Между светом и тьмой

      Правда или действие       Девушки в штатском и парни в форме разведкорпуса вошли в бар вместе, шумно, почти торжественно. Их сразу накрыло густым гулом голосов, запахом пива и жареного мяса. Пол под сапогами лип слегка, воздух был тёплым и тяжёлым.       Сегодня они отмечали вступление в спецотряд.       Официантка подошла быстро, записала заказ, даже не пытаясь скрыть любопытство. Разведчиков здесь знали и вопросов лишних не задавали.       — Выпьем за вступление спец. отряд, — крикнула Терра и подняла кружку пива одной рукой. Вторая была в белом и неловком гипсе, как напоминание о недавней экспедиции. Кружка, которую держала Терра, качнулась опасно.       — Осторожнее, — хмыкнул Гюнтер. — Ты нам ещё стол разнесёшь.       В ответ Терра дерзко показала язык Гюнтеру.       — Ура! — поддержали остальные.       Кружки звякнули, пена переливалась через край.       — Как проходил отбор? — спросила Нана.       — Капитан заставил пройти полосу на УПМ, — ответил Гюнтер.       — Выбрали самых шустрых, — перебила Терра.       — Да, мы и сами не до конца понимаем, по каким критериям он отбирал, — растерянно добавил Эрд.       — Тогда выпьем за везение, — громко сказала Терра. — Пусть удача всегда будет рядом.       Они снова выпили.       — Вот вы где, — раздался голос за спиной ребят       Нана засветилась, едва увидев Майкла.       — Командир Захариус, соизволите ли вы присоединиться к нам? — с усмешкой произнесла Эра.       — С превеликим удовольствием, — подхватил Майкл тем же тоном. Он взял стул и слишком близко сел рядом с Наной. Их колени почти соприкасались. Майкл что-то сказал ей тихо, и Нана опустила глаза, едва заметно улыбаясь.       Эра заметила это сразу. Она чуть склонила голову, наблюдая, и решила не вмешиваться.       — Интересно, а как капитан вообще попал в разведку? — тихо спросила Петра.       Майкл улыбнулся слишком хитро, явно что-то зная.       — Я слышал, — начал Оруол, — что он выиграл в карты не у тех людей и сбежал из Подземного города. А чтобы его не поймали, вступил в разведку.       — Занятно, — усмехнулась Эра и бросила косой взгляд на Майкла. Тот её не услышал. Мужчина в свою очередь снова склонился к Нане, его пальцы на секунду, наверно, случайно коснулись её запястья.       — Нет, всё было иначе, — придумала Эра от скуки. — Леви поймал птицу за хвост и на ней залетел прямо в разведку. Прямо в руки Смита.       Стол взорвался смехом. Оруол и Эрд тут же начали спорить, дополняя историю всё более нелепыми деталями. Гюнтер пытался доказать, что птица была боевой. Терра едва не пролила пиво, размахивая гипсом. Эра смеялась открыто и громко.       В этот момент дверь бара распахнулась. Вошла Ханджи, сияя. За ней Леви, которого она почти тянула за собой, и следом Эрвин. Он остановился у входа всего на мгновение и увидел её: смеющиеся Эру. Голова девушки была запрокинута, глаза сияют от радости.       Смит вдруг понял, что не видел её такой. С ним Эра всегда была немного собраннее.       — О чём вы так горячо спорите? — спросил он.       Разговор оборвался.       — Просто обсуждаем, как капитан попал в разведку, — неловко сказал Эрд.       Эра подняла взгляд на Эрвина и спокойно выдержала его взгляд, словно давно привыкла к тому, что он пытается её прочитать..       — О, здесь наши! — громко выкрикнула Ханджи и потащила Леви за собой. Бойцы спецотряда, заметив Леви, вскочили почти синхронно и отдали честь.       — Вольно, — угрюмо бросил он. Они послушно сели. Кто-то придвинул ещё один стол, делая конструкцию окончательно хаотичной.       — Можно к тебе? — тихо спросил Эрвин, наклоняясь к Эре так близко, что его голос задел кожу. Она кивнула.       Через минуту она оказалась зажатой в углу. Стена с одной стороны, Эрвин — с другой. Его плечо почти касалось её. От мужчины пахло холодным воздухом и чем-то крепким.       — Что притихли? — поинтересовалась Ханджи, оглядывая всех сияющим взглядом. — По какому поводу собрались?       — Вступление в спецотряд, — ответил Эрд.       — Мы, почти, тоже, — радостно сказала она. — Ну что, выпьем за новый отряд?       — Ура! — кружки снова поднялись.       — Устроилась в моём отряде? — спросила Ханджи у Эры.       — Что? Эра в твоём отряде? — почти воскликнул Майкл. — Почему?       