oblivion. (kinknovember)

— Скэр, давай в другом месте. Нас услышат, — смущенно шептал Оливер. — Но я хочу поцеловать тебя сейчас. Скэриэла было не узнать. Они занимались вдвоем в библиотеке, делали домашнее задание. Но потом Оливера потащили в сторону стеллажей, в самый дальний и темный уголок, чтобы их никто не видел. Сюда заходили редко, в основном — такие же влюбленные парочки, которые не могли встречаться на территории полисов. Скэриэл ластился к Оливеру, почти приставал. Оливеру нравилась его компания, однако любовный порыв Лоу был для него слишком резким и неожиданным. — Пожалуйста, Оли. — Скэриэл взял его лицо в свои руки и прижался лбом к его лбу. Оливер был ниже него и чувствовал, как мало пространства осталось между Скэриэлом и стеллажом с книгами. — Нас не увидят. А если увидят, я возьму всю вину на себя. Он горячо дышал Оливеру в лицо и нетерпеливо смотрел в его синие глаза. Оливер не находил себе места, ему хотелось вжаться в книжные полки за спиной и провалиться в другой мир. — Разве ты сейчас не с Дарсерианом? — тихо, почти неслышно прошептал Оливер. — Дарсериан? Не говори ерунды. Он не в моем вкусе, — торопливо проговорил Скэриэл. Не в силах больше держаться, он поцеловал Оливера, схватил за талию и подтянул к себе. Оливер заводился с полуслова и не мог противиться Скэриэлу, целуя в ответ, он положил ладонь на чужой затылок и зарылся пальцами в мягкие темные волосы. Скэриэл целовался просто замечательно, Оливер чувствовал себя таким неопытным рядом с ним. Однако Скэриэлу эта невинность в нем только нравилась. Они старались не шуметь, однако совсем скоро перестали замечать все, что происходит вокруг. Оливер полностью растворился в поцелуе, даже Скэриэл потерял свою бдительность. Никто из них не обратил внимания на появившегося Дарсериана. Он искал литературу для доклада по ту сторону стеллажа, пока не услышал знакомые голоса. Один из голосов принадлежал Оливеру — соларовцу, слишком шумному и болтливому, который вечно ошивается около Готье. Второй же голос, вернее, то, что он говорил, вогнало Дарсериана в ступор. «Не в твоем вкусе. Ну конечно», — подумал он. Скэриэл раздражал его до невозможности, однако нравился еще сильнее. Они часто случайно сталкивались, несколько раз договаривались о встрече, прячась в потаенных уголках Академии, чтобы никто не увидел их вместе. Прямо как Скэриэл сейчас прятался от чужих глаз вместе с Оливером и умолял, чтобы его поцеловали. Дарсериану хотелось врезать по стеллажу со всей силы, а затем дать Скэриэлу подзатыльник. Однако увидев целующихся парней, он застыл как ледяной и перестал дышать. Он жадно впился взглядом в то, как Скэриэл целовал Оливера и хаотично блуждал руками по его телу. Ревность пробрала его до костей, однако он не мог прервать их поцелуй. Оливер растекался в руках Скэриэла, совершенно прелестно краснел и делал вид, что отбивается и хочет все прекратить. Дарсериан словил себя на мысли, что Оливер слишком милый для патриция ненавистного дома Соларус. Было ясно только одно: рано или поздно у Дарсериана закончится терпение, и тогда Скэриэлу не жить. Он юркнул обратно за стеллаж, когда Скэриэл отстранился от Оливера и посмотрел по сторонам. Дарси затаился и снова стал подслушивать их разговоры. Он знал, что так неправильно, но ревность и любопытство взяли над ним верх. — Давай встретимся завтра, — первым заговорил Скэриэл. По его голосу было слышно, что он улыбался. — Приходи к полису Плуто. Покажу тебе наш бар, заодно познакомлю с остальными. Они тебя прикроют перед префектами, можешь не беспокоиться. Оливер ответил так тихо, что Дарсериан его уже не услышал — то ли согласился, то ли просто