Год, которого не было.

TW: В данной главе персонажи употребляют алкоголь. Помните, что алкоголь вредит Вашему здоровью! Звонкий стук низкого каблука рассеивался в тишине заброшенного завода. Раньше это было частью огромной системы — полноценного предприятия по изготовлению оргстекла. Здесь бурлила жизнь: разносился гул станков и скрежет колёс машин, отъезжающих от гаражей. В воздухе пахло машинным маслом и спертым, почти тяжёлым запахом, который совмещал в себе целый букет различных предметов и жидкостей. Людей было так много, что помимо звуков работающей техники можно было услышать крики рабочих и даже весёлый смех. Почти тридцать лет назад даже самому ленивому здесь находилась работа. К сожалению, теперь это в прошлом. На месте процветающего завода постепенно разрасталась матушка-природа, окучивая травой и деревьями близстоящие здания. Хотя сам завод и был огромным по масштабу, теперь он представлял собой несколько одноэтажных построек с почти разрушенными стенами. От некоторых зданий остался лишь фундамент, а иные и вовсе были разбиты настолько, что на их месте уже росли кусты и зелёная трава. Из-за различных людей, субкультур и банд по этому месту было довольно тяжело передвигаться, учитывая горы строительного, бытового и вообще непонятно откуда взявшегося мусора. «Тут стоит ходить осторожно. На кой чёрт я надела каблуки на заброшку? Как всегда — одета по погоде», — проговаривала про себя Тай, изучая это место уже в пятый раз. Каждое её появление здесь не давало никаких подсказок, даже лёгких намёков на то, что здесь мог быть Алекс. Иногда она задавалась вопросом: «Может, он в последний момент просто развернулся в сторону дома, но так, чтобы не пересечься со мной?» Но тут сразу была несостыковка. Почему же тогда её перемотка, стоившая ее крови, не сработала? Живые люди всегда возвращались на то место, где были, когда девушка отматывала время назад. Где же тогда Алекс? Тай придумала для себя множество сценариев, даже самый жуткий — где его поглотила та самая тень, что «сожрала» Марка. Но верить этой теории ей не хотелось. Тем более место само просило себя обыскать. Будто здесь было то, что дало бы ей ответ на мучивший её уже неделю вопрос: «Где же Алекс?» --- Игнатий проснулся рано утром — если верить часам на смартфоне, около одиннадцати. Он уж было думал, что снова вернётся в мир сновидений, где его ждала пустующая тьма — такая желанная и успокаивающая, — но его планы изменил звук падающих монет. Это было уведомление банка: ему пришла зарплата. Парень лёг на спину на своём спальном мешке, полностью одетый и прикрытый пледом, размышляя о планах на сегодня. Глядя на уменьшающуюся стопку «дров» для костра, он вспомнил, что нужно сходить к метро за газетами. Парень всё-таки решился встать, чтобы не замёрзнуть ночью от жуткого холода, который с каждым разом становился всё сильнее, так что даже кости дрожали. Поглощённый мыслями и лёгкими обрывками уже знакомых воспоминаний, он собирался было размяться, но тут голову сжало так, будто на ней был стальной венок, который уменьшался с каждым вдохом. Чтобы прийти в себя, он решился на не самое здоровое решение — резко вскочил с постели. От скорости колени заныли, спина напомнила, что холодный бетонный пол не так мягок, как хотелось бы, но голова осталась перегруженной. Теперь, помимо головной боли, он ощутил мышечную, суставную и ноющую боль по всему телу. «Ну когда же это прекратится? Ты даже не даёшь мне почувствовать себя спокойно…» Тут в голову парня пришла не самая блестящая, но идеальная для него идея: он твёрдо решил напиться. Сам он почти не употреблял алкоголь — разве что в далёком прошлом. Но по рассказам коллег, которые он, конечно, ненароком подслушивал, это был действенный способ распрощаться с головной болью, а может, и с воспоминаниями, что кружили в его голове в виде видений и странных образов. --- С наступившими сумерками парень уже шёл с новоприобретённой и немного отпитой бутылкой виски за пазухой. «Чего мелочиться, верно?» — подумал он. Гадкий на вкус напиток прожигал горло, но голова становилась всё более ватной с каждым глотком. Это было приятно — будто ты целый месяц готовился к важному отчёту, от которого у тебя была паника и тревога, но ты вовремя его сдал, и весь накопившийся стресс просто улетучился, оставив приятное чувство удовлетворения. Игнатий чувствовал себя именно так. Он был рад, что наконец смог расслабить голову от этих блуждающих мыслей и чувств, даже позволил себе лёгкую ухмылку и более спокойный шаг, направлявший его «домой». Но почему он был именно здесь? Проходя мимо промзоны, всего в полутора километрах от убежища, он заострил взгляд на чёткое здание. Оно было частично прикрыто другим, стоявшим спереди. У того хоть и была крыша, но с дырами, а вот здание справа представляло собой зияющую пропасть. Именно там всё и началось. Что-то в этом месте не давало парню спокойно вернуться в тёплое, удобное убежище, где он жил неделю назад. А может, уже прошло две?.. Мысли и воспоминания кружились, словно в танце — не в вальсе, а в страстном танго — в его голове. Всё смешалось: хронология, события, детство. Но стоп — в детстве у него не было карих глаз. И телосложение было иным. В воспоминаниях всё выглядело по-другому, будто это был не он, не