Эра спокойно посмотрела на него.       — Есть одна причина, — её взгляд скользнул к Нане. Та опустила глаза, щёки её снова порозовели. Майкл замолчал, впервые за вечер не находя слов.       А рядом Эрвин молча наблюдал, и в его взгляде не было удивления, только тихое понимание.       — Чтобы не было скучно, — Терра потрясла стопкой карточек, — сыграем в «Правда или действие». Нашла их у стойки. Бар, оказывается, культурное место.       — Сомневаюсь, — пробормотал Леви.       — Сомневаться будем потом, — отмахнулась она и уронила часть карточек на стол. — Первый, кто схватит, тот и жертва.       Оруол оказался самым неудачливым.       — Прекрасно, — простонал он, вытягивая карточку. Терра выхватила её из его рук.       — Кого из присутствующих ты считаешь самым пугающим?       Оруол медлил. Перевёл взгляд с Ханджи на Майкла, потом на Леви.       — Капитан Леви, — громко сказала Петра раньше него.Стол замер на долю секунды. Леви медленно повернул голову. Оруол выпрямился так резко, что локтем задел кружку.       — Я не боюсь капитана, — быстро сказал он. — Это уважение. Глубокое. Основанное на личном опыте.       — Каком ещё личном? — оживилась Мирра.       — Физическом, — сухо уточнил Оруол.       Гюнтер закашлялся, давясь смехом. Терра хлопнула ладонью по столу. Даже Леви едва заметно прикрыл глаза, будто устал заранее.       Эра смеялась, наклоняясь вперёд. Её плечо скользнуло по груди Эрвина. Он не отодвинулся. Просто почувствовал тепло сквозь ткань.       — Всё, хватит мучить Оруола, — сказал Эрд. — Давайте следующего       — Следующий… Майкл, — заявила Терра, хлопнув ладонью по столу.       — Я протестую, — спокойно сказал он.       — Протест отклонён, — отрезала Ханджи. — Вытягивай.       Майкл потянул карточку, не глядя. Терра выхватила карточку и зачитала, едва сдерживая смех:       — Действие. Изобрази, как капитан Леви объясняет новобранцу, почему тот ещё жив. Стол замер. Потом медленно все повернулись к Леви. Леви не моргнул.       — Я не согласен, — спокойно произнёс Майкл.       — А никто и не спрашивал, — отозвался Эрд.       — Мы настаиваем, — добавила Нана, и в её глазах мелькнуло предательское веселье. Майкл посмотрел на неё, зафиксировав предательство, медленно встал.       — Хорошо. Но если завтра я не проснусь, вы знаете почему.       Он расправил плечи. Лицо стало каменным, а голос ниже и суше.       — Ты ещё жив, потому что я был занят уборкой — произнёс он ледяным тоном. За столом уже начали хихикать. Майкл сделал шаг ближе к Гюнтеру, который оказался ближайшей «жертвой».       — Если ты ещё раз запутаешься в тросах, — продолжил он, медленно, — я лично использую тебя как учебное пособие по анатомии.       Гюнтер захлебнулся смехом. Майкл прищурился.       — Вольно, — коротко бросил он и сел обратно, будто ничего не произошло.       — Неплохо, — спокойно сказал Леви.       Стол взорвался смехом. Даже Эрвин тихо усмехнулся. Нана, всё ещё улыбаясь, тихо наклонилась к Майклу:       — Очень убедительно.       — Я тренировался, — мрачно ответил он.       Терра уже тянулась к новой карточке.       — Так. Теперь что-нибудь посерьёзнее.       — Не увлекайся, — предупредил Майкл.       — Поздно, — усмехнулась она, — Командующий.       Несколько человек одновременно посмотрели на Эрвина, кто-то перестал крутить кружку. Эрвин поставил пиво на стол.       — Вопрос.       Терра медленно прочитала:       — Кого из присутствующих вы бы взяли с собой в опасную миссию, если бы могли выбрать только одного?       Гюнтер тихо присвистнул. Ханджи замерла с поднятой кружкой. Майкл чуть повернул голову. Несколько секунд Эрвин не отвечал, не потому что не знал, а выбирал формулировку.       После он обвёл всех присутствующих спокойным взглядом.       — Того, кто умеет играть в шахматы.       — Это что, новый критерий отбора? — фыркнул Гюнтер.       — В опасной миссии важнее всего просчитать на несколько ходов вперёд, — спокойно продолжил Эрвин, — Сила и скорость полезны. Но предвидение спасает больше жизней.       — Тогда нам срочно нужно заставить весь разведкорпус учить фигуры, — Ханджи усмехнулась.       — Подождите, — нахмурилась Мирра. — А кто у нас вообще играет в шахматы?       