вздохнул. Скэриэл напоследок чмокнул его в губы, после чего раздались его торопливые шаги. Дарсериан осторожно выглянул, чтобы убедиться, что Скэриэл точно ушел. Оливер остался на том же месте, казалось, он все не мог прийти в себя. Его кудри растрепались, а губы припухли и поблескивали влагой. — Чем вы здесь занимались? Наконец, Дарсериан показался ему. Оливер едва не закричал, но Дарси подорвался к нему и заткнул его рот рукой. — Тебе лучше молчать, — твердым шепотом пригрозил Дарсериан. — Ты же не хочешь, чтобы все узнали о том, что ты целуешься с чернью? Оливер отчаянно пытался вырваться, он был напуган и округлившимися глазками смотрел на Котийяра. Дарсериан развернул его спиной к себе, все еще затыкая рот, свободная рука опустилась на горло. Он прижимался к Оливеру со спины, терся о него совсем неприлично. Оливер едва не скулил, однако не мог издать ни звука из-за чужой руки, стиснутой на его лице. — Как тебе Скэриэл? — прошептал Дарсериан, склонившись к его уху, после чего слегка прикусил мочку. — Он тебе нравится. А ты в его вкусе. Подчеркнув последнюю фразу, Дарсериан невольно сжал руку вокруг шеи. Оливер чуть запрокинул голову, закатил глаза и сдавленно промычал. В уголках его глаз проступили слезы. Дарсериан скользнул носом от уха вниз и поцеловал Оливера в изгиб шеи. Оливер замер, он начинал позорно таять в руках Дарсериана и не мог с собой совладать. Ноги подкосились, по телу прошлась волна дрожи. Оливер вцепился в руку Дарсериана, что закрывала его рот, но не стал вырываться. Дарсериан понял его намек и отстранился. Его щеки вдруг покрылись легким румянцем. В библиотеке просто было жарко, не более того. Оливер развернулся и шокированно взглянул на Дарсериана. Несколько раз он порывался что-то сказать, но только открывал и закрывал рот и хлопал ресницами. — Знаешь, библиотека для меня всегда ощущалась чем-то плохим, — наконец прошептал Оливер. — Здесь нужно быть тихим и учиться. Но с тем, как часто меня здесь ловят и… — Молчи, — обозленно рыкнул Дарсериан, прервав его. Оливер затих. — Ненавижу вас, соларовцев, за то что вы такие глу… Теперь не договорил он сам. Оливер первым подался вперед, потянулся на носочках и поцеловал его. Растерявшись, Дарсериан подхватил его под талию и раскрыл губы в ответ. Он привык распоряжаться ситуацией как пожелает сам, но этот Брум, казалось, имел другое мнение. Стеллаж дрогнул — Оливер столкнулся с ним спиной, Дарсериан грубо зажал его между собой и книгами. Они почти не отрывались друг на друга, Дарсериан целовал настойчиво, яростно, словно губы Оливера были для него злейшим врагом, хуже «черни». Оливер начинал шипеть, когда Дарсериан в порыве чувств кусал его, и тогда тот становился более покладистым, что длилось недолго. В один момент Дарсериан подхватил легкого Оливера на руки. Оливер обвил его ногами и схватил за загривок. Такая поза казалась ему весьма откровенной, однако пути назад не было. — Котийяр, ты… — Оливер почти силой оторвал Дарсериана от себя, настолько тот увлекся. Тот по-прежнему держал его на весу. Оливер что-то почувствовал и, опустив взгляд на классические брюки Дарсериана, резко отвернулся, краснея до кончиков ушей. Его брюки точно так же стали слишком тесными, даже Скэриэл несколькими минутами раньше не доводил его до такого эффекта. Дарсериан взял Оливера за подбородок и вновь заставил посмотреть на себя. Его тяжелый взгляд говорил лучше слов: сейчас Дарсериан думал о том же, о чем и Оливер. — Это все из-за тебя, — нахмурился Оливер и потянулся к ремню чужих брюк. — Придурок. — На твоем месте я бы не был таким дерзким, — хмыкнул Дарсериан. — Ты такой красный, у тебя точно нет