The Ghost of the past

***

— Сокджин? — эхом раздаётся в тишине класса. Бомгю со скрипом открывает тяжёлую дубовую дверь, медленно проникая в небольшой, мрачный кабинет преподавателя. Он движется осторожно, опасаясь стать причиной шума, и закрывает за собой дверь. Комната располагается за пыльными стеллажами, уставленными старинными книгами и неизвестен большинству, только избранные ученики знают о его существование, например, те, кто попадает в неприятности. Бомгю надеется, что сегодня таких не будет и ему никто не помешает поговорить с Сокджином наедине. Но внутри кабинет пуст. Сокджина как на зло здесь не оказывается. Странно, обычно он до позднего вечера засиживается у себя, трудясь на очередной рукописью будущей книги. Бомгю неловко перебирает бумаги, оставленные профессором на столе. На одном листе в невнятных корявых символах он с легкостью читает: “Чхве Енджун, дисциплинарное наказание за ночную прогулку. Сегодня в 8 вечера”. Призрак оборачивается, выискивая взглядом старые настенные часы. Большая стрелка находится на 12, а маленькая — на 8. Дрожь пробегает по всему телу. Дверь со скрипом распахивается, и Бомгю осознаёт — убегать уже поздно. На пороге появляется Ёнджун — вальяжно и спокойно, словно полученное наказание, — часть его планов. Сокджин идёт чуть поодаль, рассказывая слизеринцу в чём заключается суть его сегодняшней отработки. Они совсем не замечают гриффиндорца, спрятавшегося под преподавательским столом. — Мистер Чхве, я вернусь через два часа. Надеюсь, к моему приходу кабинет будет блестеть от чистоты, — спокойным тоном, с лёгкой улыбкой на губах, говорит Сокджин. Профессор аккуратно трансфигурирует несколько лежащих на столе перьев в куски ткани и ведро воды, его движения точны и уверенны. Затем он передаёт всё слизеринцу, добавляя строгим тоном: — Палочку. Ёнджун с поникшим видом отдаёт преподавателю волшебную палочку. Не хочется признавать, но без неё он ощущает себя как без рук. Как только профессор ЗоТИ закрывает за собой дверь, слизеринец всеми силами показывая нежелание заниматься уборкой всё-таки подходит к шкафу, стоящему рядом с преподавательским столом, и ловкими, аккуратными движениями переносит каждую книгу на стол, одну за другой. Ёнджун вздыхает. Надо было вчера всё-таки прислушаться к совету Хисына и не ходить в Тайную комнату — или, на худой конец, ограбить Кан Тэхёна. Зная этого когтевранца, у него наверняка где-нибудь есть припрятанные полезные артефакты по типу мантии невидимки (даже временные сгодятся, хотя слизеринец точно знает, что у Тэхёна есть и та самая легендарная настоящая) или карты Мародеров. Но увы, чему быть того не миновать. И, как говорит профессор Прорицания, возможно, судьба сама хочет, чтобы он оказался именно в этом месте и в это время. Ага, как же. В тишине кабинета вдруг раздаётся тихий голос: — Тебе нужна помощь? Слизеринец напрягается, чудом удерживая себя на месте. Он оборачивается. — Бомгю? — удивлённо произносит Ёнджун, не ожидая увидеть нового знакомого, — как давно ты здесь? — Я пришел немногим раньше тебя. Наверное, вы с Сокджином… — Бомгю вдруг прерывает фразу, вовремя заметив, что называть преподавателя по имени подозрительно. После короткой паузы театрально кашлянув он продолжает, как будто ничего не произошло, —... профессором Кимом меня не заметили. Мне нужно было с ним поговорить, но он ушел раньше. Бомгю бросает взгляд на лицо Ёнджуна, проверяя поверит ли ему слизеринец. Тот доверчиво кивает, ни капли не сомневаясь в словах гриффиндорца. Бомгю изначально показался ему милым и странным, так что не было ничего удивительного, что он из тех застенчивых ребят, которые долго собираются перед тем, как заговорить с людьми. Таковыми были мысли Ёнджуна. Он так тщательно проанализировал ситуацию, что пришел к неверным выводам. Но оба — и Бомгю, и Ёнджун — об этом даже не догадываются. — Я не против твоей помощи, — говорит слизеринец. — Можешь пожалуйста отсортировать книги на столе в алфавитном порядке? Хотя, стой, у тебя есть палочка? — Нет! —Бомгю резко распахивает глаза, быстро отвечая. Затем, понимая, как это звучит, он немного смущенно добавляет: — То есть у меня нет с собой палочки, но я с радостью тебе помогу. Он тут же принимается за дело, стараясь не обращать внимания на удивленный взгляд слизеринца. Бомгю надеется, что Ёнджун никак это не прокомментирует. Гриффиндорец не может сказать, что его палочка хранится где-то на