцах показалась небольшая красная коробочка. Миньярд аккуратно открыл ее, достал содержимое и поставил все лишнее на стол. Прохладный метал коснулся ключицы, заставив пробежать мурашки. Аарон, застегивая на шее Мориямы аккуратную, серебряную цепочку, наклонился ближе к его уху и тихо сказал. — Это не на удачу. Это на память. Чтобы, когда станет невыносимо, ты трогал ее и вспоминал меня. А я буду рядом. Всегда. Миньярд отошел, взял Рико за руку и бережно развернул на себя. Второй рукой он коснулся подбородка Мориямы, обратив на себя его взгляд. — Теперь иди соберись. Прошло одно мгновенье, всего одна секунда абсолютной тишины, перед тем как Рико кивнул. Коротко, четко. Аарон улыбнулся ему последний раз, посмотрел в глаза и скрылся в спальне. Морияма простоял в ванной еще секунду, поднял руку и коснулся цепочки. Не с нежностью, а с проверкой. Как солдат проверяет наличие бронежилета. Он чувствует тот же холод металла, вспоминает вес руки Аарона на себе, его шепот. Это Рико боевой талисман. Он делает глубокий вздох, его лицо меняется. С него сползает остаток уязвимости, дрожи, нежности. Остается сосредоточенная, холодная решимость. До отъезда времени было достаточно, чтобы не начинать собираться сейчас. Вчера сумку собрал Кевин. Рико медленно шел по длинному коридору, разглядывая стены, растения и мысленно считая двери. Дойдя но нужной, он аккуратно нажал на ручку и вошел внутрь. Комната отдыха. В ней было пусто. Морияма прошелся по ее периметру. Он обогнул небольшой стол, на котором валялась ручка и одинокий цветок. Рико посмотрел в окно. Вид открывался на парковку, где стояли от силы машин пять. Провел рукой по стопке книг, которую, скорее всего, отложил Аарон, ведь они были связаны с химией и биологией. И, наконец, посмотрев на все в этой комнате, он присел на край дивана. Что делать сейчас? Голова была пустая. Не мыслей, не фонового шума. Тишина. Тяжелая. Рико посмотрел на свои руки, лежащие на коленях. Ничего необычного. Но что они могут сделать, когда он окончательно потеряет над собой контроль, находясь в Эверморе под постоянным давлением Тецудзи? Дверь тихо открылась, показался знакомый силуэт. Короткие волосы, покрашенные, разноцветные кончики. Рене медленно прошла внутрь, пристально следя за реакцией Рико. Она была полна серьезности. Присев рядом, они просидели несколько секунд в тишине, перед тем как девушка тихо, осторожно задала вопрос. — Скоро? — Два часа. — Сухо сказал Рико, не смотря на Рене. Девушка тяжело вздохнула и посмотрела Морияме в глаза. — Знаешь, когда ты только пришел, это был рискованный эксперимент. — Ее голос был тихим, но полным решимости. — Но ты вышел положительным результатом. Ты доказал, что это работает. Что люди меняются. Я верила в это. Еще с того момента, когда решилась помочь. Рико медленно перевел на нее взгляд. В его уставших глазах мелькнула…благодарность. Морияма замер. Она — сторонний наблюдатель, который стал свидетелем. Ее слова — констатация факта. Уокер поверила в него с самого начала. С того начала, когда Морияма был монстром. Непредсказуемым и опасным для всех. Она пришла к нему с помощью, когда та была нужна. Рене выдержала взгляд. В ее собственных глазах не было ни жалости, ни страха. Был спокойный расчет, который стал верой. — Там, куда ты едешь, тебя будут ломать. Говорить, что человечность — это болезнь. Не верь. Это — твой главный трофей. — Рене сделала паузу, ее голос стал тише. — Оставайся человеком. Даже если будет трудно. Иначе все, во что я и не только верю, окажется ерундой. Рико кивнул. — Я постараюсь. И на лице Рене мелькнула та самая, нежная и светлая улыбка. Она медленно встала, подошла к двери и обернулась. — Я в тебя верю. Дверь захлопнулась. Рико сидел молча, не решаясь двигаться, чтобы не растворить эти слова, которые парили в воздухе. «Я в тебя верю» — четыре слова. Неприлично красивые. Она верит не в его победу, а в борьбу. И Морияма не может подвести кого-то, кто поставил такие ставки. Осталось только одно — встать. И вынести эти слова наружу. Как приговор, который стал благословением. Дверь за ним захлопнулась. Открылась знакомая комната, Кевин за телевизором, Эндрю за столом. Они будто не двигались со вчера. — О, а мы думали, ты окончательно переехал. Уже мысленно освобождали шкаф. — Проговорил Эндрю, довольно улыбнувшись. Морияма, проигнорировав его, прошел в спальню. Он лег на кровать, уставился на настенные часы. Стрелка двигалась необычно медленно, заставляя страдать от неизбежного каждую секунду этого времени. Уже не было смысла что-либо тянуть. Хотелось