его дом, не его комната. Что же это было? Он точно знал, где найти ответы. Его страх перед этим местом постепенно затуманивался, а желание узнать правду — пересиливало позывы убежать. Там было то самое, что вообще сподвигло его появиться здесь, на заброшке, неделю назад, когда его пустое тело стало сосудом. --- Тай бродила по зданиям до самого вечера, пока на лес и промзону не начал падать сумрак. Она смотрела под каждым камнем, надеясь найти хотя бы кусок одежды, личные вещи или… части тела. Но в такие мысли впадать не хотелось. Из всех зданий осталась только та, что находилась ближе к выходу. Над ней зияла пропасть вместо крыши. Второй этаж сохранился лишь частично, окна выбиты, стекло треснуто. На их остатках при ближайшем рассмотрении можно было заметить кровь — уже подсохшую, но свежую на вид. «Только бы не его, пожалуйста, божественные…» — молила про себя девушка, обходя здание справа в поисках входа. Войдя внутрь, она на секунду остановилась. Если в других местах слышалось хотя бы пение птиц и шелест листьев, то здесь стояла гробовая тишина. Когда глаза привыкли к темноте, Тай наконец различила обстановку комнаты. Она была совсем другой, будто не совпадала с тем, что было видно из окна. Игнатий стоял посреди комнаты, когда девушка вошла. Вытянув руку в её направлении и пристально следя за каждым движением, он «спрятался» от неё, не замечая деталей. Тай прошла немного вправо, всматриваясь в центр. Она чувствовала холодную тишину, но, приближаясь, ощутила запах алкоголя — открытого, едкого. Бутылок почти не было: лишь пара осколков по углам, покрытых пылью и плесенью. Присмотревшись, она заметила тёмную фигуру, скрытую под иллюзией. Глаза её расширились — комната будто «повернулась» к ней, показывая ту же картину, что и раньше. «Неужели?.. Почему он прячется от меня? Почему здесь пахнет алкоголем?» — мысли и страхи накрыли её лавиной. Не раздумывая, она нажала на кнопку на часах, возвращаясь на минуту назад. Теперь она подошла к зданию с другой стороны. Найдя полуразрушенную дверь, вошла вновь — и увидела ту же самую картину. Запах алкоголя теперь смешивался с запахом человеческого пота. Теперь она была уверена — это иллюзия. Но чья? Неужели в городе был ещё один иллюзионист? Она не могла знать наверняка: «одарённые» часто скрывали свои способности, боясь быть пойманными Высшими Силами. Но один человек точно мог использовать свой дар ради самозащиты, как ей казалось. И если это был он… Иллюзии Алекса всегда были детальны, он не упускал ни одной мелочи. Эта же выглядела дешёвой подделкой. И тогда она заметила одну деталь: в левом углу комнаты сидел игрушечный медведь. Если бы он был настоящим, из старой комнаты, — был бы грязным, потрепанным, возможно без лапы. Но этот выглядел новым, будто только что поставленным. Он был похож на того медведя, которого Алекс видел за месяц до исчезновения — даже присылал фото с подписью: «Когда-нибудь он будет твоим». Чистый, беззаботный медвежонок глядел кукольными глазками в центр комнаты. Он будто намекал на присутствие Алекса — прямо перед ней, скрытого под иллюзией, не мывшегося неделю и сильно выпившего. «Видимо, стресс загнал его в это место. Но почему именно здесь? И почему его иллюзия такая… странная?» Сжав зубы, она вновь перемотала время — теперь на две минуты назад. Оказавшись у окна, присела, чтобы её было труднее заметить. Тонкая струйка крови потекла из носа, но она машинально стёрла её. Частые перемотки причиняли боль, но желание узнать истину было сильнее. Затаив дыхание, она начала вглядываться в комнату. Вошёл высокий парень в чёрных рваных штанах и потёртой, кое-где побелевшей худи. Спускался он сверху — значит, видел Таю раньше. Его лицо скрывали волосы до плеч, но она заметила глаза — светлые, цвета сгоревшего листа бумаги. Он резко повернулся, пошатнулся и чуть не упал, зацепившись за палку. От падения его рука рассеклась, кровь наполнила ладонь. Через секунду запах жжёной крови наполнил воздух — тяжёлый, с металлическими нотами и чем-то вроде опалённых перьев. «Он что, ещё и огонь контролирует?.. Как такое возможно?» Тай осмотрелась и, не придумав ничего лучше, метнула в него кусок бетона. Игнатий обернулся и машинально пустил в камень огненный шар — тот взорвал его в воздухе. Теперь девушка точно знала: этот парень опасен. К нему нужно подходить осторожно. Или с оружием. Она вернулась на момент двумя минутами ранее, стирая вторую полоску крови с лица. Теперь знала — нужно действовать быстро. Схватив деревянную доску, она подбежала к левому проходу как раз в тот момент, когда парень собирался наложить иллюзию. За пару шагов она приблизилась, замахнулась и… — Тай?.. …ударила бедолагу по голове. Только после удара девушка осознала, что он произнёс её имя. Бутылка упала, разбившись на множество осколков, и виски разлился по полу. Тай стояла над ним, стараясь понять, что только что произошло. Она ударила его — потому что думала, что он опасен. Но он произнёс её имя. Значит, либо это был Алекс, сильно изменившийся внешне, либо тот, кто знал, где он и что с ним случилось. В голове девушки возникло столько вопросов, что у неё закружилась голова. Вытерев пот со лба и отдышавшись, она наконец осознала, что сделала. Первая здравая мысль была: «Надеюсь, он не умер.»