дне Выручай-комнаты, среди других скопившихся за сотни лет ненужных вещей. Да и призраки, как известно, не обладают способностью к магии. Ёнджун думает, что не так много волшебников могут чувствовать себя комфортно без палочки. Для многих волшебных существ она — это продолжение руки. Но, возможно, Бомгю маглорожденный…? Нет, слизеринец вертит головой, отбрасывая эту мысль. Гриффиндорец говорил, что до Хогвартса он был на домашнем обучении, а такие привилегии доступны только студентам из полностью волшебных семей. Просто ещё одна странная особенность Бомгю. — Кстати, — спустя несколько минут тишины Ёнджун вдруг находит новую тему для разговора, — ты тогда так внезапно ушел. Я даже сначала подумал, что ты трансгрессировал. Бомгю немного хмурится и отвечает: — Никак не могу привыкнуть к тому, что лестницы двигаются как захотят. За эти пару дней меня регулярно уносило в те места, куда не следовало, — гриффиндорец корчит недовольное выражение лица, чуть улыбаясь. Технически, это не ложь: в школьные годы его действительно несколько раз уносило в неизвестные направления. Ёнджун усмехается, представляя себе милого и испуганного как первокурсника Бомгю. В целом, гриффиндорец ничем не отличается от них — для него Хогвартс тоже в новинку и всё вокруг, наверное, кажется невероятным и немного пугающим. Взгляд слизеринца снова задерживается на ранке на щеке Бомгю. В памяти всплывает недавний случай: вчера во время совместного урока двух факультетов гриффиндорцы шептались о «странном новеньком шестикурснике, который их позорит». Бомгю, вероятно, не признает, что подвергается буллингу со стороны своего факультета, но Ёнджун в этом не сомневается и он не допустит, чтобы это осталось без внимания. По его не очень скромному мнению, Бомгю в первый же день подвергся нападкам гриффиндорцев по неизвестным причинам (зачеркнуто), просто потому что гриффиндорцы это гриффиндорцы. В этот момент Ёнджун не может не мыслить стереотипами. Наверное, бедняжка и к профессору ЗОТИ пришел, чтобы поговорить на счёт того, что твориться на львином факультете, но не смог набраться смелости и заговорить о личных проблемах в присутствии посторонних (Ёнджуна). — Как тебе Хогвартс? — спрашивает слизеринец, аккуратно раскладывая книги. — Удалось с кем-нибудь подружиться? В твоей ситуации, наверное, трудно заводить новых друзей. Все ещё несколько лет назад разбились на компании и в свои кружки по интересам никого не берут. Ёнджун аккуратно прощупывает почву, он считает, что у Бомгю нет друзей или хотя бы хороших приятелей. Слизеринец собирается великодушно предложить свою кандидатуру как только услышит подтверждение от гриффиндорца. Бомгю медлит с ответом, его лицо выражает смущение и некоторое замешательство. Что он думает о школе? Сегодняшний Хогвартс действительно очень отличается от того, каким он был двадцать лет назад. Внешний вид замка потерпел изменения, призрак все еще периодически путается в коридорах, этажах и тайных проходах. О новых поколениях учеников и учителей говорить нечего. Только он привыкает к новым лицам как вскоре их уже нет — они уходят, уезжают во внешний мир. Все-таки Хогвартс живет своей жизнью. — Школа мне нравится, — произносит Бомгю, немного задумчиво, с легкой тенью улыбки на губах. Его голос звучит чуть приглушенно: — Но за два дня я успел познакомиться только с тобой. Он делает небольшую паузу, словно раздумывая, и добавляет мягким тоном: — И с Субином из Пуффендуя. Он понимает: если он хочет остаться незаметным, притворяясь обычным учеником, то ему нужно продумать некую стратегию. Записать в друзья всех тех, кто знает о его призрачной сущности, чтобы не дать им случайно раскрыть его истинную натуру. Сокджин, конечно же не в счет, он же декан Гриффиндора. — Вот оно как… — Ёнджун поджимает губы, слегка усмехаясь, его взгляд становится чуть более задумчивым. — А среди гриффиндорцев как себя чувствуешь? Бомгю отвечает спокойно, немного уклончиво: — Не могу ничего сказать, мы не так уж и близки. — Понимаю, — кивает Ёнджун. Он делает небольшую паузу, а затем будто предлагая Бомгю подумать над его словами добавляет: — У каждого свои сложности. Мне кажется, главное — найти кого-то, с кем можно поговорить, поделиться. Слизеринец слегка наклоняется к Бомгю, кладя руку на его плечо в знак поддержки и не обращая внимания на исходящий от гриффиндорца холод, говорит: — Поэтому, если что-то понадобится — знай, я всегда рядом.