Майкл медленно перевёл взгляд на Эру и что-то шепнул Нане на ухо.       — Кажется, мы только что стали свидетелями чего-то интересного, — Нана тихо подтолкнула Майкла локтем.       Эра подняла глаза и встретилась взглядом с Эрвином. Он не улыбался, но в его взгляде было то самое спокойное признание, которое понимают только двое.       — Это всего лишь логика, — произнёс Эрвин.       Эра сделала глоток пива, будто ответ её не коснулся. Но пальцы на кружке сжались чуть крепче.       — Как освоилась у Ханджи? — тихо спросил Эрвин, после того как карточку достала Мирра, и все присутствующие переключились на нее.       — Пока всё хорошо, — ответила Эра. — Честно, для меня это стало неожиданностью. Я думала, что только в следующем году смогу перейти.       Он чуть повернул голову, рассматривая её профиль.       — Твое место в отряде Ханджи, — спокойно сказал он, — ты быстро понимаешь главное и не боишься спорить.       — Это похвала? — она усмехнулась.       — Это факт, — ответил он. И после короткой паузы добавил, — но если тебе хочется, можешь считать это похвалой.       Шум за столом снова поднялся. Кто-то уронил карточки на стол. Ханджи громко возмущалась нечестной игрой.       Эра повернула голову чуть ближе к Эрвину.       — Как тебе посиделки в баре?       — Интересно, — сказал он. — Я редко вижу, как ты смеёшься так свободно.       — Эра! — вырвала из беседы Петра.       Эра не успела сориентироваться, как девчонки одновременно закричали “Действие!”.       — Спой, — добавила Нана мягче. — Нашу.       Эра начала мотать головой и сделала умоляющий взгляд.       — Мы настаиваем, — ухмыльнулась Мирра.       Эра уклончиво улыбнулась, села на край стула.       Шум в баре ещё держался: кружки стучали, кто-то смеялся. Но она тихо запела:       О, Луна, любимая песнь       Не оставь меня во тьме.       Птички несите мне весть       С улиц золотого града …       Мелодия была незнакомой и текучей. Она звучала так, будто пришла издалека, из места, где не знают стен и не считают дни до следующей экспедиции. Слова текли плавно, с непривычными интонациями. Некоторые звуки будто ломали привычный слух. Но в них была странная светлая печаль и надежда.       Когда песня закончилась, в баре на мгновение стало тихо.       Эрвин поймал себя на странной мысли: он не понял ни слова. Но почему-то был уверен, что песня о доме.       Гюнтер первым тихо ударил ладонями, а потом остальные.       — Это… откуда? — осторожно спросила Петра.       — Издалека, — улыбнулась Эра.       — Не знал, что разведкорпус теперь набирает по вокалу, — сухо заметил Леви.       Эра некоторые время смотрела в даль, что-то вспоминая. Ее мысли были далеки. Потом девушка опомнилась, откинулась назад и почувствовала руку Эрвина, которая спокойно лежала на спинке её стула. Эра на секунду замерла. Эрвин едва заметно улыбнулся.        Он не убрал руку, и она тоже ничего не изменила.       Шум за столом снова вспыхнул смехом. Терра спорила с Гюнтером, Ханджи пыталась вырвать карточки у Эрда, Леви выглядел так, будто мысленно покинул бар ещё час назад.       Карточки переходили из рук в руки. Кто-то уже путался в правилах, кто-то вытягивал по две подряд.       Ханджи однажды вытащила «действие» и, не моргнув, вскочила на стул. Раскинув руки, она начала изображать летящего на УПМ разведчика, с поворотами, резкими «зацепами», даже с воображаемым запуском тросов. Она едва не задела лампу.       — Осторожнее! — крикнул кто-то.       — Я маневрирую! — заявила она, крутанувшись на месте.       Когда она наконец спрыгнула обратно, Гюнтер, вытянувший следующую карточку, получил задание изобразить свой самый большой страх. Он, не задумываясь, отскочил от стола, уставился в пол и начал панически «сбивать» воображаемых пауков с сапог.       — Их много! — трагично прошептал он, — они повсюду!       Стол снова покатился от смеха. Время текло незаметно. Кружки пустели. Голоса становились мягче. Даже Леви перестал выглядеть так, будто планирует массовое увольнение.       Нана наклонилась к Майклу и что-то тихо прошептала ему на ухо. Он слушал, не перебивая.       — Я пойду, — негромко сказала Нана, прощаясь со всеми.       Кто-то махнул рукой, кто-то пожелал спокойной ночи. Дверь за ней закрылась.       