температуры? Выглядишь жалко. Он тут же закрыл рот и смутился еще сильнее, когда Оливер расстегнул его брюки и приспустил вниз. После всех поцелуев и ревности друг друга к Скэриэлу они не могли просто разбежаться по своим полисам и забыть все как страшный сон. То, что они находились не в уединенном месте, а в библиотеке, еще сильнее подогревало кровь. Стоявший член Дарсериана выпирал из-под боксеров, словно инстинктивно он прижался к Оливеру и потерся о него через одежду. Томно дыша Оливеру в шею, Дарсериан расстегнул его форменные брюки и нырнул рукой под белье. Оливер почти заскулил — Дарсериан в очередной раз заткнул его ладонью, чтобы не издавал ни звука. Каждый из них вот-вот сорвется с цепи и потеряет над собой контроль, но тогда они точно рискуют быть замеченными. Дарсериан ласкал Оливера через одежду, прерываясь на смазанные поцелуи в висок. Оливер таял и умоляюще смотрел на него. Стянув с него штаны, Дарсериан обхватил его член и слегка надавил на головку большим пальцем. Оливер блаженно прикрыл глаза. Дарсериан двигал рукой осторожно, не торопясь, то ли смущаясь своих действий, то ли прислушиваясь к телу Оливера. Оливер же был на грани, ему не терпелось скорее довести дело до конца. Обнажив член Дарсериана, Оливер обхватил его пальцами, слегка сжимая и разжимая с каждым движением. Движения его руки были хаотичными, немного резкими. Дарсериан накрыл его ладонь своей и повел в нужном темпе, направляя. Оливер облизнул губы. Ласкать член другого парня заводило сильнее, чем когда касались его самого. Им было жарко, они жались друг к другу, а их руки сплетались и сталкивались. У Дарсериана были очень большие ладони, немного холодные и грубые, с длинными пальцами. Руки Оливера — сильно меньше, однако очень ловкие. Они доводили Дарсериана до томных выдохов, он слегка наваливался на Оливера и то и дело норовил сорваться на стон. Оливер кусал губы и склонял голову к груди Дарсериана. От последнего исходил приятный жар. Совсем тихое, низкое мычание Дарсериана сводило Оливера с ума. — Дарси… — прошептал Оливер. Дарсериан толкнулся в его руку. Милая форма своего имени из уст Оливера звучала слишком горячо и правильно. Соларовец по-прежнему раздражал Дарсериана до невозможности, но его пальцы, милое личико и сладкий голос выводили его из себя совсем иначе. Дарсериан чувствовал приближение разрядки, он слегка толкался в руку Оливера, кусая губы, и при этом не переставал ласкать его член, напротив, чуть ускоряясь и усиливая нажим. Оливер часто и отрывисто дышал, он не поднимал взгляд на Дарсериана, лишь прижимался к нему сильнее. Спустя совсем немного он содрогнулся всем телом и излился в руку Дарсериану. Тот довольно выдохнул, словно наслаждение Оливера передалось ему. Немного придя в себя, Оливер довел его до пика. Дарсериан укусил костяшку своего пальца, чтобы не быть громким и не выдать их с поличным. Оливер наблюдал за тем, как он прикрывал глаза от наслаждения, и испытывал удовольствие сам. Дарсериан оказался очень красивым в момент оргазма. Он всегда был красивым, подумал Оливер, только вот его острый язык портил все впечатление. Оливер поцеловал его, в этот раз нежно и мягко, без соперничества. Дарсериан размяк и тяжело привалился к нему. — К черту грязнокровку, — шептал он. — Он не достоин моего внимания. Оливер тихонько засмеялся. Дарсериан хмуро взглянул на него. — Что смешного? — Ты смешной, Дарси, — с улыбкой ответил Оливер. — Глупый марсеновец. — Заносчивый соларовец, — не остался в долгу Дарсериан. Оливер достал из кармана пиджака салфетки и бережно вытер их обоих. Теперь Дарсериан лишь сжимал его в горячих объятиях, пока Оливер прятал лицо в его груди.