***

— А что было дальше? Тот парень, Бомгю, что он ответил? — спрашивает Кай, сидя рядом с Тэхёном в Выручай-комнате. Маленькая компания Ёнджуна, состоящая из него самого и двух шестикурсников — Тэхёна и Кая, сегодня разместилась после занятий в Выручай-комнате. Слизеринец, уверенно покачиваясь на стуле, рассказывал друзьям о странном гриффиндорце, который не так давно привлёк его внимание. Голос Ёнджуна звучал с лёгкой ноткой увлечения, а глаза блестели от интереса. Тэхён не обращая на рассказ старшего внимание задумчиво поглядывает в сторону, будто бы вспоминает что-то далёкое. Когтевранец обнаружил Выручай-комнату около двух лет назад, во время одной из своих случайных прогулок по коридорам восьмого этажа. Он был ужасно утомлён и засыпал на ходу, когда перед ним неожиданно возникла массивная дубовая дверь. Как истинный когтевранец, он не мог пройти мимо интуиция подсказывала ему, что внутри точно хранилось что-то загадочное, и желание узнать, что скрывается за этой дверью, взяло верх. Войдя внутрь, он обнаружил просторную комнату, обставленную мягкими кроватями с перьевыми подушками. С тех пор комната неоднократно меняла свой облик. Сейчас она выглядит по-особенному — стены украшены свисающими с потолка флагами факультетов (за исключением Гриффиндора), в центре помещения располагается большой круглый стол с удобными стульями, — идеальное место для бесед. Перед ним массивный камин, в котором тихо потрескивают дрова. В комнате мягкое освещение, легкий шум камина, запах старых книг и ароматного чая добавляет своё очарование. Ёнджун слегка улыбается, ноего взгляд задумчив. Слизеринец наклоняется немного вперёд, опираясь локтями о стол, и начинает рассказывать, как всё было тогда, с подробностями и эмоциональными нотками. — Он вообще говорил немного, — начинает Чхве, — скорее молчал, словно пытался понять, стоит ли мне открываться. Не знаю, что гриффиндорцы сделали с ним, но этот Бомгю очень запуган. Я считаю своим долгом протянуть ему руку помощи. За прошедшие несколько дней Тэхён с Каем уже успели услышать несколько слухов о том, как студенты львиного факультета якобы жестоко обращается с новеньким. Ёнджун не признаётся, что приложил немного усилий, чтобы эти слухи распространились. — После того как я предложил ему дружбу, профессор Ким прервал нас и вытолкнул меня из кабинета. Он заперся там с Бомгю, — слизеринец угрюмо хмыкает, поглаживая рукоять палочки. — Хорошо хоть палочку вернул и на том спасибо. — А это, кстати, странно, — вдруг задумчиво произносит притихший Тэхён. — Странно? — Хюнин наклоняет голову, непонимающе, глядя на когтевранца. — Что тут странного? — Может быть, этот твой Бомгю не хотел говорить о буллинге не из-за тебя, — после короткой паузы продолжает Тэхён. — А потому что он боится, что за издевательствами стоит декан Гриффиндора. Кто знает, может быть, они там все заодно. Все в комнате замолкают, погружённые в свои мысли. — Кстати, Ёнджун, ты же говорил, что ему 17? Значит, он как и мы на шестом курсе. Но я ни разу не видел на занятиях никого, кто бы подходил под описание. А ты, Кай? — Я тоже нет... — отвечает Кай, неопределенно пожимая плечами. — Неужели гриффиндорцы так запугали бедняжку, что он из башни не выходит? Распределяющая Шляпа должна была отправить его к нам на Пуффендуй, мы бы точно нашли с ним общий язык.