Эра, наблюдавшая за этим, чуть наклонилась к Эрвину.       — Спорим, что следом за Наной уйдёт Майкл? — прошептала она ему на ухо, заговорщически.       Эрвин прищурился, он понимал, что она уже знает ответ.       — Спорим, — тихо ответил он. В его взгляде мелькнуло лёгкое веселье.       Эра, не отрывая взгляда от Майкла, медленно прошептала:       — Раз… два… три…       На счёте «три» Майкл поднялся.       — Мне тоже пора, — бросил он почти буднично.       Эра победно посмотрела на Эрвина. Он коротко усмехнулся.       — Полагаю, ты неплохо читаешь людей.       — Иногда, — ответила она.       Он задержал на ней взгляд на секунду дольше обычного.       — Это полезный навык, — спокойно сказал он.       После паузы командующий выпрямился.       — Ладно. Завтра тренировка. Пора возвращаться в казармы.       Тон изменился почти незаметно, но все сразу его услышали. Смех стал тише. Кружки убрали. Столы начали сдвигать обратно. Ханджи пыталась допить своё пиво, а Леви уже стоял у выхода.       Вечер заканчивался.              Они вышли из бара шумной группой, но постепенно растянулись по улице. Ночной воздух оказался прохладнее, чем ожидалось. Смех ещё звучал, но уже тише.       Фонари вдоль улицы горели неожиданно ярко. Жёлтый свет ложился ровными кругами на мостовую.       — Удивительно, — сказала Петра, оглядываясь, — Когда мы проходим, фонари светят ярко. А впереди и сзади — будто тусклее.       — Тебе просто кажется. Глаза после бара не сразу привыкают, — Оруол фыркнул.       Толпа постепенно разошлась на небольшие группы. Кто-то шёл впереди, кто-то отстал. Эра и Эрвин оказались рядом. Почти незаметно для остальных шли молча. Иногда их плечи едва касались друг друга.              — Ух, это было весело, — Мирра рухнула на кровать, даже не сняв куртку.       — Захариус сегодня рано ушёл, — заметила Терра, — обычно он последний.       — Наверное, у них с Наной что-то есть, — задумчиво сказала Мирра и повернулась к Эре. — Так?       — Я не знаю.       — Я заметила, ты всё время шептались с командующем, — не отставала Терра.       — Просто обсуждали всякое, — спокойно сказала Эра. Это была почти правда. — Спокойной ночи.       — Всем спокойной ночи, — отозвалась Терра.       Петра уже спала. День выдался для неё слишком длинным. Свечи погасили. Комната погрузилась во тьму.       Эра лежала с закрытыми глазами, но сон не приходил. Она вспоминала руку Эрвина на спинке стула, его взгляд, смех, запах.       Она не заметила, в какой момент мысли оборвались. Сон пришёл тихо.              Выбор и ответственность              В мастерской инженерного отряда в Тросте пахло горячим металлом и машинным маслом. В центре на столе стоял странный контейнер, который выглялил, как тяжёлая металлическая рама, внутри которой были закреплены толстые стеклянные стенки. Благодаря, этому стеклянным стенкам будет можно проводить исследование крови титана.       Рядом лежали клапаны, трубки и несколько разобранных механизмов.       Вокруг стола столпились солдаты инженерного отряда. Среди них стояли Ханджи и Эра.       Ханджи наклонилась и провела пальцем по краю стекла.       — Снова треснуло.       Один из инженеров раздражённо вытер руки тряпкой.       — Я же говорил. Стекло не выдержит.       — Стекло выдержит, если заменить воздух на газ для УПМ, — спокойно сказала Эра.       Несколько человек обернулись к ней. Один из инженеров скептически прищурился.       — И как ты это себе представляешь?       Ханджи уже собиралась вмешаться, но Эра шагнула ближе к столу.       — Газ плотнее воздуха. Если подавать его снизу, он постепенно вытеснит воздух вверх.       Инженер с закатанными рукавами скрестил руки.       — Допустим. А как мы поймём, что воздуха внутри больше нет?       Вопрос прозвучал почти вызывающе. Эра на секунду прикрыла глаза, будто собирая терпение. Она взяла со стола пустую колбу и кувшин с водой.       — Представьте, что контейнер стоит вот так, — она поставила колбу и опустила в воду тонкую трубку, — когда воздух выходит, он поднимается вверх. В воде появляются пузырьки.       Несколько инженеров невольно наклонились ближе.       — Пока идут пузырьки — внутри ещё есть воздух, — продолжила Эра. — Когда пузырьки исчезнут, значит газ полностью вытеснил его.       