поскорее покончить со всем этим и перестать думать. Хотя я Рико понимал, что «Лисы» так просто с его головы не уйдут. Они засели так глубоко, что смогли изменить его взгляд на жизнь, поведение и подарить возможность почувствовать себя нужным и свободным. Разве такое забывают? Дверь тихо приоткрылась. Кевин прошел внутрь, держа в руках оранжевый сверток одежды. Оглянувшись, Дэй аккуратно подошел к Морияме и виновато протянул его. Движения Дэя были скованные. — Решай сам, что будешь с этим делать. — Сипло сказал Кевин, пытаясь не смотреть на Рико. Его взгляд скользил по вещам, по полу, по стенам, везде, кроме Мориямы. Рико бережно взял одежду из хватки Дэя. Кевин, напоследок окинув его больным взглядом, вышел обратно. Рико не смотрел на сверток. Он сверлил взглядом дверь, которая только что закрылась. Морияма просидел так не меньше часа. Он долго чувствовал тепло чужих пальцев на оранжевой ткани. Кевин держа ее так крепко, будто боялся уронить. Будто если это случиться, она разобьется, а вместе с ней — все, что связано с этим местом. Кевин. Больной взгляд. Не злой. Не виноватый. Пустой. Как у человека, у которого оторвали часть себя. Дверь закрылась. Навсегда. Не между комнатами. Между эпохами. Раньше за этой дверью был брат, с которым они сбежали. Который поставил цену своей собственной жизни ради Рико. А теперь там просто Кевин Дэй. Чужой. Рико наконец перевел взгляд на сверток в своих руках. Оранжевый цвет резанул по глазам. Белая цифра одиннадцать, фамилия Рико над ней. Рико, которого больше не будет. Эта форма — последнее воспоминания о человеке-Рико. О Рико, который смог. Смог сбежать. Смог научиться чувствовать, любить, жить. «Решай сам» Решение пришло мгновенно, холодное и ясное, как удар ножом. Есть только один человек в этом мире, которому можно доверить музей своего прошлого счастья. Осталось пол часа. Пора собираться. На сердце будто положили тяжелый камень. Каждая вещь которую он складывал давалась тяжело. Хоть и сумка уже была готова со вчера, на сборы ушло не меньше двадцати минут. Морияма накинул на плечо сумку, развернулся и пошел к выходу из комнаты. Форму прижимал к груди, не как вещь, а как горькое напоминание о том парне, которым он мог бы стать, если бы мир был другим. Рико не посмотрел на парней. Его единственная цель — дверь. Он замер в проеме на секунду, почувствовав тяжелый взгляд Дэя, но сразу же вышел, аккуратно прикрыв дверь снаружи. Это был окончательный уход. Ему нечего был говорить. Любое слово в адрес Кевина сейчас будет ложью. Они попрощались тогда, когда Рико решил отдать форму Аарону. Миньярда он встретил на лестнице. Рико ждал его. Знал, что он придет. Аарон не улыбается. Они молча спускались вниз. Их шаги отдаются эхом в пустоте. По тому, как заканчивались лестничные пролеты, все больше мыслей, чувств и эмоций оставалось здесь, в этих стенах. Вниз Рико спустился полностью пустым. Они остановились на выходе. Ветер наклонял деревья, машины продолжали свой поток, жизнь длилась дальше. Но для Мориямы она закончилась. Рико развернулся на Аарона, последний раз осмотрев его. Эти светло-коричневые, родные, полные спокойствия и порядка глаза. Очки, которые он поправлял. Домашний, уютный вид. Морияма медленно достал сверток и аккуратно протянул его Аарону, отдавая всю свою человечность, память об этом ему под охрану. Миньярд не задавал лишних вопросов. Он так же молча принял форму, сжал ее в руке, словно проверяя, настоящая ли она. Он не смотрел на нее. Взгляд все так же был прикован к Рико. Морияма сделал шаг вперед и просто упирается лбом в его плечо. Это была последняя точка опоры. Аарон кладет одну руку ему на затылок, а вторую между лопаток и прижимает к себе. Держит. Крепко. Не гладит. Держит, как якорь, чтобы Рико не унесло течением. Держит так, словно Морияма раствориться в воздухе. Хотя, это было так. Аарон, все еще прижимая Рико к себе, тихо прошептал ему на ухо. — Не оглядывайся. Я буду смотреть за тобой. Они простояли так еще минуту, перед тем, как Рико отстранился. Он не смотрел Аарону в глаза, иначе не смог бы уйти. Морияма делает шаг назад. Еще один. Наконец он разворачивается, идет в сторону машины. Его спина прямая. Он не оглядывается. Он чувствует взгляд Аарона на спине, этого достаточно. Дверь машины захлопнулась. Раздался резкий звук мотора. Звук, который разрезает мир надвое. Рико не посмотрел в окно. Ему нечего было оставлять. Все, что имело значение, теперь было заперто в красной коробочке, висело на шее холодным металлом и лежало в чужих, надежных руках в виде оранжевого свертка.