***

— Субин, слышал, какие в последнее время слухи ходят? Будто бы по школе рыщут Последователи Трех Благ…

— Звучит бредово, ты же знаешь, что Хогвартс самое безопасное место в Магическом мире.

— Может, и так, но всё равно как-то страшно. Если они действительно здесь, то, наверное, стоит быть начеку.

— Лучше сосредоточиться на уроках, Джеюн.

Сегодня Шим Джеюн чувствует себя немного странно. Его день начинался как обычно: ранний подъём, тренировка полёта на метле, завтрак, драка со слизеринским загонщикой, разговоры с друзьями, уроки — и вот обед. Но всё это время внутри будто что-то ёкало, предупреждая о важном. Какое-то время он думал, что утреннее заклинание Хисына могло его немного зацепить, оставив след в подсознании. Но сейчас ему кажется, что его странное предчувствие связано вовсе не с магией слизеринца, а с чудаковатым мальчишкой, которого их декан приволок после обеда в Большой Зал, оставив на попечение старосты. — Это Бомгю, не обижайте его, — напоследок бросает профессор Ким, уходя. С начала учебного года прошло уже четыре дня, а их только знакомят с новым учеником. Всем присутствующим это казалось странным. В Хогвартсе и раньше были переведенные ученики, но обычно их представляли в первый же день сразу же после распределения первокурсников. А может Бомгю был болен? Шим вспоминает, как на первом курсе у него сам процесс знакомства с однокурсниками занял почти полгода — из-за редкой магической болезни. Джеюн вызывается вместо старосты провести новенькому экскурсию по Хогвартсу. Шесть лет назад ему было очень тяжело завести друзей среди однокурсников — все уже успели разбиться на группы, пока он лежал в Больничном Крыле. И сейчас он не хочет, чтобы бедняжка-новенький проходил через те же трудности, что и он. Решено, он станет его самым первым другом! — Шим Джеюн, но можешь называть меня Джейк, — представляется он, с легкой улыбкой хватая парнишку за руку. — А ты у нас..? Бомгю смотрит на него с опаской, но отвечает. — Чхве Бомгю, 6 курс. — Начнем с Башни Гриффиндора. В моей комнате есть свободная кровать. Думаю, никто не будет против, если ты там поживешь, — энергично говорит Джейк и направляется к двери. Новенький неопределенно кивает, слегка сжимая губы, но ничего не говорит. Когда они с Бомгю покидают Большой Зал, Шим чувствует чей-то взгляд на затылке. Ему думается, что это их староста расстроен тем, что у него нагло украли возможность покрасоваться перед профессором Кимом. Со стороны слизеринского стола доносится едва уловимый звук трескающегося бокала.

— Ёнджун, куда это ты так пристально смотришь?

— Не твое дело, Хисын.

Джейк ведет его к портрет Полной Дамы, через который можно попасть в гостиную, он располагается на углу Мощеного двора, рядом с Часовой башней. Джеюн называет пароль (Бомгю благодарно улыбается портрету, когда она никак не комментирует появление давнего знакомого), говоря, что как только тот поменяется старосты обязательно сообщат всем новый и вообще очень повезло, что у них всего-лишь кодовое слово, а не целая загадка как у когтевранцев. По пути Джейк бодро рассказывает новенькому о том, где что находится — классы, больничное крыло, особенности башен и коридоров — не забывая упомянуть, что он капитан команды по квиддичу и что Бомгю нельзя пропускать их скорый матч с Пуффендуем. Глаза Шима загораются при мысли о предстоящей игре, а голос так уверенно, словно он уже чувствует победу. Дойдя до гостиной, Бомгю вдруг ощущает, как внутри всё сжалось от волнения, он оглядывается из стороны в сторону пытаясь понять как много изменилось за эти года. Высокие окна с витражами пропускают солнечный свет, окрашивая идеально круглый зал в теплый золотистый оттенок. Огромный камин трещит, мягкие кресла и диваны, обитые бордовой тканью с узорами, разбросаны по комнате в небольшие уютные уголки. Посреди стоит деревянный стол с несколькими лавками. На стенах развешены флаги факультета, множество книжных полок и портреты давно ушедших волшебников, некоторые из них оживают и тихо шепчутся, когда гриффиндорцы проходят мимо. В воздухе ощущается легкий аромат древесного дыма, Бомгю наконец-то чувствует себя дома.