Девушка слегка наклонилась к контейнеру и тихо добавила:       — Так же мы сможем исследовать кровь титана.       Ханджи едва заметно кивнула, не говоря ни слова, но глаза её загорелись.       В мастерской стало немного тише. Кто-то задумчиво почесал затылок.       — То есть… мы просто смотрим на воду?       Ханджи довольно улыбнулась.       — Иногда самые простые решения — самые надёжные.       Инженер, который спорил раньше, хмыкнул.       — Если это сработает, я признаю, что разведка умеет не только титанов резать.       — Мы умеем гораздо больше, — весело ответила Ханджи.       Эра ничего не сказала. Она лишь устало потерла переносицу.       Работать с инженерами Гарнизона оказалось тяжелее, чем с титанами. Те хотя бы не спорили.       Работа продолжалось до темноты. Уставшие разведчицы еле добрались до казармы, в которую их определили. В казарме их встретил с ужином на столе Эрвин, который вместе с ними приехал в Трост.       — Как успехи? — спросил он.       Ханджи тут же выложила все про стекло, которое постоянно трескалось, про инженеров, которые не хотели помогать.       — На следующей экспедиции нужно обязательно взять кровь титана и проверить реакцию в газе УПМ, — закончила она.       В комнате стало чуть тише. Эрвин косо посмотрел на Эру, та едва заметно улыбнулась. Она знала, что это добавит командующему работы.       — Завтра приедет Хоффман и поможет на распределении новобранцев, — сказал он. — Вместе с новобранцами поедем в штаб. Вам нужно прийти к этому времени.       Вечер в день распределения новобранцев опустился тяжёлым сумраком. Площадь освещали факелы, пламя колебалось на ветру, вытягивая длинные тени. Эрвин поднялся на наспех сколоченную сцену. Доски глухо отозвались под его шагом. Перед ним стояли ровный строй кадетов. Голос Эрвина разнёсся по плацу чётко и спокойно.Он говорил о вылазках за стены, о потерях, о том, что страх — это не слабость, а реальность, что за пределами стен нет славы. Он не давил, просто называл вещи своими именами.       Эра смотрела на него и пыталась понять, как можно отправлять людей умирать… и при этом не считать их расходным материалом.       — Останутся те, кто желает вступить в Разведкорпус. Остальные свободны, — произнёс Смит. В строю что-то дрогнуло и вместе со строем дрогнула и Эра.       Из строя вышел один кадет, второй и потом третий. Эра ждала жёсткого приказа вернуть их в строй и холодного взгляда вслед ушедшим. Ничего не произошло. Им позволили уйти.       Когда шаги стихли, на плацу осталось десять человек. Факелы трещали громче, чем их дыхание. Один парень смотрел прямо перед собой, но нижняя губа у него едва заметно подрагивала. Девушка с короткими волосами сцепила пальцы так, что побелели костяшки.       — В этот раз много, — Ханджи наклонилась к Эре.       Хоффман вышел с плащами с крыльями свободы, которые в свете факелов казалась почти чёрными.       Когда всё закончилось, телега уже ждала у края плаца. Кадеты забрались внутрь молча. Эра поднялась в повозку последней и держала мысль — здесь людям дают выбор.       Поздно вечером телеги выехали в сторону штаба разведкорпуса. Десять новобранцев сидели сзади, плащи с крыльями свободы лежали на плечах тяжело. Один парень всё время трогал эмблему на ткани, будто проверял, настоящая ли.       Свет штаба показался впереди. Кто-то из новобранцев выпрямился, а кто-то сглотнул. По прибытии Хоффман увёл новобранцев внутрь и начал рассказывать про порядок, дисциплину в разведке.       В свою очередь Эрвин, Ханджи и Эра направились к лестнице. Вдруг раздался глухой удар, а потом ещё один. Кто-то закричал. Эрвин быстро направился в сторону драки.       У окна стоял Майкл, его плечи напряжены, кулак сжат. Нана стояла у стены, бледная и пыталась спрятаться за спину мужчины. На полу лежал солдат с разбитым носом. Кровь стекала по подбородку.       — Скажи это ещё раз, — со злостью тихо произнёс Майкл.       Солдат попытался приподняться, сплюнул кровь.       — Я просто…       Майкл сделал шаг вперёд.       — Достаточно, — голос Эрвина прозвучал ровно, но холодно.       Все замерли. Эрвин остановился в нескольких шагах и посмотрел на кровь на кулаке Майкла и на лежащего солдата.       — Что здесь произошло? — грозно спросил командующий.